Попытка не пытка

      Гарри тяжело вздохнул, прижимая к себе рассыпающийся букет цветов, которые Эльф так и не принял. Это печалило Поттера, но ничего, кроме них, пока не пострадало. Даже шляпа, которая вечно наклонялась в разные стороны из-за веса безделушек, была на голове. Гарри пошкрябал ногой по каменной крошке. Подземелья — отвратительные места, особенно когда из этих подземелий делают тюрьму для пыток и удержания людей. Было невыносимо находиться за решëткой, Поттер был слишком свободолюбивым для этого. Но вот уже второй день подряд он попадал в эту раздражающую ловушку. Гарри задумался, стоит ли сбегать или дождаться злого парня, который в этот раз разозлился по-настоящему.       Если тот работал на Волан-де-Морта или был им, то Поттер точно не выберется из ситуации живым. Гарри тяжело вздохнул. Из нагрудного кармана мантии показался бельчонок. — Привет, Соня, нас отшили, — вздохнул Поттер. Он ведь раскрыл перед Эльфом все свои глубокие мысли, переживания, раскрыл всего себя! Но не получил никакого ответа. Возможно, это из-за того, что он в первый раз пытался кого-то привлечь. Но ведь Гарри несколько раз приходилось играть любовь в пьесах, ему всегда говорили, что ему это подходит. Столько раз он слышал, что его бы полюбил любой человек, стоило Поттеру сыграть так же, как он делал это в пьесах.       Так почему на Эльфа это не подействовало? Особая магия лесных существ? Гарри рассмеялся от своих мыслей, они точно ушли не в ту сторону. Он не собирался верить сказкам отшельника. Да, они хороши как сказки, но не как то, что было на самом деле. Но то, что юноша был сказочно красив, – это было точно. Поттер потянулся к бельчонку, и Соня быстро заползла к Гарри на руку. Гарри продолжал раскидывать маленькие камушки на голой земле в разные стороны. Поттер не будет сбегать, он хотел узнать об Эльфе больше. Пусть даже его попытаются убить, убегать от смерти он привык. Иногда Гарри казалось, что делал он это во всех метафорических смыслах, ведь, несмотря на его неверие в трëх богинь, иногда возникало противное чувство преследования.       Только из-за него Поттер так часто и неосторожно использовал магию, чтобы напоминать себе о том, что у него есть защита в этом мире и напади на него Волан-де-Морт или сама Смерть, Гарри сможет противостоять. И от этого немного злобный юноша пугал всë меньше и меньше. Эльф был слишком незначителен, если сравнивать с тем, что на самом деле пугало Поттера. Гарри наблюдал за активным бельчонком, которого сейчас явно не волновали никакие заботы – поел, поспал, пальцы Поттеру покусал, и день явно удался. Гарри мог только предполагать, что было в мыслях у зверька, но за несколько лет, когда у него в спутниках были только звери, Поттер уже мог предугадывать их настроение.       Сейчас Соня явно был недоволен, возможно, тем, что выполз наружу, но не увидел солнца. Гарри смотрел на бельчонка на своей ладони. — Прости, Соня, мы тут ещë чуть-чуть побудем. Эльф же, как и ты, лесной, может, выпустит нас туда? — Зачем-то успокаивал зверька очевидной ложью Поттер. Но на удивление, Соня действительно притих, сворачиваясь на его ладони в комочек. Гарри несколько секунд понаблюдал за этим, а после полез в нагрудный карман, медленно доставая несколько орехов. Он не так сильно волнуется, когда что-то грызëт, перекусить не помешает.       Достать орехи помешал букет, и Поттер положил цветы на колени. Через несколько мгновений Гарри уже грыз кедровые орехи, смотря в серую каменную стену. Как же тут не хватало цвета, как и во всëм замке и городе. Когда он выберется – если выберется – он обязан устроить представление с красками. Слишком больно было смотреть на тусклый тëмный город. Ведь нельзя жить без цветов вокруг себя. А если он сможет прямо в камере устроить цветовое шоу, то Эльф повеселеет? Гарри надеялся, что так и будет.       Поттер перевернулся и облокотился на стену. Бельчонок лежал на коленях, рядом с сухими цветами, время от времени дëргая мордочкой, смотря на то, как Гарри роется в карманах. Эльф обязан оценить старания Поттера, ведь ни для кого он так сильно не старался. Юноша стал первым, кто не тянулся к нему, и это интриговало только больше – как же тот был несчастен, раз не поддался очарованию и доброму настрою Гарри? Ещë никто не мог устоять – даже когда сам Поттер не желал этого внимания, он его получал, но с Эльфом было по-другому. Гарри невольно улыбнулся – пожалуй, это было не так плохо.

***

Пришлось убегать с собственного дня рождения – единственного дня в году, когда Дурсли вспоминали о его существовании и устраивали какой-никакой праздник в его честь. И каждый год тут появлялись люди, которые его бесили и раздражали. Гарри каждый раз надеялся, что его родственники наконец забудут о его существовании, всë-таки уже с четырнадцати лет он перестал появляться везде, где мог встретить тëтю или дядю. Но Дурсли вспомнили о его дне рождения и пригласили всех соседних королей с королевами и их детьми. Даже про день смерти его родителей уже не вспоминают, зато празднуют день, когда он появился на свет. Будто пытаются показать, какие они хорошие, что не хотят ни для кого горя, празднуя только хорошие дни.       Гарри не считал свой день рождения хорошим днëм уже давно, ведь мало кто вспоминал про него на самом деле. Всё собирались, чтобы ещë раз повеселиться за счëт процветающего королевства, а повод наверняка мало кого волновал из гостей, кроме нескольких человек. Но и братья Блэки, и Альбус Дамблдор были измотаны каждый раз, когда Дурсли решали хорошо провести время за праздником и весельем. Это было ещë одной причиной, почему он не хотел, чтобы его день рождения праздновали – тогда бы у его любимых людей, единственных, кого бы он мог назвать семьëй, кроме родителей, было бы больше свободного времени для поздравления Гарри. Но и они каждый раз как будто забывали суть очередного бала или банкета, вспоминая о имениннике только под конец дня, часто уже тогда, когда село солнце.       Гарри казалось, что даже если бы он исчез, никто и не заметил бы, и именно так Поттер и поступил на своë пятнадцатилетие. Не находился в большом зале, пытаясь радоваться, как и все гости, в тесном и неудобном костюме, а просто сбежал, прячась за пределами зала. Всë равно во время праздника по дворцу никто не ходил, укромный уголок можно было легко найти. Прямо сейчас Гарри сидел у портрета своих погибших родителей – всего один несчастный случай, и маленький Поттер, любивший праздники, перестал ждать их вообще. Когда-то в детстве советник Альбус рассказал, что портреты погибших людей можно оживлять, но сам он давно забыл это заклинание.       Тогда Гарри верил, что это возможно, перерыл всю библиотеку, даже те отделы, которые были запрещены чуть ли не для всех, кроме самого короля. Но Поттер так ничего и не нашëл. Только позже он понял, что так старый советник просто пытался его утешить. Но магия далеко не всесильна и оживлять никого не может. Чтобы там ни говорилось в легендах и сказках о трëх милосердных богинях, оживить неживое не возможно. Гарри тяжело вздохнул, расстëгивая первые пуговицы парадного костюма, светлого и чистого. Поттер наверняка испачкал его, когда сел на пол, но это не страшно. Дурсли даже не подумают, что можно его постирать, а просто выкинут, выделив ему деньги на новый. Гарри невероятно бесило, с какой расточительностью его родственники относились к деньгам его родителей. Поттер не знал, как их в этом упрекнуть – их казна и правда не обеднеет от очередного праздника, но так же Гарри понимал, что это было совершенно неправильным.       Поттер растрепал волосы, которые с такой тщательностью пол-утра пытались уложить, поправил отцовские очки, которые помогали ему лучше видеть, и уткнулся лицом в притянутые к груди колени. Как же он хотел, чтобы этот день побыстрее закончился и никто его не трогал и не тревожил. Но, к сожалению самого Гарри, временем также нельзя управлять магией. Поттер тяжело вздохнул, пытаясь не заплакать – всë же он уже взрослый, почти совершеннолетний, чтобы наконец стать королëм и сместить родственников матери с трона. Но этой взрослости Гарри не чувствовал. Особенно когда всем и так было хорошо без него, без Гарри. Так что изменится, если он унаследует титул короля после отца? Поттер шмыгнул и сильнее вжался в колени, дорогущие очки неприятно впились в лицо. Но Гарри не обращал внимания на эту лëгкую боль. — Привет, — прозвучал тихий и неловкий голос. Поттер тут же поднял голову, встречаясь взглядом с рыжеволосой девушкой. Гарри опять опустил голову обратно. Джинни Уизли, младший ребëнок одного из королей, с земель, которые располагались к ним ближе всего. Гарри не знал, какие у них отношения, но Дурсли всë поговаривали о политическом браке. Если бы его папа был жив, то был бы против этой затеи. — Джинни, — только и выдавил из себя Поттер. Девушка быстро подошла к нему и села прямо рядом с ним, приминая пышное платье руками. — У вас праздник, почему вы не развлекаетесь, как все остальные? Вы мне так нравитесь, и мне больно от того, что у вас плохое настроение, Гарольд, — Гарри вздрогнул, когда услышал своë полное имя, и скривился. Джинни пыталась его подбодрить, жаль, что она не знала, что этим делает только хуже. — Я не должен вам нравиться, я не достоин. Вели бы вы себя чуть культурнее, — так же формально ответил Поттер, посмотрел на сидящую девушку и быстро спрятал красное лицо. Обычно он сам не обращал никакого внимания на манеры, но это было слишком даже для него. — Поттер, если бы вы видели себя со стороны, то и сами влюбились бы в такого невероятного человека, — Гарри поджал губы, стараясь дальше не слушать всю хвалу, которую на него вешала рыжеволосая девушка, всë это он считал пустой болтовнëй. Поттер не сделал ничего, чтобы заслужить эту похвалу, он и не собирается что-то делать для этого – это и было самым ужасным. Ведь лучше бы и она его игнорировала, а не пыталась мотивировать. Всë равно Гарри это было не нужно, он не хотел становится этим самым умным и добрым правителем, он бы не смог сделать лучше, чем есть, а значит, он обманет ожидания других людей. Поттер опять всхлипнул. — Ты ведь даже не собираешься меня слушать, — фыркнула девушка и что-то проворчала. Гарри не поднимал головы, ему было слишком стыдно, потому что он расплакался перед девушкой. — Ну и ладно, самоистязай себя тут дальше, пока половина твоего королевства пускает на такого замечательного тебя слюнки, — Поттер не верил девушке, это всë наверняка было бредом, чтобы его подбодрить, но на лице неосознанно появилась улыбка. Джинни — хорошая девушка, только он вряд ли сможет это понять. Гарри слишком был в себе и своих размышлениях, чтобы составить достойную партию такой уверенной девушке. Поттер молчал. Послышалось шуршание юбки, и вскоре в комнате остался только он один.       Так было намного лучше, теперь Гарри был уверен, что о нëм все забудут и никто не будет врать ему о каких-то чувствах. Скорей бы этот день закончился, и он бы вернулся к жизни, где о нëм все забыли.

***

Это было уже в третий раз за эту неделю, когда Поттеру хотелось исчезнуть от неловкости. Он столько раз пытался запутать Седрика, пряча свои личные вещи, что даже сам Гарри несколько раз путал своë спальное место с чужим. — Седрик, — простонал Поттер, беря букет цветов, что лежал на его потрëпанной подушке. Гарри уже больше года путешествовал с труппой артистов, и вот совершенно внезапно один из старших начал проявлять к нему интерес. Поттеру не нужно было это внимание, ведь сейчас он мечтал научиться всему, что знали другие артисты, и выступать в одиночку, путешествуя по всему свету без ограничений.       В пустой палатке появилась ещë одна фигура, на порядок выше семнадцатилетнего Гарри. Но он всë ещë растëт, поэтому успеет стать таким же высоким, как Седрик. Парень в ярко-жëлтой рубашке неловко отвернулся, сцепляя руки в замок. Гарри нахмурился, всë ещë держа в руках белые полевые цветы. В палатке было тихо, только снаружи шумели артисты. Поттер не решался что-то говорить, он только поджал губы, сжимая в руках небольшой букет. Седрик застыл на месте, боязливо поглядывая на Гарри. — Гарри, тебе разве не нравятся цветы? — Нервно спросил Седрик, горбясь и наконец осмеливаясь взглянуть на Поттера. Гарри прикрыл глаза рукой. Когда он перестал носить очки, он до сих пор продолжал тянуться к лицу в поисках оправы, которую надо поправить. — Я ведь ничем тебе не отвечу на это. Я ещë год назад говорил, что меня интересует, думаю, ты можешь найти кого-то лучше меня, — Седрик поджал губы и наклонился ещë ближе к Поттеру. — Прошло так много времени, а ты до сих пор думаешь о доме, из которого сбежал? — Гарри уставился на свои ноги. Сбежав из дворца, он быстро выдумал историю о том, почему простой мальчишка мог колдовать.       Но ему каждый раз было так неловко, что он делал как можно более грустный вид, говоря, что не хочет об этом вспоминать. И никто в труппе не затрагивал эту тему, а Поттер мог сосредоточиться на учëбе, которая в кои-то веки была ему интересна – не бесполезная учëба, а та, которая в будущем даст ему возможность зарабатывать. Он мог бы найти себе «достойное» место в жизни, о котором ему твердили почти всю его жизнь те, от кого он не хотел этого слышать. Но Гарри был доволен и этими простыми фокусами, которые он творит перед публикой, получая восторженные возгласы. — Седрик, я не хочу об этом говорить. Я просто хочу учиться, — Седрик закатил глаза, его выражение лица больше не было таким нервным. — Твоя магия перекрывает весь наш опыт, если ты будешь на нашем уровне, то заменишь всю труппу, — усмехнулся Седрик. Гарри завëл руку с букетом цветов за спину. — Это мне поможет, я ведь хочу путешествовать один. С тобой, с вами всеми весело, но слишком много ограничений, — покачал головой Поттер и тяжело вздохнул. Седрик сжал руки в кулаки. — Гарри, подумай о своей жизни, ты не можешь быть один, придëтся выбирать, — серьëзно сказал Седрик, нахмурившись. — Говорит тот, кто родился в семье артистов с нестабильным будущем, — рассмеялся Поттер. Седрик всë ещë серьëзно смотрел на младшего. — Гарри, ты понимаешь, о чëм я говорю, — Седрик замолчал, в палатке вновь повисла тишина, пока старший не протянул Гарри перевязанную руку. — Змея под твоей подушкой укусила меня. Надеюсь, твоим спутником на всю жизнь не будет змея, — Поттер неловко уставился на раненую руку.       Гарри схватил кончик перевязки и быстро осмотрел укус. Змея, которую он подобрал, не должна была быть ядовитой, но убедиться стоит. — Прости, она выглядела такой маленькой и одинокой, — Седрик улыбнулся. Гарри колдовал над рукой, прежде чем кожа полностью не затянулась. Седрик с удивлением осматривал здоровую руку. — Поэтому ты мне и нравишься, — почти прошептал старший. — Но будь осторожнее, пусть у тебя и есть защитница, не я один был очарован тобой. Да благословит тебя Богиня Удача в твоей жизни, — Седрик улыбнулся. Поттер смотрел на потëртую старую обувь, невольно вспоминая ту, что носил до шестнадцати лет.       В палатку неожиданно кто-то зашëл, громко зевая. Гарри уставился на вход, стараясь не смотреть на ярко-жëлтую рубашку. — Гар-ри, Сед, что вы тут милуетесь, без ужина останетесь, — строго сказал мужчина в каком-то ярком наряде, из-за чего совершенно не выглядел серьëзно. Поттер усмехнулся и быстро направился к выходу, всë ещë держа за спиной букет. Седрик не спешил покидать палатку, смотря в спину уходящему Гарри.

***

Поттер облокотился на прутья, напевая унылую мелодию. Он уже довольно давно сидел здесь, но никто так и не пришëл. Несколько раз Гарри уже останавливал себя от вскрытия замка. Но если никто так и не объявится и его решили бросить одного в темнице, то Поттер сбежит. Конечно, будет грустно, если и второе «свидание» так оборвëтся, но что мог сделать Гарри, если эльф был таким недотрогой? Поттер тяжело вздохнул и повернулся к прутьям, вглядываясь в темноту и пытаясь разглядеть хоть что-то. Тут даже не играло роли его плохое зрение, просто в подземельях было ужасно однотонно и темно. Ни одного факела, ни одного магического светильника, только непроглядная тьма. Гарри просунул руку наружу – ему было любопытно, пропадëт ли она, если Поттер высунет еë.       Рука была всë ещë видна. Подземелья просто создавали иллюзию, из-за которой казалось, что за решëткой ничего нет. Гарри пока не создавал свет с помощью магии, его увлекло то, как работает эта темница. Поттер то и дело вытаскивал свои конечности наружу, это хоть немного, но позабавило и развеселило Гарри. Поттер встал на ноги, бельчонок уже сидел у него в рукаве, цепляясь коготками за внутреннюю сторону одежды. Артист несколько раз обошëл камеру. Это ощущение бездны было интересным, и если Гарри сможет воссоздать хотя бы что-то похожее, то точно сможет напугать несколько детей. В первый раз в подземельях он не обратил на это внимания, но теперь это заняло все его мысли, да так, что он даже не заметил прихода человека.       Поттер вздрогнул от чьего-то кашля. Артист был уверен, что это не Эльф, его бы Гарри просто не упустил. Оттого было ещë интереснее, кто именно пришëл сюда. Гарри быстро развернулся, увидев мужчину в странной одежде, ещë более странной, чем одежда самого Поттера. Гарри нахмурился, опять подходя к мужчине, который удивлëнно вытаращился на него. — Что это за камень и чем он покрыт? — Поттер указал в глубь коридора, напуганный мужчина медленно проследил за тем, куда указывает Гарри. Артист нахмурился, мужчина был слишком шокирован и, кажется, немного безумен. Поттер глубоко вздохнул, а после поморщился от запаха крови, который наверняка исходил от сумасшедшего.       Долохов не знал, что и думать, правой рукой он по привычке перекрестился, как и делал каждый раз, когда его что-то шокирует. Призраков он ещë не видел. И если учитывать, сколько людей погибло в одних только подземных темницах, давно был убеждëн, что их не существует. Но вот перед ним совершенно спокойно стоит чудаковатый парень, которого они с Регулусом отправили на верную смерть, и спрашивает про камень? Антонин тяжело вздохнул. Милорд преподносит удивительные сюрпризы, которые наверняка должны понравиться Блэку. Ведь именно из-за него они загнали бедного парня в замок короля. — Сажа? — Хриплым голосом сказал Долохов, а после прокашлялся. Чудик кивнул чему-то своему, а после довольно улыбнулся. Нет, перед ним точно живой человек, здоровый, не истощëнный, без следов пыток. Его Величество забыл про парня? Если да, то мог ли Антонин освободить его? Ради Регулуса, ради того, что Блэк будет ему должен. Эта мысль понравилась Долохову, и он нервно улыбнулся в ответ. Камеру для магов он открыть сможет, такие полномочия у него есть. Антонин трясущимися руками схватился за замок. Через пару секунд это увидел Гарри. — Стоп, — только сказал он и отвел трясущиеся руки Долохова от замка. Антонин выпучил глаза ещë сильнее – точно чокнутый чудик. — Я жизнь тебе спасаю, — так же хрипло проговорил Долохов. Поттер усмехнулся и полез в нагрудный карман, а после показал Антонину небольшую отмычку. — Я подготовился, полночи искал, куда спрятал. А сейчас я жду Эльфа, — серьëзно сказал Поттер, закрывая замок от рук Долохова, который в этот момент просто рассмеялся. — Ну что за псих! Боже ж ты мой, как ты подготовился? Разве ты не сидишь тут со вчерашнего дня, когда мы за тобой гнались? — Фыркнул Антонин и спиной облокотился на прутья. Гарри усмехнулся. — Так вот кого мне стоит благодарить за встречу с Эльфом. Но нет, я здесь второй раз, — гордо проговорил Поттер, а после опустил голову вниз. — И Эльф отверг мой подарок, — чуть тише добавил он. Долохов всë ещë смеялся, кажется, не слушая, что говорит чокнутый. — Ты — сумасшедший? Какой-нибудь городской чудак? Иначе я просто не могу объяснить твоë поведение. Гарри чуть толкнул Антонина в спину, явно оскорбившись обращением. — Нормальный я, просто влюблëн. Ах, он даже не назвал своего имени, продолжая говорить, что он — Волан-де-Морт, — смех тут же утих. Долохов медленно повернулся к чокнутому, осматривая того с ног до головы. — Твою ж, мать твою… — только смог вымолвить Антонин, хватаясь за сердце. Нет, ему уже не было смешно, было невероятно страшно. — Никто, кроме него, и не посмел бы называть себя этим именем. Мальчишка, как ты вообще до сих пор остался жив? Надо было бежать отсюда и не возвращаться, — сбивчиво проговорил Долохов, не понимая, как этот мальчишка остался жив. Особенно после того, что Антонин наговорил только ему. Что он мог сказать Волан-де-Морту? Его Величество точно не оставит этого чокнутого без наказания. Сейчас можно действительно только посочувствовать. Удача точно отвернулась от этого парня.       Гарри всë ещë думал над иллюзией. Страх перед злым Эльфом прошëл, и он не понимал, чего боится этот немного безумный мужчина. В этом замке все были чуть безумны. Поттер хохотнул от этой мысли. — Тебе весело? — Послышался глухой и тихий голос. Гарри показалось, что мужчина рядом с ним перестал дышать. Поттер быстро перестал обращать на него внимание, концентрируясь на новой фигуре. Будучи всë так же в чëрном, Эльф сливался с коридором. — Мне грустно, — притворно прохныкал Гарри. — Наше второе свидание, и опять в этом ужасном месте. А тебе не холодно в этой лëгкой мантии? — Беспокоясь, спросил Гарри, активно жестикулируя руками. Двое других людей застыли, смотря на активного Поттера. — Антонин, ты, наверное, устал, — обратилась чëрная фигура к Долохову. Тот вздрогнул, вспоминая о том, что собирался уходить из подземелий, пока не увидел слишком активного заключëнного. Гарри нетерпеливо смотрел на Антонина, который поклонился перед Эльфом, а после быстро ушëл в ту сторону, с которой появился Эльф. — Вы правы, Ваше Величество, — кинул Долохов, прежде чем исчезнуть в темноте. Поттер всë ещë смотрел только на чëрную фигуру перед ним. — Видел наконец? — Спустя несколько секунд тишины усмехнулся гордый Эльф. Гарри выпрямился перед Волан-де-Мортом. — Ну, даже если ты и старый, всë равно красивый, — всë ещë не веря, что Эльф — Волан-де-Морт, пошутил Поттер. Юноша в чëрном ударил решëтку и сжал прутья, кожаные перчатки неприятно заскрипели. Гарри вздрогнул и сглотнул, страх постепенно возвращался. — Ты точно полоумный, как ты жив так долго оставался? Госпожа удача? — Почти прошипел Эльф. В этот момент бельчонок решил проснуться и выглянуть из рукава. — Соня, — тихо обратился к бельчонку Поттер. Соня вылезла из рукава и быстро перебралась на мантию. Гарри неловко отвëл взгляд, его свидание испорчено этим моментом. — Зверинец, никакого достоинства, — цыкнул Эльф. Поттер на секунду перевëл взгляд на него. Бельчонок продолжил бегать по одежде Гарри, цепляясь и шумя всем, чем только можно, ища себе место, где можно пристроиться. — Соня просто испугалась, — хмыкнул Поттер, пытаясь поймать активное животное. — Но даже так, свидание ведь не испорчено? Просто началось не с той ноты. Мне, конечно, приятно, что ты наряжаешься ради меня, но твоя другая одежда смотрится на тебе лучше, — тараторил Гарри, чтобы между ними не было тишины. Эльф наконец опять прошëл сквозь решëтки, оказываясь с Поттером в одной камере. — Что с тобой не так? Не дрожишь перед королëм, перед Волан-де-Мортом! — Чуть ли не прокричал парень. Гарри замолчал, уставившись на него. — Ты не король, может, принцесса? — Предположил Поттер, продолжая смеяться над тем, как Эльф утверждает, что он Волан-де-Морт. — У меня уже не осталось никаких слов, — прошипел Эльф, стоя вплотную с Гарри. Бельчонок остановился где-то на рукаве. Волан-де-Морт поднял руку в чëрной перчатке над лицом Поттера. Гарри неосознанно также поднял руки вверх. — П-принцесса, не злись, я просто считаю тебя красивым, — чуть заикаясь, проговорил Поттер, делая шаг назад, думая, что он может предпринять, чтобы не навредить Эльфу, выжить и спокойно сбежать. На сегодня ему переживаний хватит, и он может попробовать в следующий раз. Волан-де-Морт всë ещë не предпринимал никаких действий и не нападал на Гарри. Но актëр чувствовал опасность, исходящую от Эльфа. Поттер тяжело вздохнул, медленно отодвигая руки. Что же предпримет этот интересный парень, который мог быть Волан-де-Мортом из тех пугалок, которые советник Дамблдор рассказывал ему в детстве? Гарри только заметил, что руки Эльфа дрожат. Поттер затаил дыхание, ожидая, что скажет юноша, что стоял напротив него. Волан-де-Морт опустил руку, так и не дотронувшись до Гарри. Тогда Поттер смог спокойно вздохнуть. — Смерть не хочет тебя забирать, — только усмехнулся Эльф. Гарри нахмурился, ему хотелось увидеть смех Волан-де-Морта без маски, улыбку на его лице, а не желание убить Поттера. — Удача на твоей стороне, что-то меня останавливает. Наверняка молишься каждый день, что богини любят тебя? — Громче рассмеялся Эльф. Гарри поджал губы, не зная, что говорить и отвечать на это. Разговоры о Богинях — не его. Сейчас ему точно стоит уйти и вернуться в следующий раз. — Может, я просто тебе нравлюсь, и поэтому ты не можешь меня убить? Принцесса, — Слова Поттера совершенно отличались от его мыслей, но он не хотел грубить парню, стоящему перед ним.       Эльф рассмеялся только громче. Гарри невольно улыбнулся в ответ на это. Смех явно был недобрым, но Поттер просто не удержался. — Что мне теперь с тобой делать? Я всë ещë не знаю, где ты нашëл брешь в моей защите. И тем более не могу понять, как тебе всë это удаëтся, — вслух рассуждал Волан-де-Морт. Пока Эльф отвлëкся, Гарри отцепил от рукава Соню и аккуратно спрятал застывшего бельчонка в большой боковой карман. — Я мог бы предложить свидание в городе, конечно, если ты не будешь в роли Волан-де-Морта. Я вчера вечером нашëл таверну со вкусной едой, — хохотнул Поттер, ему было смешно уже от того, что он предлагал такие безумные идеи этому загадочному человеку. — Я не буду выходить из дворца, у меня много работы, — быстро ответил Волан-де-Морт. Гарри подошëл к решëтке, раздумывая над побегом. — Тогда я могу найти тебя где-то кроме твоего сада? Где ты спишь днëм, не любишь работать? Мы похожи! — Поттер продолжал улыбаться, в его руках появилась отмычка, а сам он прижался к замку. Волан-де-Морт не поворачивался к Гарри, и он мог свободно действовать. — Тогда я просто брошу тебя здесь, — фыркнул Волан-де-Морт. Поттер рассмеялся, чтобы скрыть звуки взламывания замка. Камера точно предназначена для магов, а это значит, что тут слабые обычные замки и всë для того, чтобы магическая защита держалась лучше. — Или всë магическим образом выйдет наоборот, — спустя несколько секунд пошутил Поттер, с лëгкостью открывая дверь. Гарри быстро выбежал из камеры, второй раз убежать он сможет, выносливость всегда была у него на высшем уровне. — В следующий раз я приду с букетом живых цветов, так что не надевай эту ужасную мантию! — Прокричал Гарри напоследок. Волан-де-Морт не спешил выбегать вслед за сумасшедшим. В прошлый раз он не смог его догнать, ни одно заклинание просто не долетело до Поттера, ведь тот слишком умело уворачивался от каждого проклятья, при этом не сбавляя темп. Эльф только осмотрел замок, где магическая защита была на месте. Тогда Гарри взломал его как обычный не-маг?       Волан-де-Морт цыкнул. Пока ни один маг, который тут содержался, не догадался о несовершенстве защиты, полагаясь только на свои магические способности. Эльф наклонился, а после снял маску, оглядывая место преступления и думая о том, как же полностью обезвредить кое-кого. В первый раз Волан-де-Морт думал, что мальчишке сопутствует удача, но это просто обычные навыки взлома. Эльф скривился. Этот сумасшедший был интересным, и он в кои-то веки единственный, кто вот уже второй раз прерывал его послеобеденный сон, а после сбегал из тюрьмы. Ему точно придётся провозиться не один час, чтобы решить проблему и совместить запутанные технологии с сильной магией.       Если Гарри попадëт к нему ещë раз, то так просто уже не выберется. Волан-де-Морт точно узнает, что за странный чудак перед ним. И что за необычные цели тот преследует, что решил сделать его своей женой? Или мужем? Оба варианта звучали безумно и слишком сложно. Этот мальчик действительно был занимательным и интересным. Ничего опасного тот будто и не замышлял. Волан-де-Морт ведь может позволить себе развлечься раз в сто лет и понаблюдать за сумасшедшим мальчишкой, который умудрился сделать несколько невозможных вещей. И одна из самых невероятных – то, как Гарри просто отрицал тот факт, что он — Волан-де-Морт. Так он ещë раз убедился, что не зря стал скрывать внешность, в противном случае его просто не хотели воспринимать всерьëз и слушать.       Эльф вернул чëрную маску на лицо. Да, он не станет убивать этого смельчака, а если тот не отстанет, то, может, заведëт новую зверушку или сторонника? Мальчишка не выглядел особенно магически сильным, но что-то в нëм точно было необычным. Волан-де-Морт и сам точно не мог сказать, что именно. Спустя столько лет он опять чего-то не знает! Это очень сильно веселило его. И если мальчишка осмелится ещë раз сунуться на территорию дворца, Волан-де-Морт что-нибудь придумает. У него было много вопросов, которые он мог бы задать Гарри, но ему не трудно подождать, чтобы получить на них ответы. Тем более, судя по словам этого чокнутого, он ещë вернëтся. Со своей нелепой темой про свидания. Мерлин, он назвал его принцессой! И не умер после этого.       Волан-де-Морта самого удивляло то, как легко он отпустил Гарри. Ему ведь не могло быть настолько интересно? А может, он наконец начал стареть – не телом, а душой. Эльф хмыкнул – из-за сумасшедшего мальчишки и его начали посещать странные мысли. Этот парень, ходячий зверинец с белкой, возможно, занимал слишком много его мыслей…