«Увертюра»

Корабль приближался к своей цели. Путь к желанному месту назначения был не так уж и долог. Всего лишь спустя две остановки в портах, небольшой драки на борту и 21 дня бесконечного крика они прибыли в Бордо. Плечо Уёна уже полностью зажило, и тот был крайне рад, что за время его отсутствия в роли руководителя они не утонули. Сейчас эта машина для убийств была в полной боевой готовности. Но Сан всё также ежедневно навещал своего друга. Но сейчас не об этом! К слову, ранения Рёка тоже и след простыл. Они целыми днями проводили с Хон Су в камбузе. Один в попытках научиться готовить, а другой в попытках прокормить команду из семи человек, где каждый ел за троих. Но кажется они были не против побыть друг с другом наедине, временно отрезанными от всего остального экипажа. Но и не об этом речь! Они смогли, они доплыли до места, в котором хранится сокровище, способное кардинально изменить их жизнь. Хонджун приказал принять швартовы и Ёсан, отпустив очередную не понятную миру шутку себе под нос, опустил якорь. Движение судна прекратилось. Юнхо закрепил швартовый канат вокруг кнехта и все члены экипажа начали потихоньку ретироваться с судна. Кроме Минги. Его Хонджун попросил последить за кораблём, чтобы некие французы не оставили их без средства передвижения.

***

—Ну и зачем они приплыли в это место?—ныл Сонхва, опираясь локтём на борт пришвартованного корабля.— Не люблю я Бискайский залив, нам и в нашем Средиземном неплохо было. —Погоди, свет чешуи твоей не рассказал тебе нахуя мы здесь?—неверяще покосился на друга Сан. —Нет, потому что мы с ним не сплетничаем обо всём на свете, как старые русалки у рифов.—оскалил зубы Сонхва. —Зато присасываетесь к друг другу, как минога к рыбе. Знаем, наблюдали.—Сан, кажется, высунул язык. —Ну может ты уже скажешь, что сказало твоё солнышко ненаглядное, а? Или мы дальше будем плавниками меряться? Кажется Сонхва уже начинала раздражать данная ситуация и Сан, заметив это, быстро выпалил: —Там сегодня во французском дворце на передержке находится артефакт, за которым эта компашка дегенератов гоняется уже около года. Ну, так их Уён назвал. Ещё он говорил, про какие–то песочные часы с золотом…Но я мало что понял. —Золотые пески Медаса.—тихо декларировал Сонхва. —Ну вот. Значит Золотые часы пидораса,—воодушевлённо повторил Сан.—Понял, так и запишем. Сонхва положил руку на лицо и тихонько застонал. Ну за что ему всё это?

***

Теперь начинается самая сложная часть плана – основная. Повезло, что план вообще был, при чём довольно чёткий. И даже Уёну не пришлось на этом настаивать и уверять капитана что без продуманного сценария и плана действий всё полетит к чертям. И Хонджун в этот раз послушался, расписав все чуть ли не по минутам. Вся команда тех, кто сошёл на берег двинулась на поиск некого капитанского товарища. Порт был большим и слишком уж незнакомым. Раньше они никогда не останавливались в Бордо до этого самого дня. Узкие улочки покрытые брусчаткой, дома обвитые лозами и цветами. Наверное так себе представляли французский портовый городок многие. Но это было далеко от истины. На самом деле Бордо представлял из себя те же портовые города, что были и везде – да, здесь была красивая архитектура, но открывалась она только ближе к центру. Порт же был совсем другим, он слишком сильно отличался. Стены зданий здесь были обшарпанны и грязны. Сильно пахло рыбой и вообще всем, что могли выловить рыбаки. С утра пораньше здесь же и разбили рыбный рынок. Сотни прилавков с различным уловом от различных людей, но никому из команды это было не нужно. Цель была совсем другой, и она была достигнута. Капитан ворвался в знакомый маленький магазинчик чуть ли не с ноги, но хозяин даже не попытался остановить ни его, ни его команду, а наоборот встретил их достаточно тепло. И правда, Хонджун кажется был достаточно близок с этим человеком, чтобы просить о помощи. А может просто обещался заплатить побольше. Не важно. План был предельно прост и кристально чист для понимания: раздобыть приглашения на бал проходящий в том же здании, где хранится реликвия. Пробраться к реликвии и незаметно украсть. Смыться с торжества довольными и как можно быстрей. Успех зависел только лишь от смекалки, проворности и актёрского таланта бандитов. А ещё конечно же от их образов. Завалится в грязной мореходной одежде было не вариант, но все уже было готово, и костюмы в том числе. Только с новыми членами банды произошёл затык: на Рёка с трудом, но налезли шмотки Минги. Ну как…с натяжечкой. А вот на Хон Су ничего нарядного не нашлось, так что решили играть от ситуации. Так что для всех кто присутствовал на балу Хон Су был слугой при Рёке. Как забавно вышло однако. Ну что ж поделаешь. Ещё экипажу были вручены приглашения – небольшие письма открывающие им дорогу не только на бал, но и по видимому к несметным богатствам. Пока всё это очень далеко от них. Надо отмыться, но организовали и это. Отлично, теперь в полной боевой готовности команде пришлось ждать ещё кучу времени до вечера. Кто же будет проводить балы утром?

***

Добраться до дворца оказалось отдельным приключением. Без лошадей и кареты сделать это оказалось затруднительно, но разве наши когда–то бы не справились с такой простой задачей? По пути кстати были распределены роли: Уён и Хон Су должны были пойти воровать саму реликвию, пока другая часть команды устраивала бы волнения и отвлекала толпу. Уён был выбран на роль ответственного по понятным причинам, а Хон Су был взят с ним, так как профессиональный вор пригодился бы тоже. Так и припёрли ко входу всей толпой. Попасть внутрь оказалось проще чем планировалось. Приглашения сработали чересчур хорошо, и всех пиратов пустили без проблем и лишних рассуждений. Все чувствовали себя здесь конечно очень некомфортно, но это было вполне терпимо, особенно ради великой цели. И вот вся команда договорилась расходится по своим направлениям, ждать определённого момента…но тот пока не настал.

***

Уён хотел что бы всё прошло гладко. Он молил об этом, потому что одна осечка могла испортить вообще всё. Хотелось иметь больше уверенности в сегодняшнем вечере. Но поддержкой заручится было почти не у кого. Хонджун только твердил, что всё пройдёт гладко, а остальные либо надеялись на лучшее, либо считали что всё обязательно пойдёт как надо. Но этого было недостаточно. По этому поддержкой пришлось заручаться у незнакомцев, а точнее у слуг. Как оказалось было достаточно снять дорогой фрак и растрепать волосы, чтобы влиться в их общество. И так Уён смог притереться к одному из слуг. Смог убедить его помочь в обмен на обещание заплатить. И заплатить больше, чем ему платят тут хоть за год. В разы больше. Этого хватает пока что, хоть и не слишком. Вряд ли мальчонка-слуга пригодится, но вдруг?

***

В лицо бьёт холодный ветер треплющий волосы, не даёт сосредоточится на собственных мыслях, но Хон Су не спешит уходить в балкона. Лишь садится в углу итак пустого пространства, опираясь на ограждения, и теперь холодный ветер задувал в спину, пробираясь под тонкую рубашку, пронизывая холодом. По спине бегут мурашки, но почему–то это чувство кажется приятным. Медленно замерзают руки. Почему–то ветер дующий в спину мешает меньше, так что Хон Су очень быстро проваливается в собственные мысли утопая в них с головой. Мысли самые разные, но все они твердят об одном и том же, пусть и разными голосами. Страх. Страшно от того что придется сделать. Украсть пару кошельков – расплюснуть, но другое дело выкрасть чёртову ценнейшую реликвию, которую будет охранять вся стража и может даже армия. Это будет, мягко говоря, очень сложно. И от этого страшно. И лекарь мог бы и дальше утопать в своих мыслях и холоде, если бы вдруг не заметил, что в спину уже не дует. На плечи был накинут красный фрак, а рядом сидел Рёк. Чуть растрёпанный, но красивый, с привычно сведенными к переносице густыми бровями и легкой щетиной, а взгляд его упёрся в пол. Когда кок заметил, что на него в кой то веке обратили внимания, он лишь чуть расслабил напряжённые плечи и улыбнулся. —Чего ты морозишься тут, м?— тянет мужчина, чуть приобнимая Хон Су за плечи и притягивая к себе. —Решил проветрится, —лекарь чуть вздрагивает, когда на плечо ложится тяжелая ладонь, но именно от этого горячего прикосновения по телу разлилось приятное тепло. — Сам то чего вдруг показался? —Ну как…— мужчина чуть помолчал, но вскоре перевёл взгляд с пола на лицо возлюбленного.—Тебя искал конечно же. Зачем мне еще выходить? Сам мужчина продолжал улыбаться. —Чего ты смотришь на меня так? —Как, так? —Пристально. —Потому что не смотреть на тебя не могу, Хон. Люблю слишком что бы не смотреть. А дальше последовал осторожный поцелуй в висок. Мягкий и осторожный. А за ним ещё один, только в щеку, а затем еще ближе к губам. За последним же порывом любви и нежности Хон Су тянется уже сам, кладя заледеневшие руки Рёку на щеки, может и вправду чуть царапаясь об щетину, но всё же целуя в губы. Чуть более настойчиво, чем в первый раз, но не слишком резко. Хотелось сказать Рёку прекратить его слюнявить. Хотя нет, на самом деле вообще не хотелось. Но прекратить пришлось очень резко как только двое увидели за прозрачными дверьми чей то силуэт, готовый выйти на балкон. Хон Су быстро всучил фрак обратно Рёку и чуть отсел, а из-за открывшихся дверей появился Уён. Заметив лекаря тот быстро окликнул его: — Эй, Хон Су, дуй сюда! Пора. И Хон встаёт направляясь к Уёну и тихо прощаясь со своим «господином».

***

Пробираться по узким коридорам подсобок было сложно, а ещё сложней было делать это в тесном обмундировании слуг. Тот самый мальчишка-слуга оказал двоим пиратам неоценимую помощь: он придумал одеть их как слуг и только после проникнуть в нужную комнату. И вот теперь они вышли втроём с вёдрами и тряпками в основной коридор. Здесь толпы охраны, но никто из них и не обернётся на простых уборщиков. Мальчонка мастерски врёт, что им было наказано убраться в помещении до прибытия свиты. Вот и проникли воры в заветное место. Посреди небольшой комнаты стоит пьедестал. А на нем под хрустальным куполом то самое. То, ради чего они проделали весь этот путь. То, ради чего они сейчас рискуют жизнью. То, ради чего им пришлось тащить ведра и втискиваться в не слишком подходящие по размеру костюмы. Всё вдруг стало не важно, когда пришло осознание, что несмотря на отсутствие как окон так и свечей, а так же закрытых дверей тут светло. Золото из которого отлиты часы само испускало из себя свет, словно небесный, словно божественный, а песок блестел мелкими крупинками золота вперемешку с бриллиантовой россыпью. Сами часы были богато украшены кружевными узорами выкованными из такого же драгоценного металла. На нижней части лазуритом и бриллиантами была выложена буйная высокая волна, а на верхней жемчужинами как белыми, так и чёрными были выложены облака гонимые ветром над буйным морем. Взять их в руки оказалось сложно. Тяжелый артефакт не давал себя нормально спрятать. Но это было не важно. Казалось у них много времени на обдумывание. И это было бы так, если бы не раздались устрашающие возгласы людей, и не послышались тяжёлые шаги за одной из дверей. Было принято единственное нормальное решение – пихнуть артефакт в ведро и быстро ретироваться. И всё бы получилось, если бы за спиной кто–то не закричал: «Воры, держать воров!», а издалека слышался бег людей в латах и с оружием. Дыхание спёрло и стало правда трудно вдыхать. Нужно рвать когти отсюда скорее. Как можно скорее.