Glory Glory

      Чосо испытывал врождённую неприязнь к тому, чтобы его отправляли с тобой на задания; не потому, что ему не нравилось с тобой работать — на самом деле, совсем наоборот, — а скорее потому, что он не хотел, чтобы тебя вообще посылали на задания, он предпочитал представлять тебя в безопасности, свернувшейся калачиком дома, а не сражающейся с безжалостными, грязными монстрами.       Чосо казался тебе смущённо отчуждённым, он держался на расстоянии, но в то же время присматривал за тобой, пока вы осматривали местную начальную школу; каждый раз, когда ты подходила, чтобы открыть дверь в новую комнату, он бросался вперёд, мягко отталкивая тебя своей ладонью за свою спину; а когда ты отходила слишком далеко, то вскоре слышала лёгкие шаги и чувствовала тёплое дуновение воздуха — это Чосо оказывался рядом с тобой, сканируя тёмными глазами периметр вокруг.       Он почти не хотел расставаться с тобой; сначала он был привязан к тебе, потому что Юджи видел в тебе семью, но затем его привязанность пустила корни и проросла самостоятельно. Чосо не знал, в какой цветок превратилась его привязанность, но он был красным, мягким, и заставлял его просыпаться ночью в холодном поту, его член был странно твёрдым и влажным, когда удовольствие пронзало его при мысли о том, что ты ему снилась.       Быть сейчас с тобой, охотится за кем-то с намерением убить, заставило его сжать зубы, потому что он не смог бы выразить мысли словами. Ты была терпелива, влюблена в этого странного мужчину и полна трепетных чувств от того, что он защищает тебя.       Когда он попытался проскочить перед тобой, чтобы открыть новую дверь, ты издала тихий звук упрёка и схватила Чосо за руку, его сухие и горячие пальцы оказались в твоих. От ощущения твоей кожи на своей по шее Чосо побежали радостные мурашки.       — Позволь мне, — настояла ты, и вопреки себе Чосо обнаружил, что не может тебе ни в чём отказать, но он не выпустил твою руку из своей, когда ты открывала дверь. Ты обернулась с сияющими глазами, от вида которых у него забилось сердце, отпустила его руку и вошла в комнату. Чосо повернулся лицом к доске, его сердце бешено колотилось о рёбра, и он пытался взять себя в руки, в то время как ты направилась в дальний конец класса, чтобы исследовать небольшой шкаф для хранения вещей.       Мгновением позже послышался треск дерева и сухой шелест сотен падающих книг. Резко повернувшись, Чосо бросился к шкафу, в панике выкрикивая твоё имя.       — Я в порядке, в порядке! — успокоила ты его. Так как ты решила дотянуться к шкафу через стол, который его загораживал, то твои ноги и задница были наклонены над столом, а верхняя половина тела оказалась в ловушке под грудой сложенных стульев и старых учебников. Ты засмеялась, и в груди Чосо отозвался сладкий перезвон твоего смеха.       Ты дёрнула ногами назад, не в силах найти опору, поскольку твои ступни едва касались пола. Когда ты попыталась пошевелить верхней половиной тела, раздался металлический лязг, и на тебя упал ещё один стул. Встревоженный, Чосо подпрыгнул.       — Не двигайся! Ты только… ты… — он не смог подобрать слова, увидев тебя, наклонившуюся вперёд. Изгиб твоих бёдер и задницы были подчёркнуты углом наклона тела, а поясница красиво выгибалась. Твоя юбка задралась до бёдер, и Чосо сглотнул, уже наполовину возбуждённый, особенно когда ты оттолкнулась ногами, и юбка задралась настолько, что едва всё прикрывала.       — Мне… может понадобиться твоя помощь, Чосо.       Последовала тишина.       — … Чосо?       Чосо прочистил горло, неловко и тихо бормоча:       — Хорошо, я, эмм… я…       Он задумался, а затем его предплечья обхватили тебя за бёдра, мягко оттягивая назад, пытаясь освободить. Когда твоя попка коснулась его бёдер, ты тут же покраснела, почувствовав, как его твердеющий член прижимается к тебе; к твоему животу и промежности прилило тепло от твоей собственной уязвимости и нежной одержимости Чосо. Сглотнув, ты сказала:       — Я могу… Наверное, я смогу сама… — непреднамеренно с твоих губ сорвался стон, когда Чосо потянул тебя сильнее, случайно прижимая твою задницу к своему члену, теперь твёрдому как камень. Чосо вздрогнул и обеспокоенно позвал тебя, услышав твой стон.       — Тебе больно?       — Нет, нет… не больно, я… я чувствую твой… тебя…       Чосо сконфуженно покраснел, ваш тесный контакт, наконец, подействовал на него, и он отпустил тебя, отступая назад, бормоча извинения, а ты поспешно рассыпалась в заверениях.       — Я просто… чувствовать тебя так… — Чосо замолчал, смущённый, но очарованный. Он погрузился в свои мысли и мягко положил руку тебе на поясницу.       — Чосо, ты… ты когда-нибудь… ты девственник?       Чосо ответил, смутившись: — А если и так?       — Ну, — промурлыкала ты, призывно покачивая попкой. — … Ты хочешь это изменить?       Чосо чуть не взорвался, как умирающая звезда, струйка предэякулята стекала по его бедру. Он молчал, зачарованный, ловя каждое твоё слово.       — Ты можешь… прикоснуться ко мне. Если хочешь.       Чосо покраснел от ушей до кончиков пальцев ног, его рука скользнула от твоей поясницы вниз к ягодицам, нежно обхватывая их округлость ладонью. Осмелев, он протянул обе руки, снова сжимая тебя, поглаживая твои бёдра по бокам, наслаждаясь твоими диковинными изгибами. Он был пленён, когда ты промычала, горячо прижимаясь к нему в ответ.       — Могу я…?       Ты почувствовала, как он провёл пальцем по кружевному краю твоего нижнего белья, и сглотнула, издав тихий одобрительный звук. Дрожащими руками Чосо задрал юбку тебе на спину и медленно стянул с тебя трусики, нежно снимая их с твоих лодыжек.       Его переполняло странное желание зарыться в них носом и впитать твой запах, но он сопротивлялся, внутренне посмеиваясь над собой, и положил твои трусики на стол позади себя, после чего посмотрел на обнажённые мягкие складки твоего влагалища, блестящие и манящие.       Пальцы Чосо снова скользнули по изгибу твоей задницы, и ты задрожала в предвкушении, когда они задели твоё влагалище, остановившись, чтобы с любопытством потереть твоё возбуждение двумя пальцами. Желая узнать больше, Чосо просунул два пальца между твоих складочек, наслаждаясь едва заметным мягким скольжением своих пальцев по твоей влажности.       Чосо был в восторге, когда ты пискнула и захныкала, его пальцы скользили по бугорку спереди на твоих складочках.       — … здесь? — спросил он, надавливая чуть сильнее.       Ты захныкала и задрожала в подтверждение, мяукая от удовольствия, когда Чосо в нетерпении начал поглаживать двумя пальцами твой клитор. Он быстро учился, его неопытность была странно милой, Чосо исследовал твоё тело, считывая сигналы твоего удовольствия, пока в твоём животе нарастал жар.       Чосо был нетерпелив, но нежен, и ты почувствовала, как оргазм мягко настиг тебя. Чосо зачарованно поглощал твои крики, наблюдая, как ты становишься всё более влажной. Его член пульсировал, отчаянно подёргиваясь.       Ты взмолилась: — Войди, пожалуйста…       Ты уговаривала, настойчиво извиваясь, чувствуя себя уязвимой и одновременно с тем в безопасности. Чосо провёл пальцем по твоим складочкам, прежде чем погрузить его внутрь, издав при этом дрожащий стон. С безграничным энтузиазмом Чосо высвободил свой ноющий член, сжимая его для облегчения, и потёрся им между твоих складок, смазывая себя твоей влагой. Твои бёдра сжались, и он удерживал их на месте одной рукой.       Не говоря ни слова, Чосо двинул бёдрами вперёд и почувствовал, как по его телу пробежал электрический разряд, когда он глубоко погрузил свой член в горячие, тугие, бархатные стенки твоего влагалища. Когда его член коснулся твоей шейки матки, он замедлился, чтобы ощутить каждый маленький изгиб и выступ твоего тела. Чосо издал бесстыдный стон, и ты прижалась к нему задницей, увидев звёзды от внезапной заполненности.       Чосо прижимался к тебе бёдрами, небрежно и неопытно, его удовольствие неудержимо нарастало. Твои вздохи и стоны были музыкой для его ушей, и он схватил тебя за бёдра, едва выходя из тебя и жёстко вонзаясь обратно; жгучее удовольствие пронзало тебя, когда он прижимался к твоей чувствительной сердцевине.       Чосо не мог контролировать себя, его сотрясали крики и хныканье, пальцы ног поджались, и он кончил. Никогда в жизни он не испытывал такого удовольствия, он запрокинул голову и шептал твоё имя, как мантру. Чосо плыл сквозь пелену удовольствия, прежде чем вынырнуть из неё, хватая ртом воздух, наконец, к нему вернулось зрение.       — Мне так жаль, что я… долго не продержался…       Ты хихикнула, и он почувствовал прилив любви и признательности к тебе, загипнотизировано наблюдая, как его семя медленно стекает по твоим складочкам.       — Это было прекрасно, — заверила ты его, заставив покраснеть. — Просто вытащи меня отсюда. Давай закончим и пойдём домой, посмотрим, чему ещё ты можешь научиться так быстро.