II СЕЗОН. Личное счастье главы Цзян.

На следующий день. Всем сообщили, что сегодняшний урок будет проводить муж второго мастера ордена Гусу Лань. Прямо сейчас приглашенные ученики находились в учебном классе и обсуждали именно это. — Вы наверняка слышали о том, что муж Ханьгуань-Цзюня в прошлом был темным заклинателем верно? — спросил один из учеников. Наследники ордена Юньмэн Цзян пытались игнорировать шепот, но им это не удалось. — Конечно мы знаем, вся поднебесная знает о Старейшине Илине и как он был повержен ни кем иным, как своим собственным братом, я имею ввиду главой ордена Юньмэн Цзян. — дерзко проговорил другой. — Тише ты, разве не знаешь кто также присутствует здесь? Или ты забыл вчерашний случай? — шепотом проговорил ученик с опаской подглядывая в сторону учеников Цзян. — Я всего лишь говорю то, что всем известно. Мой отец говорил мне, что Вэй-цянбэй раньше принадлежал к ордену Цзян и был изгнан из-за того, что практиковал демоническое совершенствование. И когда он вышел из-под контроля и был косвенно причастен к смерти родителей нынешнего главы ордена Ланьлин Цзинь, то глава Цзян возглавил против него облаву и в результате тот погиб либо от руки собственного брата или убил сам себя, это все ещё не известно. Но после его смерти глава Цзян прославился тем, что стал карателем тёмных заклинателей. Его даже стали называть наводящим ужас демоном из-за того, что каким маниакальным удовольствием он расправлялся с этими людьми. — продолжил тот, совершенно не беспокоясь о наследниках ордена Цзян. Он ненавидел в целом Юньмэн из-за того, что раньше когда он был ещё совсем мальчиком, собственными глазами увидел как его отец на коленях перед Цзян Ваньинем просил прощения, а тот не слыша мольбы его отца расторгнул соглашения о торговых путях на территории ордена Юньмэн Цзян с их орденом, тем самым запретив им вступать на земли Цзянов. После этого его орден пришел в упадок и только спустя несколько лет его отец привел в порядок состояния их клана. И он с тех пор всей душой ненавидел Цзянов и естественно, что он также возненавидел и сыновей Цзян Ваньиня. Цзян Чухэ и Лю Минжэ напряглись всем телом слыша, как этот адепт с очевидным презрением разглагольствовал об их отце. — Верно, верно. А вы слышали, что золотое ядро главы ордена Цзян на самом деле принадлежал к Вэй-цянбею? И какой же глава Цзян неблагодарный человек. Его названный брат пожертвовал со своим ядром чтобы глава Цзян смог совершенствоваться как заклинатель, но вместо благодарности Саньду-Шэншоу устроил облаву против своего шисюна. — поддержал разговор другой смелый ученик. Тот усмехнулся и сказал: — Глава Цзян не заслуживает чтобы его называли великим человеком. Всем очевидно, что такой человек как он должен гнить в Диюй. Я не понимаю, чем он заслужил счастливой жизни? Может быть он всего лишь использует своё тело чтобы его муж от него не ушел. — и все засмеялись, кроме конечно сыновей Цзян Чэна и учеников Цзян и Цзинь, а также представителей орден Цинхэ Не. Наследники Цзян смертельно побледнели и Цзян Чухэ сломал свой кист громким хрустом в руке. Смех в помещении оборвался и все посмотрели на наследников. Цзян Чухэ вместе с братом встали со своего места и медленно обернулись к говорящим. Первый сделал шаг в сторону тех, которые говорили об его отце. Лю Минжэ был позади него. Цзян Чухэ встал напротив того адепта который и сказал о том, что его отец должен гнить в Диюй и опасным тоном обратился к нему: — Встань. Тот усмехнувшись ответил: — Почему я должен это делать? Кто ты такой чтобы приказывать мне? — Ты не собираешься вставать? — Нет, я не пресмыкаюсь перед отродьем Саньду-Шэншоу. — только успел закончить тот, как его с рывком подняли на ноги за воротник и когда он приходил в себя от удивления, заговорил мрачным тоном старший наследник: — Кем ты себя возомнил, ничтожество? Как ты смеешь говорить грязные слова в адрес моего отца? Кем ты себя считаешь?! — закричал тот в лицо другого и схватив того за шею припечатал к стене позади него и зарычал: — Ты, жалкий ублюдок!!! Ничтожество вроде тебя не имеет права говорить о моём отце! Кто ты, а?! Ты и твой орден ничего не значит для этого мира. Всего лишь жалкая поселения таких же жалких людей во главе с твоим никчемным отцом! Ли Вэмин жалкий, ничтожный глава ордена, который неоднократно пытался продать себя к моему отцу! Ты знаешь, как твой отец умолял моего отца трахнуть его?! Этот Ли Вэмин много раз предлагал своё тело, говоря как он сгорает от безответной любви к моему отцу, главе ордена Юньмэн Цзян! Будь благодарен, что он не лишился своей головы из-за своего деяния! И ты, сын этого ушибленного потаскухи смеет оскорблять моего дорогого отца?! Мой отец герой войны! Никто из великих орденов не поддержал моего отца, когда Пристань Лотаса был уничтожен до основания! Мой отец, великий Саньду-Шэншоу со своими силами поднял на ноги Юньмэн Цзян! Он совершил то, что никому не было по силам! Когда все говорили ему, что у него ничего не получится, отец доказал обратное и поднял орден Юньмэн Цзян до величия! Сейчас именно мой орден самый величавый из четырех великих кланов. Юньмэн Цзян благодаря моему отцу стал таким как сегодня! Если бы мой отец захотел, то он мог бы править всей поднебесной! Но он этого не сделал, потому что, тот Цзян Ваньинь которого ты поливаешь грязью, является благородным и честным человеком, кого не видел этот мир! И такой ничтожество вроде тебя смеет унижать его достоинства перед его собственными сыновьями, перед нами?! Ты грязь под ногами моего отца! — и бросил его на землю. Все присутствующие боялись даже дышать видя каким взбешенным выглядели наследники ордена Цзян. Казалось воздух вокруг них еще чуть-чуть и буквально заискриться. В это время Вэй Усянь вместе с братьями Лань стояли снаружи и всё слышали. Они прибыли как раз в начале гневной тирады наследника ордена Юньмэн Цзян и Лань Сичэнь остановил их чтобы послушать, что будет дальше. Цзян Чухэ посмотрел сверху вниз на упавшего наследника ордена Чжуэ Ли, когда тот попытался подняться, то Лю Минжэ безжалостно надавил на его плечо нагой, пригвоздив того в пол. — Некоторые из вас считают моего отца неблагодарным из-за того, что некий Старейшина Илина пожертвовал своим ядром, пересадив его к своему шиди. Но мой отец всю жизнь был несчастным из-за этого человека. Как только его привели в орден Цзян, бывший глава ордена, мой так называемый дедушка. Моему отцу пришлось вытерпеть пренебрежение своей семьи к нему, дедушка игнорировал моего отца в пользу Вэй Усяня, бабушка Юй требовала, чтобы он превзошел сына слуги, Цзян Яньли больше заботилась об этом человеке, нежели о моем отце, она даже спасла его от смерти пожертвовав собой, несмотря на то, что у неё есть сын, мой Гэгэ, которого она оставила одного. Но мой отец всё равно любил свою семью, даже того человека, из-за которого был уничтожен Пристань Лотоса. Этот человек причинил боль к моему отцу со своими не выполненными обещаниями и ложью. Но теперь у него есть мы, его семья, которые всегда будут выбирать его, и никого другого. В этот раз я оставлю тебя в покое, но в будущем я не буду прощать таких как ты. — и после направился в сторону выхода, но остановился когда увидел стоящих там главу ордена Лань и Ханьгуань-Цзюня с его мужем. Лю Минжэ убрал ногу и холодно сказал: — Я буду присматривать за тобой. — и последовал за своим братом. Цзян Чухэ пристально посмотрел на человека в черным и после мрачно усмехнулся, напоминая всем, как он был похож к своему отцу в этот момент, только знаменитого Цзыданя не хватало. — О, вот и ты мастер Вэй, так называемый Старейшина Илина. — выплюнул тот с презрением, заставив вздрогнуть бывшего темного заклинателя, тому почудилось, как-будто перед ним стоял сам Цзян Чэн, и он пару раз моргнул прогоняя мороку из глаз и напоминая себе, что перед ним не его шиди, а сын Цзян Чэна. Лань Ванцзи предусмотрительно встал перед своим мужем защищая того своей спиной. Его поражала, как сыновья Цзян Ваньиня были похожи на своего отца. Лю Минжэ стоял рядом со своим братом, мрачно глядя на парочку.