Ворон и Лось

             Больничный коридор отталкивает белоснежным цветом своих стен. Мимо Сэма спешат врачи, санитары, медсёстры — всё происходит будто в ускоренной съёмке, — а он сидит и пялится в одну точку возле палаты, в которую должны определить его девушку. Его нога начинает выстукивать мелодию какого-то непонятного танго, а пальцы — теребить ногти. Впрочем, второе занятие быстро прекращается: Сэм помнит, как Рейвен просила его «оставить ногти, наконец, в покое и заняться чем-то другим». Она даже цепляла на руку парня резинку, умоляя трепать её, а не ногтевую пластину. Девушка заботится о внешнем виде возлюбленного куда больше, чем он сам. Именно она тащит его в магазин после двух порванных на охоте футболок, не обращая внимания на фразы типа «Её ещё зашить можно» или «Да зачем мне это?». Именно Рейвен неодобрительно смотрит на небритого Сэма, отворачиваясь от навязчивых поцелуев, намекая на то, что необходимо, наконец, отыскать бритву. Именно девушка замечает мозоли на пальцах парня и уговаривает его купить себе нормальные ботинки, а не «тряпку за пять центов».       И именно эта замечательнейшая из всех девушек сейчас лежит на операционном столе, находясь между жизнью и смертью и отдав свою судьбу в руки хирургов. Сэм вытаскивает из кармана телефон и проверяет время. Половина пятого вечера. Операция идёт уже четыре часа без перерыва, за это время никто из нужных ему врачей не появлялся. Не успевает Винчестер спрятать телефон обратно в карман, как раздаётся звонок. На экране высвечивается лаконичное «Дин». — Алло. — Привет, Сэмми. Как она там?       Тонкий психолог, Дин знает, что задавать сейчас брату вопросы «Как ты?», «Что ты чувствуешь?» или же просто говорить: «Расслабься», — не стоит. Лучше перенаправить его мысли в сторону возлюбленной и дать мотивацию не спать и не уходить. — Я не знаю. Её всё ещё оперируют. — К тебе не приходил следователь?       Сэм прикрывает глаза и тихо стонет. Чёрт, он совсем забыл. Если водитель скрывается с места аварии, то дело передают уголовному розыску. И теперь ему нужно ждать не только ответа врача, но ещё и полицейского. — Нет, ещё никто не приходил. Мне бы хоть кого-нибудь дождаться. — Я могу приехать, — в голосе Дина слышится полная готовность, и Сэм понимает, что тот скорее всего разговаривает, сидя в Импале, готовый к старту. — Не нужно, Дин. Правда, от того, что мы будем сидеть здесь вдвоём, дела быстрее не пойдут. — Ну как знаешь. Только кинь мне сообщение, когда что-нибудь выяснится. — Обязательно, старик.       Сэм сбрасывает звонок в тот момент, когда из операционной выходит врач и размеренным шагом направляется к парню. Тот подрывается ему навстречу. — Что с ней? — Успокойтесь, молодой человек, — пожилой мужчина с очками-полумесяцами берёт Сэма под локоть и ведёт прочь от операционной. — С вашей женой всё в порядке. Она живая, но пока под наркозом. Ей крепко досталось. Кстати, как вас зовут? — Сэм. — Так вот, Сэм, у вашей жены сломаны три ребра и сильное сотрясение мозга.       Они подходят к посту, и врач начинает заполнять историю болезни, вписывая туда непонятным подчерком диагнозы. Винчестер стоит возле него, в напряжении сжимая кулаки. Мужчина заканчивает писать и поворачивается к парню. — В общем-то, никакой опасности для её здоровья сейчас нет. Но в больнице ей придётся остаться на две — три недельки. Вы сможете её навещать в определённые часы, предварительно позвонив мне и уточнив, можно ли прийти. Надеюсь, вы понимаете, что нам пришлось позвонить в полицию?       Сэм в облегчении вздыхает. Главные слова «Она в безопасности» услышаны, теперь можно хоть немного успокоиться. Он облокачивается на стойку, прикасаясь лбом к прохладной поверхности стены. Перемена температуры немного помогает сосредоточится. — Конечно, я всё понимаю. — Отлично, — врач хлопает парня по плечу и даёт какие-то бумажки. — Тогда заполните это за вашу жену, а то её согласия нам ждать слишком долго.       Сэм подписывает все необходимые разрешения и только в конце понимает, что же его всё это время напрягало. Он недоумённо смотрит на качающегося на пятках врача. — А с чего вы взяли, что она моя жена?       Тот снизу-вверх подозрительно разглядывает охотника, как будто производя в уме какие-то расчёты. — Молодой человек, мы позвонили вам, и вы примчались сюда через десять минут. К простой подруге так не спешат. Даже если эта девушка ещё не ваша жена, то очень скоро ею станет. Поверьте мне, — и, забрав документы, деликатно указывает на дверь палаты, — Вы можете пройти к ней.       Белее снега, Рейвен лежит на больничной койке и размеренно, тихо и плавно дышит. Глаза у неё закрыты, в вену на левой руке воткнут катетер, соединённый с наполовину заполненной капельницей. Поперёк её лба к правой брови тянется длинная глубокая царапина, через больничную сорочку виднеются туго замотанные бинты на груди. Губа у девушки разбита, а под носом виднеются следы сильного кровотечения.       Сэм присаживается на край кровати, чувствуя, как та прогибается под излишним весом. Его ощущение мимолётной расслабленности улетучивается, когда он представляет, что было бы, если водитель повернул руль чуть левее и полностью влетел в Рейвен. По рукам пробегают мурашкиужаса, а волосы на затылке встают дыбом. Сэм переплетает свои пальцы с пальцами свободной руки девушки и слегка сжимает их, надеясь, что та почувствует его присутствие и мысленную поддержку. Затем он наклоняется к ней и покрывает царапину на лбу короткими поцелуями.       Проходит около часа, и Сэм уже начинает дремать, когда ощущает на себе чей-то пристальный взгляд. Подняв с груди голову, он видит опьяневшие от наркоза глаза цвета виски. Рейвен сонно смотрит на него, изредка моргая и не произнося ни слова. Парень радостно улыбается, не в силах сдержаться, и тихо-тихо говорит: — Доброе утро, родная. Как ты себя чувствуешь?       Девушка облизывает пересохшие губы и пытается выдавить из себя хотя бы звук, но вскоре понимает, что потерпела поражение в таком простом действии. Все, на что её хватает — это перекатить голову на подушке сначала вправо, а затем влево. Но она знает, что Сэм поймёт это движение, поймёт, насколько отвратительно у неё внутри.

***

      Следующие три недели охотник таскается к Рейвен в больницу, всячески нарушая различные правила. Хотя врач подробно расписал ему, что можно его «жене», а что не рекомендуется, Сэм не может устоять против умоляющих глазок девушки и тайком проносит ей мороженое в термосе, куски пирога, замаскированные под сыр, книги, спрятанные под рубашкой. Как-то он приходит вместе с Дином, и троица устраивает весёлую игру в покер, в результате которой оба охотника остаются без сотни долларов, но, прощённые щедрой в тот день Рейвен, сразу же получают деньги обратно. У Сэма с возлюбленной появляется новый ритуал: из-за катетера и капельницы девушка не может поднимать одну руку и позволяет парню расчёсывать и заплетать ей волосы. Винчестер быстро учится старым, устоявшимся причёскам, а в свободное время ищет в Интернете новые, способные понравится Рейвен. Ему даже приходится вспомнить свои университетские знания, потому что с недоумком-полицейским девушка отказывается говорить «без своего адвоката», несмотря на то, что ей-то этот адвокат не особо нужен.       Полиция — единственное звено в этой цепи, которое огорчает Сэма. Следователи приходят по пять раз в неделю, задавая Рейвен одни и те же вопросы в надеждевыяснить что-то новое. «Как выглядела машина?», «Видели ли вы водителя?», «Нет ли у вас врагов?» — Винчестеру всякий раз хочется закрыть уши, чтобы не слышать монотонного бурчания полицейского. Всякий раз, когда представитель власти выходит из палаты Рейвен, Сэм спешит за ним, останавливает и задаёт уже ставший противным вопрос: — Есть какие-нибудь сдвиги в расследовании? «Нет», «Мы работаем над этим делом», «Мы уже рассматриваем разные варианты личности преступника» — множество ответов, и ни один не удовлетворяет парня. Он возвращается в палату и качает головой, стараясь не смотреть на разочарованную Рейвен, чувствуя себя виноватым перед ней.       Однажды следователь, взявший на себя это дело, сообщает, что полиция не способна найти преступника при отсутствии записей с камер видеонаблюдения. Сэму хочется схватить его за волосы и выкинуть дурака в окно, прежде прокричав ему в лицо: «Это твоя работа, чёрт возьми, — искать тех, кого обычные люди найти не в силах». Прикосновение маленькой ручки Рейвен удерживает его от безрассудного поступка.       В тот же день девушку выписывают из больницы, и Винчестер-младший одалживает у брата Импалу. Оказавшись в кожаном, недавно вымытом салоне, пара какое-то время молчит. Девушка крутит на безымянном пальце кольцо, подаренное возлюбленным. Поездка проходит в тишине, и только у самого бункера Рейвен подаёт голос: — Я знаю, что ты винишь себя в произошедшем.       Сэм сильнее сжимает руки на руле и стискивает челюсти. Девушка всегда отлично умела читать мысли по лицу собеседника, и этот раз не становится исключением. Машина сворачивает на гравиевую тропинку, ведущую к бункеру, и парень старательно думает, что же ответить. — И я знаю, что ты тянешь время, — голос Рейвен звучит успокаивающе и немного устало. Таким тоном обычно разговаривают с непослушным ребёнком после его очередной шалости. Сэм переводит взгляд на девушку, ведя машину уже интуитивно. — Но нам придётся поговорить об этом. И раз уж я начала, я и продолжу. Ты здесь ни в чём не виноват. Это я поехала одна в город, это я задержалась там и не отвечала на твои звонки, это по своей вине я попала под колёса неадеквата. Ты виноват в этом столько же, сколько Майкл Джексон в том, что динозавры вымерли.       Сэм останавливает машину у железной двери бункера и прислоняется лбом к скрещенным на руле рукам. Он прекрасно знает, что девушка права. Но в то же время парень не может избавится от навязчивой мысли о том, что ему необходимо оберегать её; что во всех негативных событиях, произошедших с Рейвен, виноват именно он. Эта идея, кажется, высечена у него на сетчатке глаз и каждый раз переливается всеми цветами радуги, привлекая внимание и не давая себя забыть. Теперь он прекрасно понимает Дина, который с рождения носится с Сэмом, заботясь о любой необходимой брату мелочи. Теперь младший Винчестер проходит то же самое с Рейвен. — Если ты собираешься разрыдаться, то я выйду из машины, чтобы тебе не мешать, — голос девушки вырывает парня из его мыслей. Насмешливый взгляд Рейвен скрывает заботу и любовь, умело маскируя их под иронию. — Ты права: я ни в чём не виноват. Но я волнуюсь за тебя и не хочу, чтобы такое повторилось.       Девушка всплёскивает руками в наигранном возмущении. — То есть ты хочешь сказать, что я специально бросилась под машину и теперь желаю это повторить? Хорошо ты обо мне думаешь, ничего не скажешь.       Сэм улыбается, глядя на весёлую Рейвен. Он обхватывает её рукой за плечи и притягивает её к себе, крепко целуя и зарываясь пятернёй в её волосы. Чувствует, как девушка перебирается ему на колени и обхватывает талию ногами. Парень на мгновение прерывает поцелуй, давая Рейвен глотнуть воздуха, а затем вновь возвращается к сладким губам. Она прижимается к нему сильнее, запуская холодные ладони под его футболку и поднимая их до груди, по пути аккуратно очерчивая ноготками кубики пресса. Контраст разгорячённого тела и ледяных рук заставляет Сэма забыть про честную игру. Он знает все чувствительные точки на теле возлюбленной, ближайшая из них в открытом доступе. Он припадает губами к шее под ушком Рейвен, заставляя её ещё сильнее выгнуться и еле сдержать стон удовольствия. Спустившись к ключице, он легонько кусает её нежную кожу и тут же зализывает это место кончиком языка. Сэм чувствует, как ловкие пальчики девушки расстёгивают пуговицы на его рубашке, а после поднимают футболку, намекая на лишний предмет гардероба. Но он не хочет отрываться от возлюбленной и делает следующий ход: пробежав широкой ладонью по оголённой спине Рейвен, парень находит застёжку лифа и в мгновение ока расстёгивает её. — Сейчас игра по моим правилам, любимая.       Звук голоса вибрацией проходит по коже девушки, заставляя вздрогнуть. Тяжёлое дыхание пары смешивается в салоне Импалы, и стёкла машины очень быстро запотевают. Девушка отстраняется от Сэма и изгибается, вытаскивая через ворот футболки ненужный уже бюстгальтер и кидая его на заднее сиденье. Винчестер тяжело дышит, разглядывая её раскрасневшееся от возбуждения и недостатка воздуха лицо. Он чувствует, как вновь прижавшаяся к нему острой грудью Рейвен проходит пальцами по его торсу вниз, задерживаясь возле ремня джинсов. Быстрыми, слегка дрожащими движениями она расстегивает его ремень. Шаловливая ладонь тянет вниз молнию, открывая доступ к боксерам. Девушка сползает по ногам Сэма ещё ниже, не отрывая бесстыжего помутневшего взгляда от его глаз. И в это время тонкий слух охотника улавливает посторонний звук — характерное открытие железной двери бункера. Он быстро подтягивает к себе Рейвен. — Кажется, Дин идёт.       Её реакция не заставляет себя долго ждать: в ту же секунду она оказывается на своём пассажирском месте, заправляя волосы за уши и приводя причёску в божеский вид. Закончив с собой, девушка помогает застегнуть возлюбленному рубашку, поправляя его одежду и корректируя всё остальное. Обернувшись на заднее сиденье, она быстро запихивает свой лиф в одну из сумок, закидывая его остальными вещами. Пара осматривает друг друга и по кивку одновременно открывает двери Импалы. Сэм сразу же берёт с заднего сиденья сумки, вешая их на локоть, чтобы хоть как-то прикрыть своё возбуждение. Обернувшись к брату, он видит, как тот, крепко прижимая к себе Рейвен, кружится вокруг своей оси.       Радостный и довольный воссоединением семьи Дин во время ужина болтает так, как никогда в жизни. Его интересует всё: нормальные ли были врачи, доходило ли до девушки всё, что они с братом ей передавали, не было ли ей скучно. Услышав про непутёвого следователя, он сразу же предлагает вернуться и набить ему рожу, но мгновенно отказывается от этой идеи после первой же просьбы Рейвен успокоиться. В какой-то момент Дин замечает, что и у него, и у Сэма закончилось пиво, и, обещая вскоре вернуться, убегает к холодильнику. В то мгновение, когда старший охотник скрывается из виду, младший чувствует на внутренней стороне своего бедра маленькую шаловливую ножку. Он осуждающе смотрит на Рейвен, спокойно и невинно глядящую на него. — Прекрати. Скоро Дин вернётся.       Ножка поднимается чуть выше, находясь теперь в опасной близости от рокового места. — Не знаю, как тебя, Сэм, но меня не отпустило, — Рейвен слишком медленно делает глоток из своего стакана с лимонадом. — И не забывай, что я ещё не переодевалась.       О, он об этом прекрасно помнит! Парень резко выдыхает, ощущая, как ножка останавливается чуть пониже пряжки ремня и совсем слегка надавливает на вновь нарастающее возбуждение. В коридоре раздаются торопливые шаги Дина, но Рейвен не торопится прекращать свою сладкую пытку. Сэм откидывает голову назад и, стараясь не застонать, цедит сквозь стиснутые зубы: — Милая, я уже давно понял, где ночую сегодня. И поверь, мне тоже не терпится: не очень-то приятно, когда твоя девушка сидит возле твоего брата без верхней части нижнего белья.       Ножка медленно и неторопливо спускается вниз. Сэм сглатывает накопившуюся слюну и переводит взгляд на вернувшегося Дина.