— Я ненавижу тебя, Му Цин! — Взаимно!

Му Цин стоял возле входа в зал и, честно говоря, войти не решался. Зачем он сюда пришёл? Ну, вот зачем? Ясное же дело, что у него не получится… Он запустил пятерню в чёрные волосы и немного взлохматил хвостик. В голове пронеслись мысли: — Интересно, а Фэн Синь чувствовал то же, что и я сейчас, когда стоял перед тем забором на пастбище? С того момента, как они вернулись из Облачных глубин прошла неделя. Всё было хорошо, они старались не привлекать к себе внимание. Тем более старались не злить Учителя Цзюнь У. Но вот, Фэн Синь, словно желая отомстить Му Цину за поездку на Хэй Хее, пригласил того на свою тренировку стрельбы из лука. Да только Му Цин совершенно не знал, что ему тут делать. Он владел только боем на мече, а другие виды оружия были ему не особо интересны. Вот поэтому он стоял перед дверью и раздумывал над тем, войти ли, или же развернуться и убежать прочь. Можно сказать Фэн Синю, что ему сделалось плохо, например… Или Учитель Лань снова задержал, заставив переписывать сборник… В общем, отговорки то были, но… Проблема состояла лишь в том, что по возвращении домой, Му Цин Фэн Синя толком и не видел! Учеба захлестнула их с удвоенной силой, оба целыми днями пропадали на занятиях, приходили домой поздно, и сил хватало разве что на то, чтобы сказать друг другу «привет». Ну, может быть, стукнуть друг друга пару раз… Так что это был чуть ли не единственный день, когда у Му Цина освободилось немного времени, а у Фэн Синя как раз была тренировка. Отличный повод встретиться, провести время вместе, да и… Му Цин подумал о том, что раз Фэн Синь будет его учить, то наверняка не упустит возможность, схватить его за руки или прижаться к нему пару раз… От этих мыслей Му Цин покраснел, прикрыл лицо ладонью и незамедлительно развернулся, чтобы, всё-таки уйти. — Да о чем это я думаю? — Поругал он сам себя. — Не станет Фэн Синь делать ничего подобного! Наверное, плохая идея была сюда прийти… Он уже развернулся, сделал шаг и тут же… Врезался в кого-то. — Ай… — Только и проговорил Му Цин, а над ухом услышал знакомый голос: — Му Цин. Поднял глаза и тут же вспыхнул еще сильнее. Перед ним стоял Фэн Синь собственной персоной, да еще и с луком наперевес. — Сбежать намеревался? — Хотел. — Му Цин очень сильно попытался сделать голос твердым, но не вышло. — Не успел… — Вот и хорошо, что не успел! Идем! И он, по-хозяйски, обнял Му Цина за плечи одной рукой, а другой открыл дверь. Они вошли, и Му Цину ударил в нос запах невидимой битвы и свободы. Такой атмосферы он еще нигде не видел. Тренировка проходила на открытой местности, было очень светло и свежо. Несколько студентов выстроились в ряд и по очереди стреляли в мишени. Они не дрались, не ругались, но дух соперничества между ними витал довольно сильный. Вот один юноша в жёлтых одеждах, с высоким тёмным хвостиком на голове, злобно посмотрел на соседа-лучника, а затем, резко выхватил стрелу из своего колчана, натянул тетиву и выстрелил. Мишень была поражена в самый центр. Му Цин и сам не заметил, в какой из моментов восхищённо раскрыл рот. — Понравилось зрелище? — Поинтересовался Фэн Синь. Оказалось, всё это время он так и обнимал Му Цина за плечи, вдобавок, не сводил с него взгляд, наблюдал за его реакцией. Фэн Синю хотелось не упустить ни одну эмоцию, которая пришла бы к Му Цину, пока он наблюдает за тренировкой. И, конечно же, ему очень хотелось, чтобы Му Цину понравилось. — Ага… — Заворожённо проговорил Му Цин. И тут же потряс головой, возвращая себе дерзкий вид. Он высвободился из хватки Фэн Синя, сделал шаг в сторону и кашлянул в кулак. — Ну что? Где мой лук? Фэн Синь ответил: — Ты будешь стрелять из моего, разумеется. — Из… твоего? Лук Фэн Синя. Такой красивый и большой. Такой смелый и благородный. Гладкий и блестящий… Разве Му Цин имел права прикасаться к нему? Му Цин блестяще управлялся со своей саблей - чжаньмадао, а никакое другое оружие до этого в руки и не брал. Разве что один раз, на выступлении пришлось позаимствовать у Его Высочества Фансинь, но это другое. По правде говоря, Му Цин идеально сражался любым мечом. Даже мощный клинок в его руках выглядел невесомым и порхал, как бабочка. Но это клинок. А вот лук Му Цин никогда даже в руках не держал. Фэн Синь, со знанием дела занял место напротив одной из мишеней и приглашающим жестом предложил Му Цину тоже подойти. Тот неохотно поддался. Ему всё казалось, что на него тут косо смотрят. — А мне точно тут можно находиться? — Наконец, с опаской поинтересовался он. — Му Цин, — нахмурился Фэн Синь. — Ты бы ещё спросил, можно ли тебе посещать занятия или находиться в Университете! — … — Ты же студент, правильно? На тренировку может прийти любой студент. Другой вопрос, останешься ли ты в клубе надолго? Почему-то Му Цину показалось, что он не останется, но вслух говорить об этом не стал — не хотел расстраивать Фэн Синя. Который, кстати, с большим воодушевлением начал рассказывать ему про устройство лука, натяжение тетивы, разнообразие стрел и перьев к ним и прочее, что Му Цин благополучно решил пропустить мимо ушей. Они стрелять пришли или теорию изучать? Вдобавок Фэн Синь демонстрировал всё, о чём рассказывал на примере собственного оружия. Тот хоть и казался очень большим и тяжелым, но в руках у Фэн Синя крутился, словно пушинка. — Му Цин! Му Цин, ты меня слушаешь? — А? Да… да, я просто… Фэн Синь вперил руки в бока: — Ты не слушал. Му Цин разозлился: — А ты мне еще экзамен устрой! Давай уже мне свой этот лук и вот эту вот, как её, палку! И я уже, наконец, попробую! Ты же меня стрелять привел? Фэн Синь сперва удивился, потом никак не мог решить, поругаться ему или посмеяться, но всё-таки, улыбнулся. Как ни посмотри, а Му Цин, кажется, заинтересовался, что не могло не обрадовать Фэн Синя: — Стрела. Эта палка называется стрелой. — Не имеет значение! — Отмахнулся Му Цин и взял эту самую стрелу из колчана Фэн Синя. Стрела была немного тяжелой и гладкой, на одном конце у нее искрился острый наконечник, а на другом переливалось на солнце красивое оперение. Му Цин невольно залюбовался стрелой, ему даже показалось, что он держит в руке маленькую, но увесистую птичку-убийцу. Сейчас она отправится в полет и непременно достигнет цели. Но Фэн Синь не торопился протягивать ему лук. — Сначала я покажу тебе, — сказал он, на что Му Цин закатил глаза и щелкнул языком. Но Фэн Синь нисколечко не обиделся. Кажется, он понял, что Му Цин только делает вид, что ему не нравится и всё тут раздражает. Но вот по тому, как горели его глаза, а хвост на голове весело подрагивал, Фэн Синь понимал, что это просто напускное. На самом же деле, Му Цину, если не нравится, то уж точно хотя бы интересно! Фэн Синь показал, как правильно встать, какую выбрать позу, как взять лук, куда деть пальцы, чем что зажать, куда вложить стрелу, как прицелиться… И у Му Цина закружилась голова. — Сколько тонкостей! — Он надул губы. Как же это всё разом можно сделать? — А вот так! В одно мгновение Фэн Синь, из привычного добродушного друга превратился в профессионального стрелка из лука, настоящего знатока своего дела. Его лоб был нахмурен, но тело расслаблено, а глаза смотрели лишь в одну точку. Му Цин невольно залюбовался им… Кажется, ему понравился такой Фэн Синь. Может, стоит посещать эти тренировки хотя бы для того, чтобы посмотреть на Фэн Синя, а не чтобы стрелять… Фью! В одном мгновение стрела покинула тетиву лука со звуком разрезаемого воздуха. Му Цин даже вздрогнул от неожиданности, так внезапно и быстро всё произошло! Он перевёл ошарашенный взгляд с Фэн Синя на мишень. Там, в нескольких чжанах от них, упругая тонкая стрела всё еще колыхалась, а её наконечник был вонзён аккурат в цель. — Вау… — Вырвалось у Му Цина. Фэн Синь деловито опустил лук: — Ну вот. Теперь ты. Однако, когда настала очередь Му Цина, весь его запал и вдохновение куда-то улетучились… Фэн Синь всучил ему лук и он робко принял оружие. Лук был тяжелее, чем казался. Му Цин вертел его так и эдак, пытаясь найти «верх», а Фэн Синь улыбался. Му Цин взял стрелу и теперь вертел её, как назло, от волнения он перепутал концы и положил стрелу на тетиву наконечником к себе, а Фэн Синь принялся издавать странные смешки, где-то за его спиной. Му Цин кое-как приладил стрелу и сделал вид, что прицеливается, а Фэн Синь, как мог, сдерживал себя от того, чтобы не согнуться пополам от смеха. Но когда Му Цин выстрелил, а стрела пролетела пару чжанов и вонзилась в землю, Фэн Синь захохотал во весь голос, да так, что на них принялись оглядываться и шикать. — Чего ты ржёшь, мать твою! — Вне себя от злости, прокричал Му Цин. — Может, это не я плохой ученик, а ты хреновый учитель! — Ха-ха! Му Цин! Ха-ха-ха! Это моя фраза! Ха-ха! Нет! Не в этом дело! Ха-ха-ха! Ну и умора! — Я тебе сейчас покажу, где умора! Му Цин откинул за спину длинный хвост, схватил лук покрепче и направился на Фэн Синя, потрясая кулаком: — Знаешь что? — Эй погоди, лук то тут при чем?! Ха-ха-ха!!! Умора! Фэн Синь на самом деле очень испугался, что в порыве гнева, Му Цин повредит лук, а то и вовсе сломает его пополам. Но остановиться смеяться не мог. И даже ему было не столько смешно, сколько по-простецки весело. Да, получилась очень милая картина. Но Му Цин то не знал, что мало у кого с первого раза получается как следует стрельнуть. Поэтому это недоразумение никак нельзя записывать в список промахов Му Цина. Но всё таки, вместо того, чтобы успокоить друга, Фэн Синь громко хохотал. — Аккуратнее с луком! — Я тебе его сейчас знаешь куда засуну, мать твою?! — Да прекрати, это моя фраза! — Теперь и моя! Фэн Синь попытался увернуться от налетевшего на него Му Цина, но далеко не ушел, они ведь были посреди тренировочного поля. И они были не одни. А значит не имели права мешать другим студентом практиковаться. Му Цин как раз нагнал Фэн Синя у края отведённого им места и схватил того за ворот. — Му Цин. Серьзно. Ха-ха! Не переживай. Это ничего страшного. Ха-ха! Ой. Прости. Ни у кого с первого раза не получается. Ну и видок у тебя был! Ха-ха-ха! — Фэн Синь! Му Цин злился недолго. Внезапно он почувствовал на себе чей-то взгляд и повернул голову в сторону. Не просто чей-то взгляд… Почти все, находившиеся сейчас на поле смотрели в их сторону. Кто-то удивленно, а кто-то осуждающе. — Нельзя ли потише? — Вы мешаете другим! — Кто это вообще такой и зачем он явился? — Ну и ну, никакого воспитания. — Ах, это же ведь те двое, которые показывали Генералов… — Да чтоб вас! — Выругался Му Цин. — Эти дебильные Генералы теперь нас и в могиле будут преследовать?! Му Цин отпустил Фэн Синя и перевёл свою ярость на участников тренировки. Он даже сделал шаг навстречу к говорившему, но Фэн Синь положил ему на плечо ладонь, попросив успокоиться: — Му Цин. Не надо. Я знаю всех этих людей. Они все замечательные. Уверен, они это не со зла сказали, просто не подумали. Не хотелось бы с ними портить отношения. Му Цин задумался. Вот значит как. Портить отношения. То есть, затей Му Цин сейчас перепалку, Фэн Синю придется встать на его сторону? А если он поругается с товарищами, путь в клуб лучников будет закрыт. Да уж. Му Цин бы не хотел так подводить друга. Поэтому он опустил кулак: — Как скажешь. Фэн Синь выдохнул и обратился к стрелкам: — Господа, прошу простить. Впредь мы не доставим вам неудобств. Пожалуйста, продолжайте тренироваться. Еще раз извините. Му Цин лишь отвернулся, да так резко, что бедняге Фэн Синю, стоящему рядом с ним, опять прилетело волосами по глазам. — Вот ведь… Ладно… Пойдём, поправлю тебя. Пока Му Цин готовился к новому выстрелу, Фэн Синь сбегал за упавшей стрелой и вернулся уже с ней. — Хорошо, — сказал он. — Давай начнём с самого начала. Ты неправильно встал. Ногу сюда. И он хлопнул ладонью по левой ноге Му Цина, предлагая её переставить. Му Цин опешил, но поддался. Фэн Синь продолжал: — Дальше. Вторую ногу чуть назад. Хлоп. И Фэн Синь стукнул по другой ноге. — Спину ровно. Ровно, Му Цин, выпрямись. И следом тёплая ладонь Фэн Синя легла Му Цину на спину, а потом, пока он ещё что-то там говорил (что именно, Му Цин не слышал), эта самая ладонь, сползала по спине, от лопаток, прямо ниже и ниже… Томно, медленно, до самой поясницы. Му Цин икнул, а его хвост дёрнулся. Он вытянулся, не хуже, чем тетива на луке Фэн Синя. — Расслабься, чего ты так напрягся? Локоть оттопырить надо, помнишь, как я показывал? И в следующее мгновение, Фэн Синь взял Му Цина за локоть, чтобы выровнять его движения. Затем Фэн Синь брал Му Цина и за другую руку, направляя и показывая, как правильно. Потом перешёл к кистям, потом к пальцам. И всё приговаривал: — Запястье расслаблено, а пальцы крепче. Возьми его крепче, Му Цин. Сожми посильнее. Фэн Синь, говорил, конечно же, про лук, но у Му Цина мысли унеслись куда-то не туда… — Взять… Покрепче… Фэн Синь погладил своими пальцами пальцы Му Цина, проверяя, что те на правильном месте, помог вложить стрелу: — Вот так. Теперь зажми. Зажми. Покрепче. — Зажать… Покрепче… Фэн Синь не понял: — Ты чего? Он посмотрел на Му Цина, лицо у него покраснело, а глаз дёргался. Он повторял: — Взять… Зажать… Покрепче… Фэн Синь только сейчас сообразил, что всё это время стоял в непростительной близости от Му Цина, буквально нашептывал ему команды на ухо, а его рука до сих пор сжимала непослушные пальцы Му Цина. Вот почему тот так покраснел. — Му Цин, мать твою, о чем ты думаешь!! — Выругался Фэн Синь и отскочил от него на два шага. — Да чтоб тебя! — А я то что сделал? На них снова начали оборачиваться, но Фэн Синь ничего не мог с собой поделать, теперь уже и его уши заалели. Что он наделал? Он сел на траву и закрыл голову руками. Му Цин больше не мог стоять в этой неудобной позе с вытянутой на весу рукой. Он наскоро прицелился и выстрелил. А затем с блаженством опустил руки. — Эй! Что это?! Оба тут же встрепенулись. Оказалось, на этот раз стрела Му Цина полетела далеко, но не в цель, и вонзилась куда-то около края забора, где как раз один из студентов подбирал свои стрелы. Стрела Му Цина чудом не попала в него. Он закричал: — Застрелить меня решил, чёрт тебя задери! Му Цин вскинул руки в извиняющемся жесте. Он видел человека, но ни в коем случае не целился в него! — Простите! — Я тебе устрою простите! — Буркнул тот и поспешил вернуться к своему месту. Му Цин сконфузился и помрачнел. Он устало плюхнулся рядом с Фэн Синем и плечом облокотился на него, как на стену. — Кажется, я не годный стрелок. Его волосы налипли Фэн Синю на лицо и он принялся отплёвываться. Когда это движение не возымело успеха, Фэн Синь нежно собрал волосы Му Цина со своего лица, но отпускать не торопился, решил немного поиграть с ними. Как хорошо, что теперь, чтобы накрутить прядь его волос на палец, не нужно выдумывать всякие уловки. И оправдываться не надо, мол, я не потрогать, а отрезать их хотел. Нет, можно просто взять и крутить в пальцах, да хоть понюхать! И Му Цин ничего не скажет, не поругает, даже напротив, улыбнётся. — Не спеши ставить на себе крест. Выстрел был не плохой. Видишь, со второго раза получилось лучше. На этот раз стрела улетела дальше. Но это просто потому, что ты плохо прицелился. — Да рука устала… — Пожаловался Му Цин. — Потому что ты долго стоял. Постарайся в следующий раз прицелиться быстрее. Давай. И он встал, протянул Му Цину руку, предлагая попробовать еще раз: — Последний разочек. Му Цин схватил ладонь Фэн Синя и поднялся с травы. Пожалуй, он заслуживает ещё одного шанса. На этот раз в правильную стойку получилось встать намного быстрее. Но руки никак не желали занимать правильного положения на луке. Фэн Синь, как обычно, помог — подошёл со спины, обхватил обеими руками руки Му Цина, поправляя. И снова прошептал прямо у самого уха: — Вот так. Теперь всё правильно. Целься! Но не успел Му Цин покраснеть от такой близости, не успел насладиться жаром дыхания Фэн Синя… как со стороны послышалось: — Нет, вы только посмотрите на них, что удумали! — Ага, ага! Это же надо! — Ни стыда, ни совести, у всех на виду! Му Цин повернул голову. Несколько стрелков сгрудились, смотря на них, кидали косые взгляды и хмурились. А тот, что был в жёлтых одеждах, хмурился сильнее всех, да так, что красная точка, нарисованная киноварью на его лбу, почти полностью утопла в складках. Он съязвил: — Мой дядя тоже обрезанный рукав! — Затем он злобно зыркнул на Фэн Синя с Му Цином, громко и с презрением хмыкнул, а потом отвернулся. — Ты! — Му Цин заскрежетал зубами, а Фэн Синь поспешил его успокоить: — Даже не думай. Это приглашённый ученик! Уверен, что хочешь вступать с ним в перепалку? По правде сказать, Му Цин сейчас вообще ни в чём не был уверен. Он зашипел: — Надоели! Учитель Цзюнь У делает намёки! Студенты делают намеки! Да какие! Этого разукрашенного павлина никто не спрашивал! Чтоб их, этих Генералов! И чтоб эту Линвэнь с её предложением! И чтоб эту постановку! Му Цин всё злился и злился. Ругался и ругался. Фэн Синя тоже задели шепотки студентов, но сейчас он был на своей территории и не имел права облажаться. Нужно было и отношения с командой сохранить, и Му Цина не обидеть. Поэтому он сказал: — Стреляй! Вот сейчас стреляй! — Да как я СЕЙЧАС могу думать о выстреле?! Му Цин хотел уже было расслабить руки и опустить лук, но Фэн Синь всё еще стоял за его спиной и обнимал его сзади. Он вернул ему прежнюю стойку и тоном, не терпящем возражений ответил: — Поэтому и надо стрелять. Пока ты злишься. Целься. Представь, что стреляешь в этого павлина. Му Цин удивился, но решил сделать, как посоветовал Фэн Синь — попытался представить мишень юношей в жёлтых одеждах и с красной отметиной на лбу. Фью! И стрела полетела. С визгом рассекая воздух, она полетела не очень ровно и крутилась, словно не была точно уверена, куда именно летит. Но на этот раз она вонзилась не в землю. Ни дальше, ни ближе, она вонзилась прямо в мишень. Правда не в центр, а в самый край, но, всё-таки в мишень! — Ух ты! — Обрадовался Му Цин. — Молодец! — Похвалил Фэн Синь. От переполнивших его чувств, Му Цин развернулся и бросился прямо на Фэн Синя, чтобы обнять. Тот от неожиданности потерял равновесие, не удержался на ногах и оба они полетели в мягкую траву. При этом не переставали смеяться, чем привлекли внимание студентов… Опять! — Гм… — Сконфузился Му Цин и поспешил слезть с Фэн Синя. — Извини. Фэн Синь от смущения, не знал, куда деть глаза и руки, поэтому принялся вырывать у Му Цина свой лук и осматривать его: — Не стоит так бездумно кидаться на меня с луком, повредишь же! — Да что ему будет! Видал, как у меня получилось? Почти попал! Фэн Синь всё-таки набрался смелости и взглянул на Му Цина. — Да, замечательно. С каждым разом смотреть на него было всё труднее… Точнее, смотреть было очень даже приятно, но вот смотреть и не краснеть — почти невозможно! Черные глубокие глаза Му Цина пробирали до дрожи. Его изящный благородный вид сводил с ума. Его забавный хвостик, увенчанный заколкой в форме короны. Эти волосы, которые Фэн Синю хотелось трогать бесконечно, эти черты лица, которыми хотелось любоваться бесконечно, эти пальцы, которые хотелось сжимать в своих ладонях бесконечно… Вот и сейчас, находись они где угодно, но только не здесь, Фэн Синь непременно бы покрепче обнял Му Цина и со всей искренностью, на какую только был способен, поздравил бы с удачным выстрелом. Но здесь было нельзя… Ведь они и так набрали достаточно штрафных баллов у студентов. А еще один лишний раз слышать в свой адрес что-то про обрезанные рукава и смотреть, как Му Цин расстраивается, Фэн Синю не хотелось. Сам Му Цин же сидел на траве, скрестил ноги и принялся переделывать хвост на голове. — Ну что? — Деловито поинтересовался он. — Хороший из меня ученик? Фэн Синь улыбнулся: — А то! А из меня учитель? Му Цин задумался: — Могло быть и лучше. Фэн Синь позволил себе немного обидеться: — Уж получше тебя, в роли наставника по верховой езде! Ха-ха! — Ты сейчас у меня договоришься! На лошадь сел и поехал, получай удовольствие! А тут, — и он принялся загибать пальцы, — Стой правильно, поворачивайся правильно, руки поднимай правильно, локти держи правильно, лук зажимай правильно, стрелу вкладывай правильно, целься правильно, отпускай правильно! Откуда столько правил? Не стрельба из лука, а прям Гусу какое-то! Фэн Синь так и покатился со смеху: — Что же, возможно, ты и прав. — Не возможно, а прав! Уж лучше на лошадь… Фэн Синь возмутился: — Намекаешь на то, что твоё увлечение лучше моего? — А чем твоё лучше? Моё проще и интереснее! — Зато моё — практичнее! — Моё тоже практичное! — А вот и нет! — А вот и да! И они бы ещё продолжили спорить, да только откуда-то сбоку снова послышалось неодобрительное: — Нет, вы поглядите на них! — Что они опять удумали? — То они обнимаются, то они ругаются! Они когда-нибудь придут к середине? — Я так и не понял, они обрезанные рукава или всё-таки нет? Тут Му Цин не выдержал и закричал, потрясая кулаком: — Да какие мы вам обрезанные рукава! С чего вы взяли? Фэн Синь поддержал: — Вот именно, мать вашу! Увидев, что гнев этих двоих с друг друга перекинулся на них самих, студенты поспешили примирительно поднять руки, разойтись по своим местам и продолжить тренировку. Му Цин устало опустил кулак. Фэн Синь одобрительно потрепал его по плечу: — Ну что? Пойдём отсюда? Мне кажется, хватит с тебя этой тренировки. — С меня?! — Опешил Му Цин. — Уж если устал, так сам и признайся! — Ха-ха! Так ты всё-таки хочешь остаться и еще пострелять? — Нет уж! — Тогда пойдём. Они встали. Фэн Синь повесил на плечо лук и сбегал за двумя стрелами, пущенным Му Цином. Одна торчала из мишени, другая была воткнута в землю, рядом с забором. Му Цин дождался его, и они оба покинули территорию клуба. *** Уже вечером, в комнате, когда Фэн Синь по обыкновению расчесывал Му Цина, сидя на кровати, Му Цин спросил у него: — А это нормально, что у нас такие разные и непохожие увлечения? — Конечно, нормально! — Без колебания отозвался Фэн Синь. — Кроме того, верховая езда тоже в какой-то степени спорт. Му Цин потряс головой: — Спорт меня не интересует… Я люблю ехать верхом, чтобы ветер в лицо и свобода… Му Цин мечтательно прикрыл глаза и снова облокотился на Фэн Синя, как на тренировке, только теперь спиной. Тот не ожидал такого и замер в нерешительности. Что же теперь делать? Обнять его? Или что? И куда вообще девать свои руки сейчас?! Пока Фэн Синь решал и так ни до чего не додумался, Му Цин уже задал другой вопрос: — А тебя тоже бесит, что про нас пошли эти слухи? Фэн Синь тут же сделался серьёзным и нахмурился: — Это же просто слухи. Му Цин вспыхнул, встал и сел к несу напротив. — Так в том то и дело! Будь это правда, было бы не так обидно! А то получается, они языками мелят, а всё неправда, только никак не докажешь! Фэн Синь почему-то улыбнулся. А потом потянулся вперед и остановился только у самого лица Му Цина: — Так что? Хочешь сделать эти слухи правдой? Му Цин вспыхнул и отвёл взгляд. — Не переживай, — Заверил его Фэн Синь. — Я не собираюсь. Фэн Синь имел ввиду, конечно же, то, что Му Цину нужно соблюдать обеты, поэтому и не тронет его, но Му Цин этого не понял. А Фэн Синь пересел, чтобы закончить с его волосами и не увидел, как помрачнел Му Цин. Как обычно, завершив расчесывать Му Цина, Фэн Синь оставил невесомый поцелуй у него на шее и тут же отстранился. Потом они улеглись спать, отвернувшись друг от друга, каждый со своими думами.