Тебя подвезти?

      Раньше Ло ожидал новый день с волнением и трепетом, потому что он знал, что поедет вместе с Диланом, а потом, тот его дождется и повезет обратно в общежитие.       Сейчас же, Ло готов признаться что он боится. И нет, не за свою жизнь, хотя, иногда Дилан доводит его до такого состояния, что хочется просто с разбегу влететь в стену и превратиться просто в мокрое пятно.       Мироходец действительно каждое утро встречает день с некоторым страхом перед неизвестностью, потому что, как оказалось, от тихого соседа можно ожидать все что угодно…       И ладно, тот случай он пережил. Но вот следующий день… Он не ожидал. Даже в мыслях не было, что Дилан, встретит его как обычно, улыбнется уже привычно, мягко. И вроде бы все хорошо, никто не вспоминает о вчерашнем, но, Ло слишком рано подумал об этом. Потому что Дилан на полпути заворачивает в другую сторону, останавливается где-то посреди пустой поляны, рядом только пару деревьев и дорога позади. И… Ло не думал, что Дилан притянет его к себе. Так нежно, ласково. Поведет кончиком носа по румяной, нежной щеке. Руками своими зароется вновь в волосы, перед этим огладив шею. А мироходец просто вновь забудет что нужно дышать. Он уплывёт далеко-далеко от своих мыслей и просто растворится в тех ласках, что дарит ему этот парень…       А этот парень… Дилан, он невозможный. Жгучий и такой… Слов не подобрать и не описать его. Он это просто он. Такой вот. Ласковый, как кот мартовский, но при этом, является демоном во плоти, потому что так довести человека способен точно нелюдь.       Ло задыхается, расплавляется в чужих объятьях. На передних сиденьях крайне неудобно, поэтому Дилан его на себя тянет, Ло вопреки всему здравому смыслу, если тот вообще ещё остался, возможно, он просто нервно курит в сторонке и наблюдает за тем, что творит сердце. А сердцу замечательно, ему так комфортно и тепло сейчас. Оно стучит так бешено, особенно тогда, когда Ло седлает чужие бедра, сам руками за шею чужую ухватывается. Как прекратить? Как остановить это все? Потому что ему кажется, что он просто не выдержит.       А хочет ли останавливаться?       — Д-дилан, — воздух глотает обрывисто, наконец-то у него появилась возможность это сделать. Хотя, чувствовать обжигающие поцелуи, эту влагу и дрожь по всему телу, боже. Почему Дилан так охуенно целуется?! Почему его губы заставляют сгорать дотла, просто, чтобы даже пепла не осталось. Вспыхнуть и все. Пожалуйста.       — Нам нужно… Д-дилан. Нам нужно ехать, — как же сложно из себя выдавить слова. Они в перемешку со вздохами, с еле сдерживаемыми стонами. — М-м-мгх! Дил-лан, пожал-луйста-а…       Достаточно сильный укус приходится куда-то в шею, точно под ухом, почти на загривке. Чувствуется жар и пульсация в том месте. Дилан точно зверь изголодавшийся. Он не отстранится, не отлипнет, он намертво прикипел к шее мироходца. А Ло и остаётся только, чтобы вжаться в чужое тело всем своим. Прижаться так сильно и непроизвольно потереться пахом о чужие бедра. Осталось только заскулить подобно щенку… хотя, он вот-вот уже-       — Хорошо, — хриплый, севший голос дурманит. Заводит ещё сильнее. Ло буквально растекся, он сейчас как подушка, такая же мягкая, он совершенно без костей, делай что хочешь, точно кукла тряпичная.       — Я не смогу сегодня просидеть все пары… — Ло пытается дыхание восстановить. Упёрся лбом в плечо соседа и дышит слишком шумно. В машине кажется даже кислорода меньше стало. Так жарко, так мокро…       — Поехали, — Дилан тоже постепенно в себя приходит.       Как только мироходец пересел на свое место, Дилан тут же поменялся. Теперь он вновь тот сосредоточенный и безэмоциональный парень. Единственное различие это то, что Ло теперь знает, что от этого парня можно ожидать все что угодно. Абсолютно.       Да, теперь именно так и строится каждый день Лололошки, и он уверен, что если так продлится еще немного он просто не выдержит. Утром, перед универом они практически всегда останавливаются на одном месте. Целуются так долго, насколько это возможно. Бывает и такое, что они оба опаздывают на лекции. После университета они едут так же вместе, и также, где придется, Дилан подчиняет мироходца себе.       В какой-то момент Лололошке даже кажется, что он попал в какую-то временную петлю, словно день сурка, он уже не разбирает сон это или все же реальность.       И с каждым днём становится всё сложнее сдерживать себя и свои желания. Да, у мироходца они тоже есть, но он их подавляет, не позволяет себе, но так хочется. Страшно. Вдруг он все испортит одним действием и этот сон кончится?       С каждым новым днём они заходят все дальше. Дилан с каждым разом более не сдержаннее и, доходит даже до того, что Дилан выцепляет мироходца абсолютно в рандомный момент. Утром в их комнате, или неожиданно в ванной комнате, пока все ещё спят. В университете между парами, там где придется: туалет, библиотека, абсолютно любое место. Дай Дилану волю он возьмёт мироходца прямо посреди коридора. И плевать, что все смотреть будут.       Единственное, что беспокоит Лололошку это то, что происходящее никак не обсуждается. Это просто есть. Уже такое привычное, неизменное, что кажется оно всегда было и будет. Но, что это все значит? Куда это все приведет? Ло не выдерживает, он не выдержит дальше. Дилан его доводит каждый раз до белого каления. Что ему делать? Попытаться поговорить?       Ло уже сбился со счета. Сколько дней уже продолжается эта сладостная, мучительная пытка? Где-ж он так нагрешил и за что расплачивается? Непонятно.       Очередной вечер после учёбы. Они вновь едут и Ло уже знает что они прибудут не скоро в общагу, возможно опять придется объясняться вахтерше почему они задержались…       Ло мнётся, он не уверен, но очень хочет попросить и-       — Может на заднем? — промямлил он.       — М? — Дилан за рулём почти не отвлекается, но головой дёргает в сторону соседа и мычит вопросительно.       Ло свою кофту теребит, руки не слушаются и повторить это… Дилан над ним издевается что-ли?       — На заднем будет гораздо удобнее, — почти ровным голосом повторил.       — Что будет удобнее? — «да он точно издевается!» Строит из себя невинную овечку, и взгляд непонимающий кидает.       — Ну, то что мы делаем с тобой, — Ло постепенно начинает сгорать от стыда…       — А что мы обычно делаем?       Мироходец смотрит искренне, пораженно, смущённо. На нем сейчас весь спектр эмоции и… Дилан смеётся над ним, или он на полном серьёзе сейчас?..       — Дилан, не притворяйся дураком, ты и так все прекрасно понял, — теперь Ло разозлился. Он сложил руки на груди и отвернулся к окну, смотря в темень и пытаясь в ней что-то разглядеть, может, свое отражение…       Машина поворачивает, затем почти сразу останавливается. Дилан глушит мотор и выходит. Хлопок. Затем характерный звук открывающийся двери и- Хлопок.       — Иди сюда, — прозвучало где-то сзади. И о боже, эта было сказано так ласково и нежно, что, Ло вопреки своей злости и раздражению повернулся.       Дилан сидел на заднем сиденье, в таком приглашающем жесте, для того чтобы Ло забрался на него и попал в теплые объятья. И как отказать? Особенно если так сильно хочется.       И Лололошка идёт, точнее, перелезает через сиденья, сразу забираясь к Дилану на колени. Утыкается ему куда-то в шею, кончиком носа ведёт по мягкой белоснежной коже и вздыхает облегченно.       — Не издевайся надо мной, — прозвучало умоляюще и так искренне.       — Прости, больше не буду, — Дилан почти шепчет ему и, договорив, целует в покрасневший кончик ушка, затем в висок, щеку, спускаясь ниже и ловя губами чужие, на выдохе.       И снова эти поцелуи отправляют в какое-то незабываемое путешествие. Дилан, как и сам Ло, стал увереннее в своих действиях. Он руками забирается мироходцу под кофту, ладонями горячими оглаживает бока, подушечками пальцев пересчитывает каждый позвонок, заставляя выгнуться и дрожать. Когда Дилан оставляет губы мироходца в покое, то спускается ниже, к шее, пока она вся не покроется мурашками и не нальется алым цветом. Кусает и зализывает, особое внимание уделяет торчащим ключицам.       Ло тоже старается не отставать, руками вплетается в смолистые волосы, стискивает их у корней и к себе ближе притягивает, буквально вжимает в себя чужое лицо. Сам чувствует как приятно тянет внизу живота, как все скручивается, сгущается. Он сам бедрами ощущает как Дилан возбуждён. Он постоянно чувствует это, а иногда и видит. Сам тоже каждый раз на грани, но, все время, без исключений, Дилан отстраняется. Словно издевается, не только над Ло, но и над собой.       Ло дыханием своим опаляет ушную раковину Дилана, дышит шумно. В таком замкнутом пространстве все ощущается немного иначе, воздух тут концентрированный, звуки окутывают, не дают отвлечься, расслабиться. Ло чувствует, как Дилан звереет с каждым новым прикосновением и поцелуем. Он словно зверь на цепи, он сам себя заковал и не даёт возможность себе выбраться.       Ло уже без стеснения, интенсивнее трётся своим возбуждением о чужое. Он с каждым разом дышит громче, сорваннее, почти до стона. Похожие звуки исходят и из Дилана. Горячее дыхание и жар от их тел смешивается. Испарина на висках и лбу скапливается в маленькие капельки пота.       Ло идёт на отчаянный шаг, иначе, через секунду, буквально сейчас Дилан отстранится, оставит все как есть и не даст себе закончить. Поэтому Лололошка укладывает свою ладонь на чужой пах.       Тот дёргается бедрами навстречу, а мироходец только сильнее сжимает твердую плоть в руке, через ткани одежды, что сейчас такая лишняя, ненужная. Дилан голову откидывает на спинку, глаза прикрывает, а губы его поджимаются, чтобы видимо стон сдержать. Ло руками судорожно тянется к ширинке, вжикает ей, и Дилан помогает. Приподнимает себя и Ло одновременно, чтобы тот с него стянул это все, вместе с бельем.       Ло готов поклясться, что это самое лучшее что он ощущал в своей руке, как бы абсурдно это не звучало, но эта бархатная плоть, твердость, все это возбуждение. Дилан идеален. Он невозможный, он…       Лололошка в руке сжимает его член. Большим пальцем оглаживает головку и ведёт снизу вверх, плавно, размашисто. Дилан бедрами дёргает навстречу, инстинктивно, а Ло целует его в открытую шею, продолжая двигать ладонью по всей длине, ласкает, ублажает, хочет удовольствие доставить.       — Я заебался каждый раз дрочить в туалете, — на выдохе и кажется облегчённо говорит Дилан, а Ло ухмыляется.       — Надо было попросить, — в ответ шепчет.       — Я думал, ты испугаешься.       — Я тебя больше не боюсь, — усмехается Ло и говорит игриво.       Он действительно говорит правду, потому что за это время смог изучить Дилана, привыкнуть к нему и его выходкам, и каждый новый день ждал с нетерпением.       Дилан руками тянется к его ширинке, под ожидающий взгляд он стягивает одежду с мироходца и наконец может почувствовать его возбуждение.       Дилан опускает ладонь на член мироходца, проходится по всей длине, сжимает и ласкает в ответ. Ло губы поджимает и мычит, наконец ощущая то, что так давно хотел получить.       Дилан в какой-то момент усмехается, откидываясь на спинку кресла вновь со звуком.       — Ха… у нас почти одинаковые…       Ло в ответ усмехается. И как только Дилан может думать сейчас о таком. Совсем ненормальный.       Они двигаются почти синхронно и ударяются моментами руками, мешают друг другу, в попытке удовлетворить. Дилан в моменте руку мироходца убирает от себя и захватывает два возбуждения в одну свою ладонь, возвращает руку мироходца, чтобы она ему тоже помогала.       И вот сейчас, Ло готов скончаться как человек, потому что ощущает своим членом чужой, такой горячий. Он в спине выгибается. Сейчас уже стонет несдержанно и дрожит мелко, потому что это слишком охуенно. Ему сейчас невероятно хорошо.       Дилан ласкает его везде, губами мажет куда придется, стоны глотает чужие и язык сплетает с чужим, обмениваясь всеми чувствами и эмоциями. Так страстно, так горячо.       Он ускоряет движение рукой, сорвано, размашисто. Где-то резко, где-то замедляется. Ло навстречу бедрами дёргает. Чтобы вот... Сейчас. Да-       Мироходец в спине прогибается и кончает, протяжно мыча. Руками хватается за что придется, содрогается. Даже в такой машине, в пикапе, места крайне мало.       Дилан продолжает движение и сейчас, смазав все чужим семенем, ощущается все немного иначе, приятнее. Ещё пару движений и он тоже изливается в свою ладонь.       — В следущий раз попроси, — усмехается Ло. Он говорит искреннюю правду. То, что они делают с Диланом простыми словами не объяснишь конечно, но, главное что им очень хорошо. И никто не жалуется, не чувствует дискомфорт.       Ло уверен, что это ещё далеко не конец их «увлекательному времяпрепровождению».       А сейчас, отдышавшись, они вновь поедут в тишине, но довольные. Будут пытаться сдерживать смех, когда Миссис Нафталин снова будет кричать на них и гнать в шею. Они ещё долго будут целоваться перед сном. И все вновь повторится следующим днём.