короче говоря (это был не тот парень)

Стид: Я думаю, он точно не объявится. Это выглядит жалко. Даже для меня... это такое жалкое зрелище :( Люциус: Нет НИЧЕГО плохого в том, что ты решился на это! Этот парень — трус и, честно говоря, не стоит твоего блестящего времени и энергии Стид: Ты назвал его «папочкой», когда я показал тебе его фотографию вчера вечером… Люциус: Хорошо, ну, две вещи ведь могут быть правдой одновременно, так? Стид: Я просто хотел бы встретить кого-нибудь по старинке Люциус: Деловой брак, заключённый твоими родителями без твоего участия? Ты уже однажды через это проходил, зай Стид: ДРУГИМ старомодным способом. Да ладно тебе, Люциус, правда Люциус: Шучу, шучу :) Стид: 🙄 Люциус: Ну, пока ты там, ты всегда можешь что-нибудь заказать, неплохо провести вечер… посмотри на людей, сделай заметки, пришли мне что-нибудь, что я мог бы нарисовать. Мне ТАК скучно без Пита, клянусь Стид: Вот тебе обязательно сыпать мне соль на рану?? Пит завтра вернётся домой! Хотя здесь такой прекрасный камин, я мог бы заказать бокал вина… Люциус: Так-то лучше! Закажи закуску к вину, пожалуйста, мы знаем, что тебе много не надо. Стид: Принято к сведению Люциус: <3 * Стид знает, что он немного драматичен. Он довольно осознанный, чтобы каким-то образом упустить тот факт, что он… слишком для большинства людей. Он полон энтузиазма, увлечён тем, что ему нравится, и всегда готов поделиться своими знаниями по самым разным предметам. Но такие вещи обычно отпугивают людей после первого свидания, а не до того, как оно произойдет. Обычно он знает, что это произойдет, конечно, он замечает, как тускнеют глаза человека, пока он говорит, как долго занимают его все более частые походы в уборную, как они всё больше и больше интересуются своим телефоном, чем им. Возможно, сегодня вечером Стида впервые продинамили, но это далеко не первое свидание, которое закончилось ужасно, и, честно говоря, он не считает, что драматизирует, когда думает, что готов отказаться от всех этих приложений для знакомств раз и навсегда. Возможно, он слишком стар для этого. Или он слишком похож на неопытного гея (могут ли люди сказать о вас такое, просто взглянув на вас? Или после того, как вы обменялись несколькими беззаботными сообщениями ни о чём?). Может быть, он слишком блондин или использовал слишком много каламбуров при заполнении своего профиля, или, может быть, он просто слишком влюблён в идею наконец найти своего идеального человека, что ему никак не удаётся сделать это, снова и снова. Это утомительно. — Вы готовы сделать заказ или всё ещё кого-то ждёте? — Официантка добрыми глазами смотрит на него поверх очков в тонкой оправе и улыбается. Она уже дважды наполняла его стакан водой, но не настаивала, чтобы он делал заказ и снова и снова предлагала принести ему ещё одну корзинку с хлебом. Стид отказался, хотя в животе у него урчало. — Думаю, сегодня вечером всё-таки буду только я, — говорит Стид, возвращая ей улыбку. Её улыбка заставляет его чувствовать себя намного смелее, и меньшее, что он может сделать, это ответить на неё, не так ли? — Я думаю, я выпью бокал Шардоне и… что тут у нас… и принесите брускетту, спасибо. Официантка, на бейдже которой написано Саманта, теперь, когда он уделил ей достаточно внимания, чтобы увидеть это, записывает заказ и обещает скоро вернуться с напитком. Пока он ждёт еду, Стид осматривает пространство вокруг себя. Он не обратил внимание на многое из того, что было прямо перед ним, глядя в свой телефон и на дверь, и он рад, что всё выглядит так же уютно, как выглядело в Интернете. Приближается Рождество, поэтому окна занавешены гирляндами с вечнозелёными растениями и мерцающими белыми огнями, которые сверкают в тусклом освещении вокруг. Тут есть камин, в котором ревёт огонь, и все столы расположены так близко друг к другу, что во всём помещении кажется уютно. Несмотря на то, что он один, в таком месте трудно чувствовать себя одиноким. В этот момент одновременно происходят два события. Саманта возвращается с вином и корзинкой свежего хлеба, и хозяйка подводит кого-то к столу рядом со Стидом. Тут мало места, и в результате неудачного столкновения вино Стида выплёскивается на Саманту, и мужчина восклицает свои извинения. — Вот дерьмо, извините! Стид не может сдержать удивленного хихиканья, которое вырывается у него из-за ругани, от чего смеётся и человек, который это сказал. — Дерьмо, извините, — повторяет он, на этот раз тише. — Не беспокойтесь об этом! — щебечет Саманта, не показывая никаких эмоций, она разворачивается на каблуках и спешит обратно в бар. Стид оставит ей очень, очень хорошие чаевые в конце этого ужасного вечера, он уверен в этом. Стид поворачивается и смотрит на своего соседа по столу, сразу же интересуясь мужчиной, сидящим за соседним столом. Он… ну, действительно великолепен, и Стид не может оторвать взгляд. У него длинные волосы, собранные в пучок, короткая борода цвета соли и перца, и он одет в свитер, который выглядит настолько мягким, что Стида сразу же охватывает желание протянуть руку и потрогать его, спросить, из чего он сделан. Он не стал бы носить это сам, на его вкус он слишком тёмный, но он узнаёт хорошую ткань, когда видит такую, и эта ткань выглядит как изысканный, безукоризненно выделанный кашемир. — Вот почему со мной никогда не происходит ничего хорошего, — говорит мужчина, ухмыляясь. Он подмигивает Стиду, что заставляет его задуматься, что, может, у него действительно сердечный приступ. — Я куплю тебе выпить, чтобы компенсировать это, — продолжает он. Стид улыбается ему в ответ, его живот делает нервное сальто, а мужчина продолжает смотреть на него. — О, это нормально, такое случается, — говорит он. — И я бы сказал, что у тебя всё в порядке с хорошими вещами. Твой свитер прекрасен. Красивый незнакомец моргает, прежде чем посмотреть на указанный свитер, проводя пальцем по шву. — Думаю, так и есть, — соглашается он. — И всё же, позволь мне купить тебе выпить. Если только ты не ждёшь кого-то? — спрашивает он, переводя взгляд с пустого стула напротив Стида на дверь и обратно, так же, как Стид делал это весь вечер. Стид чувствует, как жар приливает к его щекам, и ему снова становится неловко. — А, ну, вообще-то, я ждал. Но я думаю… Это действительно неловко, — торопливо говорит Стид. — Кажется, меня… продинамили? — Это прозвучало как вопрос, хотя не было никаких сомнений в том, что его спутник, Дэниел, опаздывал на целых полтора часа без всякого предупреждения. — Дерьмово, — говорит мужчина, сочувственно качая головой. — Это отстой, чувак, извини. Думаешь, этот кто-то пришёл, увидел тебя и ушёл, или просто он так и не появился? Это всегда волновало меня, когда я пытался ходить на свидания. «Когда я пытался ходить на свидания». То есть в прошедшем времени? То есть больше он этого не делает? Потому что он… Стид позволяет своему взгляду скользнуть по рукам мужчины, и, хотя он носит два серебряных кольца, ни одно из них не находится на его безымянном пальце, и Стид чувствует глупое, невозможное облегчение. Хотя, подождите минутку... — Думаешь, он пришёл сюда, увидел меня и ушёл? — воскрикнул Стид. Каким-то образом, несмотря на все его размышления, этот вариант не пришёл ему в голову, и его желудок снова сжался. Все его фотографии в профиле недавние, хотя он, конечно, выбрал наиболее лестные. Тем не менее, он не думает, что вживую выглядит прямо совсем иначе. — Чёрт, извини, я делаю еще хуже, не так ли? Проецирую на тебя свою собственную неуверенность в себе, — он гримасничает. — Просто я… не подумал об этом, — признаётся Стид. — Мы познакомились в интернете, в одном из этих приложений для знакомств, так что на самом деле это не имеет большого значения. Не то чтобы я знал этого мужчину. Просто… — Стид замолкает, размышляя, как закончить это предложение, чтобы не звучать настолько одиноко, насколько он себя чувствует. — И всё жё, — говорит мужчина. — Сколько нужно времени, чтобы отправить что-то вроде: «хэй, я передумал, может, в другой раз?» Это правда, и Стид ранее написал Люциусу то же самое. Он энергично кивает. — Точно! Это достаточно сложно — снова и снова пытаться ходить на свидания, абсолютно безуспешно, — продолжает Стид, и он на удивление чувствует себя свободнее, говоря всё это вслух. — Поэтому я и бросил это дело, — говорит мужчина, пожимая плечами. — Если мне суждено встретить кого-то, я встречу его. Если нет, то нет. Когда он так говорит, это звучит так просто. Стид хотел бы применить такой подход, но это была его цель — начать ходить на свидания, встретить кого-то после развода, что он не позволил себе по-настоящему остановиться и спросить себя, делало ли то, чем он занимался, его счастливым. — Меня зовут Эд, кстати, — говорит мужчина прежде, чем Стид успевает ответить. Он наклоняется через небольшое расстояние между их столами, протянув руку. — Эд Тич, родился на Похаре Бич — напевает он. — Рад встрече. Стид улыбается, берёт руку Эда и пожимает её, рука другого мужчины в его руке ощущается тёплой и удивительно гладкой. Эд задерживает её всего на секунду дольше, чем необходимо, и ещё раз подмигивает Стиду. — Стид, — говорит Стид. — Стид Боннет. Никакой рифмы, к сожалению. — Может ли Эд сказать, что он нервничает? Знает ли он, какой эффект производят на него эти подмигивания? Потому что такое ощущение, будто Эд слышит, как его сердце колотится в груди. Это небольшой ресторан, и они едва ли в полуметре друг от друга, и оно бьётся с бешеной скоростью, когда Эд улыбается ему. — Стид, — повторяет Эд. Где-то в глубине души Стид готовится услышать обычное: Ты сказал Стив? Или Стид? От чего это сокращение? Или это странное имя… и так далее. — Красивое имя, — усмехается он. — Спорим, ты не сможешь заказать кофе, чтобы кто-нибудь не испортил подпись. Рот Стида открывается от удивления, и он смеется. — Знаешь, я и правда не могу. Большую часть времени я просто говорю Стив, так проще. Эд смеется, и звук низкий, тёплый и чудесный. Стид хочет запереть этот звук внутри для следующего неудачного свидания, как напоминание о том, что даже самые худшие вечера можно спасти с помощью доброго незнакомца. — Ты действительно родился на пляже? — с любопытством спрашивает Стид. Эд качает головой. — Почти. Мама была сёрфингисткой, она была на пляже в тот день, когда я появился, почти на месяц раньше. Она добралась до больницы как раз вовремя, — говорит Эд. — Сёрфинг! Я никогда не пробовал. Всегда хотел, хотя думаю, что я тут же перевернулся бы. В этот момент возвращается Саманта, держа новый бокал вина и тарелку с брускеттой для Стида и стакан воды для Эда. — Могу ли я предложить вам для начала что-нибудь кроме воды? Эд смотрит на Стида, он улыбается. — Мне, пожалуйста, то же, что и ему. — Шардоне, — одновременно говорят Саманта и Стид. — Пойдёт, — говорит Эд. — Она очень мила, — говорит Стид, когда Саманта находится вне пределов слышимости. — Хотя ей, возможно, просто жаль мужчину средних лет из её секции, которого явно продинамили, — размышляет он. Обычно Стид никогда бы не признался в чём-то подобном вслух, но с Эдом ему до сих пор так легко, что он удивляется, когда произносит это вслух, прежде чем он успевает обдумать это. Стид смотрит на свою брускетту, затем снова на Эда, пододвигая тарелку к краю стола. — Мне сказали, что она чудесная, хочешь попробовать? — Ему ничего не сказали, он даже не знает, откуда материализовалась эта фраза, но Эд кивает и тянется за куском липкого томатного хлеба, усмехается и салютует, прежде чем откусить, и Стид думает, что он, возможно, уже наполовину влюблён в этого человека, которого знает меньше часа. — Ты прав, это невероятно вкусно, — говорит Эд. — Это действительно так, — говорит Стид с улыбкой. * Спустя два часа и много бокалов вина Эд сидит напротив Стида, подперев голову рукой, и слушает, как Стид рассказывает ему о поездке, где он наблюдал за китами, в которую он ездил со своими детьми. Этот мужчина чертовски обаятелен, не говоря уже о том, что великолепен, и в миллионный раз за этот вечер Эд молча благодарит парня, который его отшил. Не то чтобы Стид, очевидно, заслуживал того, чтобы его отшили, но поражение этого парня явно было выигрышем Эда. Стиду не потребовалось много времени, чтобы пригласить Эда сесть с ним (немного глупо так разговаривать за соседними столами, не так ли?), и с этого момента разговор продолжился легко. — Их было шестеро, они просто плыли рядом с лодкой! Было удивительно видеть их так близко. Детям тоже понравилось, — говорит Стид, его щёки краснеют от вина и тепла ресторана, и, как Эду нравится думать, от всего того смеха, которым они заливались в последние несколько часов. — Извини, — говорит Стид. — Я бессвязно болтаю. Наверное, слишком много вина. По словам моих друзей, мне много не надо, — он улыбается, хотя Эд внезапно замечает нерешительность. — Нисколько, чувак, — успокаивает его Эд. — Мне бы хотелось когда-нибудь так покататься. Похоже, вы отлично провели время. — Он наклоняется, сжимает руку Стида и улыбается облегчению, которое омывает лицо Стида от этого прикосновения. — Это действительно так, — говорит Стид, снова широко улыбаясь. Эд не может вспомнить последнее свидание, на котором он был, которое с самого первого момента казалось таким лёгким и простым, как со Стидом. И подумать только, он просто хотел перекусить, попробовать что-нибудь новое, а Стид случайно уже был на свидании в то же самое время. Действительно, каковы были шансы? Эд снова вспоминает свое правило: если мне суждено кого-то встретить, я его встречу. И разве не это именно то, на что он надеялся во время всех этих ужасных свиданий? Все эти одинокие месяцы и годы? Он действительно смирился с тем, что проведёт свою жизнь со своими друзьями и своим котом в качестве компании, но теперь, здесь со Стидом, он чувствует, что нашёл совершенно новую дверь, которая вела куда-то, от чего он слишком долго изолировал себя. Именно тогда Эд понимает, что он всё ещё не отдёрнул руку, и Стид смотрит на него с чем-то таким ярким и обнадеживающим в глазах, что Эд не может отвести взгляд. Он слегка нервно улыбается Стиду. — Ты чудо, — говорит Стид, удивляя его. Эд действительно не может удержаться, чтобы не улыбаться этому невероятно милому мужчине с его светлыми кудрями, его неуверенностью, его любви к китам и морским существам. Серьезно, как так, что он одинок? Эд может сказать, что он явно постарался над своим нарядом: шёлковая рубашка и блейзер, который, похоже, стоил столько же, сколько арендная плата Эда. Всё в Стиде Боннете было совершенно очаровательно. Однако прежде чем Эд успевает сформулировать ответ, Саманта возвращается с двумя чеками и кладёт их на стол рядом. — Извините, что прерываю, — говорит она, хотя выглядит всё более довольной каждый раз, когда подходит проведать их. — Я просто оставлю это здесь до тех пор, пока вы не будете готовы рассчитаться! Эд одним быстрым движением хватает оба чека и вытаскивает бумажник. — Ужин за мной, — говорит он. Стид качает головой. — Я не могу позволить тебе сделать это! — Конечно можешь, ты уже это сделал, видишь? — Эд держит чек, чтобы показать ему, затем засовывает их оба в кожаный буклет вместе со своей кредитной картой. — У тебя был дерьмовый вечер, кто-то должен угостить тебя ужином. — Что ж, это очень мило с твоей стороны, спасибо, Эд, — говорит Стид. — Хотя, после твоего появления, этот вечер едва можно назвать дерьмовым. Однако в следующий раз тебе придется позволить мне загладить свою вину перед тобой, — Стид говорит это с уверенностью, но Эд видит, как кончики его ушей становятся бледно-розовыми. Это чертовски мило. — Приглашаешь меня на второе свидание ещё до того, как закончилось первое? — спрашивает Эд, поднимая брови. — Смелый ход, Стид Боннет. Стид на мгновение выглядит испуганным, и Эд снова сжимает его руку. — Я дразню тебя. Я начал думать о том, как мне пригласить тебя на свидание по-настоящему почти сразу с тех пор, как я пришёл, так что. Спасибо, что сделал это возможным для нас. Когда на этот раз Стид улыбается ему, Эд думает, что наконец-то знает, что значит, когда кто-то освещает комнату. Да, Стид Боннет, этот настоящий лучик солнца, определённо стоил ожидания. * Люциус: Подай признаки жизни, ПОЖАЛУЙСТА. Прошло несколько часов, пожалуйста, только не говори мне, что этот парень пришёл и типа похитил тебя или что-то в этом роде Люциус: Ну, ты уже слишком стар для похищений. Тебя папохитили? Стид, скажи мне, что тебя не папохитили Люциус: Мне позвонить кому-нибудь???? Стид: Я определенно не был похищен. ИЛИ папохищен. Кстати, спасибо, что назвал меня старым. Я хочу, чтобы ты знал, что я встретил кое-кого в ресторане. По старинке :) Люциус: РАССКАЖИ МНЕ ВСЁ