Жёлтая Аквилегия

Полив грядки, Намджун возвращается в дом. Уже почти девять часов, и вскоре ему нужно будет открыть свой магазинчик, который находится тут же. Половина дома отведена под него, здесь Намджун поставил у окна кассовый аппарат, сделал что-то вроде прилавка с витриной и поставил два столика и четыре стула. В ассортименте, кроме его трав и чая, есть не так уж много позиций, — кофе и какая-нибудь немудрёная выпечка, которую Ким обычно выпекает с утра. Иногда это булочки с корицей, иногда шоколадные кексы или печенье с изюмом и арахисом. Проходимость его магазина небольшая. В основном, люди приходят за лечебными травами или травяными чаями, но порой кто-нибудь заходит выпить чашку кофе или, сделав покупки, решает угоститься чашкой чая с печеньем на дорожку. У Намджуна весь день расписан. Он привык вставать рано, около шести или шести тридцати. Почти сразу он начинает заниматься выпечкой и приготовлением магазина к открытию, — проверяет, всего ли достаточно в клиентской зоне, смотрит, что есть в кладовой и не нужно ли пополнить запасы расходных материалов, удостоверяется, что под прилавком достаточно воды, не нужно ли что-то протереть в последнюю минуту и многое другое. Когда альфа понимает, что всё в порядке, он идёт к себе, на вторую половину дома. Там находится его комната, ванная с душевой кабиной и кухня. Намджун принимает душ и съедает приготовленный собственноручно завтрак. Сейчас июнь, есть особо не хочется. Чашки кофе и свежего, ещё тёплого, кекса с цукатами вполне достаточно. Около двенадцати Намджун разогреет вчерашний ужин и быстренько поест, если не будет клиентов. Его дом, он же магазин, находится на отшибе крошечного городка, куда альфа переехал несколько лет назад. Городком этот населённый пункт называется скорее номинально. Намджуна, впрочем, устраивает. Всё, что ему нужно, а нужно ему немногое, он может купить здесь или съездить в самый крупный ближайший город. До него меньше часа езды. За домом у Намджуна его собственный сад-огород. Он выращивает здесь не только травы и цветы, но и овощи для собственного потребления. Есть у него и пара грушевых деревьев, яблоня, вишня и жёлтая слива. Сразу за забором начинается лесная зона. В лес Намджун ходит за дикими ягодами и травами, а иногда и просто прогуляться с Барни, своей собакой. Работает Намджун постоянно. Семь дней в неделю. Но в субботу заканчивает в пять, а в воскресенье работает пол дня. Впрочем, если какой-то покупатель забредёт в нерабочие часы, Намджун не откажет ему в обслуживании. Доход с магазинчика не очень большой. Но у Намджуна есть немного сбережений, и по вечерам он делает переводы на заказ на видавшем виды Макбуке. Всего этого хватает на ту скромную жизнь, что ведёт альфа, и даже остаётся. Намджуну почти тридцать, и почти три года он живёт в Нанхоне*. Так называется этот городок, что находится в четырёхстах километрах к северу от Сеула. В Сеуле, впрочем, Намджун не был уже больше двух лет. Да его и не тянет, если уж быть полностью откровенным, хотя родился Ким именно в столице. В столице же живёт его семья. Альфа родился в обеспеченной семье и был третьим сыном. У него есть два старших брата, тоже альфы. Гынджун и Ходжун. С братьями Намджун никогда особенно не ладил. Впрочем, он вообще был белой вороной в своей семье. Отец как-то даже пошутил, что его, видимо, перепутали в роддоме. Пошутить-то пошутил, но Намджуну его слова запомнились и оставили неприятный осадок. Намджун и впрямь был иным. Он отличался не только от своих братьев, но и вообще от почти всех альф, которых знал. Общество требовало, чтобы альфы были брутальными, сильными, доминантными. Альфы должны были получать соответствующие профессии и добиваться своего места в обществе, чтобы в будущем обеспечивать своих омег и детей. Альфа не мог дать никакую слабину, он должен был быть малоэмоциональным, хорошо драться и ни в коем случае не быть нежным и чувствительным. Альфам по мнению общества, следовало получать «альфийские» профессии. Омегам было сложно пробиться туда, где требовалась физическая сила или где можно было заработать много денег. А вот альф туда принимали охотно и порой даже не скрывали это при найме на работу. Старший брат Намджуна, Гынджун, с детства заявлял, что станет бизнесменом. То же самое говорил и Ходжун. Теперь у Гынджуна своя компания, он и его семья купаются в деньгах и роскоши. Ходжун выучился на юриста, работает в большой корпорации, получая немалые деньги за то, что отмазывает дельцов от закона в их погоне за прибылью. Намджуна с детства не интересовала вся эта крысиная гонка. Ему нравилось читать книги и проводить время в парке или лесу, а лет в девять он случайно нашёл книгу о растениях и не на шутку заинтересовался ботаникой. Вскоре юный альфа стал читать всё подряд о свойствах лечебных растений и способах их выращивания, а также употребления. Братья над ним посмеивались, а отец и папа вдалбливали в голову, что ботаника не может быть делом жизни достойного альфы. У Кима был покладистый характер, к тому же, он любил родителей и не хотел их расстраивать, а потому всё же пошёл на экономический факультет и даже закончил его. Только вот экономика и цифры никогда его не привлекали. Даже учась в университете, Ким продолжал узнавать о растениях, пытался выращивать их в домашних условиях и даже самостоятельно выучил латынь, чтобы разбираться в названиях и видах растений ещё лучше. Ещё в школе Намджуна на год отправляли в Австралию, и там, в Мельбурне, альфа выучил английский, что потом ему также пригодилось в его хобби и не только. С помощью английского можно было подрабатывать переводами, контрольными и частными уроками. Ким с удовольствием читал статьи на английском по растениеводству, покупал книги и учебники по ботанике на полученные на подработках деньги. Родители, братья и остальная родня считали Намджуна странноватым, но, так как он учился на экономиста, они, наконец, оставили в покое его увлечение в свободное время. Единственным человеком из семьи, кто поддерживал альфу, был дедушка с папиной стороны. Ему тоже не была близка погоня за деньгами и карьерой, а потому он порой говорил, что лучше заниматься любимым делом, не ворочая миллиардами, чем ходить на работу как на каторгу. Закончив университет, Намджун оказался на распутье. Отдельно жить он пока не мог и, в какой-то степени, финансово всё ещё зависел от родителей. Заниматься любимым делом без их одобрения не представлялось возможным, а потому альфе пришлось согласиться на позицию помощника главного экономиста в фирме отца. Это были безрадостные четыре года. Намджун утешался лишь тем, что в свободное время продолжал заниматься растениями, и, конечно, нельзя было отрицать, что деньги, которые он получал, можно было теперь откладывать на будущее. Впрочем, и обществом, и семьёй не поощрялись не только интересы альфы, но и характер Кима. Он не был пробивным, как его отец и братья, он не был брутальным и жёстким. Намджун был спокойным и деликатным, он не любил конфликты и никогда не лез на рожон. — Тряпка, — сплёвывая, как-то назвал его брат во время их очередной ссоры в силу подростковых гормонов. — Тряпка! — выкрикнул ему в лицо одноклассник, чей омега засмотрелся на Намджуна. — Будешь такой тряпкой, и омеги на тебя даже не посмотрят, — увещевал его отец. — Омеги любят тех, кто способен их защитить, добыть денег, а ещё они любят доминантных. Иной раз и своего омегу приструнить не мешает. Намджуну вся эта философия была противна. Он терпеть не мог, когда кто-то начинал пускать свои доминантные феромоны на ровном месте и лезть в драку, просто чтобы самоутвердиться в глазах других. Ким полагал, что выделяться надо интеллектом и делами, а не грубой силой и доминантным поведением. И омег надо любить и заботиться о них, оказывать им внимание, а не «приструнивать». Общество, увы, было не на его стороне. У Намджуна было только двое друзей, Хосок и Юнги, которые разделяли его взгляды. Будучи альфами, они не были брутальными, жёсткими и крупными по размеру, а потому, также как и Намджун, осмеивались другими альфами и не пользовались успехом у омег. Намджун был в душе романтиком и мечтал, что когда-нибудь наступит такой день, когда он встретит омегу, который не будет судить поверхностно, разглядит в нём личность и доброе сердце. И тогда Ким окружит его вниманием, заботой и любовью. Он сделает всё, чтобы сделать будущего мужа счастливым. В его мечтах ему представлялся кто-то нежный, хрупкий и невысокий. Кто-то, чья кожа отдаёт розовым на солнце и чей смех похож на звук серебряного колокольчика. Намджун встретил свой идеал, когда учился в университете. Его звали Пак Чимин, и он был именно таким, как его альфа себе «намечтал». Нежный, хрупкий с кожей, подобной лепестку самого красивого цветка. Чимин пах розовым маслом, ветивером и медуницей с лёгкой ноткой зелёного яблока в шлейфе аромата. И, о, чудо, омега тоже проявил интерес к Намджуну. Они сходили на несколько свиданий и начали встречаться. Ким потерял голову от счастья, но очень скоро Чимин сказал ему, что он не тот альфа, с которым он, Пак, хотел бы строить своё будущее. — Ты мне нравишься, хён, — произнёс Чимин, мило улыбаясь, — но не буду врать, я не вижу в тебе отца своих детей и альфу, который сможет обеспечить меня и наше потомство. А также защитить, в случае необходимости. Держу пари, ты даже ни разу не дрался, а, если дрался, то тебе явно надирали задницу другие альфы, да? Ты меня привлекаешь, — ты большой и у тебя вкусный запах, но мои родители твердят мне о том, что поскольку наша семья не богата, мне нужно подумать о своём будущем и сделать верный выбор. Намджун на Чимина даже не злился. Что поделать, если все вокруг навязывали омегам мысль о том, что они будут счастливы только с жёсткими, брутальными и даже грубыми альфами. Считалось, что только такие альфы способны быть идеальными мужьями. А уж если альфа высокий и крупный, умеет драться и доминантен в своём поведении, то счастье буквально само идёт в руки. Альфа не понимал, почему люди так слепы и не видят очевидного. Драчливые альфы били не только соперников и врагов, но и своих мужей, и даже детей. Доминанты были жестоки, эгоистичны и не считали своим долгом хранить верность. Они часто подвергали своих омег и физическому, и психологическому насилию. В их обществе омегам приходилось несладко, но кому это было интересно? Это общество было альфацентрированным. Поэтому отцы и даже папы больше радовались сыновьям-альфам, чем сыновьям-омегам. А сколько было детей, которые были брошены отцами после развода? Разведённые омеги, да ещё и с детьми, и вовсе считались третьим сортом. Намджуну это общество и его устои были глубоко омерзительны. Поэтому он хорошо понимал своих лучших друзей, с которыми он продолжил дружить и после школы. Они, несмотря на то, что были оба альфами, стали парой, хотя официально такие браки не были разрешены и порицались. Но Намджун видел, что Юнги и Хосок счастливы и поддерживал их. Киму в Сеуле приходилось непросто. Он работал на нелюбимой работе, у него не было никакой личной жизни и, хотя он съехал от родителей, и жил с любимым дедушкой, они всё равно продолжали капать ему на мозг, что он должен измениться, а иначе ему грозит одинокая старость. Единственным утешением Намджуна, кроме дедушки, были его растения и посиделки с Юнги и Хосоком. Всё изменилось в тот чёрный день, когда дедушки Намсока не стало. Намджун погрузился в такую депрессию, что у него было ощущение, что он вот-вот упадёт на самое дно пропасти и никогда оттуда не выберется. Выпив немало крепкого соджу с друзьями, Намджун принял решение продать квартиру, что дедушка оставил ему в наследство, купить домик в глуши, уволиться из компании отца и уехать. Было вполне ожидаемо, что родители и братья его выбор не приняли. Но Намджун больше никак не зависел от них, а потому одним зимним утром он просто собрал свои вещи, погрузил их и свою собаку в поддержанный Хёндай и уехал, попрощавшись только с Юнги и Хосоком. Боль потери и неопределённость будущего лежали камнем на сердце, но где-то в самом уголке души альфы начала проклёвываться надежда на то, что всё в итоге всё-таки будет хорошо. Во всяком случае, Намджуну очень хотелось в это верить.