Вечная память об обещании

      Янши оперся на парапет, покручивая в руках филус – прекрасный цветок с синими лепестками и трагичной историей, из-за которой цветок и получил своё значение: последнее прикосновение мертвого. Принц прокручивал у себя в голове эту историю, чтоб хоть как-то отвлечься от всего, что происходит вокруг.       История была такова: одна городская девушка полюбила однажды соседского парня, который часто ухаживал за ней. Но из-за решения родителей девушки её семья переехала из Фэйдж в Линей. Парень на прощание подарил девушке её любимые цветы, которые стали и его любимыми. Филусы стояли в одной из ваз у него дома всегда на случай, если любимая вернется. Но горе разлуки вскоре настигло их. Стебли филусов очень крепки, согнуть их не так уж легко, как кажется. Девушка, в порыве горя, решила, что не может жить без своего любимого, взяла несколько цветов, подаренных им, и вонзила их себе в сердце. Никто и подумать не мог, что они как-то навредят, но стебли были хороши и сухи на тот момент. Окровавленный труп девушки в белом одеянии с торчащими из груди филусами нашли через какое-то время. Судьбу девушки повторил её возлюбленный после того, как узнал об этой новости.       – Господин Янши, пора. – зашёл на балкон помощник Нэйт.       Янши молча обернулся, ничего не сказав, последовал за помощником. Дорога в одной гентре с удивительно молчаливой Мелани ощущалась вечной. Оба хотели плакать, но не могли: Мелани уже выплакала все те слёзы, которые были удостоены знаниями об отце, которого так редко она видела; Янши уже не мог плакать, слёзы просто не шли, он чуть ли не задыхался от них всю бессонную ночь. Далеко за воротами Миссэйд, вдали от лесов отшельников, располагалось кладбище, где хоронили всех, вне зависимости от их положения при жизни, ведь для Ангелов на Небесах, куда все и отравляются после смерти, все равны. К уже подготовленному месту подошли дети Нэйт.       – Если хотите, можете сказать ему что-то на прощание… – Предложила давно стоящая рядом с гробом Исса, посмотрев в безжизненные глаза Янши.       Янши подошёл к лежащему в гробу отцу, непривычно для всех он был одет в белое одеяние. Глаза Блэра были плотно закрыты, под руками, что были сложены одна на другую, виднелись два филуса. Янши положил к мертвецу в руки ещё один цветок, бутон которого лёг прямо к сердцу. Рядом с погибшим принц положил конверт, где был лист со всем тем, что хотелось бы сказать отцу при жизни.       В конце концов гроб закрыли и утрамбовали в землю, поставив к закопанному месту надгробье в виде полукруга.       Дома Янши вновь просидел до ночи на балконе, даже не переодеваясь после похорон.       «– Готов ли я вообще принять корону? Я ждал, когда отец скажет, когда я буду готов. Но он уже ничего не скажет… Может вообще отказаться от короны? Нет, тогда мама меня убьёт своими же руками… И вот думай теперь, реально она может такое сделать или нет… Странно ведь, часто он пытался поговорить с людьми пятого королевства, но до нападений не доходило. Что же такого произошло… А если бы он не поехал? А если бы я с ним поехал? Ну почему именно так произошло… Ну что же мне теперь делать, отец? Я боюсь сделать что-то не так, я ведь ответственен за жизнь ни в чём не повинных людей. Вдруг что-то пойдёт не так?..»

***

      – Ты точно готов? – переспросила Исса у сына, который выглядел неважно.       – Да, я приму корону сегодня. – Неуверенность витала рядом с ним и её подпитывало отсутствие нормального сна за последние два сурита.       – Хорошо. Только учти, церемонии, как была недавно у Гуфани, не будет, в связи с последними событиями и твоим состоянием…       – Можно ты просто наденешь на меня корону в присутствии сестёр и слуг, и этого будет достаточно?       – Даже так? Хорошо.       Всё прошло, как и было попрошено.       Люди Миссэйда были в трауре почти неделю, а только недавно коронованный принц так и не объявился перед ними.       – И что теперь делать?.. – закрылся в приёмной короля на ключ Янши. Он осознал, что не понимает всего того, чему его столько лет учили. Сняв корону, до которой Янши не хотел никогда в своей жизни больше притрагиваться, принц, вернее, уже король, прошёл по мрачной комнате и сел на рабочее место короля. – Нет… Нет, я не смогу… Я не смогу править… Столько людей на моих плечах… Нет, я не хочу подвергать их своим ошибкам… – Сердце Янши бешено колотилось от страха неизвестности перед ответственностью. Янши поставил ноги на стул, закрыв лицо руками, оперся в колени головой. Дыхание его было очень частым, но контролировать его не хотелось, а сил успокаиваться не было. – Ну почему… Почему ты ушёл так рано?! Тварь меня разорви, я ничего не знаю… Ничего!.. – рыдал Янши, еле успевая делать вздохи между словами. – Олиф ушёл в отставку, я даже его не могу спросить… Что мне делать… Что делать с этими людьми?.. Что делать с теми… с кем ты пытался вершить союз… Или это был не союз?.. Что ты пытался делать?.. За что такое тебе посмели отнять жизнь?.. Я найду этого человека… Я найду того, кто убил тебя, отец…       Янши не выходил из комнаты почти два сурита. За эти суриты он, в слезах, успел пересмотреть какие-то записи, но от этого особо лучше не стало. Страх осел где-то внутри. Янши, лежа на полу в окружении кучи бумаг, бесчувственно смотрел в потолок, следя за тем, как свет медленно проникает в комнату. Слёзные срывы продолжались всю ночь, до того, пока в Янши не осталось эмоций. Они просто исчезли. В Янши не осталось ни слёз, ни скорби, ни страха, ничего. Но при этом какого-то озарения на него не свалилось, чувства, которые называют хорошими, что выражают счастье, были полностью «заблокированы» в голове самого молодого, семнадцатилетнего короля в истории Миссэйд.