Кукла

      Чан не разговаривает о том, что они обсуждали по пьяни, но вдруг зовёт Минхо на репетицию. А потом на ещё одну и ещё. Джисону сначала неловко при нём распеваться, петь, читать рэп, но Ли не смотрит надменно. Он смотрит с абсолютным интересом, и это воодушевляет. Иногда кажется, будто он всю жизнь ждал, когда Чан его позовёт.       Джисон разговаривает с Минхо. Тот не убегает, не отворачивается, не пытается уйти от диалога. Он улыбается нежно-нежно и глаза до маленьких щёлок сужает, слушая или что-то рассказывая. Будто Чан поговорил с ним и сказал что-то хорошее о Хане. И спасибо, если это так.       Джисон шутки ради спрашивает, если Минхо хочет попробовать играть на гитаре, но тот говорит, что хочет.       У Джисона пальцы дрожат больше, чем у Минхо, когда он ему аккорды показывает, когда переставляет подушечки пальцев правильно. Звук получается рваным, струны звучат не все, но Хан всё равно хвалит его.       Минхо старается жать со всей силы, и это больно, Джисон знает наверняка. Сам просит убрать руку и смотрит с недоумением на Минхо, который рефлекторно не одёрнул ладонь от грифа из-за острого жжения на кончиках пальцев. Он прячет ладонь, трёт её о бедро, стараясь избавиться от неприятного ощущения, и Джисон видит в этом первый звоночек.       Привык терпеть?       Минхо осекается, когда его зовёт Чан. Он уходит спешно, так же спешно прощаясь.       — Спасибо, Джисони. Увидимся, — лелеет он, направляясь к Чану.       У Хана по венам проносится сладкий голос, которым было произнесено его имя в уменьшительно-ласкательной форме.       Джисон остаётся в репетиционной подольше. Он думает выучить красивую, но простую мелодию на синтезаторе, чтобы показать её потом Ли. Зажимать клавиши не так больно, как струны, а звук при этом не напоминает скольжение пенопласта по стеклу, если не попасть в ноту или зажать не ту.       Джисону нравится внимание Минхо, и он не замечает той навязчивости, о которой говорил Чан. Возможно, Ли ещё слишком не уверен, но ведёт себя отстранённо.       Когда Чан приглашает поужинать их вчетвером, Джисон вдруг замечает, что Минхо ничего не ест. Он мнёт салат палочками, подносит ко рту, но не ест. Наверное, увлекись беседой, Хан бы не заметил, но он увлечён только Минхо.       Джисон думает об этом, а позже, когда они все вместе гуляют в парке, а Чан чуть отстаёт, чтобы с Чанбином побегать за белками в парке, вдруг говорит стоящему рядом Ли:       — Ты занимаешься спортом?       — Ч-что? — Минхо смотрит удивлённо.       — Ты выглядишь так хорошо. Я имею в виду... Ты ходишь в зал? Я бы хотел иметь такое же тело, как у тебя. Посоветуешь что-то? — Джисон говорит буднично, засунув руки в карманы джинсов.       — Я не... — чуть отречённо начинает Ли. — Иногда занимаюсь танцами.       — Вау, правда? А можно... Можно где-то посмотреть? Я бы тоже хотел, — Джисон улыбается ласково.       Минхо пробирает. Он делится своим хобби, говорит о любви к танцам, но признаётся, что только стремится к профессиональному уровню. Джисон хвалит его всё равно. Он не чувствует себя крысой, играющей с рычагами влияния. Ему правда интересно. Минхо наконец-то говорит. Говорит о себе. Это интересно.       На самом деле интересно.       Минхо всё больше открывается. Не сразу. Постепенно. Говорит о себе чаще. И это нравится Джисону. Не нравится ему, что Ли порой осекается, замолкая, словно исчерпал лимит слов о себе. И Хан хитрый. Использует тактику молчания, чтобы Минхо стал говорить из-за повисшей тишины. Работает. Иногда.       Чан замечает.       Чан, кажется, вообще всё замечает. А ещё кажется, что он на стороне Джисона. Он не вмешивается откровенно, но уходит, чтобы оставить наедине этих двоих, зовёт в кино, сажая Ли посередине, тактично молчит в кафе, залипая в телефон, если они втроём.       И Джисон очень ему благодарен.       Минхо, похоже, привыкает к Джисону. Хочет или не хочет, но привыкает. А Чан... Чан доверяет. Доверяет ему Минхо.       По крайней мере Минхо всегда улыбается рядом с Джисоном.       Только вот Минхо всё равно сторонится. Не даёт свой номер, когда Джисон спрашивает. Смотрит виновато, но цифр не называет.       Хан готов ждать. Это в порядке. Это не страшно. Ли сделал ему уже сто шагов навстречу, пока Джисон сделал тысячу, и словно лишь одного маленького шажочка не хватает. Одного на двоих.

***

      Джисон удивляется, когда Чан присылает ему адрес. Он сидит на кровати в общажной комнате и не понимает, но следующее сообщение... Хан готов расцеловать его за это.       «Минхо собирается в клуб. Не дай ему сотворить глупости. Или сотвори их вместе с ним. Я тебе верю, Сон», — пишет Крис.       Джисон даже губу закусывает, потому что та дрожит. Это будто слишком... Слишком доверчиво. Но Джисон не подведёт.       Он думает недолго. Принимает душ, одевается с иголочки и вызывает такси.       Джисон немного нервничает по пути, прикидывает, как лучше подойти, но решает вести себя честно. Свет софитов слепит глаза, но взгляд всё равно довольно быстро акцентируется на одном знакомом силуэте за баром.       Джисон видит, как к Минхо подкатывает кто-то миловидный, и немедля подходит, становясь между Ли и незнакомцем. К последнему спиной. Он мягко гладит Минхо по плечу в знак приветствия и улыбается.       — Ты как тут? — совершенно искренне спрашивает.       Минхо теряет из виду парня, с которым говорил, и неловко смотрит на Джисона.       — А ты?       Джисон ему улыбается всего мгновение, а затем отворачивает к бармену, чтобы сделать заказ. Он снова угощает Минхо, как в первый раз, но в этот раз он относится скептически.       — Зря ты стараешься, я всё равно не дам тебе номер, — немного наклоняясь к Джисону, чтобы было слышно через громкую музыку, говорит Ли. И говорит он нежно, с тёплой улыбкой, будто мило подшучивает.       — Ты не дашь свой номер, но всё равно поедешь ко мне, — самоуверенно отвечает Хан ему тем же игривым тоном.       — Ты много на себя берёшь, — довольно смело хмыкает Минхо, и Джисон гадает, если это влияние алкоголя.       — Возможно, я хочу взять тебя. Всего.       Минхо качает головой, отпивая коктейль через трубочку. В свете софитов его кожа выглядит глянцевой, а сам он похож на куклу. Безупречно красивую куклу с точёными чертами и изгибами. И Джисону хочется верить, что внутри у него тридцать шесть и шесть, а не лёд.       — Скажи, ты, когда приходишь в клуб, разве не с разными людьми уходить хочешь? Разве не в этом смысл?       Джисон поджимает губы в нервной ухмылке и приближается к Минхо, чтобы сказать в самое ухо.       — Ты можешь мне не верить, но я так и не смог забыть ночь с тобой и ни с кем не был после.       — У меня примерно та же ситуация, но по другой причине.       — Я думал, ты часто сюда ходишь, — задумчиво отвечает Хан.       — Я прихожу сюда, когда чувствую себя одиноким.       Минхо смотрит серьёзно. Прямо в глаза. И Джисону под кожу этот взгляд заползает, раздирая до костей.       — Мне бы хотелось скрасить твоё одиночество этим вечером в любом из случаев, — медленно проговаривает он. — Если позволишь.       И Минхо не отвечает, но губы кривит нечитаемая улыбка, то ли коварная, то ли нежная, и выражение его лица такое, словно позволит.       Джисону хочется так думать.