Марковы слова

В голове вспышками просносятся воспоминания из дома, когда мама целовала на прощание, поправляя капюшон со слезами на глазах и её "береги себя там" уже гулко отзывалось в подъездном коридоре. Из автобуса, заходя и одаряя всех теплой улыбкой, которую ребята и тренеры посылают в ответ. Прижимая к себе наполненный вещами и формой портфель, протискивая сквозь ноги чемодан и тронувшись с места, прислоняясь лбом к холодному заледеневшему стеклу. Из аэропорта, когда вся олимпийская команда уже в сборе. Волнуются, переживают, что-то шепчут и говорят друг другу. Хихикают, натягивают маску до самых глаз. Не выспавшиеся и засыпающие прямо на регистрации. Женя хмыкает, беря загран паспорт и слушая возмущения Сашки Галлямова, пока того не осекла Тамара Николаевна, грозя ему пальцем в растерянное лицо. Дима с Сашей само спокойствие - стоят, никого не трогают, любезно попивают кофе, будто не переживают вообще и ждут тот самый момент "нупосоревноваться конечномедальполучить". Девочки возле тренеров стоят как солдатики и никуда не уходят. Обсуждают планы какие-то, улыбаются, плечами пожимают, когда их спрашивают что-то. Андрей смирился с тем, что в картах он почти нихуха, а неугомонный, то есть Марк, обошёл уже кого только можно и увидев Семененко, отлип от Смолкина, которому уже ранее довыносил мозги и пошёл, даже проскользил по полу к Женьке, пока тот заметил за спиной выдохнувшего Глеба. -ой, Глебушка, прости меня, я к Жене Улыбнувшись спортсмену, парень подошел к другу, хватая того за плечи и чувствуя, как тот уже дёргает плечами. -Женька! Марк выкрикивает имя зеленоглазого, отчего у Семененко чуть не остановилось сердце. Старше на несколько месяцев все же, важная составляющая. -Кондратюк, твою мать, я слишком старый для твоих приколов. Женя глаза закатывает, а про себя улыбается. Ну, неугомонный же. "Оправляется" и спрашивает: -ты садишься со мной? Марк пожимает плечами. -не знаю пока у меня выбор между тобой и Глебом Улыбка сползает с жениного лица, и Марк спешит дополнить: -но в этом решении одержишь победу ты, как и во всех последующих стартах Русоволосый кивает. Полегчало, но реакция все таки.. Его мысли прерывает Марково затишье. Тот завершает пятиминутную тираду и крепко держа за руку, пробираясь сквозь пальцы фигуриста своими, шатен, Женя и вся олимпийская сборная заходит в автобус с надписью «Welcome to Beijing 2022» Семененко театрально вздыхает, как только замечает камеру в руках у Марка. Уже готовится к тычущемуся объективу в свое лицо, прикрытые улыбающиеся глаза Кондратюка и нескончаемый поток слов, за которым даже слух успевать не будет. Женя выгибает бровь, когда, настроив камеру, голубоглазый уже начинает снимать всё, что только на глаза попадается. Шатен со смешком только отмахивается от него, на что в том возмущение вспыхивает. Ну как так можно? Мини-интервью было взято. Женя жаловался на то, что щеки и челюсти от 30-ти минутной улыбки болят, а Марк звонко смеялся, смотря на красное лицо русоволосого и говоря, как ему понравилось быть в роли Лексика и Кузнецова. Китайцы были очень приветливыми: таких в России не найти точно. Евгений Станиславич всерьёз задумался над тем, не остаться ли ему жить в Китае. При российской федерации можно же наверное.. У Марка на такое предложение брови вверх поползли: как никак, не, не хочется. Женя кивает. Значит, не судьба.. На ресепшене каждому выдали по ключу-карте. Кондратюк повертел, посмотрел, пожал плечами - ничего необычного. И жаловался, что "могли бы и поинтереснее сделать". Семененко улыбается, треплет того по волосам. Ему все простенькое нравится, переживет, даже если ключ этот просто белый будет, пока другого вывернет точно. Почти месяц на олимпиаде, в одном номере, с друзьями, сокомандниками.. Женька рад. Рад, что со многими познакомится ближе, с кем-то укрепит дружбу. А Марк.. там вариант другой. Совсем другой. Юноша головой мотает, краснеет и лицо в маске прячет - уверен, что парень не простит его за.. такое. Пошлёт куда подальше, улыбку его больше не увидит, глаза весёлые, ладошки тёплые, которые чужие согревают.. Но со всем этим повременить надо. Соревнования, голова холодная должна быть, выступить надо достойно. *** День пролетает будто за минуты. Пока вещи разобрали, пока номер осмотрели и "подарки" спонсорские распаковали. Марк в шутку выкинул, что кольца олимпийские на телефоне слишком скучные.. а Женя уже мысленно похоронил бедный самсунг. С ребятами в карты сыграли: Все с ртами раскрытыми сидели, когда Настя Мишина с гордо поднятой головой козыри выкладывала. Галлям понял, что его тг умрёт от спама. Сашки, Ками и Аня низкий поклон выдали, ну везучая какая. А парни переглядывались, понимая, что придется перечитать правила игры. *** Вечер. Семененко растирает мокрые волосы белоснежным полотенцем, идя обратно в комнату, и как можно побыстрее. Воздух прохладным кажется и коробит немного. Душ действительно помог продуматься нормально. Тихо закрыв за собой дверь, на цыпочках Женя пробирается к балкону, где сейчас, облокачиваясь о перила, стоит Марк. Женя смотрит удивленно: в одной футболке и штанах домашних? Не холодно ли? Дым видит. Или пар морозный. Рука маркова ниже к перилам спускается. И только когда неприятный запах в нос бьёт, понимает. И ближе подходит. -Марк.. Парень меряет шагами проход и приближается к спортсмену. Смотрит внимательно. -м? Марк оборачивается, глядит куда-то сквозь. Тень улыбки не проскальзывает на лице, губы сомкнуты в холодных эмоциях. Женя напрягается. -где же тот энергичный болтушка Марк? Чуть усмехается, но ответной реакции не видит, не слышит. Примедляется, вопрос в голове крутится, в слова составляется. Медлит, но все же спрашивает: -почему ты куришь? Марк пожимает плечами, то ли в ответ на первый вопрос, то ли на второй. Но Семененко все понимает. И ждёт, не торопит. Юноша всё-таки губы размыкает, и раздается практически не слышные, только два слова.. -так легче. Женя замирает не зная что спросить. Из красных от холода пальцев сигарета вылетает, её сразу подхватывает пекинский морозный ветер и уносит куда то вдаль. Марк кривит губы и разворачивается к Женьке, слыша его подавшийся голос. -что-то случилось? Он видит другого Марка. Уже больше затухшего. Голубизны глаз не видно из-за падающей с челки на лицо холодной тени. Зеленоглазый вздыхает глубоко, все мысли в кучу прибирает. Молчит минуту, две, и уже тише, выговаривает.. -расскажешь? Марк молчит. Женя чувствует, как мурашки столбом бегут по коже под холодным внимательным взглядом и понимает, что все плохо. Ночной вид притупляет всю красоту и только давит своей однотонностью. Плохо. -расскажу. У меня брат заболел позавчера, а вчера стал известен диагноз. Марк затихает. Будто собственные мысли перевешивают мозг и голову. Стоит так, не шевелясь, пока не находит в себе силы сказать хоть слово. Дрожаще выдыхает, пар морозом искрится.. пока молчит. Женя перебивает. И помочь хочет. Марк раздражается и хохлится. -это тот которому 4 года? Кондратюк нервно вздыхает и огрызается. Не специально, честно. -а ты знаешь какого-то другого моего брата? Ну просвети. Женя после этого замолкает. Все совсем перевешивает.. Голубоглазый вину чувствует.. ну нельзя же так. Даже на эмоциях.. не лучше. Одними губами произносит замертвело.. -извини.. Он поднимает красные глаза на Женю, отчего у того замирает сердце. Все ужасно, отвратительно. -у него нашли аневризму.. Мир как будто останавливается с каких-то секунд на долго тянущиеся минуты. Все же Женя не зря думал, что человек на втором месте по невезучести в жизни. Жизнь только начиналась, распускалась как роза, расправляя свои лепестки и ставя на путь истинный. Но в один момент у розы обрываается лепесток, и она погибает. И в жизни почти так же. Если страдает один - обязательно страдает и другой. На это смотреть слишком больно. Слишком. Шатен не выдерживает, просто опускается по балконной стене вниз и закрывает глаза руками. Прячет уже давно потухшие зрачки, сам того не понимая. Женя, не зная что сказать просто смотрит на него. Такого Марка видеть он не хочет. Такого, что разбивает сердце на тысячу мелких осколков, абсолютно стеклянных. Спустя буквально пару мгновений он осторожно приседает рядом. Так же осторожно обнимает, к себе тянет, шепча- -все будет хорошо.. В висок успокаивающе целует, кончиками пальцев смахивает у подбородка слёзы, и обнимает. Тепло-тепло обнимает. Молчит, понимая, что сейчас слова не нужны, ещё успеют наговориться - сейчас главное, чтобы немного, частично хотя бы, все встало на свои места, и Пекин, как и Таллин, наконец согрел своими объятиями.. Они сидят так пол ночи, пока не сопят уже друг другу в шею или в плечо. Глаза сами закрываются, ночная темнота убаюкивает веки. Женя, хоть и с трудом, глаза приоткрывает и, не шевелясь, боковым зрением чуть смотрит, облегченно выдыхая. Наконец, хоть и частично, все встало на свои места - они оба спят и не думают ни о чем.