Кукла

      Первый день в университете всегда очень волнительный. У Джисона столько эмоций. Ему так сильно всё нравится. Наверное, ещё лет с пяти ему мечталось переехать в Корею, ведь это страна возможностей и вообще такая красивая.       Джисон идёт по коридору, пока не особо понимая, куда ему вообще нужно. Идёт и в окна заглядывает. А там деревья зелёные-зелёные, лавочки нежно-голубого оттенка и целый океан студентов, расформировавшихся по кучкам.       Джисон засматривается и врезается в чьё-то плечо своим. Он рта не успевает открыть, как перед ним суетливо извиняются нежным голосом, даже глаз не поднимая, и быстро уходят. Хан смотрит, сведя брови, в спину этого студента и пытается понять, откуда он его голос знает. Только вот без лица тяжело определить.       Джисон не особо заморачивается. Вокруг всё новое, красивое. Как-то не до мелькнувших в толпе студентов. Однако ровно до того момента, пока он, уже находясь в аудитории, не поворачивает голову вбок, замечая до боли знакомые черты.       Джисон вздрагивает, резко понимая, что это за парень рядом сидит, где он его видел и кому принадлежал тот голос. Это было начало лета. Хан только-только приехал, заселился в кампус и подал документы на перевод. Он ещё не знал, примут его со средними баллами или нет, но времени терять не хотелось. Новая страна, новый город, новые люди и новые возможности очень влекли. Джисон не повёл себя как обычный турист, приехавший на неделю. Достопримечательности волновали его немножко меньше, чем охота на кенгуру в Австралии. Конечно, первым делом отправился в бар с Феликсом, который оказался очень приветливым соседом.       Возможно, Джисон хотел напиться и танцевать до упаду, но после двух рюмок разговорившись с милым пареньком у бара, решение поехать к нему принялось само собой.       Джисон хорошо помнит тот вечер. Он не был пьян. Быть может, Минхо, тот самый миловидный парень, сидевший за баром, имел в крови чуть больше алкоголя, но немногим. И сейчас Хан не поверит, если Ли не вспомнит его. Хотя вариант того, хочет ли Минхо его вообще вспомнить, учитывая, что сбежал сразу после секса, почему-то не рассматривается.       Джисон улыбается, слабо пихая Минхо в плечо.       — Привет?       Минхо хмурится в ответ, но кивает. Он отворачивается показательно, опускает глаза в тетрадь и в упор не смотрит на Джисона, который не сводит с него взгляда. Наверное, это очень неприятно, когда тебя так показательно игнорируют. Или почему неловкость царит в воздухе и даже речь лектора не разбавляет её?       У Джисона флешбеки всплывают в голове, когда он замечает, с какой силой Минхо сжимает ладонь в кулак. Он с таким же остервенением сжимал в руках простыни, когда Джисон просто целовал его в шею и плечи. На самом деле это было даже мило.       Весь Минхо был таким нежным и осторожным. Он не казался робким, будто это его первый раз, но и раскрепощённым не выглядел. Джисону думалось, что Минхо его коснуться боится, словно сделай он то, чего хочется, и Хан его в форточку выкинет. Тем не менее также это была тонкая грань дозволенности, страх пересечения личных границ. А о каких границах речь, когда они под одеялом голенькими друг дружку изучали? Тоже непонятно.       Джисон не то чтобы слишком сентиментальный и запоминает все детали с людьми, с которыми имеет близость, но от Минхо отдавало чарующим флёром неизвестного, секретного. Хан не хотел, но думал о нём ещё неделю после того, как Ли, сказав глупую причину, быстро оделся и ушёл, едва только всё кончилось. Возможно, он винил себя, что отнёсся к Минхо недостаточно хорошо и тому просто не понравилось, посему и поспешил сбежать. А почему же тогда не сказал ничего? Джисон спрашивал. Много спрашивал. Может, надоел этим? Однако как иначе, если Минхо всё время молчал. Лежал с полуприкрытыми глазами, жевал губы и даже стонов не издавал почти. Было буквально не прочитать по его лицу: приятно ему или больно? Приходилось задавать вопросы. Только вот Ли отвечал на всё коротко, тихо и положительно.       — Тебе нравится?       — Да.       — А так?       — М, да.       — Не больно?       — Нет.       — Может, так приятнее?       — Да.       — А если так?       — Да, так хорошо.       Джисону было неловко, но Минхо был таким ласковым и хорошим, чем отвлекал. Исполнял всё, о чём просил Хан. Он выглядел как кукла, которую как поставишь, так и стоит.       Минхо не казался слишком уверенным, но, если Джисон просил, он опускался на колени, послушно открывал рот, сосал пальцы, обнимал губами член, а затем покорно встал в коленно-локтевую и выгнулся, когда Хан об этом сказал, надавив на поясницу. Минхо не был игривым, не сверкал лукавой улыбочкой, пытаясь соблазнить. Его лицо выражало спокойствие и сосредоточенность. Без лишних эмоций. Как кукла.       А ещё Минхо практически не издавал звуков. Он не стонал, когда Джисон оставлял засосы на его бёдрах, когда вылизывал его узкую дырочку, когда растягивал. Даже когда Хан толкнулся членом, Ли только судорожно выдохнул и прикусил ребро ладони.       Почему? Для Джисона загадка.       Джисон всю лекцию прокручивает в голове события той ночи, проведённой с Минхо, совершенно не акцентируя внимания на словах лектора. Он смотрит вбок, на Ли, и губы кусает.       Хан догоняет его после пары у главного входа. Он слабо касается руки, сжимая пальцы на локте, и Минхо дёргается, как от удара.       — Извини, не хотел пугать, — мягко улыбается Джисон, убирая руку от уставившегося на него большими глазами Ли.       — А что хотел?       — Может, сходим пообедаем? Тут недалеко есть кафе с безумно вкусной пиццей. А ещё там чизкейк гранатовый есть, представляешь? И гранат без косточек. Так бывает вообще? Не уверен, но очень вкусно, — Джисон говорит всё, что приходит на ум, пока Минхо смотрит на него, не мигая.       — Я... не люблю чизкейк, извини. Мне идти нужно.       Минхо делает шаг вперёд и выходит во двор, но Хан следует за ним, ведь они ещё не договорили.       — Но, может быть, всё-таки пицца? Там ещё...       — Я на диете.       — О, тогда поедим вместе хлебцы? Можно в кино пойти, там похрустеть, — идя следом, всё пристаёт Джисон.       Минхо останавливается и разворачивается так резко, что Хан почти врезается в него. Он смотрит озадаченно, сводя брови к переносице.       — Почему? — с искренним недоумением вопрошает Ли.       — Что почему?       — Почему зовёшь куда-то?       — Кажется, у нас с прошлого раза осталась какая-то недосказанность, — предполагает Джисон, пожимая плечами.       — А по-моему, всё было предельно прозрачно, — мнётся Минхо и лямку рюкзака плотнее стискивает в ладони.       — Но я всё равно хочу с тобой куда-нибудь сходить, — настаивает Хан.       — Извини, Джисон, — с этими словами Минхо разворачивается и уходит. Снова. И Джисон не идёт за ним.       Он стоит и смотрит вслед с лёгкой улыбкой на губах.       — Ну ты хотя бы помнишь имя, — бормочет себе под нос. — Интересно, это память такая хорошая или всё-таки походы в клуб не регулярны, как и секс с незнакомцами?       Вопрос Джисона остаётся без ответа, но он намерен выяснить любым способом.