Прими меня

В этот раз битва длилась довольно долго. Ощутив, что противник вернулся к своему привычному состоянию, заскучавший от долгого бездействия Эррор выкладывался на полную. — Чтоб тебя, — пробурчал уже порядком потрёпанный Инк, с недовольством глядя на развеселившегося разрушителя. — Ой, что же это ты, — наигранно заволновался Эррор, с глумливой улыбкой рассматривая противника. — Столько отдыхал, а привести себя в форму так и не смог. Инк только фыркнул, не желая потакать глючному в его издевательствах. Бой и правда затянулся, а ведь нужно ещё и к Найтмеру заглянуть, где бы только силы найти. Впрочем художник бы не сильно удивился, если б Кошмар и его шайка уже испарились к моменту визита стражей. Заметив, что радужный вновь на что-то отвлёкся, раздосадованный Эррор пустил в его сторону заострённую кость - уж это заставит противника вернуться в реальность и относиться к битве серьёзней. На самом деле эти двое уже давно перестали истязать друг друга во время своих стычек, а иной раз даже намеренно били мимо, будто сражаясь скорее для вида нежели в пылу искренней злости. Было ли дело в невероятно давнем знакомстве, что накладывало отпечаток подсознательной заботы, или истина крылась в чём-то большем, но суть была такова, что ни один из них уже давно не старался причинить другому как можно больше вреда и травм. Этот раз не был исключением, и всё же слишком сильно зазевавшийся творец не сумел вовремя среагировать. — Инк!! — истошно завопили Блу и Дрим в один голос. Казалось, даже тот, кто послал эту атаку издал тихий придушенный стон. Но отозвать кость было уже невозможно. Пущенная с особой силой и решительностью она стрелой летела в грудь ничего не подозревающей жертвы. Инка спасло лишь то, что он инстинктивно дёрнулся в сторону, заслышав резкие истеричные крики, но полностью избежать удара ему не удалось. Тяжёлая острая кость сумела зацепить несколько нижних правых рёбер, пустив по ним безжалостную волну трещин, из которых в тот же миг заструилась яркая кровь. Охнув, Инк подкошено осел на землю, лишь благодаря вспышке адреналина, притупляющего первые искры агонии, не завопив от жгучей боли. Его широко распахнутые глазницы слепо переводили взгляд от кровоточащей раны на бегущих навстречу друзей, а затем устремлялись куда-то ввысь, где начавшей расплываться чёрной точкой на него с ужасом взирал Эррор. Растерянный разрушитель не моргая продолжал смотреть, как обмякшее тело Инка безвольно упало в руки подоспевших друзей. Рана не была смертельной, Эррор точно это знал. Инк во времена их былых ожесточённых войн получал куда более страшные увечья, но даже так умудрялся продолжать сражения. Почему же сейчас так легко сломался? Неужели и правда подрастерял хватку? У Эррора заныло в груди. Он не хотел так серьёзно ранить Инка, он хотел лишь припугнуть его и заставить расшевелиться! Как бы ни было больно глючному следить за махинациями двух стражей, поднимающих своего друга и уносящих в портал явно бессознательное тело, разрушитель не мог не вздохнуть с облегчением, осознавая, что благодаря природной ловкости и везению художника этот идиот всё-таки избежал прямого удара. Оглядевшись по сторонам, Эррор с безразличием оценил нанесённый миру ущерб. Можно было бы закончить работу и снести эту бессмысленную ау подчистую, но тяжёлый осадок недавней сцены давил на душу грузом вины, потому, тяжело вздохнув и устало потерев лицо, мужчина тихо скрылся в ряби искрящегося портала. *** Пока поверженный страж видел десятый сон и позволял совершать с собой всевозможные лечебные ритуалы, нарезвившаяся компания Найтмера с ним же во главе торжественно изучала награбленное добро, что внушительной кучей покоилось на длинном обеденном столе. Один особо крупный апельсин покатился к краю стола, а ещё через секунду уже летел вниз, но вовремя среагировавший Хоррор успел перехватить его. — Три кило мяса, мешок картошки, семь пакетов чипсов, пачка сахара... — размеренно перечислял список Даст будничным тоном. Киллер развлекался, подкидывая в воздух виноград и стараясь поймать его ртом, в то время как Найтмер, замерший у окна спиной к подчинённым, хмуро рассматривал неизменно унылый пейзаж. Заметив, что босс стал вновь непривычно замкнут, Киллер прекратил играть с едой и осторожно подошёл ближе. — Босс? Негатив никак не отреагировал на вопрос. Обычно, если Найт не удосуживался ответить, его векторы служили выразительным языком тела, но в данный момент они неподвижно висели в воздухе. — Может заглянем к художнику? — предпринял неуверенную попытку Киллер. Недовольный и плюющийся ядом Найтмер был ему более привычен и, можно даже сказать, навевал уют своим предсказуемым поведением, а вот Найтмер - тихая глыба заставлял всё время быть настороже и пристально всматриваться - мало ли что выкинет, пока ты не смотришь в его сторону. Предложение Киллера возымело эффект: Найт моментально подобрался и вытянулся ещё более прямо, чем стоял до этого; векторы импульсивно вздрогнули, а их скругленные мягкие концы начали ритмично скручиваться в спирали, чтобы через секунду снова распрямиться. Поняв эмоции босса, убийца глумливо ухмыльнулся - всё же и Кошмара проняла эта новенькая, пускай тот и наотрез отказывается это признавать перед всеми. — У вас сегодня ещё есть работа, вот ей и займитесь, —  холодным тоном объявил Найт, но по блёклой дымке румянца и чуть расширенному зрачку Киллер уже понял, что его идея не осталась незамеченной. — И если вы не в курсе, — счёл своим долгом объясниться Кошмар, поймав на себе ещё пару придирчивых взглядов, — Инку сегодня крепко досталось от Эррора, так что велика вероятность, что парочка его дружков озаботилась возведением нового защитного поля вокруг дудл-сферы. Услышав такую теорию, брови Киллера резко взлетели вверх - мысль звучала очень даже логично, и почему он сам не подумал об этом. Даст и Хоррор, к вящему удивлению Найта, как-то сразу приуныли и с опущенными глазами продолжили перебирать награбленное. Что же касается самого Найтмера, он пребывал в замешательстве. А если точнее, его вдруг поглотил жуткий стыд. Внутри разрывало от жгучего желания устроить встречу с девушкой, и в то же время он до дрожи во всём теле этого боялся. Прожив на свете более пятисот лет, Негатив никак не мог припомнить случая, чтобы ему приходилось общаться с какой-либо девушкой не во время битвы с ней же. Он вообще привык воспринимать женщин как фоновый элемент, часть пейзажа, не более. Взгляд никогда подолгу не останавливался ни на одной из представительниц прекрасного пола; мельком оценив женщину, глаз скучающе скользил дальше. Если покопаться в воспоминаниях, монстр мог вспомнить, как некогда маленький и наивный Найт имел неосторожное любопытство и порой чересчур откровенно рассматривал играющих девочек, заворожённо прислушиваясь к их мелодичному смеху и звонким голосам. Пускай дети ещё далеки от повадок взрослых, но даже в нежном возрасте Найтмер подмечал, что девочки двигаются не совсем так как мальчики - об этом отчётливо свидетельствовали следы, которые он с особым вниманием изучал, после того, как начитался историй о следопытах. Также он не раз ловил себя на мысли, что движения и жесты девочек часто лишены той размашистой дерзости пацанов, которая уж больно хорошо была знакома Найту по занесённым на него кулакам. Но он вообще не припоминал случая, чтобы его хоть раз ударила девочка. Он знал и даже был свидетелем тому, как девчушки в пылу ссоры могли ударить и даже укусить друг друга, но никогда их движения не были такими же неистовыми, как у мальчиков. И всё же было даже с их стороны поведение, больно задевавшее Найтмера в те далёкие времена. Это были брезгливые, а порой и надменные взгляды, посылаемые в его адрес. Ни одна из девочек не желала с ним разговаривать; более того, часто никто из них не приближался к древу слишком близко, предпочитая окликать его братца издалека, если намечалась новая игра. Смесь любопытства и обиды была верным спутником Найтмера ещё какое-то время и после его превращения, но с каждым годом заинтересованность всё слабела, а обида сменилась безразличием. Или так ему лишь казалось. Если девушки на него и смотрели то лишь с ужасом, а каким образом можно перебороть в себе давнюю боль, если со временем реакция окружающих свелась к откровенному избеганию с примесью страха. Найтмер перестал ждать хотя бы мимолётной искры ответной симпатии, предпочитая, если выпадал такой случай, любоваться особо красивой девушкой через окно портала. Порой на него что-то находило, когда, читая романтическую сцену или случайно заметив влюблённую парочку, он с невольным любопытством напрягал зрение и задерживал дыхание, будто желая лично прочувствовать каждое мимолётное касание и робкий взгляд, проскакивающие между двумя любящими душами. Поймав себя на подобном, Кошмар быстро приходил в ярость, стремительным взмахом руки развеивая портал или, отборно ругнувшись, швыряя книгу куда подальше, обещая самому себе вскоре от неё избавиться, а заодно проклиная авторов, что не могут обойтись в своей истории без единой любовной линии. Однако не проходило и недели, как Найт вновь открывал окна портала, а заброшенная книга снова надёжно лежала в руках, раскрытая на оставленном моменте. — Найтмер. Найт. Босс! — щёлкал пальцами перед лицом начальства Киллер, с явным беспокойством всматриваясь в расфокусированный взгляд Кошмара. — А, что? А ну прекрати! — растерянно, а затем злобно отреагировал принц, до хруста сжав чужую наглую ладонь. Он вновь упустил момент, когда волна мыслей унесла его за собой. Неужели он стареет и теперь вновь впадает в детство, проваливаясь в фантазии, как часто бывало с ним раньше? — Я кажется ясно выразился, чтобы вы продолжали работу. — Да, мы в курсе, но... — Живо! — рявкнул Найт. Его зрачок хищно сузился, рот оскалился, являя множество острых зубов, а безвольные миг назад щупальца копьями нацелились на троицу остолбеневших скелетов. — Есть, сэр! — напоследок крикнул убийца, следом за товарищами сбегая из кухни. Вся эта сцена слишком хорошо напоминала недавнюю вспышку гнева около кабинета, и Киллер не мог не сделать вывод, что под воздействием сильных чувств его босс становится ещё более жутким, чем обычно. Но если эта особенность сохранится даже в присутствии новенькой, не будет ли слишком большим риском допускать подобную встречу? Надо будет переговорить с парнями на эту тему, как только они окажутся подальше от эпицентра бури. Стоило кухне опустеть, как разгневанный и вместе с тем расстроенный Найтмер залепил себе звонкий удар по лицу и в изнеможении прислонился спиной к жёсткой каменной стене, чтобы привести мысли и чувства в относительное равновесие. *** Болезненно кряхтя, Инк потянулся рукой к глазницам, чтобы их потереть, но стоило локтю задеть перебинтованную рану, как художник тотчас вскрикнул и резко пришёл в себя. В голове загудело, а бок начал судорожно пульсировать, разгоняя по побитому телу волны боли. Глаза увлажнились выступившими капельками слёз, и самое бы время отругать себя за недавний промах, что привёл чернильного в такое жалкое и уязвимое состояние, но ощутив вдруг, как к краешку глазницы прикоснулась мягкая шершавость салфетки, что мгновенно впитала влагу, Инк удивлённо распахнул глаза. — М-Ми? — слабо пролепетал пострадавший. За время обморока горло пересохло, и вместо привычно бойкого и задорного голоса, художник смог выдавить из себя только жалобную ноту. Размытым взором он различил неясное бледно-жёлтое облачко, склонившееся над ним в жесте нежной заботы, и утомлённый разум тут же представил своему владельцу желанное видение. — Хах, увы, но это лишь я, — тихо усмехнулся знакомый голос, отняв от лица друга салфетку. — Дрим? — Инк усиленно поморгал, и зрение наконец сфокусировалось. Краски обрели более яркие черты, и недавнее напоминание о песчаном наряде знакомой безжалостно сменилось пёстрым образом принца. — А Ми где? — Волнение тут же накрыло художника, заставив испуганно мотать головой во все стороны в попытке отыскать желаемое, но это привело лишь к новой порции шума в черепушке. — Лежи спокойно, — чуть сурово потребовал солнечный. — Она пока у Гено. Эррор сильно тебя ранил, пришлось сразу нести тебя в безопасное место. Блу на кухне - занят приготовлением отвара для облегчения боли. Будем надеяться, что хуже тебе от него не станет, — склонившись над другом, шёпотом добавил принц. Навыки готовки Свапа до сих пор не продвинулись в лучшую сторону, не смотря на многолетнюю упорную практику, однако вываривать травы, что веками использовались в лекарском искусстве, не должно было стать серьёзным испытанием для горе-повара. Инк рассеянно улыбнулся шутке, и всё же новая, а возможно теперь и вечная, его забота не позволяла просто так валяться без дела. — Может стоит сходить за Ми? — Сходим-сходим, — вздохнув, успокоил Инка принц, надавив ладонью тому на плечо, будто боялся, что художник может в любой момент вскочить и побежать исполнять свою задумку. — Не надо так волноваться, она же с Гено. К тому же крепко спит. Всё будет в порядке, отдыхай лучше. Инк послушно расслабился и закрыл глаза, и всё же часть его сознания никак не могла избавиться от мысли, что пока он тут бездействует, в другом уголке мультивёрса с одной очень необычной девушкой происходит нечто важное. *** "Только не доведи её до слёз, когда она очнётся", проплыло в голове напутствие Рипера, когда тот спешно, хотя и недовольно, засобирался на рабочий вызов. Гено страдальчески закатил глаз. Он ведь вообще ничего не сделал, чтобы вызвать со стороны девушки такую реакцию, но стоило гостье проснуться и испуганно посмотреть по сторонам, как её взгляд мгновенно остановился на Гено, а уже в следующую секунду мрачное пространство его обители наполнилось звуком захлёбывающихся всхлипов. Стоило бы догадаться, что проснувшись в незнакомой, к тому жуткой обстановке и не увидев рядом кого-то знакомого, девушка сильно перепугается, но поддавшись своим отвлечённым мыслям, Гено как-то совершенно упустил возможность заранее разработать тактику успокаивания. Взгляд нервно метался по пространству, пытаясь найти хоть что-то, что поможет исправить ситуацию. Чёрт-чёрт-чёрт, как же он облажался с первым впечатлением! Ми видит его впервые в жизни, но теперь с ней навсегда останется такое ужасное воспоминание. Хороша встреча, что сказать: проснись в практически пустом тёмном месте, где нет ни единого звука, а рядом будет такое окровавленное пугало. Гено с обидой нахмурился. Он знал, что его истрёпанная одежда всегда производила не лучшее впечатление, но на это новые гости ещё могли как-то закрыть глаза, а вот своё лицо, увы, не скроешь. Самым явным тревожащим изъяном была мельтешащая рябь у правого глаза. Монстр озаботился, чтобы она надёжно скрывала его изуродованную глазницу, но порой, стоило слишком резко повернуть голову, жуткая, словно оплавленная форма являя себя, что заставляло гостей болезненно ёжиться. Следующим, как это называл Гено, дефектом служил непосредственно здоровый глаз, а точнее взгляд. Мужчина не помнил, в какой именно момент он вдруг сделался таким резким и угрожающим. Как и у классического Санса, коим Гено сам когда-то был, его лицо сохранило узнаваемую улыбку, но от неё в купе со взглядом из-под полуопущенного века неизменно веяло холодной опустошённостью. А ещё Афтер был заметно худее. Под объёмной курткой и длинными шортами это было не заметно, но резкие и аскетичные, словно признаки болезни, черты лица, которые дополняли синие круги под глазами, ясно давали понять, что их обладатель сильно истощён. Увидев такое трудно не испугаться, и Гено был готов поклясться, что куда сильнее бы удивился, если бы при первой с ним встрече гости реагировали непринуждённо. Монстра особо не задевала их реакция - перед кем ему красоваться? Но наблюдая, как вызвавшая в нём симпатию девушка, не отрывая от лица рук, сдавленно плачет, в груди у мужчины ёкнуло. Поймав себя на мысли, что он никак не начнёт решать проблему, Гено вскочил с насиженного места, осенённый идеей. В его обители был только диван, но с недавнего времени здесь оказалась довольно компактная тумбочка, что притащил Инк. Для уюта, так он сказал. С размаху распахнув верхний ящик и впившись глазом в тщедушную тетрадку и огрызок карандаша, Афтер понял, что пришло время для его давней задумки. Наскоро набросав тройку эскизов, мужчина спешно вернулся назад к девушке. — Э-эй, смотри-ка. Ты же знаешь их, да? Я тоже их знаю. Мы, можно сказать, друзья. Ну же, взгляни, — заворковал Гено, осторожно протягивая Ми рисунки. Девушка наконец открыла лицо, и в её заплаканных глазах монстр уловил искру узнавания. Ми сразу немного оживилась и, чуть осмелев, протянула руку, чтобы ткнуть пальцем в довольно абстрактный рисунок, на котором был изображён Инк. — Да, это Инк, верно? — улыбнувшись, подтвердил Гено. — А его ведь тоже знаешь? Да, это Дрим. Смотри, а вот и Блу. Чередуя листы, на которых были изображены корявые силуэты, Гено с удовольствием наблюдал, как несколько секунд назад перепуганная Ми с мягкой улыбкой смотрит на знакомые образы. Видимо, ощутив, что и новый друг нуждается во внимании, девушка медленно подняла на него глаза. Уловив, что гостья в упор смотрит теперь уже на него, Афтер с неожиданно подкравшимся испугом и смущением ответил на этот взгляд, но выдержки мужчины хватило лишь на пару мгновений, так что вскоре он перевёл взгляд в сторону. Секунды прямого зрительного контакта хватило на то, чтобы ощутить, как по костям побежала дрожь волнения. Хотелось снова посмотреть на милое личико и чудесные глаза цвета летнего безоблачного неба, но так не хотелось пугать девушку своим жутким лицом, что мужчина упорно продолжал смотреть в одну точку. В сравнении с тем же Дримом или Блу, чьи лица отличались приятной округлостью и сразу вызывали подсознательную симпатию, резкие линии челюсти и сильно выступающие кости скул Афтера будто кричали о том, что к такому монстру лучше вовсе не приближаться. Пальцы на руках с силой сжали листы, а дыхание перехватило. Нечестно. Почему так нечестно! Именно тогда, когда он впервые в жизни захотел произвести приятное впечатление, его внешность уже превратилась в подобие хэллоуиновской декорации. Нечестно, нечест... Поток жалости к себе резко прекратился, стоило ощутить, как на правую щёку легла мягкая тёплая ладонь. Чужой большой палец плавно скользнул по той самой выпирающей скуле, нежно обозначив дорожку лёгкого касания. Как во сне, Гено медленно и ошарашенно поднял взгляд на гостью, ощущая, ка всё внутри него перевернулось. Ми не улыбалась, но и не хмурилась, в её взгляде не было беспокойства или жалости, но не было и озорства от осознания, что поставила монстра в неловкое положение. Она просто внимательно рассматривала его лицо, пристально изучая каждую чёрточку и царапину, но больше всего её заинтересовал скрытый помехами глаз. Она уже начала двигать рукой выше, чтобы прикоснуться к скрытой лагами глазнице, как раскрасневшийся и жутко смущённый Гено наконец отмер и молниеносно схватил её ладонь, пресекая попытку. — Не стоит, — тихо, но уверенно сказал монстр, вновь отводя глаза. — Это не то, на что стоит смотреть или к чему прикасаться. — Хотя девушка не отвечала, мужчина был уверен, что она поняла его посыл. Вспомнив, что продолжает держать её за руку, Гено быстро разжал ладонь, а освободившейся рукой неловко почесал в затылке. И что делать теперь? Какое-то время, когда Дрим принёс Ми, мужчина просто умиротворённо сидел рядом, наслаждаясь компанией, и если и было желание, чтобы гостья вышла на контакт, в данный момент Афтер многое бы отдал, дабы развеять сложившуюся напряжённую обстановку. Казалось сила мироздания услышала его внутреннюю просьбу, потому что через считанные мгновения тишину разрезал звук открываемого портала, из которого высунулось улыбчивое лицо Дрима. — Привет. У вас тут всё хорошо? — Привет, Дрим, — с явным облегчением поприветствовал Гено. — Да, всё в порядке. А у вас там как? — Сносно, — ёмко объявил принц, а увидев, что Ми смотрит на него с блеском в глазах, решительно переступил окно телепорта. — Привет! Девушка шустро вскочила с дивана и с восторгом бросилась в раскрытые для объятий руки принца. Глядя, как эти двое обнимаются, будто знакомы целую жизнь, Гено вновь ощутил тянущее чувство в груди. Уловив со стороны мужчины волну негативных эмоций, Дрим удивлённо вскинул брови. То ли Гено не успел среагировать, то ли намеренно не переменил выражения лица, а всё-таки солнечный стал свидетелем того, как лицо его знакомого омрачилось. Поняв эмоции друга, принц неловко улыбнулся, отпуская Ми из объятий, а заметив в руках мужчины листы со знакомыми образами, с воодушевлением поинтересовался: — О, так ты всё же решил начать документировать?! — Есть такое, — ответили ровным тоном. — Пожалуй стоит оборудовать шкаф под это дело. Не хочу, чтобы всё валялось на полу. — Я помогу, — улыбнулся страж. Послышался шорох, и из щуплой тетрадки выскользнул не прошитый листок, на который все трое уставились в изумлении, распознав на нём ещё один образ. Большая тщательно заштрихованная фигура, от которого шло несколько отростков. — Это... — Ого, а я уже и забыл, что когда-то рисовал это, — в не меньшем удивлении сказал Афтер, наклоняясь, чтобы поднять листок. Мужчина внимательно вгляделся в нарисованный давным-давно эскиз и настолько ушёл в воспоминания, что не заметил, как к нему приблизилась Ми и ткнула, в рисунок с вопросом в глазах посмотрев на Гено. — А-а, это, э-э... — Это мой брат, — мягко ответил Дрим. Девушка недоумённо переводила взгляд с принца на каракули, и не было понято - отказывается она признавать родство, или вовсе не понимает, что ей пытаются сказать. — Э-эх, как же объяснить-то, — сложил за голову руки Дрим. — Она не из болтливых, да? — изогнул бровь Афтер. Деталей о Ми он не знал, но что-то подсказывало ему, что с этой девушкой не всё так однозначно. — Эхехе, ну да, есть такое, — нервно посмеялся Дрим, начиная ощущать, как на лбу выступает холодный пот. Он как-то упустил мысль, что обещал рассказать Гено о Ми подробней при новой встрече, и теперь, застигнутый врасплох, тревожно переминался с ноги на ногу. Глядя на молчаливое страдание Дрима, Афтер шумно выдохнул, но сжалился: — Ладно, идите уж. Раз из всей троицы явился только ты, выходит остальным досталось? — поинтересовался Гено, начав что-то вырисовывать на чистой странице. — Да, Инку прилетело от Эррора, и теперь он отходит под чуткой заботой Блу, — с облегчением ответил принц, обрадованный сменой темы. — Готовит ему суп? — усмехнулся мужчина. — Лучше. Лекарство! Не сдержавшись, Афтер громко засмеялся, представив с каким героизмом приходится Инку переносить подобную опеку, надеясь на лучшее. Дрим тихо улыбался, довольный, что смог поднять настроение другу, но укол вины всё же дал о себе знать. — Прости, что редко прихожу. Я... — Да не стоит, — быстро отмахнулся Гено. — Я знаю, что у тебя своих дел навалом. Но... — уверенно начал мужчина, посмотрев на Ми, что всё это время не отрываясь рассматривала четыре рисунка. — Надеюсь теперь-то мы станет видеться чаще, — намекая, понизил голос Афтер. — Конечно, — легко согласился Дрим, лукаво улыбнувшись. Из не закрытого портала показалась ещё одна яркая фигура, которая, заприметив троицу, громко провозгласило: — Дри-им! Ну чего ты... Ой, привет, Гено! — Привет, Блу, — кивнул мужчина. — Мы, наверное... — неловко заёрзал Дрим. — Да-да, идите, — отмахнулся Гено. Но когда мимо него прошла Ми, он быстро перехватил её запястье и сунул в руку сложенный листок, шепнув, — буду ждать. — Ми, пойдём, — позвал девушку принц, заметив, что она замялась. Портал закрылся, оставив потрёпанного жителя наедине с самим собой. Взгляд непроизвольно перетёк на забытый плед, в котором Дрим принёс Ми, и с мягкой улыбкой Афтер потянулся к нему рукой, желая аккуратно сложить. Но стоило потянуть ткань вверх и встряхнуть, чтобы расправить складки, как что-то маленькое и ярко-красное выпало на колени Гено. Нахмурившись, мужчина обхватил пальцами тонкий стебелёк и приблизил к лицу. Благодаря своему приставучему знакомому, Афтер хорошо знал, что это за цветы и где такие можно взять, а помня, у кого именно недавно был конкретно этот ликорис, мужчина саркастично ухмыльнулся. Ну что же, видимо не только он догадался оставить Ми физическое напоминание о себе.