Тайна, которая повлекла за собой любовь

      Вернувшись в кабинет, Воля что-то невнятно пробормотал, выглядел крайне напряжённым и, не объяснив ничего, тут же вылетел обратно. Парни не разобрали ни слова, но в душе были лишь рады временному отсутствию Павла. Его энергия сейчас была лишней.       — Включай записи. Нужно убедиться, что ты взял всё верно, — потребовал Антон, стараясь звучать твёрже, чем чувствовал себя на самом деле.       — Да-да, сейчас. Не торопи меня, — беззлобно пробурчал Арсений. — С какой начнём? — спросил он, с опаской поднимая взгляд на Шастуна. Он сам не понимал, отчего нервничает так, будто на пороге стоит не студент, а следователь. Но ему было не по себе от мысли, что сейчас они вместе будут смотреть ту самую запись.       — Давай с Кузнецовой. Чтобы быть уверенными. А дальше… — Антон не нашёл нужных слов, махнув рукой.       — Понял. Подходи, — кивнул Арсений в сторону своего стола.       Найдя нужный файл — архив кабинета Попова, — они с нетерпением ждали. Арсений промотал несколько минут пустого эфира, и перед ними предстала знакомая картина.       Арсений, до этого сидевший расслабленно, невольно выпрямился. Наблюдать со стороны за тем, как Ира переходит все границы, было неприятно. Но Антона эта запись будто ударила током. Он и так стоял в дичайшем напряжении, а теперь ещё и сжал кулаки. Он не отрицал, что Арсений ему нравится, но был не настолько глуп, чтобы не понимать: ничего хорошего из этого не выйдет. Ему было противно снова видеть, как Ира лезет к нему, и в то же время… он ей отчаянно завидовал. Ей хватало наглости просто взять и сделать то, о чём он сам только мечтал. Оседлать его, прижать, заставить обратить на себя внимание… «Стоп. Закончили», — мысленно одёрнул себя Антон.       — Отлично. Это то, что нужно. Спасибо, Антон, что вспомнил, — строго сказал преподаватель. В его тоне сквозило неодобрение — и к действиям Иры, и, возможно, к тому, что Антон это видел.       — Рад стараться, — сухо бросил парень, изо всех сил стараясь скрыть ураган эмоций внутри.       — Теперь… наша. Готов? — фраза учителя «наша» на секунду согрела Антона изнутри, и он лишь кивнул.       Арсений был уверен, что готов. Что тут сложного? Посмотреть, убедиться, стереть и забыть. Он пытался держаться за эту мысль, лихорадочно прокручивая запись вперёд. И вот на экране появились их силуэты.       В этот момент Арсений понял, что он нихуя не готов.       Он шумно вдохнул и замер, не отрывая взгляда от экрана. От того самого желанного мальчишки, который играл с ним в опасные игры, не боялся дать отпор. Если присмотреться, на записи был виден лёгкий румянец на его щеках и прямо-таки пылающие уши… Арсений смотрел как заворожённый. Это было в тысячу раз возбуждающе любого порно. Это было реально. Это были они.       Антон, в свою очередь, напрягся так, что казалось, лопнут сосуды. Ему было стыдно до жути, особенно в присутствии Арсения. Он залился краской с головы до пят. И в тот самый момент на записи, когда он, забывшись, провёл пальцем по выпуклости в брюках преподавателя, Антон в реальности дёрнулся вперёд, намереваясь вырвать мышь и выключить это безобразие.       Не тут-то было.       Арсению, наоборот, смертельно хотелось пересмотреть это ещё раз. Да ещё и в компании самого «виновника». Молниеносно перехватив его руку, он дёрнул Антона на себя и усадил к себе на колени.       — И куда это ты тянулся, а? — обжигая ухо парня тёплым дыханием, хрипло прошептал мужчина. Его голос был густым от возбуждения.       — Арс, хватит играть. Выключай уже. Мы всё забрали правильно, — нервно проговорил Антон, пытаясь слезть, но его движения были вялыми, лишёнными настоящей решимости.       — Знал бы ты, насколько я кайфую от этого вида… — Арсений повернул Антона лицом к себе, ухмыляясь его смущению и аломy цвету лица. — От вида, который сейчас прямо передо мной.       — Арс, прекрати… — почти застонал младший, но это прозвучало как приглашение.       — Я ещё даже ничего не сделал. А вот сейчас… — Мужчина потянулся к его уху, нежно прикусил мочку.       И тут из ноутбука донёсся тихий, сдавленный стон — тот самый, с записи. В реальности Антон ответил ему таким же, только живым и горячим.       Всё. Контроль был потерян.       Тихо проскулив, Антон опустил голову на плечо Арсения, закинул руки ему за шею и запустил пальцы в короткие волосы на его затылке. Старший в ответ перехватил инициативу: его руки скользнули с талии Антона на бёдра, принялись оглаживать их, медленно, почти невыносимо медленно приближаясь к внутренней стороне бедра. Антон, привыкнув к близости и пьянея от неё, приблизил губы к шее преподавателя. Сначала просто лизнул кожу у ключицы. Услышав одобрительный вздох, осмелел и начал покусывать нежную кожу, пока Арсений уже грубо сжимал его ягодицы, наслаждаясь каждой секундой.       Вж-ж-ж! Вж-ж-ж!       Резкая вибрация разорвала завесу страсти. Антон, будто ошпаренный, спрыгнул с его колен и отпрянул к стене, снова не понимая, как они до этого докатились. Арсений, раздражённо выдохнув, полез в карман за телефоном. Момент был безвозвратно испорчен. Но, увидев имя на экране, его лицо мгновенно стало серьёзным.       — Да, Олег Викторович? — спросил он, бросая на Антона извиняющийся взгляд.       — Попов, сука, где ты? — в трубке прорычал голос декана.       — В смысле? В своём кабинете. Жду, когда вы меня вызовете, — ничего не понимая, ответил Арсений.       — И ты хочешь сказать, что никуда не выходил и в холле тебя не было?       — Эм… нет. Мы с Антоном и Павлом Алексеевичем всё время здесь, ждём, — недоумённо сказал Попов, на секунду забыв, что Паши с ними как раз и не было.       — Ну что ж… Теперь это всё бесполезно. Подходите через десять минут. И по домам, — раздражённо бросил декан и положил трубку.       — Что произошло? — Антон подошёл ближе, машинально положив руку на плечо Арсения.       — Да я нихуя не понял, — сказал Попов, не обращая внимания на свою речь. — Спрашивал, был ли я в холле. Сказал через десять минут к нему, потом свободны.       — Интересно, что в холле случилось… — задумался Антон. — Ладно. Выбрось нашу запись. Я возьму ту, с Кузнецовой, и пойдём искать Павла Алексеевича.       — Да, конечно, разбежался, — фыркнул Арсений. — Я не собираюсь её выбрасывать.       — Арс, не дури. Зачем она тебе? — нервно спросил парень.       — Она мне слишком нравится. И я хочу её сохранить, — откровенно признался преподаватель. В его глазах читалась не просто похоть, а что-то большее — желание запечатлеть этот миг взаимного безумия.       — Ладно… — скорее вопросительно, чем утвердительно, протянул Антон.       Арсений в ответ лишь коротко кивнул и набрал Пашу, внезапно осознав, что тот пропал. Тот ответил только на пятый гудок.       — Арс, бля, ты бы знал, что я только что сделал! — в трубке раздался громкий, истеричный смех, в котором слышались и паника, и торжество.       — О боже, что ты натворил? — Арсений почувствовал, как у него похолодело внутри. Он никогда не слышал от друга такой интонации.       — Я, блять, выкупил запись с клуба! За сотню косарей, ебать! — продолжал хохотать Павел.       — Ты что, блять, сделал?! — вскрикнул Попов. Вспомнив про запись, он успел и напрячься, и расслабиться одновременно. Напрячься — от суммы. Расслабиться — от того, что друг всё-таки раздобыл ее.       — Да, прикинь! Я сейчас в туалете на первом этаже. Перехватил того мужика в холле, сразу свалил, как увидел, что декаша спускается. И вот стою тут, смываю флешку в унитаз! — Паша говорил сумбурно, захлёбываясь смехом и адреналином.       — Ты чёртов мажор, она и пяти тысяч не стоила! — Арсений прикрыл лицо ладонью, не знал, плакать ему или смеяться.       — Да похуй! У меня что, денег мало? Я не думал, просто выпалил сотку. Думал только о том, что это спасёт тебя и выставит Кузнецову полной дурой.       — Я не знаю, как тебя благодарить… Спасибо, Паш, огромное. А теперь поспеши, нам нужно идти к Олежке.       Махнув Антону, чтобы тот шёл за ним, Арсений направился к выходу, на ходу закрывая кабинет и договариваясь с Павлом встретиться внизу. В голове гудело от смеси нереализованного желания, дикого облегчения и предчувствия новой, ещё неясной угрозы из-за таинственного «происшествия в холле».