Паучья лилия

Сажа. Не сказать, что чистка дымоходов — занятие из лёгких. Даже очень опасное и причём неблагодарное дело. Однако кому ещё этим заниматься? Проталкивая щетку глубже вниз, Люцифер чихает от летящей в его лицо черной сажи, сам про себя уже пожалев, что выстиранные только вчера им же рубаха да штаны перепачкаются. А ведь он все руки себе до мозолей изодрал, барахтаясь в корыте… Вскоре дымоход был успешно вычищен, и блондин выбрался на крышу. Наконец-то он вдохнул полной грудью чистого воздуха, и неволько остановил взгляд на проплывающих облаках в голубом небе. Те неспешно плыли вдоль по синеве, расплывчатые, но формы в них угадывались. Простому слуге бы никогда не удалось обратить на форму облака внимания, а вот одна очень благородная персона заставила его каждый раз всматриваться. Кстати о благородных персонах… Словно черт, весь с ног до кончиков ушей вымазанный черной сажей, Люцифер спустился вниз по черепице крыши замка, закинув щетку себе на плечо. Высоко. Падать — вовек костей не соберёшь. Однако вниз смотреть парниша не боялся. Ловко уцепившись за карниз, тот сполз вниз, выискивая взглядом нужный оконный проем. Посмотри сейчас кто-нибудь наверх, наверняка бы подивился и испугался, увидев чёрного человека на каменной стене, точно гиганского паука. Впрочем, до паука Люциферу было далеко. Подтянув себя к окну, тот, пригладив волосы и отряхнувшись, как мог, стукнул в окно пару раз, желая привлечь к себе внимание своей ненаглядной. То был обычный день для Её Высочества. Обычно та проводила свои будни либо томно и многозначительно вздыхая, сидя у камина, либо в своей постели за книгой. Впрочем, когда и то и это ей наскучивало, Арахна, неторопливо прохаживаясь, шла смотреть на то, как её младшая сестра Элиза учится танцам. Это выходило у неё грациозно, как и подобает наследнице престола. Иногда к ней присоединялся её жених, будущий король, герцог Валентин. Причём во время процесса обучения они обязательно переругаются из-за пустяка, а потом вновь помирятся за кусочком тортика. Было забавно наблюдать за детьми, учитывая, что самой Арахне было уже целых двадцать лет. Она была в самом расцвете сил, благородных кровей и с красивым, но изможденным лицом. Впрочем, никто особо на неё бы и не позарился. Чрезмерно слабое здоровье давало о себе знать. В этот же день, она, нетеропливо листая книгу, расположилась в кресле у окна, время от времени поглядывая в окно на проплывающие мимо облака, иногда задерживая на них взгляд бездонных глаз с длинными ресницами. День не очень удался с самого утра, и Арахна уже настроилась на хандру. Как вдруг внезапная тень самым бесстыжим образом заслонила ей солнце, падающее на страницы романа. Она было хотела вздохнуть, и покачать головой, а затем посетовать на тучи, но то была далеко не туча. Арахна сдавленно пискнула, резко вжавшись напуганным комочком в кресло, увидев, что тень в окне вполне себе разумная и крутит головой, да машет ей руками. А когда она стукнула в окно, у девушки вовсе сердце в пятки ушло. Однако, приглядевшись, та удивлённо и испуганно ахнула, вскочив с кресла и кинулась к окну, точно подросток, напрочь позабыв о больных суставах. — Люцифер! — Вскричала она, открывая окно, и запуская с головы до ног чёрного от сажи парня внутрь королевских покоев. Тот смущенно почесал затылок, затем поклонился перед нею. — Ваше Высочество! — Люцифер улыбнулся, растягивая губы в милой улыбке. — Что ты делал снаружи окна! — Та приблизилась к нему, осматривая «трубочиста». — Ах, а что, если бы ты сорвался! — Не бойтесь, Ваше Высочество, я бы не сорвался! — Махнул тот рукой. — Я хотел сделать Вам сюрприз… Неужели Вы не рады меня видеть? — Несколько обиженно добавил он, и Арахна, вздохнув, успокоилась. — Конечно рада, Люцифер… Тебя не было весь день. Я все гадала, куда ты пропал. Уж было подумала, что забыл про меня… Люцифер поспешил её поскорее заверить, и ударил кулаком себя в грудь. — Ну что Вы, Ваше Высочество, никогда! Просто сегодня я чистил дымоход. А вы знаете, как бы взъелся на меня кастелян, если бы я отказался! — Ах, вот оно как. То-то я смотрю, ты ведь грязный. Блондин посмотрел на себя, затем смущённо хихикнул. На полу остались заметные чёрные следы. — Ха-ха, правда! Даже грязнее, чем я думал! — Нет, так никуда не годится. Арахна вытащила из своего рукава маленький белый платок, затем рукой попросила Люцифера наклониться. Разница в росте у них была ощутимая. Если худенькая Арахна была ростом всего каких-то метр шестьдесят шесть, то Люцифер мог похвастаться ростом в ровные метр восемьдесят. Арахна, нахмурив брови, принялась вытирать платком лицо парня, что-то тихо приговаривая. Тот не дергался и стоял спокойно. Когда платок из белого превратился в черный, Арахна осмотрела его внимательно, и, не сдержавшись, прыснула со смеху. Грязи стало хоть и меньше, но блондин все ещё походил на грязного черта. Закончив смеяться, Арахна осторожно взяла его лицо в свои холодные руки, и, посмеиваясь, поцеловала в щеку. — Какой же ты забавный, Люцифер. — Рад стараться для Вас, о, Принцесса! — Тут же ответил Люцифер. — За это я и люблю тебя, глупенький. — Арахна, вытирая тыльной стороной ладони его лицо, поцеловала его ещё раз, — Ты всегда знаешь, как заставить меня улыбнуться. — Видеть Вашу улыбку, Ваше Высочество — вот лучшая награда для меня. Она снова усмехнулась, затем поцеловала в очередной раз, совсем не глядя на то, что рукава её платья уже посерели, а на ладонях остались чёрные следы. За окном мирно плыли облака…