Право пользования

      Она изменила моё тело. Сотворила то, что я не могла все тридцать два года жизни. Неужели, так и должно было произойти? Мы обошли все законы человечества и навсегда изменили ход истории. Мы все поменялись телами, чтобы что-то изменить? Жизнь других? Это так странно. Но кто бы ни был в моём теле, она сделала невероятное. Болезненная худоба исчезла, уступая место необходимым килограммам, появились розовые щёчки, волосы отрасли ниже плеч, кажется, даже появился животик. Кожа была всё ещё ужасно бледной, но сейчас как-то сияла по-другому, может быть, в организм, наконец-то, начали поступать нужные питательные элементы и витамины? Я могла быть такой красивой? Нравиться себе. Скулы уже не торчали так опасно, а синяки под глазами потихоньку исчезали. Казалось, даже нос выпрямился и уже не выглядел таким хрупким как бумага. Единственное что осталось от прошлой меня, это кроличьи зубы и мелкие прыщики, которые тоже сходили на нет. Сколько ей понадобилось? Она явно трудилась над этим ни один день. Но мне ничего подобного не удавалось. Я проигрывала бой с собой, со своим телом и ловила печальные или презренные взгляды всех вокруг. Может быть, всё зависит от того, кто находится в теле?       - Меган?       Я отмахиваюсь от своих мыслей и замечаю, как все пялятся на меня.       Ещё двадцать минут назад мы зашли в этот дом, который оказался весьма большим и с лёгкостью всех нас уместил. Родители Фелиции и сама Фелиция разместились возле камина и начали обсуждать что-то про то, как дальше действовать. Девчонка, что находилась в моём теле тоже вникла в суть разговора и даже успела налить чай всем присутствующим. Я же не могла даже пискнуть, так как не в силах была оторвать глаз от своего "мёртвого" тела, которое должно было быть глубоко под землёй.       Я осматриваю всех присутствующих и понимаю, что это какой-то абсурд. Почему мы вообще здесь?       - Меган, ты можешь отдохнуть в дальней комнате, там уже всё готово, - говорит Фелиция, озабоченно рассматривая меня.       Всё готово? Они знали, что мы отправимся именно сюда? Чёрт. Ну конечно они знали.       Я бросаю взгляд на ту, что открыла мне дверь и девчонка сжимается, отводя свои глаза в сторону.       - Кто ты? - тоном, не терпящим возражений, спрашиваю я.       - Меган, прошу, давай мы поговорим об этом позже, я всё тебе объясню.       Фелиция пытается схватить меня за руку, но я отхожу в сторону, бросая на брюнетку злобный взгляд.       - Кто ты? - повторяю, не смущаясь абсолютно никого вокруг.       Входная дверь без предупреждения распахивается и в дом заходит парень. В его руках блестит винтовка. Он откидывает капюшон назад и я узнаю брюнета, которого видела возле клуба "Рио".       Он в полной тишине проходит дальше и останавливается напротив моего настоящего тела. Его руки касаются лица, а губы осторожно прикасаются к щеке. Как только до него доходит, что все молчат, парень заметно хмурится.       - Ты... её жених, - я указываю на Фелицию, которая оказалась в теле Рэйчел.       - Меган...       Фелиция вновь пытается предупредить меня, но я мотаю головой, делая шаг в сторону этой парочки.       - Если я попала в тело Фелиции, а Фелиция в тело Рэйчел, значит, ты... - я осекаюсь, понимая, что меня начинает трясти. - Ты настоящая Рэйчел.       Глаза девушки загораются красивым блеском в котором я и нахожу свой ответ.       - Твою мать. Но... мы проверяли, Меган Лоуренс умерла, в моё тело никто не вселился.       Я пытаюсь сделать ещё шаг, но ноги совершенно не держат и я буквально лечу вниз. Лечу, но не долетаю. Чьи-то руки успевают меня подхватить и прижать к себе.       - Тебе нужно отдохнуть, - шепчет нежный голос.       И мне хочется довериться, хочется просто отступить и дать волю своим снам. Отдохнуть хотя бы несколько часов, чтобы после функционировать ещё лучше. Это же возможно, да? Я могу расслабиться, позволить себе выдохнуть или мне снова нужно бояться и биться дальше?       - Идём.       Перед глазами начинает плыть и мелкие чёрные точки заставляют зажмуриться.       - Нет... в туалет...       Я ощущаю, как мне помогают добраться до ванной комнаты и осторожно опускают возле унитаза. Я делаю вдох и меня тут же выворачивает.       - Вот так. Всё пройдёт. Сейчас всё пройдёт, - твердит голос.       Я пытаюсь выплюнуть то, что осталось, но меня снова выворачивает. На глазах наворачиваются слёзы, пока спазмы продолжают опустошать моё тело, забирая все силы.       - Кален, ты тоже можешь отдохнуть.       - Нет, я буду с ней, - твердит он. - Ты думала, я оставлю её с тобой?       - Сейчас не время для ссор. Ты знаешь, что я не причиню ей зла.       - Уже причинила, - фыркает друг.       Слышится какая-то возня, а следом я ощущаю, как чья-то ладонь начинает гладить мою спину.       - Ты не понимаешь...       - О, это ты не понимаешь, - отзывается друг рядом со мной. - Она тебя ненавидит. Ты всё это время врала ей, играла в свою игру. Думаешь, когда ей станет лучше, она кинется тебе на шею? Нет, Фелиция. Игры закончены. Даже, если ты спасаешь её от чего-то там, то это лишь твоя плата за страдания Меган.       Я вытираю рот тыльной стороной ладони и выдыхаю.       - Это Рэйчел... там... в моём теле?       - Да.       - Ты... отвезла своего жениха... к ней... сюда?       Я поднимаю голову, встречаясь с карими глазами. В них ни грамма агрессии или равнодушия. Наоборот. Фелиция смотрит так, будто для неё нет ничего важнее, никого важнее. Тёплый, нежный взгляд, что моментально превращается в тревожный, стоит мне зайтись кашлем.       - Тебе стоит отдох...       - Отвечай! - рявкнула я, зло ударив по полу.       Фелиция сжала челюсти.       - Я привезла его сюда, чтобы он понял, что я не вру. Его невеста в другом теле и она ему это доказала. Всё было не просто... И то, что происходит сейчас, это...       - Не просто, - закончила я за неё. - Тебе было проще лгать мне и рассказать правду абсолютно чужому парню. Это тоже было не просто, да?       Я прикусываю язык, стараясь не показать свою слабость и сдержать слёзы. Она не должна видеть насколько это задело меня. Она больше не должна знать, что я готова разорвать себя на мелкие кусочки, лишь бы то, что так отчаянно бьётся в надежде снова утонуть в её объятиях, перестало надеяться. Это не больно, нет. Это невыносимо. Знать, что то, что ты обрела, нашла в другом человеке, уничтожает тебя медленно и верно. Но как я могу простить ей предательство? Как я могу снова впустить её в жизнь? Даже не смотря на то, как она смотрит, как она действует, что она делает. Я не могу. Не могу позволить обдурить себя ещё раз. Что от меня тогда останется?       Я пытаюсь подняться и Кален тут же приходит на помощь.       - Мы поговорим позже, - объявляет Фелиция.       Она отходит в сторону и мы с другом легко добираемся до приготовленной комнаты.       - Кален, какого черта творится?       Он опускает меня на кровать и помогает снять кофту.       - Я пока сам толком не понял. Пока мы ехали с Брендоном в машине, он всё время смотрел назад, будто, за нами мог кто-то гнаться. Мы не говорили, но я видел, как он напряжён. Может быть... нам лучше, если мы останемся здесь?       Я хватаю друга за руку, понимая, что он что-то мне недоговаривает.       - Что ещё?       Кален мотает головой, взвешивая, стоит ли мне говорить что-то ещё. Но мой взгляд мгновенно убивает все его сомнения.       - Фелиция звонила мне, пока ты была в отключке. Она сказала, что Ной опасен и было такое чувство... знаешь... что она его до жути боится. Но я не знаю с чем это связано. Она лишь просила убедить тебя поехать без принуждения.       - Ной опасен? Да он вырубил меня и засунул в багажник, - возмущаюсь я. - Конечно он опасен.       - Нет, Мег, - Кален сглатывает, озираясь на закрытые двери. - Я не думаю, что он опасен, по словам Фелиции, он совсем съехал с катушек. Тронулся умом. А такой человек...       - Сделает всё, что угодно и найдёт кого угодно, - заканчиваю я мысль за друга. - Он же ищет свою сестру. А она в моём теле. Может быть, стоит дать ему то, чего он так страстно желает?       На мгновение в глазах Калена проскальзывает отвращение. Он мрачнеет, поднимается с кровати и движется в сторону двери.       - Ты чего?       - Нет, ну уж нет, - кривится друг, сжимая кулаки. - Мы не будем разбрасываться жизнями.       - Кален, а как они...       - Нет, Меган, - грозный голос заставляет испугаться. - Я думал, что ты не такая. Мы должны разобраться в том, что происходит и только после этого решать. Но не продавать чужие жизни.       - Я и не говорю об этом.       - Об этом ты и говоришь, - отвечает Кален. Всё это время он стоит ко мне спиной. - Отдыхай.       Он хватается за ручку двери и быстро выходит из комнаты.       Чёрт. Ещё не хватало потерять единственного друга во всей этой компании.       Я откидываюсь на мягкую подушку и прикрываю глаза. Так быть не должно. Всё это просто кошмарный сон из которого я не могу выбраться. Перемещение из тела в тело, новая жизнь, новое окружение, взгляды, которых раньше не было. Почему именно мы? Мы втроем? Или есть и другие? Почему нельзя было оставить нас в покое? Зачем всё это? Теперь мы будем скрываться, потому что они считают одного человека опасным? Что он может сделать? Если ему нужна сестра и он готов проломить череп подростка, то почему бы её просто не отдать? Пусть забирает. Я не хочу жить, каждый день думая о том, что тебя могут найти.       Голова буквально разрывалась от ноющей боли в области затылка. Надо успокоиться и выдохнуть. По крайне мере на сегодня. Пока я нахожусь среди... кроме Калена я не могу никому доверять. Да и он, возможно, перейдёт на другую сторону.       Я переворачиваюсь на бок, кладу руку под подушку и сжимаюсь в комочек, подтягивая колени к груди. Они правы лишь в одном - нужно отдохнуть. ---       Просыпаюсь я от внезапного толчка в спину.       Шторы плотно задёрнуты и в комнате гуляет полумрак.       Я прислушиваюсь к своим ощущениям и довольно быстро понимаю, что стало легче. Нет, голова всё ещё напоминает о себе ноющей болью, но она словно отдалилась, замедлилась, решив дать мне небольшую передышку. Ко всему прочему, начало ломить кости, словно я несколько часов упражнялась на тренажере. Телу явно нужно больше отдыха, чтобы восстановиться.       Я сглатываю и понимаю, что ужасно хочу пить.       Откинув одеяло в сторону, я опускаю ноги на пол и только сейчас замечаю, что на мне другая одежда и кто-то снял с меня носки.       Позади раздаётся шуршание, а следом скрип кровати.       Я не одна.       Мозг начинает биться в панике, пока глаза лихорадочно кидаются из стороны в сторону, пытаясь понять, что можно использовать в качестве оружия.       Скрип прекращается, но я слышу отчётливый вздох и не выдерживаю, поднимаюсь на ноги и резко оборачиваюсь, сталкиваясь с тем, чего хотела избежать.       Фелиция лежит на второй половине кровати, раскинув руки в стороны и приоткрыв рот. Она спит. Её волосы разметались по всей подушке, открывая спокойное беззаботное лицо.       Вот, кто пнул меня в спину. Но что она тут делает? Почему спит рядом, когда знает, как я к этому отнесусь?       Я обвожу взглядом её хрупкую фигуру и понимаю, что она такая же, как и я. Маленькая, слабая и беззащитная. Вся её воля, стремление помочь, сила, которая вынуждает бороться, всё это где-то внутри, старается появляться лишь по необходимости. А сейчас особенно часто. Ей приходится быть такой, когда на самом деле, она ни чем не отличается от других девушек, которые боятся и страдают.       Какая же она расслабленная. Невероятно красивая даже в полумраке комнаты. Как же мне хочется дотронуться, ощутить под своими пальцами мягкость её кожи, позволить себе впитать запах по которому я ужасно соскучилась, прижаться и замереть на какое-то время, наслаждаясь моментом. Всё это могло бы быть. Рядом с ней, очень близко.       Я тихо обхожу кровать с другой стороны и присаживаюсь на корточки. Как бы я хотела... Ты даже не представляешь. Мне же никто не нужен, кроме тебя. Забавно. Никто. Кроме. Тебя. Почему? Почему ты разбиваешь моё сердце в котором только появилось что-то действительно хорошее?       Одежда Фелиции разбросана на полу и я довольно быстро нахожу предмет, который, я надеялась, будет с ней. Револьвер.       Я проверяю заполненность барабана и понимаю, что он готов к использованию.       Барабан щёлкает, стоит мне его закрыть и Фелиция начинает просыпаться.       Я навожу оружие на неё, пока брюнетка протирает глаза и наконец понимает, кто перед ней.       - Доброе утро, - шепчет своим низким хриплым голосом.       Внутри что-то неподдельно трещит, когда Фелиция расплывается в милой улыбке, ещё слегка сонной, но такой нежной и мягкой.       Я беру револьвер в другую руку, продолжая целиться в девушку.       - Это вызывает у тебя улыбку?       Она усмехается, но как-то по-доброму, словно не верит, что я могу выстрелить и убить.       - Ты ещё здесь, не сбежала, это вызывает у меня улыбку, - продолжает она таким же сладким голосом.       Я сжимаю челюсть, пока рука в которой оружие начинает потеть. Как бы я хотела смыть это выражение с её лица и заставить испытать боль, которую чувствую я.       - Какого хрена ты тут делаешь? Разве я не ясно дала понять, чтобы ты держалась от меня подальше? - я стою на своём. Никаких шагов назад. Мне нужно доказать и себе и ей, что я не тряпка.       Фелиция приподнимается и усаживается поудобнее.       - Ты кричала. Почти что целый час. Как мне нужно было поступить?       - Я не кричала.       Фелиция качает головой, совершенно не обращая внимания на пушку в моих руках. Она смотрит только на меня и в её глазах отсутствует страх.       - Даже если и так, - соглашаюсь я, ведь знаю, что мне могло сниться. - Почему пришла ты, а не Кален?       - Все уже спали. Все, кроме меня.       - Как складно всё получается, - язвительно отвечаю я, перекладывая пистолет в другую руку и всё ещё целясь в голову брюнетки. - Никто не слышал, а ты решила стать рыцарем в белых доспехах.       - Тут хорошая шумоизоляция, слышно далеко не всё, - снова опровергает мои слова Фелиция и на этот раз смотрит в дуло пистолета. - Я не могла оставить тебя одну. Тебя просто нужно было обнять и сказать, что всё...       - Нет! Хватит! - огрызаюсь я, делая к ней шаг. - Ты не имела права этого делать.       Она кивает, отбрасывает одеяло в сторону и легко поднимается с кровати.       - Что ты делаешь? - шиплю я, когда дуло упирается в грудь брюнетки.       - Облегчаю тебе задачу, так будет быстрее убрать кровь, а может и тело в целом.       Я сглатываю, держа палец на курке и опускаю глаза на револьвер.       - Ты думала, только тебе всё это не нравится? Думаешь, только тебе больно? И только ты проходила через всё это? Ты ошибаешься, Меган. Мы точно также страдали, точно также пытались принять, - Фелиция начинает двигаться и мне приходится отступать назад. - Точно также ошибались и сражались, чтобы жить. Да, я делала то, что делала. Использовала тебя. - Она продолжает наступать. - Запугивала. Шантажировала. Хотела узнать, как ты будешь действовать. Что будешь делать. Какие у тебя слабости, а какие стороны сильны. - Брюнетка довольно быстро прижала меня к стене. - Мне хотелось знать с кем я имею дело. Кто ты такая. Как себя ведёшь.       Я поднимаю голову, уступая собравшимся слёзам путь к освобождению.       - Я тебе не враг. Пойми, у меня отобрали всё, а когда я увидела твою улыбку и то, как к тебе тянутся окружающие, то, как мои родители тебя любят, замечая все изменения и веря каждому слову, я... Я сошла с ума. Мне было больно. Противно. Неприятно. Я хотела уничтожить ту, кто сидит внутри моего тела. И это правда. Так и было.       Фелиция прикасается к моему лицу и я дёргаюсь, когда тёплые пальцы проходятся вдоль скулы вниз к подбородку.       Рука с револьвером падает вниз, когда я понимаю, что не смогу препятствовать этому чувству. Я не могу с ним бороться. Хочу, но у меня не выходит. Она так нежно касается, так легко заставляет плавиться, внимать каждому слову, каждому звуку.       - А потом... потом я влюбилась в тебя.       Я хмурюсь, когда Фелиция аккуратно стирает слезы с моих щёк и нежно проводит по губам.       - Я так сильно этого боялась. И звучало это очень ужасно. Влюбилась в собственное лицо, - она посмеивается. - Но ты другая. Ты не я. И поверь, я сопротивлялась. Узнавала тебя и убеждала себя, что нужно держаться от этого подальше. Но... это нереально. Подальше от тебя... нет... Я хотела быть ближе и если, по-началу, я мечтала тебя уничтожить, то потом... быть только с тобой.       О чём она говорит? Зачем всё это? Хочет мучить меня и дальше?       - Нет.       Я отворачиваю лицо в сторону, сопротивляясь этим чарам и медленно убиваю себя за то, что делаю.       - В любом случае, я буду рядом.       Фелиция тянется ко мне и почти что невесомо касается губами моей щеки.       Я снова дёргаюсь и как можно скорее отдаю ей оружие и выхожу из комнаты.       Твою мать. Только не это. Я не могу её простить. Не важно, что она там хотела, о чем думала и как это изменилось. Она врала, она выбрала сторону и теперь не имеет права снова нападать на меня. Не имеет.       Я застываю в гостиной, замечая возле камина Рэйчел в моём теле и её жениха. Комбинезон в котором она была вчера спущен до бёдер, а руки парня покоятся на круглом животе девушки.       - Что за хрень?       Они пугаются, разворачиваясь ко мне и, я вижу непподельное желание парня защитить свою невесту. Он тут же прикрывает Рэйчел своим телом, пока та наспех застёгивает комбинезон.       - Ты беременна?       Она прижимает ладонь ко рту, пока жених озабоченно поглядывает на свою невесту.       - Да, она беременна.       - Но...       Я ничего не понимаю. У неё уже виден живот. Он буквально выпирает. Это точно не первый и явно даже не третий месяц.       - Кхм, - парень откашливается, усаживая свою девушку на диван. - Я понимаю, как это выглядит.       - Очень странно... Если только, ребенок у тебя с самого первого дня заточения в моём теле, - рассуждаю я.       - Да, думаю даже раньше, - всё же отвечает Рэйчел, а не её суженый. Её взгляд обеспокоенный, даже слишком. - Я уже была беременна, когда оказалась в... твоём теле. Тогда было ровно четыре недели. Так сказал доктор.       Твою мать. Как я этого не заметила, обычно знала сразу, как-то понимала, чувствовала и шла на очередной аборт. Но если всё действительно так и я правильно понимаю, то отцом ребёнка является один из тех ублюдков, что изнасиловали меня за пару недель до того, как я переместилась в другое тело. О, боже.