Право пользования

      Веки слишком тяжёлые. Они не хотят открываться, поддаваясь сладкой неге. Неужели, я... Нет. Я могу шевелить пальцами. Да, получается. Что-то мягкое, приятное на ощупь скользит под подушечками, заставляя улыбнуться. Мимика лица присутствует. Значит, я не умерла. Так? Следом приходят и звуки. Нарастающие. Яркие. Вот какой-то треск, что-то падает, кто-то чертыхается. Чёрт. Я же... Я же...       Я морщусь от боли, проглатывая стон. Как же, мать его, больно. Голова. Где-то по-середине. Или сзади. Нет, возле виска. Как же невыносимо.       Я снова пытаюсь открыть глаза и у меня едва получается разлепить, словно намертво зашитые веки.       Свет пробивается сквозь пелену алого цвета, но не смотря на это, мало что удаётся увидеть. Тени расползаются. Мелкие точки пляшут перед глазами. М-м-м. Лучше не открывать глаза. А ещё лучше не шевелиться.       Я выдыхаю, заставляя тело функционировать. Ноги работают, руки тоже, вот только голова сейчас взорвётся.       - Чё-ё-ёрт, - вырывается из меня, когда я снова пытаюсь открыть глаза. - Как же больно.       Скрип где-то впереди вынуждает меня прикусить язык.       Что вообще происходит? Последнее, что я помню, это...       - О, боже, Лиц.       - Мир... Миранда? - пересохшее горло едва позволяет мне снова что-то сказать.       - Сейчас, подожди.       Слышится какая-то возня. Я снова пытаюсь открыть глаза, но тут к моим губам прикасается что-то холодное.       - Это вода. Тебе нужно смочить горло.       Я едва киваю и пытаюсь приподнять голову, благо Миранда мне помогает, поддерживая затылок.       - Потихоньку, - шепчет она, пока жидкость приятно обволакивает глотку.       Отставив стакан, руки Миранды начинают гладить мои волосы.       С усилием мне всё же поддаётся собственное тело и глаза наконец открываются.       Свет режет своей прямотой и видно подруга сразу понимает, что нужно закрыть окно.       Через пару секунд темнота довольно быстро помогает привыкнуть и снова лицезреть.       Это комната. Моя комната. Но как же так? Я помню, что всё было в крови, помню... Ноя. Он уложил меня в багажник. Чёрт.       - Что... Что случилось?       Не думаю, что мне удастся сесть. Голова, как мыльный пузырь, ещё немного, ещё чуть-чуть и лопнет от напряжения.       - Как ты себя чувствуешь? - подруга игнорирует мой вопрос.       Мне удаётся повернуть голову в сторону девушки.       Всё такая же красивая. На этот раз в лёгком худи и джинсах, к чему я явно не привыкла. Взгляд в котором поселилась тревога и сочувствие. Она не перестаёт хмуриться, держа меня за руку. Сколько же в ней сил, чтобы снова и снова оказываться рядом? Но сейчас мне плевать, я благодарна, что она тут.       - Чувство, что вот-вот лопну, - отвечаю я совершенно искренне.       - Тебе нужно отдохнуть, - заявляет Миранда, кивая сама себе и накидывает на меня, не пойми откуда взявшийся, плед.       - Стой, - я вытягиваю руку и успеваю коснуться её запястья.       Девушка дёргается, словно от тока, но после расслабляется, опускаясь на корточки рядом со мной.       - Что такое? Плохо? Где-то ещё болит? Воды?       Ох, сколько в ней жизни, когда дело касается меня. Неужели, ей всё это не осточертело?       - Почему ты здесь? - выговариваю, смотря прямо в глаза подруги. - Что случилось? Я... Я помню, как меня... ударили. И... багажник.       Миранда вздыхает, прикрывая глаза. Она облизывает нижнюю губу, следом закусывая её. Раздумывает, стоит ли говорить?       - Чёрт, ладно. Меня за это не поблагодарят.       - Я поблагодарю.       Она сомневается. Я вижу, как это проскальзывает в её глазах. Что-то заставляет молчать или кто-то. Но она берет всё в свои руки и на выдохе выдаёт:       - Мы с Биллом шли к твоему дому, чтобы узнать, как ты после вчерашнего, все таки, это была моя идея. Дурацкая идея, - посмеивается Миранда. - Мы видели, как Ной ударил тебя по лицу, точнее, он... такое чувство, что он...       Я видела, что её начинает трясти от злости.       Моя рука коснулась щеки Миранды и вся краска сошла с лица девушки. Она подняла глаза - злоба рассеивалась, а вот удивление только росло. Удивление и надежда.       - Я помню, помню, как он... уложил меня в багажник... И ударил чем-то тяжёлым.       - Да, - кивает Миранда, откашлявшись. - Билл во время схватил этого ублюдка. Я позвала на помощь и твои... кхм, родители выбежали из дома. Все были в шоке. Никто не ожидал.       - Точно, - усмехаюсь я, вспоминая едкие слова брата Рэйчел. Стоп. - А что... что с Рэйчел?       Миранда колеблется. Она вытягивается во весь рост, заталкивая руки в карманы джинсов.       - Она и её брат... Они в полицейском участке. Будет разбирательство, возможно, суд. Она его... - Миранда прочистила горло. - Защищает.       - Что?!       Я попыталась подняться, но сделала только хуже. Что-то в голове надрывно заныло, заставляя прижаться обратно к подушке.       - Эй, пожалуйста... Тебе нужен отдых, - заявляет подруга, нависая надо мной. - Зря я тебе рассказала. Идиотка.       - Нет... Нет, - противлюсь я, сжимая руки, заставляя вспомнить, что Рэйчел это вовсе не Рэйчел. И что она не встала бы на мою сторону. - Ты должна была рассказать. Все хорошо. Я правда... Я отдохну.       - Хорошо. Если что, мы рядом.       Её руки снова укрывают меня пледом. Миранда отходит к двери, ещё раз кидает на меня обеспокоенный взгляд и выходит из комнаты. Дверь плотно закрывается, слышатся удаляющиеся шаги.       Удушающее чувство жалости прорывается наружу. Вокруг всё меркнет, оставляя лишь пустоту. Я всё помню. Помню, что произошло, помню, как было гадко, больно, хотелось выть и убивать одновременно.       Что он хотел со мной сделать? Похитить, а после, добиться того, что было нужно и убить меня? Его гнев и ненависть, то, с каким упорством он тащил меня до машины, зная, что будет делать потом. Его не пугала мысль о законе. Он был настолько поглощен, что не замечал ничего вокруг. И всё ради сестры, которую он ищет. Ради семьи, которую потерял.       Я переворачиваюсь, выпуская протяжной стон из груди и упираюсь лбом в стену.       Она за него. Правильно. Она меня не любит. А он, пусть и не брат, но достаточно близкий ей человек. А я лишь та, которую так хотели найти и уничтожить. Разобрать по косточкам, добраться до сердца, раздавить его, впитывая весь сок. Какая же я дура. Мне нельзя было верить, нельзя было так облажаться. Но я не могла. Не могла по-другому. Это чувство. То, как бьётся твоё сердце, задавая ритм остальному организму. Это необъяснимое счастье и радость. Ты не можешь сдержать улыбку, не можешь не поддаться этим губам, этому голосу из-за которого возникает лёгкая дрожь от кончиков пальцев до шеи. Она парализовала меня. Я не хотела ничего слышать и видеть, думать, что может быть иначе. И поплатилась за это. ---       -... и что?... Да... Да... Ты же знаешь, я не буду этого... Нет... Я верю только ей.       Голос, который кажется таким знакомым. Он рядом. Говорит полушепотом, но я все равно слышу металлические нотки. Разговор, видно, ему не нравится.       Я разлепляю веки, когда слышу тяжёлый вздох и сталкиваюсь с Каленом. Он прячет лицо в ладонях, несколько секунд глубоко дышит, а следом нервно расстирает щеки, склоняясь к своим коленям.       - Кто тебя так разозлил?       Друг дёргается, поднимает голову и его глаза загораются какой-то детской радостью.       - Лиц... Чёрт. Меган, - улыбка ложится на его губы, пока глаза внимательно осматривают моё лицо.       - Вы что, выстроились в очередь, как в карауле? Типо, когда и кто будет сидеть с этой калекой?       Кален тихонько посмеивается.       - Я рад, что у тебя не пропало чувство юмора, не смотря на размер твоей шишки.       - А я рада, что ты здесь.       Его глаза округляются, но когда друг видит мою улыбку, расслабляется и качает головой.       - Так сильно удивила?       - Я ждал тебя, - отвечает Кален совсем на другой вопрос. - А когда понял, что ты не берёшь трубку и скорее всего, что-то случилось, написал Рэйчел.       Я закатываю глаза и тут же морщусь от сильной пульсации в висках.       - Твою мать.       Я шиплю, хватаясь за ткань простыни и прикрываю глаза, чтобы хоть немного успокоиться.       - Ещё одно сотрясение.       - А, кажется, будто апокалипсис, - корчусь я, делая дыхательную зарядку. - Все плохо?       - Ну... - друг мнется, заставляя меня содрогнуться от мысли, что моё лицо просто кровавое месиво. - Вроде бы всё на месте. Не считая того, что твой нос теперь, как бы прогнулся.       - Кален, - грозно произношу я имя друга.       - Ладно-ладно, - тихо вздыхает он. - У тебя ничего не сломано, только рваная рана в височной области. Но Рэйчел её промыла и зашила, так что...       - Рэйчел? Я думала, это делал кто-то квалифицированный.       - Да не то, чтобы было время, Мег. Тут такое творилось. Полиция, взрослые разговоры, суета.       Кален чешет затылок, пожимая плечами.       - Но ты не волнуйся. Я загуглил, что нужно делать и следил за ней исподтишка.       - Ох, успокоил, спасибо, - с сарказмом выдаю я.       - Пока ещё не за что, - мямлит Кален, но я всё прекрасно слышу.       Я снова открываю глаза и вижу серьёзное лицо парня. Он уставился в потолок и будто раздумывал над чем-то.       - Что ещё? - мои глаза сужаются, когда Кален поджимает губы и как-то виновато смотрит на меня. - Говори.       - Ну... В общем... Ты главное, не волнуйся...       - Кален, твою мать.       - Теперь о твоём секрете, кхм, - он прочищает горло. - О вашем секрете, знаю не только я.       - В курсе. Но не понимаю, почему я ещё здесь? - озвучиваю я свои мысли, загоняя мозг в ещё одну ловушку. - Разве от меня не должны были отречься или... не знаю... выкинуть?       - Рэйчел...       Кален осекается, когда видит моё напряжённое лицо.       - Прости... Но она всё рассказала Изабелл и Брендону... И...       - Это благодаря мне, и что ещё?       Кален сглатывает.       - Ну, из-за того, что сделал Ной, теперь об этом знает ещё Билл и Миранда. И я не уверен, что на этом всё закончится.       Блять. Только этого не хватало. Давайте расскажем всему миру, кого нужно изучать под микроскопом, как лабораторных крыс.       - Замечательно.       - Послушай, Меган, - Кален пододвигает стул ближе к кровати. - Ноя арестовали, Рэйчел... То есть, Фелиция не отходит от него, а твоя... её мать заглядывает той в рот. Она поверила. Изабелл верит во всё это.       - Ещё бы. Фелиция знала всё, что было нужно знать ей как дочери. Плюс ко всему, если сравнить нас, то у неё явно больше качеств тянущих на блондинку.       - Да, - рассуждая вместе со мной, согласился друг. - Ты думаешь, почему они так следят за тобой?       - Волнуются? - надеюсь, что это так.       Но Кален отрицательно машет головой.       - Если только... Рэйчел.       - Что? Она? Нет! Нет, Кален, - я отрицательно верчу головой и снова застываю от боли в висках. - Она и есть Фелиция, ты же теперь знаешь. Она была всё это время той, кто издевался надо мной. Она подставила тебя. Она сделала все это и делала бы и дальше. Она не знает, что такое беспокоиться о ком-то. Это всё не по-настоящему. Она притворяется. У неё нет сердца! Нет души! Это всё из-за неё. Это всё.       Не знаю в какой момент слёзы начали меня душить. Не знаю в какой, Кален обнял меня. Не знаю, чего я хотела этим добиться. Зачем снова делала себе больнее. Но точно знала, что не смогу простить. Не смогу. У меня просто не было сил.       - Меган.       Я сжала ткань одежды Калена ещё сильнее, впиваясь ногтями в спину. Мне хотелось исчезнуть, превратиться в крохотную букашку и успеть выбраться. Может быть, я и смогла бы. Возможно, это был бы единственный верный вариант.       - Кален.       Друг выпускает меня из своих рук и отходит в сторону.       Так это не он звал меня по имени.       В дверях, полностью сбитая с толку, стояла Фелиция. Её глаза смотрели чётко в мою сторону, вызывая волну раздражения и злости. Выглядела она, мягко говоря, не очень. Пучок на голове, который буквально развалился в разные стороны. Затравленный, отчаянный взгляд. Искусанные губы до крови. Помятая одежда. Создавалось ощущение, что она прошла жесткую военную подготовку, пока добиралась сюда. Такая зажатая, маленькая, совершенно не нужная. Сколько боли было в её груди? Как она справлялась с ней? Почему так смотрела на меня, словно я всё ещё рядом, будто есть какой-то крохотный шанс? Неужели, после всего, она думала, что я упаду в её объятия?       - Какого хрена ты припёрлась? - сталь, больше она ничего не достойна.       - Я... - она переглядывается с Каленом и тот медленно мотает головой. - Я волновалась.       Я прыскаю со злости и сжимаю зубы, пока волна пульсирующей боли прокатывается по всей голове.       - Меган...       - Стой, где стоишь, - предупреждаю я, хватаясь за голову. - Мне не нужна твоя помощь.       Я начинаю отсчёт, пытаясь справиться с тошнотой, что подкатывает к горлу. Секунд двадцать спазмы в желудке вынуждают меня сглатывать как можно чаще и дышать ещё глубже.       Тишина в комнате заставляет расслабиться, но я уверенна, стоит мне открыть глаза, я увижу всю ту же картину перед собой.       - Тебе нужен отдых и как можно больше, - голос Калена на мгновение успокаивает.       - Увы, у нас нет на это времени, - заявляет Фелиция и я слышу, как она приближается.       Я открываю глаза, замечая, как брюнетка и блондин испепеляют друг друга взглядами. Что за молчаливая борьба идёт между ними, остаётся только догадываться.       - Что происходит?       Я всё же делаю усилие и приподнимаюсь, чтобы сесть.       - Ты сейчас серьёзно? Разве это не подождёт? - взрывается Кален.       - Ты знаешь, что нет, если слушал меня, - отвечает Фелиция и делает шаг в мою сторону.       - Я сказала, не подходи, - я вытягиваю руки вперёд, будто это может мне помочь.       - Фелиция, мы можем подождать. У неё сотрясение, нужно как можно больше отдыхать.       Брюнетка бросает на Калена гневный взгляд и вновь встречается с моим.       - У нас нет времени. Ты должна поверить мне, нужно собираться и...       - Поверить? Тебе? Ты совсем из ума выжила?!       - Меган, ты не понимаешь...       - О, я всё отлично понимаю. Ты думаешь, что ещё можешь мной командовать и я пойду за тобой куда угодно. Так? Этому не бывать. Ты для меня мертва!       - Пора выезжать, - в комнате появляется Брендон.       На нем спортивный костюм, на каждом плече по рюкзаку, а вместо печального и рассеяного взгляда, какой я видела в последний раз, уверенный и холодной.       - И вы туда же? - фыркает Кален.       - Нам нужно уезжать, - повторяет Фелиция. - Всем нам.       - Да что, черт возьми, происходит?! - слишком громко и достаточно сильно, чтобы снова смолкнуть, спрашиваю я.       Пульсация усиливается и новый приступ боли овладевает затылочной частью головы.       - Я узнала, его сейчас выпустят, мы ушли во время...       Изабелл в свитере с длинными рукавами, свободными джинсами и кепкой на голове замирает на полуслове. Она изучающе обводит взглядом всех присутствующих и останавливается на мне. Я вижу, как её глаза зажигаются какой-то неистовой силой и в тот же момент чувствую, как тёплые ладони ложатся на мой лоб и щеку.       - Нужно принять обезболивающее. Если будет плохо, мы остановимся, да?       Её взгляд метнулся в сторону брюнетки.       Та же просто кивает, доставая из кармана какую-то ампулу. Она передаёт её блондинке, а та слишком быстро засовывает ампулу мне в рот.       Я не успеваю подумать, как глотаю вещество и следом закашливаюсь.       - Хорошо. Ничего страшного, детка. Это поможет от боли, - Изабелл улыбается, поддавая мне стакан с водой, и я замечаю всю ту же боль, что сопровождала её всё это время. - Кален, ты с нами. Это не обсуждается. Мы теперь все одна большая семья. И на время нам нужно уехать.       - Одна семья? Вы все ебанулись?       Я нихрена не понимаю, что происходит и почему нам нужно уезжать, но мне и не собираются этого объяснять.       Брендон легко подходит к кровати и пока Кален пытается помешать ему, сопротивляясь борьбе с Фелицией и Изабелл, берет меня на руки и крепко прижимает к себе.       - Что... Что ты делаешь?       - Пожалуйста, просто доверься, - отвечает Брендон и выходит из комнаты вместе со мной.       Они все помешались. Посходили с ума. Какого черта творится?       Я пытаюсь оттолкнуться или хотя бы попробовать ударить Брендона, но вместо этого чувствую слабость, а следом адскую боль, что буквально разрывает меня на части.       - Сейчас всё пройдёт. Всё обязательно пройдёт, - причитает отец Фелиции.       Он спускается с крыльца и аккуратно укладывает меня на заднее сиденье своей машины.       - Что...       Перед глазами начинает кружиться. Мне катастрофически не хватает воздуха. Я не чувствую языка, не могу пошевелить пальцами. Что они мне дали? Что это такое?       Сердце бьётся как сумасшедшее, пока паника захватывает с удвоенной силой.       - Бре... он, - кто-то зовёт отца Фелиции.       Слова искажаются. Он что-то отвечает, тут же хлопает дверь.       Что со мной? Почему боль отступает? Почему веки становятся тяжелыми? Они меня отравили? Решили избавиться именно так? А как же Кален? Бедный Кален. Не трогайте его. Не... ---       Звук двигателя. Шум за окном, словно ты едешь по трассе. Рядом проезжают машины, этот "вжи-их" я не забуду никогда. Что-то заставляет моё тело подпрыгнуть. Кочка. Точно. Это кочка. Вот ещё одна. И ещё.       Я медленно открываю глаза и вижу перед собой лишь темноту.       Слышится, как на фоне играет лёгкая музыка похожая на классику. Шелест прерывает приятную мелодию, звук открывающейся банки заставляет поморщиться.       Головная боль возвращается. Но словно как-то не так. Медленнее, отдаленнее. Может быть, эта таблетка притупила её?       Я приподнимаюсь, чтобы увидеть, где я.       За окнами также темно, лишь иногда проблескивают тусклые фонари, пока мы движемся в неизвестном направление.       - Ещё долго? - слышится утомленный женский голос.       - Почти приехали, - ещё один, такой же уставший, но довольно спокойный.       Шелест снова повторяется.       - Думаешь, девчонка поймёт?       - Её зовут, Меган, мама. Сколько мне ещё говорить?       Меган. Мама. Чёрт.       Я подскакиваю и сталкиваюсь с потолком.       - Вот чёрт!       Машина резко тормозит, меня кидает вперёд, а следом назад.       - Какого хрена?       - Меган...       Взгляд брюнетки сталкивается с моим и на долю секунды, мне кажется, что я вижу в нём страх.       - Фелиция, ты...       Изабелл сидит рядом с ней. Она следит за взглядом дочери и тут же оборачивается назад.       Я прогоняю остатки полного непонимания и выбираюсь из машины раньше, чем кто-то из них что-либо поймёт.       Я снова чувствую тело, силу ног, пальцы, которые цепляются за стволы деревьев. Я бегу вперёд, несусь, не оглядываясь, когда слышу крики, что остаются позади. Темнота не заставит меня остановиться. Мне нужно бежать. Как можно дальше. Пока они не догнали меня.       В голове что-то трещит, стоит мне споткнуться и упасть на землю. Но я стараюсь отключить чувства, поднимаясь на ноги и снова бросаюсь вперёд. Перебираю ногами ещё быстрее, обегаю одно дерево, бросаюсь мимо кустов. Дальше. По непроглядному лесу. Всё куда лучше, чем там. Я заглушаю хриплое дыхание. Ощущаю привкус железа во рту. Но продолжаю бежать. Защищаюсь от веток, что норовят попасть в лицо, огибаю ещё одно дерево и замедляяюсь, обнаруживая что впереди что-то есть... Дом?       В сердце поселяется радость, когда я делаю ещё несколько шагов и выхожу на небольшую поляну.       Впереди точно дом. И намного больше, чем я думала.       Я приближаюсь, пытаясь отдышаться. Оборачиваюсь назад, никого нет. Они не стали меня преследовать. Слава богу. Может подумали, что я вернусь, когда пойму, что останусь одна в дремучем лесу.       - Эй! Есть кто-нибудь?       Я сглатываю, теперь точно ощущая, как пульсирует в висках, а ноги едва ещё держат меня, трясясь от напряжения.       - Пожалуйста, - молю я, взбираясь на крыльцо и останавливаясь возле массивной двери. - Эй!       Костяшки моих пальцев врезаются в дверь и стук разносится по поляне.       - Кто ты? - слышится женский голос за дверью.       - Пожалуйста, мне нужна помощь, за мной... за мной гонятся.       Какое-то время по ту сторону было очень тихо, видно, девушка думала, стоит ли оно того.       - Помогите, прошу.       Я была на последнем издыхание. Ладони горели от ссадин, ноги ныли от бега, а режущая боль в висках только разрасталась. Во рту пересохло, а глаза не могли сфокусироваться. Тело начало колотить не то от холода, не то от страха. Я могла остаться совсем одна. Без шанса на спасение. Выжить одной в лесу, это не про меня. С таким телом, с такой болью, я долго не продержусь.       Послышался щелчок. Следом ещё один.       Дверь осторожно открылась.       - Спасибо, спа...       Я застыла.       Передо мной стояла девушка. Её тёмные волосы спадали по голым плечам вниз, открывая бледное, но достаточно живое лицо. На ней был светлый комбинезон из под которого торчали острые ключицы. Она демонстративно рассматривала меня, проникая своими глазами в саму суть. Этот взгляд был дерзким, но достаточно спокойным.       - Кто за тобой гонится? Что случилось?       Она выглядывает наружу и осматривается по сторонам.       - Как это возможно? - шепчу я, не в силах пошевелиться.       - Что? - хмурится девушка и её тонкие брови складываются в одну линию.       - Меган!       Я не оборачиваюсь, когда слышу своё имя, а вот девушка, кажется, догадывается сразу, кто перед ней. Она нервно сглатывает.       - Ты - Меган Лоуренс?       - Да, а ты, кем бы ни была, заняла моё настоящее тело, - я поднимаю дрожащий палец и указываю на неё.