Kiss With a Fist | Afterwards/Поцелуй кулаком | После

Миранда и Андреа не были до конца уверены в том, как может сложиться динамика романтических отношений, учитывая иерархические обстоятельства, в которых они жили будучи в «Подиуме», но обе были готовы заставить работать все в правильном направлении. Они еще не решили, когда публично признают свой роман. Миранду в первую очередь беспокоили ее дочери и сообщения нью-йоркских СМИ; главный редактор знала, как справиться с сенсационным и злобным тоном журналов со сплетнями о ней. Однако Андреа нужно было понять, что ждет именно ее. Таким образом, две женщины пришли к соглашению, что пока они будут хранить свой роман в секрете, пока у них не будет безопасного плана, чтобы наконец раскрыть то, что они находятся в отношениях. В мгновение ока Андреа обнаружила, что тайно встречаться с Мирандой Пристли было непросто. Статная женщина вела интенсивную работу и редко оставалась одна; всегда был кто-то или что-то, требующий или требующее ее внимания: срочная встреча, поездка в последнюю минуту — и ​​бесчисленное множество других обязательств, окруженных как знакомыми, так и не очень знакомыми лицами. Андреа не возражал против безумного графика Миранды; на самом деле успех редактора был одной из ее самых привлекательных черт. Проблема заключалась в том, чтобы быть достаточно сдержанной и не упустить из виду, что Андреа не только писательница, но и девушка своего босса. Как она могла это сделать среди стольких любопытных взглядов? И давайте не будем забывать об Эмили. Лучшая подруга Андреа определенно была подозрительной. С тех пор как Андреа отменила свое решение покинуть Runway, Эмили поняла, что между главным редактором и брюнеткой происходит что-то странное. Во-первых, Андреа не объяснила, почему она хотела уйти и тем более почему передумала. Во-вторых, писательница категорически отказывалась подробно рассказать о том, что сказала и сделала Миранда, когда пришла к ней домой. Брюнетка просто заявила, что ее босс убедила ее передумать, но в подробности вдаваться не стала, а если рыжеволосая пыталась запросить дополнительную информацию, Энди начинала нервничать. Что-то определенно происходило. Конечно, Эмили было любопытно, а кому нет? Однако рыжая тоже беспокоилась о своей лучшей подруге. В «Подиуме» Андреа почти не выходила из офиса и избегала Миранды, как чумы. Пристли делала то же самое; как только она видела писательницу, то сразу же изменяла свой курс. А в тех редких случаях, когда им приходилось работать непосредственно вместе, главный редактор относилась к писательнице с излишней холодностью и незаинтересованностью, несвойственной даже Миранде Пристли. Сидя за столом, первая помощница с большим вниманием наблюдала за разворачивавшимися перед ней сценами. Рыжеволосой не нравилось не знать, что именно происходит на ее рабочем месте, особенно с одним из самых важных людей в ее жизни, таким как Энди. Что Миранда сказала Андреа? Главный редактор каким-то образом угрожала писательнице, чтобы она оставалась в «Подиуме»? Почему вдруг две женщины, которые раньше были то в ссоре, то в дружбе, решили буквально игнорировать присутствие друг друга? Более того, Эмили прекрасно помнила, что Миранда и Андреа занимались сексом, и с той ночи, когда писательница позвонила ей в слезах и выложила все лучшей подруге, рыжая больше никогда не была посвящена в эту часть жизни Андреа. Ради всего святого, Эмили казалось, что она может взорваться одновременно от любопытства и беспокойства. Был четверг, конец рабочего дня, и зеленоглазая собирала вещи перед отъездом, когда Сакс остановилась перед ее столом. Выражение лица брюнетки выражало беспокойство; она была встревожена и суетлива, чрезмерно крутя одно из своих колец. — Эй, Эм, ты свободна сегодня вечером? Я подумала, мы могли бы выпить в «The Urban Lounge». Эмили с удивлением посмотрела на подругу. Прошло много времени с тех пор, как они вдвоем выходили выпить после работы, и последние несколько раз, когда рыжеволосая приглашала Андреа выпить пива, брюнетка отказывалась под неубедительными оправданиями. Эмили знала Энди достаточно хорошо, чтобы понимать, что бывали времена, когда Энди становилась более затворнической, а ее писательский ум изобиловал новыми идеями, которые требовали энергии брюнетки. Эмили уважала пространство подруги, зная, что в какой-то момент она вернется, как сейчас. — Конечно, мы давно не были в «The Urban». Я здесь уже все разобрала, — сказала Эмили, убедившись, что выключила компьютер и собрала все необходимое. — Ты готова?

***

«Урбан» был одним из любимых баров Андреа. Джаз, играющий на заднем плане, и приглушенный желтый свет сделали это место комфортным и гостеприимным. Более того, персонал знал дуэт подруг довольно давно, поэтому напитки всегда приходили именно такие, какие им нравились, с идеальным количеством алкоголя. Андреа скучала по своей подруге. Ее тайные отношения с Мирандой беспокоили писательницу и начали мешать ей проводить время с Эмили. Ей нужна была эта ночь. Истории рыжей о ее отношениях с Сереной сделали Сакс по-своему счастливой. Однако у нее в животе возник укол зависти, когда она слушала, как Эмили с энтузиазмом рассказывала о своих совместных планах, поездках, которые они запланировали, и о прекрасном распорядке дня, который они строили вместе. — Все в порядке? — внезапно спросила Эмили, заметив, что Андреа снова ерзает. — Да, со мной все в порядке, конечно, — быстро ответила Андреа, пытаясь скрыть бурю чувств внутри себя. Затем она сделала щедрый глоток напитка. — Энди, ты ужасно лжешь, — вынесла вердикт Эмили, улыбаясь, с другой стороны стола. — Я не хочу тебя ни к чему подталкивать, ясно? Но знай, что я здесь, чтобы выслушать, что бы это ни было. Андреа отчаянно хотела рассказать все своей подруге. На самом деле ей хотелось рассказать буквально кому угодно о том, что происходит. Если бы она поговорила с совершенно незнакомым человеком на улице, возможно, тяжесть на ее груди уменьшилась бы. Писательница вздохнула и провела рукой по своим длинным каштановым волосам, в ее голове проносились тысячи вариантов того, что могло случиться, если бы она все рассказала Эмили. — Ради всего святого, Энди, я слышу твои мысли даже отсюда, даже, когда ты молчишь. У тебя все на лице написано. Буквально. — Ты должна пообещать мне, что никому не расскажешь. Даже Серене. Эмили подняла бровь, на ее лице отразилось беспокойство. — Что ты уже натворила? — Ее тон можно было принять за тон матери, отчитывающей дочь. — Эмили, обещай мне, что никому не расскажешь, иначе я ничего не смогу сказать. — Даже Серене?.. — Даже Серене, — подтвердила Андреа, ее серьезность доказала рыжей, что это действительно что-то очень важное. Эмили вздохнула, признавая поражение. — Хорошо. — Скрести пальцы. Эмили усмехнулась, смех, который говорил: «Ты сошла с ума». — Я серьезно, Эм! Скрести пальцы и пообещай, что никому не расскажешь. — Господи, Энди! — воскликнула Эмили, все еще смеясь, но остановилась, когда поняла, что писательница говорит серьезно. Затем она скрестила пальцы, чувствуя себя ребенком, и сказала вслух: «Я обещаю никому не рассказывать, даже Серене». — Я встречаюсь с Мирандой. Приговор прозвучал внезапно, без предисловия, как признание в греховном поступке. За столом воцарилась тишина, и Эмили в замедленной съемке поставила свой напиток обратно на стол. Андреа смотрела на подругу широко раскрытыми испуганными глазами, ожидая худшей реакции, но в то же время чувствовала облегчение и даже счастье. Прошло достаточно много секунд, прежде чем Эмили снова заговорила. — Кажется, я не так поняла. Андреа сжала губы, пытаясь сдержать смех. Выражение лица Эмили было забавным: смесь замешательства и растущего удивления. Проходили секунды, и Эмили поняла, что означало предложение писательницы. Энди наклонилась к столу, чтобы быть ближе к подруге, и ее тихий голос могла отчетливо услышать ее соседка на противоположной стороне стола. — Я встречаюсь с Мирандой Пристли, — повторила Андреа. Глаза Эмили увеличились вдвое. — Тайно, конечно. — Энди… — медленно начала Эмили и закрыла глаза, пытаясь привести в порядок свои мысли. — Это многое объясняет. И как долго? — Два месяца. — ЭНДИ! — воскликнула Эмили, привлекая внимание других посетителей ресторана, которые смотрели на них с любопытством. — Ш-ш-ш, — успокоила подругу Андреа. — Говори тише! — Почему ты мне не сказала? — Все сложно, Эм, — ответила Андреа усталым голосом. — Но я расскажу тебе все, что произошло. Все. Я не могу больше хранить в себе эту тайну. Зеленоглазая положила свою руку поверх руки брюнетки на столе. — О, дорогая, я могу себе представить. Все в порядке, я рада, наконец, понять, что происходит. В последнее время ты ведешь себя до смешного странно, даже по твоим меркам. Андреа прищурилась. — Я не странная. — О, помилуй, Андреа Сакс, — сказала рыжеволосая игривым тоном, а затем начала искать официанта, чтобы заказать еще напитков, дабы Сакс могла начать делиться «новостями». Рыжая с нетерпением ждала подробностей, и писательница была более чем готов их сообщить. — Миранда запланировала рабочую поездку, мы расстанемся на несколько дней. И я уже боюсь этого, — начала Андреа. — Это будет пять полных дней. Эмили нашла заявление подруги странным. В программе Пристли не было ничего запланированного на рабочую поездку, если только... — Когда это будет? — спросила Эмили. — Через неделю. 10 ноября. Рыжая изо всех сил старалась скрыть удивление на лице. Внезапно она вспомнила. Да, в программе Миранды была отмечена поездка, но она была не по работе. Эмили была любопытной, но не навязчивой, поэтому, когда она увидела, что у ее босса есть личное дело, она не задавала ей никаких вопросов. Ведь вопросов редактору никто не задавал. Эмили отвечала за бронирование авиабилетов и отелей на двоих, и внезапно все стало обретать смысл. Это было романтическое путешествие. — Она поедет одна, — продолжила Андреа. — И не хочет сообщать мне подробности. Миранда очень скрытна. Все, что я знаю: это международная поездка. Взволнованная Эмили поняла, что Пристли готовит Сакс сюрприз. — Это будет быстрое путешествие, — сказала Эмили, пытаясь успокоить брюнетку. — Ты знаешь пункт назначения? Я имею в виду, у тебя есть доступ ко всем встречам Миранды… — Энди, я не могу раскрыть эту информацию, — начала говорить Эмили. — Я знаю, знаю. Прости, Эм. Я не хочу ставить тебя в неудобное положение. Мне просто очень любопытно, и в последнее время с Мирандой было очень трудно разговаривать. Я имею в виду, у нас обеих страх. Мы постоянно боимся, что нас обнаружат, и… Андреа говорила быстро, ее слова вырывались в спешке. — Эй! Все в порядке, Энди. Все будет хорошо, — успокоила ее подруга. — Тебе нужно поговорить с Мирандой обо всем, что ты чувствуешь. Я уверена, она поймет. Просто скажи ей, как ты тревожишься. — О Боже, я знаю, — сказала Сакс, поднося руку ко лбу и массируя его. — Но я не хочу ее напугать, понимаешь? Что, если она подумает, что я прошу слишком многого? Что, если… — Энди, хватит вопросов «а что, если», ладно? Давай сосредоточимся на конкретных вещах, а не на сценариях, которые могут осуществиться, а могут и не произойти. Андреа с благодарностью посмотрела на рыжую. С другой стороны, обеспокоенные, но спокойные, светлые глаза утешали писательницу. — Что бы я делала без тебя, Эм? Первая помощница Миранды Пристли улыбнулась. — Мы никогда этого не узнаем, потому что ты не избавишься от меня так легко.

***

После ночи выпивки со своей лучшей подругой Андреа вернулась домой, чувствуя себя менее тревожной. Еще находясь в такси, писательница почувствовала, что ее телефон в сумке вибрирует, а когда она достала его, на экране появилось знакомое имя. Сердце Энди мгновенно забилось сильнее. — Где ты? — спросила Миранда, как только Андреа ответила на звонок. Писательница улыбнулась. Поначалу было сложно привыкнуть к прямому и нефильтрованному характеру этой страстной женщины, но теперь Сакс находила сексуальным то, что ее босс не теряла времени зря, чтобы получить то, чего она хотела. — И тебе доброго вечера, Миранда, — ответила Андреа саркастическим тоном. Она не говорила этого вслух, но ей нравилось дразнить свою возлюбленную. — Добрый вечер, Андреа, — услышала писательница на другом конце провода. Она прямо-таки почувствовала, как Миранда закатила глаза. — Где ты? — По дороге домой. — Отлично, потому что я перед твоей дверью. — За исключением первого раза, когда она посетила дом Андреа, Миранда ни разу не приходила без предупреждения. — Что-то не так? — Ничего страшного, я просто хочу тебя увидеть. Как прямолинейно. Миранда Пристли не была романтической особой, но она точно знала, как лишить Андреа дара речи.