Школа Актерского Мастерства

Нервно поглядывая то на часы, то на входную дверь в школьный холл, Чонгук перетаптывается с ноги на ногу и покусывает нижнюю губу. До начала концерта двадцать минут. Конечно, определенный дух бунтарства не был ему чужд, но до выпуска все еще два с половиной месяца, и ему не очень хочется ловить осуждающие взгляды учителей после того, как он так нагло опоздает на концерт. С другой стороны… Принимаясь расхаживать из стороны в сторону в тщетной попытке скоротать время, Чонгук не может не думать о том, какое впечатление произведет на всех, когда войдет в зал в компании Тэхена. Высокого, стройного, красивого, с уверенной улыбкой на лице и чуть прищуренным взглядом… И наконец-то у него, обычно незаметного зануды, по общему мнению, настанет своя минута славы. Пусть и только за счет сногсшибательного хена. Если Тэхен будет идти рядом с ним и одаривать своим вниманием только его, Чонгук совсем не против такого варианта. — Привет, Куки! Извини, что опоздал, — в холл наконец вваливается тяжело дышащий и покрасневший после быстрой ходьбы Тэхен, и Чонгук выдыхает. То ли от облегчения, то ли от восхищения. Потому то чуть растрепанный хен с приоткрытыми малиновыми губами… Выглядит еще более завораживающе, чем обычно. — Задержали на работе. Джунхек решил, что сегодня отличный день, чтобы опоздать на свою смену, так что пришлось взять часть его смены на себя. — Все в порядке, хен, — улыбаясь, говорит Чонгук и отводит взгляд в сторону, боясь выглядеть слишком очевидным. Хен торопился ради него… На самом деле пару дней после того, как Тэхен дал свое согласие посетить школьный концерт, они с Чонхеном пытались придумать новый план по его завоеванию. Чонхен особенно активно настаивал на том, чтобы он, Чонгук, как-нибудь выбрал удачный момент и хлопнулся в обморок, чтобы заставить Тэхена волноваться и просуетиться с ним дольше предполагаемого. Но Чонгук наотрез отказался. Это будет нечестно. И даже если это он изначально затеял всю эту ерунду с планами по осаждению и захвату сердца прекрасного хена, он не хочет так. Не хочет, чтобы все между ними строилось на выдумках и лжи. Он хочет нравиться хену. По-настоящему. И чтобы хен понял это сам. Без применения тысячи уловок. Правда… Чонгук осторожно сглатывает. Когда хен выглядит так соблазнительно, хлопнуться в обморок неспециально не так уж и сложно. — Ой… Куки… — немного хриплый от частого дыхания через рот голос Тэхена наконец спускает Чонгука с небес на землю. — Ты иди, ладно? А я тебя сейчас догоню. Начальник моей смены звонит, мне нужно ответить. Чонгук на это как-то не слишком осознанно кивает, но все же выходит из холла и неторопливо шагает в сторону актового зала, чувствуя, как слегка подрагивают кончики его пальцев. Разминая их, он напоминает себе, что вообще-то не должен нервничать так, будто и сам выступает сегодня. Нет. За отличные оценки ему удалось отмазаться от позорной школьной самодеятельности, так что весь вечер он проведет, сидя рядом с Тэхеном и прыская со смеху вместе с ним над очередным стыдным номером от одноклассников, как он и мечтал, но… Именно это и заставляет его волноваться. Что, если он скажет что-то не так? Что, если Тэхену будет скучно с ним? Что, если в глазах хена он все еще будет выглядеть глупым ребенком, младшим братом его лучшего друга, с которым не так уж увлекательно проводить время вместе? До сих пор у него не было времени задумываться о таких вещах, когда он был всецело занят тем, чтобы в принципе сосредоточить на себе столь желанного хена. Но зато теперь назойливые мысли радостно атакуют его со всех сторон, вынуждая позорно трястись и… — Эй, зубрила! Гнусавый окрик заставляет Чонгука остановиться и привычно закатить глаза. Джексон. Его звездный одноклассник, тупой как пробка, но зато приехавший к ним из Австралии, из-за чего все учителя носятся с ним. Не то чтобы Чонгука вообще заботил какой-то школьный придурок, любивший к нему цепляться по поводу и без чуть ли не ежедневно, но его слегка злит то, что ему приходится отвлечься от, пусть и пугающих слегка, но таких всепоглощающих мыслей о Тэхени-хене ради… Ради вот этого. Чонгук кривит кислую мину. Как же сильно он не будет скучать по школе. — Слышь, я с тобой разговариваю вообще-то! — Чонгук тяжело вздыхает на это мерзкую привычку Джесона растягивать слова, будто он постоянно жует жвачку. Это, видимо, должно восприниматься как что-то крутое. Чонгук непроизвольно хмыкает. Хорошо, что он-то знает, что эталон крутости сейчас говорит по телефону в холле их школы. — Ты че, еще и глухой теперь? — Чего тебе? — бросает Чонгук, чтобы поскорее отделаться от неприятного одноклассника, который все равно вечно только нарывался на спор, но никогда не доводил их стычки до дела. — Ты за языком последи! Таким целочкам-заучкам, как ты, стоит быть осторожнее, — Джексон запихивает обе руки в карманы и вальяжно надвигается на него. — У меня к тебе дело есть. Давай зарубимся, а? Ты за меня домашки до конца года делаешь, а я к тебе больше не лезу. А то мне бы оценки подтянуть, а тебе все равно заняться после школы нечем. Это выгодно. И ты же типа у нас самый умный. Так что давай не тупи и соглашайся. — Ага. Да не вопрос. Но если только за отсос, — Чонгук не успевает прикусить язык и сам слегка трясется от едва сдерживаемого смеха на такую идиотскую рифму, но, даже если ему сейчас впервые заедут кулаком по лицу, заходившие желваки на перекошенной роже Джексона однозначно стоят того. — Че? — Ну и кто из нас теперь глухой? — пожимает плечами Чонгук, все еще находя физиономию все приближающегося к нему Джексона крайне забавной. — Да ты знаешь, что я сделаю с тобой за такие шутки, ботан херов?! — Развернешься в другую сторону и съебешь в туман, пока я твоей мамаше не настучал? — все-таки сделавший шажок назад и открывший было рот для новой издевки Чонгук шумно выдыхает, когда слышит за своей спиной быстрые шаги и голос явно рассерженного Тэхена. — А ты еще кто такой? — Чонгук не оборачивается, не желая пропускать, как на лице Джексона со скоростью света сменяют друг друга замешательство, желание постоять за себя и осознание тщетности своих попыток. О да, Чонгук прекрасно понимает его в этот момент: Тэхен всегда одним своим появлением вызывает в нем целую бурю противоречивых эмоций. — Представляешь, как всем будет весело, когда твоя мать придет сюда и будет кричать на тебя, пока все твои дружки-подпевалы будут смотреть на это? — игнорируя вопрос, продолжает Тэхен, и Чонгук затылком чувствует, как тот становится у него за спиной. — Ну что? Мне организовать это? Покажем всем, как жалко ты ноешь и скулишь, пока мамочка отчитывает тебя за то, какое ты разочарование? — Джексон на это только презрительно прищуривается, но все же начинает отступать. — Если я еще раз узнаю от Чонгук-и, что ты раскрыл свою пасть в его сторону… Обещаю, что последние два месяца в школе ты проведешь очень интересно. Наблюдая за тем, как Джексон наконец и правда скрывается в конце коридора, Чонгук едва заметно вздрагивает. Разозленный Тэхен… Вся его спина покрывается мелкими мурашками. — Удивительно, как самые громкие задиры всегда затыкаются быстрее всех, как только угрожаешь им рассказать все предкам, — тем временем цокает языком Тэхен, наконец ровняясь с ним и заставляя Чонгука наконец нахмуриться: он хотел покрасоваться своим хеном, но уж точно не выглядеть в его глазах слабаком, которого нужно защищать от всяких придурков. — Ты никогда не говорил, что тебя достают в школе, — голос Тэхена становится мягче, но Чонгук, напротив, хмурится только сильнее: он не хочет, чтобы хен жалел его. — И Чонхен-и мне тоже никогда об этом не говорил. — Потому что это ерунда, — Чонгук недовольно дергает плечами и снова начинает идти вперед, не утруждаясь проверить, следует ли за ним Тэхен. — Я и сам могу постоять за себя. — Конечно, можешь, — кивая, соглашается догнавший его Тэхен, на которого Чонгук косит хмурый, неловкий взгляд. — И уверен, у тебя будет еще целая куча шансов сделать это, но… Разве тебе не хотелось посмотреть на лица одноклассников, когда они увидят меня? Именно так, как этот придурок, они и будут выглядеть. — Хен… — вспыхивая, Чонгук тут же забывает о всех своих поводах скукситься, когда Тэхен звучит так нахально и… оттого безумно возбуждающе. — Если к тебе пристают идиоты, малыш, нет ничего стыдного в том, чтобы кто-то помог тебе, — Тэхен ласково треплет его по волосам, и Чонгук почти готов замурчать под влиянием такой немного подавляющей его взрослой ауры его хена. — Спасибо, хен, — все же находит в себе силы ответить смущенный Чонгук, наконец признающийся себе в том, что, кажется, он и правда не против того, чтобы все узнали, с кем им придется иметь дело, если они будут доставать его. Тэхени-хен хочет защищать его… Окей. Ладно. Возможно, быть маленьким и немного беззащитным рядом с ним не так уж и стремно. — Идем, Куки, — подмигивая, Тэхен протягивает ему раскрытую ладонь. — Пусть узнают, что неудачники тут только они. — Разве это не нескромно, хен? — все еще застенчиво улыбаясь в ответ, Чонгук охотно хватается за руку Тэхена. — Зато правда, —Тэхен расслабленно пожимает плечами, наконец заставляя и Чонгука полностью расслабиться рядом с ним: Тэхени-хен всецело на его стороне, так зачем ему о чем-то переживать? Весь двухчасовой концерт с довольно частыми перерывами на заминки, потому что кто-то опять забыл свой текст, лишь укрепил Чонгука в справедливости его выводов. Где-то в середине программы он вспомнил о своих переживаниях, от которых его так нагло оторвал Джексон, но сидящий рядом и смеющийся своим удивительно низким, грудным смехом Тэхен являл собой живое доказательство того, что ему совершенно не стоило ни о чем волноваться. Они довольно свободно начали обсуждать странные наряды его одноклассников буквально с первых же секунд представления и прохихикали так до самого конца, периодически заставляя других присутствующих оглядываться на них и даже шикать. Но Чонгуку было все равно. Он наконец-то чувствовал себя бесконечно спокойно, не заботясь о том, чтобы пытаться специально произвести хорошее впечатление, а просто наслаждаясь временем со своим хеном, который, кажется, тоже не испытывал никаких неудобств рядом с ним. И эйфория Чонгука была настолько всеобъемлющей, что он не затыкался почти ни на секунду вплоть до самого своего дома, позволяя себе говорить Тэхену буквально обо всем, что приходило ему в голову. И лучшей частью всего было то, что Тэхен вовсе не выглядел так, будто устал или ему было скучно. Он охотно поддерживал разговор, периодически ероша его волосы, отчего Чонгук неизменно пропускал пару вдохов, и хрипло смеялся над каждой его шуткой. И Чонгук чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, пока… Пока они наконец не остановились в квартале от его дома в довольно безлюдном переулке и Тэхен, резко сменив тему, вдруг не сказал, глядя прямо ему в глаза, то, отчего Чонгук, моментально покрывшийся красными пятнами, чуть было не сгорел со стыда на месте: — Знаешь, Куки… — Тэхен облизал кончиком языка губы, вынуждая Чонгука перестать дышать. — Я не против иногда вот так выбираться на школьные тусовки, чтобы поугарать с происходящего и чтобы ты мог показать всем, что никакой ты не занудный ботан, но может… — Тэхен шагнул чуть ближе к нему, улыбаясь как-то уж слишком хитро. — Может, раз уж ты вроде настроен серьезно, ты лучше наберешься смелости в следующий раз и нормально пригласишь меня куда-нибудь?..