Беглец.

Юнги: Я приземлился.       Прошло тринадцать часов, и вот омега ступает на землю чужой страны, вдыхая прохладный воздух. Еще день назад Юнги спал, чувствуя на своем теле теплые руки и запах, который окутывал его, словно он находится в коконе. А сейчас, он в другой стране, где другой часовой пояс и нет рядом того самого человека, который каждый день дарит свою улыбку, гладит по голове и смеется с его детских рассказов.

Чонгук: Позвони, как будешь дома.

      О каком доме пишет альфа? Бездушный дом, в котором он окажется меньше чем через час, где все пахнет пылью, без намека на что-то родное, домашнее; где каждый угол пропитан холодом; где никто тебя не ждёт.       На глаза навернулись слезы, из-за этих мыслей. Сколько раз он проливал слезы, сидя в самолете? Омега не помнит. Но помнит, как несколько раз к нему подходила обеспокоенная стюардесса, узнавая о его самочувствии. О каком самочувствии шла речь, Юнги так и не понял. У него, словно, вырвали душу, оставив только тело.       Для Чонгука ночь прошла в пустой квартире, содрогающейся от тихих всхлипов. Прошло несколько часов с момента, как он вернулся из аэропорта. Квартира встретила ожидаемой пустотой. Никто привычно не вышел из квартиры; никто не обнял и не поцеловал. В этот момент Чон не выдержал: сел на пол и разрыдался.       В груди все рвет и воет, желая выбраться наружу. Наружу к Юнги. Очень больно. А прошло всего несколько часов, а что будет через день, неделю, месяц? Сколько продлится их разлука?       Перебравшись на кровать, альфа ложится на сторону, где лежал Мин, носом зарываясь в его подушку, где так насыщенно пахнет лакричником.       Но это все равно не то.       Чонгук не знает сколько так пролежал. Его вырывает из мыслей мелодия на телефоне, где на экране высвечивается «Юни». Он откидывает телефон в сторону и несется в ванную комнату, где в зеркале видит свое отражение: красные глаза, отечность, волосы взлохмачены. В таком виде нельзя показываться перед Юнги. Быстро приняв душ, Чон бежит обратно в комнату и звонит по видеозвонку.       — Прости, был в душе. Как долетел? — говорит альфа, как только на экране появляется лицо Мина.       — Все хорошо, — врет Юнги. — Джевон дал мне немного времени адаптироваться, поэтому к работе я приступаю через три дня.       Перешагнув порог квартиры, которую снял ему Им, Юнги сразу направился в душ, достав из чемодана только нужные вещи.       Квартира учтиво встретила своей тишиной и только редкие звуки с улицы, доносившиеся из приоткрытого окна, говорили о том, что это не сон и он правда находится в другой стране. В стране, куда так долго мечтал попасть. Но сейчас не испытывает весь этот восторг.       — Ты показал себя с хорошей стороны, поэтому все будет отлично. Что будешь делать эти дни?       — Хочу погулять по Берлину и посетить несколько достопримечательностей.       — Обязательно сделай фотографии и отправь мне, — Чонгук улыбается, а внутри все кричит; хочется оказаться рядом, прижать парня к себе и больше никогда не отпускать. Это не рабочая командировка, когда знаешь, сколько продлится ваше расставание.       — Обязательно, — вторит Юнги.       Разговор длится недолго, ведь организм, из-за сильного стресса, дает о себе знать и глаза у обоих так и норовят закрыться.       Чонгук засыпает утром, прижимая подушку к себе и вдыхает родной аромат, радуясь тому, что взял выходные на пару дней.       А Юнги, наплевав на неразобранный чемодан, зарывается в одеяло, желая хоть немного почувствовать себя в тепле, засыпает, чувствуя, как по щеке скатывается слеза.

***

      — Чонгук, тебя директор просит зайти в свой кабинет, — говорит женский голос из динамика телефона.       — Здравствуйте, что-то случилось?       — Здравствуй, Чонгук, да, случилось, — мужчина кивает на стул около стола и ждёт когда молодой альфа сядет напротив. — В последний месяц я замечаю очень много ошибок в твоей работе, да и мне не нравится, что ты просишь больше работы. Раньше, в конце рабочего дня, ты срывался с рабочего места, а сейчас сидишь, пока кто-то из коллег тебя не выгоняет домой. Что случилось?       Случилось.       У Чонгука нет того, из-за кого он так бежал домой; того, из-за кого он нормально ночью не спит, а каждый телефонный разговор или переписка, причиняют ужасную боль, словно маленькие иглы вводят под кожу груди, где все еще бьется сердце.       Каждый день кажется бесконечным, однообразным. Он не знает, как выбраться из этой петли, что утягивает его все дальше.       — Извините, я исправлюсь, — только и может выдать Чон.       — Ты лучше скажи мне, что у тебя случилось, все же не бывает безвыходных ситуаций.       — Помните омегу, о котором я говорил и который сейчас работает в компании Им Джевона? — все же говорит альфа, получая положительный кивок от директора. — Он уехал. Его отправили в Германию.       — Я понял тебя, — Ынсу не маленький мальчик и может до конца понять о чем говорит ему Чонгук. — Почему раньше не сказал об этом?       — Чтобы изменилось от этого?       — Перевел бы тебя на удаленную работу, а дальше меня не особо волнует из какой точки мира ты будешь работать. Ты вроде бы давно здесь работаешь и должен же знать, что у нас есть сотрудники, которые появляются в офисе на важных собраниях       Чон удивлённо смотрит на директора, повторно прокручивая его слова в своей голове.       Получается, он мог не мучать ни себя, ни Юнги? Он мог бы спокойно уехать вместе?       — Вы серьезно?       — Чонгук, я разве когда-то говорил то, что нельзя сделать? — а Чон только отрицательно кивает головой, знает же, что Ынсу не тот человек, который любит трепать языком. — Так что, ты согласен перевестись на удаленную работу?       — Да, конечно, — не раздумывая, соглашается альфа. Не может поступить по другому.

***

      Руки дрожат, ноги едва держат, а сердце готово вырваться из груди. Чонгук сжимает ручку чемодана и делает шаг вперёд.       Прошло четыре дня с момента разговора с директором и перевода на работу онлайн. После этого, Чон не дождавшись окончания рабочего дня, помчался домой, по пути покупая билет в Берлин. Туда, где находится Юнги и который не знает о его плане. Созваниваясь вечером по видеозвонку, Чонгук не рассказывает о разговоре с директором; не рассказывает о том, что купил билет.       На часах восемь утра, и вот он стоит перед дверью, за которой находится Юнги, предварительно узнав адрес проживания у директора Джевона.       В голове появляются мысли, что омега будет не рад ему или того хуже, разлюбил его, нашел другого, хоть и прошло чуть больше месяца, как они расстались в аэропорту. Но Чонгук трясет головой. Юнги бы ему о таком сказал. Ведь так?       Подняв руку, Чон нажимает на дверной звонок.       Мин вздрагивает, когда в утренней тишине раздается трель дверного звонка. На часах восемь, он собирается на работу, но кому он понадобился в такой час? В новом городе он не обзавелся друзьями, но хорошо общается с коллегами на работе, а им он точно сейчас не нужен, особенно в своей квартире. Курьера он также не ждёт - привык заказывать еду вечером. И перестав гадать, все же идет открывать дверь.       Дверной замок звонко щелкает, а рука тянет ручку двери вниз, позволяя ей открыться. Пробегается взглядом с ног до головы, Юнги останавливает свои глаза на лице своего утреннего гостя и тихо всхлипывает.       Перед ним Чонгук, которого последний месяц он видел через экран телефона. Чонгук, из-за которого нормально не спал, ведь перед глазами всплывали картинки из их жизни, в той самой квартире, где все и началось.       Но вот он здесь, стоит перед ним и ярко улыбается, как месяц назад.       Мин берет чужую руку и втягивает альфу в квартиру. Не хочет, чтобы кто-то из соседей их увидел.       — Прости, что так долго, — шепчет Чонгук, прижимая омегу к себе так, словно боится, что тот опять может исчезнуть.       А Чонгук правда боится. До последнего думает, что это все сон и скоро его разбудит мелодия будильника. Но нет. Он чувствует жар чужого тела; чувствует насыщенный запах лакричника, которого в его квартире уже не осталось.       — Как ты тут оказался? — омега выдавливает из себя эти слова, поднимая голову.       — Директор перевел на удаленку, сказал, что буду приезжать редко, — Чон целует парня в щеку, в кончик носа, в лоб. Слишком сильно ему не хватало, чувствовать его рядом. — Я больше тебя никогда не отпущу.       — Обещаешь? — Юнги сам не готов отпускать альфу, готов с ним отправиться куда угодно.       Чон стал для него домом.       А Чонгук иначе не сможет, особенно, когда омега смотрит на него с такой любовью и доверием.       — Обещаю.