С Днем Рождения, Вэй Ин!

Сегодня Вэй Усянь встал раньше обычного. Открыв глаза, он сразу увидел супруга, который стоял к нему спиной, полностью обнаженный. Вэй Усянь никогда не уставал восхищаться телом Лань Ванцзи, но его шрамы неизменно напоминали о том, как он их получил. Поэтому Вэй Ин часто целовал их, ласково гладя. И хоть Лань Чжань, по своему обыкновению молчал, Усянь знал — ему это очень приятно.       Проснувшись рано, Вэй Усянь с радостью осознал: наступил день, который он так долго ждал — тридцать первое октября, день его рождения. Вэй Ину уже давно не терпелось узнать, что подарит ему Лань Чжань. Тот в последнее время часто пропадал и не говорил, куда уходит, а на все вопросы отвечал: «Мгм».       У них с Лань Ванцзи не было секретов друг от друга, поэтому Вэй Усянь сразу решил: такая таинственность напрямую связана с его днем рождения. Подумав о том, что его ждет какой-то необычный сюрприз, он, как малый ребенок, в нетерпении дожидался своего праздника.       Лань Ванцзи неспеша одевался, приводя себя в порядок. Они всегда спали раздетыми — зачем одежда, когда они каждую ночь страстно предавались любви. Уже немало штанов было порвано на Вэй Ине, когда тот, не подумав, прыгал в кровать одетым.       — Доброе утро, Лань Чжань, — радостно поприветствовал его Вэй Усянь.       Лань Ванцзи обернулся, и в его взгляде промелькнуло удивление.       — Доброе утро, Вэй Ин, — ответил он. Потом немного помолчал и с теплотой в голосе добавил: — С Днем рождения!       Вэй Усянь резво соскочил с кровати и, запрыгнув на Лань Ванцзи, вовлек того в чувственный поцелуй. Насытившись лаской, Вэй Ин посмотрел на своего супруга весьма красноречивым взором, как бы спрашивая: «Лань Чжань, а где мой подарок?»       Ханьгуан-цзюнь вздохнул, прекрасно поняв этот взгляд. Ласково гладя Вэй Усяня по спине, он проговорил:       — Одевайся.       Вэй Ин тут же оделся и опять с нетерпением взглянул на Лань Ванцзи. Тот молча указал ему на выход из цзинши.       Мой подарок на улице? — подумал Вэй Усянь, поспешно идя к дверям.       К удивлению заклинателя, Лань Чжань повел его в конюшни ордена. Там, оседлав по жеребцу, он подсадил Вэй Ина на одного, а сам сел на другого.       Что за секретность? — еще больше удивился Вэй Усянь.       — Лань Чжань, а куда мы едем? — не удержавшись, спросил он.       — Скоро узнаешь, — загадочно ответил его супруг, пуская коня рысью.       Вэй Ину ничего не оставалось, как последовать за Лань Ванцзи. Набравшись терпения, он стал осматриваться по сторонам. Погода для конца октября стояла теплая. Утром выглянуло солнышко, и его ласковые лучи освещали все вокруг мягким осенним светом. Холода пока не ожидались; в Гусу они придут через пару недель, и природа будто напоследок показывала себя с лучшей стороны.       Скача вслед за Лань Чжанем, Вэй Ин любовался не только окрестностями, но и своим супругом. Какой великолепный наездник! — думал он. Во всем совершенен!       Внезапно Вэй Усянь вспомнил, как когда-то бросил ему цветок пиона. Лань Ванцзи тогда тоже был верхом, впрочем, как и сам Вэй Ин.       Если так подумать, то он всегда хотел осыпать его цветами. Прекрасные цветы и Лань Чжань для него были чем-то единым.       Проезжая мимо куста Вистерии, Вэй Усянь сорвал кисть розовых цветков и тут же бросил их Лань Ванцзи. Тот, не останавливаясь, поймал цветы и, обернувшись, улыбнулся Вэй Ину. Эта улыбка была настолько притягательна, что Вэй Усянь чуть не выпал из седла, а его сердце пропустило удар. Нельзя же так без предупреждения, — подумал он. Так и упасть недолго.       Дорога проходила по горным районам ордена Гусу Лань. Тишина вокруг нарушалась лишь пением птиц и топотом копыт. Вскоре Вэй Усянь уловил журчание реки, а потом за поворотом показалась водная гладь.       Сначала Вэй Ин увидел небольшую пристань и привязанную к ней лодочку. А уже потом его взору предстал аккуратный деревянный домик с хозяйственными постройками. Жилище было обнесено добротным частоколом и явно выглядело новым.       Подъехав к дому, Лань Чжань спешился. Зная страсть Вэй Ина прыгать к нему в объятия, он подошел, чтобы подхватить его, а поймав, удержал на несколько мгновений, чтобы прошептать ему в самое ухо:       — Однажды мы с тобой уйдем на покой, оставив всю суету этого мира. Теперь, как ты и хотел, у нас есть свой дом, где мы можем от всех уединиться. Ты будешь ходить на охоту и рыбалку, а я ткать и готовить еду. В конце дня ты наколешь дрова, а я согрею воду, чтобы вместе принять ванну. Как тебе такой план, Вэй Ин?       Лань Ванцзи отстранился и вопросительно посмотрел на Вэй Усяня. Тот глядел то на него, то на дом, пребывая в приятной растерянности.       — Лань Чжань, это мой подарок? — не веря уточнил он.       — С Днем рождения, Вэй Ин, — повторил Лань Ванцзи, вручая ему нефритовый жетон для входа в их новое жилище.       Вэй Усянь, еще не до конца веря в происходящее, нерешительно двинулся к воротам. Перед самым входом он остановился, а потом обернувшись к Ханьгуан-цзюню с нежностью произнес:       — Прекрасный план, Лань Чжань. Я только за!       На входе Вэй Ин почувствовал, как защитный барьер, окружающий дом, мягко пропустил его. Распахнув створки ворот, он вошел на просторный двор, где, помимо дома, находились еще стойло для лошадей, загон для кроликов и курятник. Вэй Усянь, глаза которого загорелись восторгом, принялся нетерпеливо осматривал свое новое хозяйство. Лань Ванцзи, стоя на пороге дома, неотрывно следил за ним вопрошающим взором. Если бы он был менее сдержан, то обязательно бы спросил: «Тебе нравится?» Но Ханьгуан-цзюнь говорил мало, но подмечал много. Вот и сейчас он все понял по лицу своего супруга.       Осмотрев двор, Вэй Усянь бегом кинулся к Лань Чжаню и, с разбегу запрыгнув на него, прижался к родным губам поцелуем.       — Пошли посмотрим дом? — по своему обычаю прикусив ему губу, спросил Лань Ванцзи.       — Лань Чжань, я тебя просто обожаю! — с восторгом проговорил Вэй Усянь.       Ханьгуан-цзюнь подхватил его на руки и, открыв ногой дверь их нового жилища, переступил порог. Сделав пару шагов, он поставил Вэй Ина на ноги, чтобы тот осмотрелся и здесь.       Оказавшись внутри, Вэй Усянь увидел, что обстановка дома в основном соответствует его сну: небольшой деревянный стол, два стула, ткацкий станок, полка с книгами, ширма, расписанная облаками, небольшой шкаф и кухонная утварь. Главное же место занимала немалых размеров кровать под шикарным пологом. Взглянув на нее, Вэй Усянь сразу же проникся фривольными мыслями и, посмотрев на Лань Чжаня, игриво произнес:       — Гэгэ…       Лань Ванцзи, мочки ушей у которого тут же покраснели, отвел взгляд и, по своему обыкновению, промолчал. Но Вэй Ин уже завелся, и остановить его не представлялось возможным. Подойдя к кровати и усевшись на нее, он бесстыдно раздвинул ноги.       — Гэгэ, — с придыханием позвал он, развязывая пояс своего ханьфу.       Лань Чжань не умел сопротивляться Вэй Усяню, тем более тот был необыкновенно привлекателен на этой кровати и в этой недвусмысленной позе. Только что он стоял около двери, а в следующий миг уже навис над Вэй Ином, придавив его собой. Губы их слились в страстном поцелуе, а руки уже привычно раздевали друг друга. Вэй Усянь думал, что им тут же овладеют, но в этот раз Лань Чжань не торопился. Поцелуи его спустились ниже и плавно перешли на грудь, чувствительно покусывая и облизывая соски. Рука второго нефрита поспешно проникла в штаны супруга и, обхватив его возбужденный член, начала ритмичные движения, вызвав весьма разнузданные стоны.       Соски Вэй Ина от стимуляции быстро затвердели и покраснели, и только после этого Лань Ванцзи выпустил их, дорожками поцелуев спускаясь к самому паху. Обхватил головку члена губами, он принялся интенсивно сосать его, вызывая новые стоны супруга.       Поистине, сегодня у меня день рождения! — в сладкой истоме подумал Усянь.       Лань Чжань же, усердно лаская его языком, каждый раз заглатывал член так, чтобы вызвать развратный стон, и Вэй Ин, привыкший так сам удовлетворять Лань Ванцзи, немедленно захотел почувствовать его на своем языке.       — Лань Чжань, — простонал он, — я тоже хочу ласкать тебя, перевернись ко мне.       Лань Ванцзи всегда был неудержим в сексе, его член уже давно горел и требовал внимания, поэтому, поддавшись похоти, он, не задумываясь, перевернулся и немедленно вновь заглотил твердый член супруга.       Лань Чжаню не хватало терпения на такие ласки, ему всегда хотелось сразу и до самого конца ворваться в Вэй Ина, и не переставая иметь его часами напролет. Но сегодня был иной день, сегодня был день его рождения.       Вэй Усянь, увидев перед собой совершенные ягодицы Лань Ванцзи, изменил свои намерения. Его член никогда не был обделен вниманием, но эта часть тела… Вэй Ин нежно поцеловал эти белоснежные округлости, а потом мягко раздвинув их, увидел то, что вряд ли когда-нибудь испробует. Хотя… Его язык медленно лизнул колечко мышц, будто пробуя запретный плод на вкус. Лань Чжань замер. Вэй Ин, которого необыкновенно возбудило это занятие, принялся неспеша вылизывать супруга, развратно дразня языком. Со стороны Лань Ванцзи послышался не то вздох, не то стон. Он дернулся, но Вэй Усянь заставил его замереть, ухватив за бедра.       — Продолжай, гэгэ, не останавливайся. Сегодня я хочу так, — с придыханием произнес он.       Лань Ванцзи, которому эти действия неожиданно пришлись по вкусу, вновь обхватил губами член Вэй Ина, а тот, самозабвенно лаская своего нефрита, потихоньку раздвигал плотно сжатые мышцы, каждый раз проникая чуточку глубже. Когда его язык полностью вошел в приоткрывшееся нутро, движения Лань Ванцзи ускорились, выдавая его возбуждение. Для него такие ласки были в новинку, а бесстыдный язык Вэй Усяня, вылизывающий его, доставлял неожиданное наслаждение. Вэй Ин, подчиняясь ритму Лань Чжаня, тоже убыстрился. Его язык размашисто скользил по промежности, задевая яички и вызывая у супруга неконтролируемую дрожь.       Член Вэй Усяня уже давно пылал во рту Лань Чжаня, и он, чувствуя, что вот-вот кончит, сладостно застонал, в истоме откинув голову назад. Излившись, Вэй Ин на миг застыл, целиком отдавшись эйфории. Лань Ванцзи, как и Вэй Усянь, проглотил все, что попало ему в рот. Потом, не медля ни секунды, с хриплым криком: «Бесстыдник!» — перевернулся и, не давая Вэй Ину опомниться, вошел в него до самого конца, отымев до головокружения.       После, лежа в объятиях друг друга и наслаждаясь уютом их собственного жилища, Вэй Усянь невинно спросил:       — Я же могу теперь тут стонать столько, сколько мне вздумается?       — Мгм, — ответил Лань Чжань.       Вэй Ин рассмеялся и сказал:       — Ты же знаешь, что я тебя обожаю?! — и накинулся на него с поцелуями.       Они еще некоторое время лежали обнявшись, обмениваясь планами на будущее. Первым поднялся Лань Ванцзи, призывая супруга не лениться. Не одну неделю он готовил ему сюрприз, поэтому было важно вернуться в Гусу Лань вовремя. Встав с кровати и одевшись, Вэй Ин напоследок более внимательно осмотрел дом. При входе он увидел удочку, бамбуковую корзину для рыбы и мотыгу. Еще раз поразившись внимательности Лань Чжаня, Вэй Усянь подумал: Ничего не упустил!       Выйдя во двор, он зашел в загон для кроликов, пока еще пустовавший. Осмотрев его, Вэй Ин живо представил, как в нем резвятся десяток милых зверьков.       Осматривая курятник, Усянь заметил в дальнем углу двух курочек и шикарного петуха, который тут же расправил свои крылья и угрожающе на него посмотрел.       — Ухожу, ухожу, — рассмеялся Вэй Усянь.       Выйдя из курятника, он подошел к Лань Ванцзи, терпеливо ждущего его около ворот. Обняв супруга за шею, Вэй Ин с сияющей улыбкой искренне произнес:       — Это самый лучший подарок в моей жизни!       Потом прижался к его груди и услышал, как сердце Ханьгуан-цзюня забилось сильно-сильно.       Вернувшись в Облачные Глубины, Вэй Усянь с радостью узнал, что впереди его ждет праздничный вечер, который завершится в его любимой харчевне в Цайи.