Часть 4
20 июля 2024 г., 20:11
Состояние Зоро было плохим… он выглядел так, будто не принимал душ несколько дней, а на полу было пятно, подозрительно похожее на рвоту, но все же лучше, чем то, что боялся обнаружить Санджи. Осторожно, чтобы не разбить бутылки на полу, Санджи подошел, чтобы открыть шторы, и быстро заморгал, когда свет наполнил комнату. Стон позади него заставил Санджи осознать, что Зоро проснулся от внезапной яркости, и повар усмехнулся, взглянув на мечника. На его подбородке была зеленая щетина — зрелище, которого Санджи никогда раньше не видел. Несмотря на распространенное мнение, Зоро обычно хорошо заботится о своем теле, и увидеть зеленые волосы где-то, кроме головы, было довольно необычно.
— Кто там? — спросил Зоро хриплым голосом, моргая от света.
Должно быть, в данный момент он для Зоро казался не более чем тенью.
— Твой повар, — сказал Санджи, улыбаясь и подходя к Зоро.
Зоро застонал, когда Санджи отошел, и свет ударил в его покрасневшие глаза.
— Что ты здесь делаешь? Тебе кто-то сказал?
— Нами-сан позвонила мне… и хорошо, что она это сделала. Что ты здесь делаешь? Пытаешься утопиться в сакэ?
— Заткнись, дерьмовый повар, — сказал Зоро, глядя на него. — Ты понятия не имеешь, что я сейчас чувствую, так что оставь меня, черт возьми, в покое.
Санджи цыкнул, присев на корточки перед Зоро.
— Здесь ты ошибаешься, Маримо. Я знаю, каково это так скучать по кому-то, что не знаешь, как жить дальше, — Он, грустно улыбнулся своему другу. — Больно… гораздо сильнее, чем когда-либо от физических травм.
Взгляд Зоро смягчился при словах Санджи, но вскоре его лицо исказилось в гримасе. Гневно потирая красные глаза, он сказал:
— Черт… она бросила меня! Черт возьми, бросила! После всех этих лет просто… ушла. Мой друг, мой…
— Я знаю, — грустно сказал Санджи и притянул Зоро к себе. Мечник схватился за рубашку.
«Я знаю.»
В следующие несколько часов Санджи понадобилось нечто большее, чем просто добрые намерения и несколько слов, чтобы заставить Зоро привести себя в порядок и стереть невероятную вонь со своего тела. Он практически пинками загнал его в ванную.
— Чувствуешь себя лучше? — спросил Санджи, когда Зоро вышел из ванны.
С обнаженной верхней частью тела и парой тренировочных штанов, свисавших на нем мешком, он больше походил на самого себя. Он даже побрился.
— Нет, но моя кожа больше не чешется так сильно.
Санджи поморщился от этих слов, прежде чем наклониться, чтобы подобрать оставшиеся бутылки. Он наводил порядок в квартире Зоро, пока Зоро наводил порядок внутри себя.
— Это пятно там… это не… — начал Санджи, но Зоро закатил глаза.
— Меня никогда не рвет от алкоголя, черт возьми. Это должна быть сальса с прошлой недели.
— И ты еще не убрался? — сказал Санджи, сморщив нос. — Ты такая свинья.
Зоро пожал плечами и сел на диван, вода капала с его мокрых волос на подушки. Затем он попытался схватить одну из последних бутылок сакэ на столе, но Санджи выхватил ее прежде, чем он успел до нее дотянуться.
— Нет, Зоро. Я здесь не для того, чтобы смотреть, как ты снова напиваешься.
Нахмурившись, Зоро обхватил полотенцем свои голые плечи и вытер волосы, бормоча себе под нос оскорбления. Удовлетворенный на данный момент, но все еще не до конца поверивший Зоро, Санджи взял оставшиеся три полные бутылки, принес их на кухню и спрятал. Когда он вернулся в гостиную, он был встречен еще одним суровым взглядом, но с очаровательной улыбкой проигнорировал ее. Зоро выглядел раздосадованным тем, что его тактика не сработала с поваром, и надул нижнюю губу. Санджи ухмыльнулся.
— Ты выглядишь мило, дуясь как ребенок.
— Заткнись! Я никогда не был милым!
— Ну да! Как хмурый зеленый кролик.
Зоро зарычал.
— Еще одно слово повар, и…
— Что? Ты собираешься ударить меня морковкой или типа того?
Санджи отпрыгнул в сторону, когда Зоро бросился на него и засмеялся. Он знал, что Зоро далек от того, чтобы быть в порядке… в его глазах все еще глубокая печаль, но было приятно снова дурачиться с ним. Все еще смеясь, Санджи повернулся и пошел на кухню.
— Я сделаю что-нибудь поесть и даже не говори мне, что ты ничего не хочешь! Теперь я позабочусь о том, чтобы ты не умер с голоду.
Они не говорили о том, что произошло. Ни история с Куиной, ни те несколько страстных ночей, которые они когда-то провели вместе. Санджи ни разу не затронул эту тему, решив позволить Зоро не торопиться и рассказать ему, как только тот будет готов. И вот через три дня наконец пришло время. Зоро лежал на диване, положив голову на колени Санджи, пока они смотрели комедийное шоу по телевизору. Ноги Санджи лежали на табуретке перед диваном, левая рука массировала кожу головы Зоро, а другая была зажата в правой руке Зоро.
— Она бросила меня из-за тебя, — внезапно сказал Зоро, и при этих словах сердце Санджи начало колотиться о грудную клетку. Это было именно то, чего он боялся.
— Куина заметила кое-что на вечеринке моего дня рождения. Она… она видела нас на балконе и соединила два и два. Ей было так больно, никогда раньше не видел ее такой.
— Она… она сказала что-то еще?
— Да, она сказала, что с некоторых пор устала от наших отношений. Что я действительно не был с ней месяцами и что мне следовало чаще бывать дома. Глупо, не правда ли? Куина всегда говорила мне, что все в порядке, если я провожу время с тобой. Думаю, я был слишком наивен… Ты был прав. — Грустно сказал Зоро. — Она, должно быть, чувствовала себя одинокой, а я просто не понимал этого. То, что произошло между нами с тобой, должно быть, стало последней каплей.
Не зная, что сказать, Санджи просто сжал руку Зоро и подождал, пока он не заговорит снова.
— Во-первых, мы никогда не были нормальной парой, понимаешь? Не было похоже на то, что мы жаждали присутствия друг друга или влюблены. Она была моей лучшей подругой, и я думал, что она стала кем-то большим. Но, кажется, я не относился к ней так. Может… может, мы были вместе просто потому, что так было удобно.
— Но ты любишь ее.
— Да, но… может быть, недостаточно или не так, как она меня любила.
Мысль Санджи мчалась со скоростью сорок миль в час. То, что говорил Зоро, дало ему надежду… надежду, которую он потерял очень давно.
— Санджи, я тебе нравлюсь?
К сожалению, Санджи улыбнулся на вопрос Зоро и увидел, как у него перехватило дыхание.
— Это очевидно, не так ли? — ответил Санджи, проводя рукой по волосам Зоро. Глаза мечника широко раскрылись, когда он посмотрел на него. — Настоящий вопрос в том… что ты думаешь обо мне?
Некоторое время Зоро просто смотрел на него. Смотрел и смотрел, его взгляд был жестоким и непреклонным. И как только Санджи потерял всякую надежду, Зоро внезапно протянул руку и потянул голову Санджи вниз. Их губы встретились в агрессивном поцелуе. Глаза Санджи расширились, но то, что раньше было удивлением, быстро сменилось вожделением, когда он начал жадно отвечать. Затем Зоро сел, и они оба использовали короткую паузу, чтобы отдышаться. Сердце все еще билось хаотично, Санджи покраснел, когда Зоро медленно приблизился, коснулся его щеки и снова поймал губы. Сначала он целовал его медленно, но потом страсть взяла верх и их движения стали намного быстрее. Их языки присоединились к негласной борьбе, когда они покусывали и посасывали губы напротив, они полностью потерялись друг в друге.
Тем не менее, что-то было на краю сознания Санджи… что-то, от чего он не мог избавиться. Зоро не ответил на его вопрос, по крайней мере, явно. Была ли для этого причина или он слишком много придал этому значения?
Санджи наблюдал за спящим лицом Зоро, играя с незажженной сигаретой во рту. Рассеянно он водил ее языком вверх и вниз.
— Ты не ответил на мой вопрос, Зоро.
— Потому что нечего ответить, повар. Это же очевидно, не так ли?
Это то, что он сказал после того, как они занялись сексом. Действительно, очевидный ответ. Разочарованный своими мрачными мыслями, Санджи вынул сигарету изо рта и швырнул ее через комнату, взъерошив после этого волосы и схватившись пальцами за голову, глядя на одеяло. Вот и все. Зоро не хотел этого говорить, игнорируя желание Санджи, потребность Санджи услышать эти слова. Услышать заверения, которые дали бы понять, что он особенный, больше, чем просто друг с привилегиями.
Было ясно, что Зоро в какой-то степени любил его. Санджи не мог этого отрицать, но… то же самое было и с Куиной. Вздохнув, Санджи еще раз посмотрел на храпящего Зоро рядом с ним. Этот звук раньше казался незаметным, даже немного успокаивал его, но теперь сделал Санджи нервным. Почему он не мог проснуться и просто сказать это? Почему он не мог это объяснить? После того, как Санджи еще немного посмотрел на Зоро, он не смог больше этого выносить и встал.
Ему не нравилось быть таким уязвимым, не нравилось полагаться на настроение Зоро. Хотя он не мог быть уверен, кем он был для Зоро, пока он не выразил это словами, Санджи не хотел спрашивать об этом снова. Эти отношения запутали его мысли, сделали его нуждающимся и навязчивым, но на самом деле он не был таким. Он был мужчиной, черт возьми! Он чертовски уверен, что мог позаботиться о себе сам, и ему не нужно было ни на кого полагаться. Итак, пытаясь вернуть хоть немного самоуважения, Санджи встал и взял свою одежду. Ему нужно было ненадолго уйти, нужно было немного времени, чтобы он мог разобраться в своих мыслях.
Зоро медленно проснулся от глубокого сна. Много и часто спать было одной из его вредных привычек, как и способность отрубаться сразу после секса. За это его критиковали все его возлюбленные, Санджи не был исключением. Итак, когда разум Зоро полностью проснулся, он медленно посмотрел в сторону Санджи, опасаясь столкнуться с ворчливым выражением лица, которое не исчезло бы без массажа. Однако то, что он обнаружил, было гораздо хуже.
Внезапно полностью проснувшись, глаза Зоро расширились, когда он посмотрел на пустое пространство рядом с собой. Санджи никогда не вставал с кровати после секса. Он был из тех, кто любит обниматься, купаться в тягучей неге и обмениваться пустяками обо всем. Он был романтическим идиотом, так где же этот идиот сейчас? Ванная комната? Кухня? Зоро прикоснулся к пустому пространству рядом с собой и с облегчением обнаружил, что оно все еще немного теплое.
Он быстро встал и позвал Санджи, спотыкаясь, чтобы одеться. Когда на его звонки не последовало ответа, страх снова сжал сердце Зоро, заставив его слегка затаить дыхание. Он знал, что этот страх иррационален, не было причин чувствовать его. Что, если бы Санджи оставил его? Как Куина? Куина, его подруга детства и невеста, вопреки здравому смыслу, была способна на такое, но Санджи? Зоро не мог отпустить его, не мог позволить ему. Санджи стал неотъемлемой частью его жизни. Как он мог жить дальше, не проводя с ним времени? В качестве любовников или иначе?
— Дерьмо! Какого черта я здесь схожу с ума?! , — сказал Зоро, ни к кому конкретно не обращаясь, надел остальную одежду и побежал к двери.
Выйдя на улицу, он не обратил внимания на дождь, который начал пропитывать его одежду, и оглядел улицу. Простыня была еще теплой, так что он не слишком далеко. Зоро знал, что машина Санджи все еще сломана, так что… автобусная станция! Он должен был быть на автовокзале! Снова оглядев улицу, Зоро нахмурился, а затем решил пойти направо. Он осознал свою ошибку только через полчаса. Санджи сидел на скамейке автобусной станции и время от времени дул себе на руки. Автобус уже подошел, но Санджи велел водителю ехать без него. Это лишь догадка, но… что-то заставило его почувствовать, что ему следует подождать.
Придет ли Зоро за ним? Будет ли он достаточно заинтересован, чтобы последовать за ним под дождь? И самое главное: сможет ли этот идиот вообще найти эту дерьмовую остановку? Санджи нахмурился, думая, что это маловероятно. Зоро заблудился в коттедже, который они все арендовали раньше, так как же он мог найти Санджи? Где он мог сделать столько неправильных поворотов?
— Нужно будет сесть на следующий автобус, а то я замерзну здесь насмерть, — пробормотал Санджи, потирая холодные руки.
В том году, на его вкус, зима наступила слишком рано. Снег был красивый, и все, кроме холода, не более чем раздражало. А потом, конечно, пошел дождь, появился холодный ветер и обстоятельства стали максимально утомительными. Санджи уже чувствовал сонливость, сидя на холодной скамейке, время от времени вздрагивая и не желая ничего, кроме чего-нибудь горячего. Или объятий. Да, обняться было бы здорово. Сильные руки обнимают его, согревая до глубины души. И горячая ванна, возможно. Объятия в горячей ванне? Санджи чихнул, подумав об этом.
— Обо мне кто-то говорит?
— Нами, перестань ныть и просто скажи мне, где эта чертова автобусная остановка, ладно?! Я должен его найти!
— Разве ты не говорил, что мои указания бестолковые? — Нами прошипела на ухо Зоро, — Зоро, просто купи чертов телефон с GPS. Тебе он нужен больше, чем кому-либо из моих знакомых.
— Ненавижу эту технологическую чушь. Я просто не могу справиться со всеми этими чертовыми кнопками и функциями и…
— Ты понимаешь, что говоришь как старик, да?
— О, просто заткнись и скажи мне, куда идти.
— Что? Мне заткнуться или указать тебе дорогу?
— Нами… — опасно прорычал Зоро.
— Хорошо, хорошо. Ты сейчас на Главной улице Сэнгоку, верно? Тогда тебе нужно идти направо.
Последовала короткая пауза, прежде чем Нами продолжила.
— Ты же знаешь, что это значит, да? Точно так же, как и твое право. Не Восток, Запад или любое другое оправдание, которое ты придумываешь, чтобы заблудиться.
— Просто скажи мне название улицы, — Когда последовала еще одна пауза, Зоро подавил свою гордость и добавил, — Пожалуйста?
Было совсем несложно осознавать, что Нами очень весело провела следующие несколько минут. — Еще пять минут, — пробормотал Санджи, в двадцатый раз взглянув на часы. — Он не придет, да?
С грустью он посмотрел на небо, где дождь медленно переходил в снег. Пять минут, и за ним приедет автобус. Зоро, вероятно, все еще мирно спал, даже не зная, что Санджи ушел. Кем он был для него? Этот вопрос продолжал и продолжал появляться в голове Санджи, мучая его до безумия. Как часто это не давало ему спать по ночам? И когда это началось? После того, как Фрэнки указал на странность отношений Санджи и Зоро? Или даже раньше?
— В любом случае, это не имеет значения, — пробормотал Санджи, отрывая взгляд от неба и снова дуя на свои холодные руки.
Он был одет не совсем для холода. Поскольку он провел так много времени с Зоро, ни разу не зайдя домой, Санджи одолжил у Зоро кое-какую одежду. Не штаны, нет, они были слишком велики, но он взял у Зоро свитер, носки и даже пальто. Из-за крепкого тела Зоро оно все еще было большим на несколько размеров, но сидело достаточно хорошо. Только ветру время от времени удавалось проникнуть под одежду, вызывая внезапную прохладную волну, от которой у Санджи стучали зубы. Тем не менее, он чувствовал себя комфортно в этой одежде. Не то чтобы от них пахло Зоро или чем-то таким. Нет, они были свежевыстиранными, но… Воспоминания Санджи заставили его почувствовать Зоро, маленькие прикосновения, невинные они или нет, остались в его сознании, и когда он почувствовал ткань одежды Зоро на своей коже, тогда он почувствовал и самого человека. И это согревало его лучше, чем любая одежда.
— Я такой идиот, — прошептал Санджи с легкой улыбкой, не упуская из виду остроту своих мыслей.
Возможно, Зоро был прав и он действительно был романтиком. Вздохнув, Санджи встал, увидев, что в конце дороги появились два луча света, заставляя хлопья снега сверкать на их пути. У него не было причин быть настолько подавленным, не так ли? Это не означало конец или что-то в этом роде. Хотя Зоро не появился, это не означало, что Санджи не занимал особого места в его сердце. Им просто нужно время, да. Время подумать и, возможно, принять решение. Больше ничего.
Автобус остановился рядом с Санджи, двери открылись, и появился пожилой мужчина.
— Хочешь пойти с нами, сынок? — спросил мужчина, обнажив несколько отсутствующих зубов и добродушно улыбнувшись Санджи, — Сегодня ужасная погода, не следует так ходить, мальчик. Это вредно для здоровья.
Улыбнувшись в ответ, Санджи потянулся к металлическому поручню, с облегчением почувствовав тепло, когда забрался в автобус.
— Это не моя одежда.
— Ах. Тогда этот твой друг наверняка большой парень.
— Да, он большой идиот, — ответил Санджи, полностью войдя в автобус. Оглядевшись, он понял, что был единственным пассажиром. — Я вижу, сегодня аншлаг.
Старик громко рассмеялся.
— Сегодня воскресенье. Никто, кроме идиотов, не выходит на улицу в такую погоду по воскресеньям. Этот друг и ты, вы, ребята, наверняка очень хорошо подходите друг другу.
— Может быть, — грустно сказал Санджи.
Мужчина внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал, пока не закрыл дверь.
— Ты один из тех парней, которые хотят уехать далеко, да?
— Не… совсем. Я просто еду домой, — сказал Санджи, садясь позади водителя.
— Хм, понятно, — сказал старик, запуская двигатель и возвращая автобус к жизни.
Много ли этот парень видел в качестве водителя? Какие истории он мог рассказать, если бы мог узнать, что происходит в голове Санджи, лишь взглянув в глаза?
— Вы давно занимаетесь этой работой? , — Спросил Санджи.
— Всю свою жизнь. Никогда ничем другим не занимался. Перевозить людей из одного места в другое — это важно, понимаешь? Вы, молодежь, возможно не понимаете, но воссоединение людей с близкими, приведение их домой или куда-нибудь, где они могли бы начать новую жизнь. жизнь… это прекрасно. Я никогда не был более счастлив, чем в этом старом автобусе, — сказал старик, любовно похлопывая себя по рулю. — Здесь я даже нашел свою любовь, свою семью.
Автобус все еще стоял на месте, мужчина полез в нагрудный карман и вытащил старую фотографию. Санджи взял ее и улыбнулся, увидев на фотографии младшую версию водителя, стоящую рядом с доброй женщиной и тремя детьми.
— У меня теперь еще и двое внуков. Мой старший сын женился два года назад.
— Поздравляю. У тебя очень красивая жена
— Да, с ней бывает тяжело, но я люблю ее, — сказал мужчина и, откинувшись назад, снова потянулся, чтобы взять фотографию у Санджи, — Любовь не всегда простая, но она всегда стоит усилий. И иногда нужно приложить к ней небольшой толчок.
Санджи только хотел спросить водителя, что он имел в виду, когда мужчина внезапно потянулся за мобильным телефоном в сумке и начал набирать номер
— Он со мной, — сказал он в трубку, — А теперь тащи сюда свою чертову задницу, сынок. Ты медленнее, чем черепаха под наркотой.
— Ч-Что? — спросил Санджи, когда водитель повесил трубку.
Мужчина ухмыльнулся своей беззубой улыбкой.
— Есть один здоровяк, который работает в Токио и всегда ездит со мной. Он хороший парень, но всякий раз, когда я отвожу его на вокзал, он просто не может заткнуться и перестать болтать о блондинке, к которой всегда ходит.
Лицо внезапно стало горячим, Санджи выглянул в окно и увидел что-то зеленое, приближающееся к автобусу с поразительной скоростью.
— Тебе следует отвернуться от мыслей и просто получить свою любовь, мальчик. Молодость быстротечна, и ею нужно наслаждаться.
— Но… , — Санджи не успел продолжить, потому что двери снова открылись, и в них стоял задыхающийся Зоро, сжимая автобус обеими руками.
— Какого черта думаешь, ты делаешь, тупой повар?! — взволнованно спросил Зоро у Санджи, а затем повернулся к водителю.
— Спасибо, Джерри. Я твой должник.
Джерри поприветствовал его, и Зоро кивнул, прежде чем снова взглянуть на повара.
— Итак? Расскажи мне, почему ты сбежал и почему, черт возьми, мне нужно было просыпаться одному?
— Разве мы не должны поговорить об этом… где-нибудь еще?» — спросил Санджи, покосившись на Джерри.
Зоро пожал плечами.
— В любом случае, он все знает.
— Все?
— Все.
— Хорошо быть молодым, — щебетал Джерри.
Покачав головой, Санджи посмотрел на Зоро.
— Я не бежал. Мне просто… нужно немного времени.
— Почему? Я думал, что мы… понимаешь?
— Я не понимаю, и в этом вся суть, — сказал Санджи, — Куина была твоим лучшим другом, и вы стали любовниками. Я был твоим лучшим другом, и мы стали любовниками. Откуда мне знать, что ты и сейчас не подумаешь, что это тоже ошибка?
Зоро посмотрел вниз и потер шею. Издав разочарованный стон, он снова поднял глаза и сказал:
— Я знаю, что это не так, хорошо? Я не могу сказать тебе, но… это не ошибка.
— Тогда скажи мне, кто я для тебя, Зоро. Это не так уж и сложно.
Зоро нахмурился, глядя на него.
— Но… я уже это сделал.
— Ты ничего не сделал, — ответил Санджи с невозмутимым выражением лица.
— Я сделал! Вчера вечером!
— Ты не сказал…
— Я показал это тебе! — Зоро вскрикнул, в его голосе явно читалось разочарование. — Разве это не значит больше, чем слова?
Покраснев, Санджи избежал его взгляда и сказал:
— Н-ну, в прошлый раз ты был немного… мягче, но…
— Ты же знаешь, что я совсем не дружу с красивыми речами, поварешка. Я скорее показываю, чем рассказываю, что чувствую.
— Могу ли я действительно тебе поверить?
Вместо ответа Зоро вошел в автобус, схватил Санджи за лицо и сомкнул их губы. Забыв обо всем, об автобусе, свисте Джерри и о том, что он был полон решимости заставить Зоро все ему объяснить, Санджи ответил тем же.
— Мое тело точно не лжет, Санджи. Почувствуй это, — сказал Зоро, соединив их лбы, взяв руку Санджи и положив ее на свою грудь, прямо над его грохочущим сердцем.
Глаза Санджи расширились, когда он почувствовал устойчивый, быстрый ритм под кончиками пальцев.
— Я никогда не чувствовал себя так с Куиной. Никогда, — сказал Зоро, и хотя Санджи все еще был полон решимости услышать эти слова, узнать, что он значит для Зоро, он поверил ему.
— Чертов идиот, — пробормотал Санджи, и Зоро лишь ухмыльнулся, наклонившись для еще одного поцелуя.
В это же время из окна смотрела девушка, прислонившись лбом к прохладному стеклу.
— Ты теперь ненавидишь Зоро?
Куина подняла глаза со своего места на подоконнике и увидела отца, стоящего в дверях с дымящейся кружкой с горячим шоколадом в руках. С благодарностью приняв горячий напиток, она сказала:
— Я не ненавижу его, нет. Просто… он мне не очень нравится в данный момент. Я заслуживаю лучшего, не так ли?
Улыбка ее отца не дрогнула.
— Хочешь, я достану из пруда немного водорослей и положу их на тренировочные манекены. Смеясь, Куина сказала:
— Может быть, позже, — а затем сделал глоток шоколада.
Странно, как это всегда успокаивало ее.
— Ну, ты выглядишь лучше, чем я ожидал. Что Зоро такого сказал тебе, что ты можешь так легко его простить?
— Что-то, что я никогда не забуду, — прошептала Куина, следя глазами за снежинкой, падающей с неба.
— Я никогда не смогу загладить свою вину перед тобой, — сказал Зоро, стоя на коленях на полу и склоняя голову, — Я никогда не смогу извиниться за то, что уже произошло, но… но, пожалуйста, знай, что я люблю тебя. Я просто не знал, что это не та любовь, которую ты заслуживаешь.
— А Санджи? Ты тоже его любишь, или он просто… был там.
— Санджи… Санджи… — начал Зоро, но затем остановился, глядя вниз, — То, что я чувствую к нему, я не думаю, что смогу выразить это словами. Наверно, я никогда и не смогу сказать ему этого, но… но я не могу жить без него. Я знаю это.
— Такой идиот… сказал, что не может выразить это словами, а потом сделал это так хорошо, — сказала Куина, делая еще один глоток, пока снежинки таяли на стекле ее окна.
П.F. — Больно быть оставленным в одиночестве тем, кого любишь. Больно любить того, кто не может полюбить тебя в ответ. Но больнее всего — закончить отношения, которым и не суждено было начаться.
