Of Love And Loss

— Когда ты впервые заметил? — спросил Санджи позже. Зоро лежал на животе, положив одну руку под одну из подушек Санджи, и чувствовал себя очень уж комфортно. А сам Санджи, на удивление, был странно бодрствующим. В спине чувствовалась слабая боль, но ничего особенного. К счастью, в прикроватной тумбочке все еще хранился флакон со смазкой. — Не знаю, — ответил Зоро спустя некоторое время, — Я знаю, что несколько месяцев назад я начал смотреть на тебя по-другому. Мне вдруг захотелось все больше и больше твоего времени, мне захотелось поговорить или даже поругаться с тобой. Я искал оправдания, чтобы остаться с тобой и… и я начал врать Куине. — Итак… я «та девчонка», да? — Сказал Санджи и поморщился, — Хотя не думаю, что мне нравится это выражение. — Ненавижу его, — сказал Зоро, заставляя Санджи посмотреть на него, — А еще я ненавижу выходить из-под контроля и причинять ей боль. — Мы… можем прекратить все это, понимаешь? Просто остановись, и… ей даже не обязательно знать. — Можем ли мы? Действительно ли мы можем остановить это? — спросил Зоро. Санджи хотел сказать «да», хотел сказать ему, что они не должны причинять Куине вреда и что он желает им счастья, но слова застряли у него в горле. Эта ложь была слишком невыносима. Санджи перевернулся, и его голова опустилась на подушку рядом с Зоро. Одна из его рук почти бессознательно протянулась к основанию чужой шеи, а пальцы начали рассеянно бегать по коротким волосам Зоро. Тот вздохнул, не получив ответа, и закрыл глаза, увидев нежные пальцы в своих волосах. — Санджи… что мы здесь делаем? — То, чем мы занимались последние несколько месяцев, маримо, — ответил Санджи, — Мы изменяем твоей девушке. Неделю спустя наконец пришло время вечеринки по случаю дня рождения Зоро. Чтобы у них было немного времени все обдумать, Санджи и Зоро договорились не встречаться до этого времени, но через три дня после той ночи Зоро опоздал на последний поезд домой после работы и неохотно появился на пороге квартиры Санджи. Им потребовалось целых три секунды, чтобы ввалиться в квартиру Санджи, сбросить одежду и захлопнуть за собой дверь. В ту ночь они занимались любовью прямо на полу. Нервно Санджи возился с галстуком, глядя на улицу. Он стоял прямо перед домом Робин, и ему велели пойти и поприветствовать гостей после того, как он чуть не уничтожил одну из любимых ваз хозяйки квартиры… Нервозность сделала из него невероятно неуклюжего человека. А встреча с Куиной той ночью свела его с ума. Санджи чувствовал себя виноватым, настолько виноватым, что даже одна мысль о том, что ему нужно будет встретиться с ней и вести себя так, как будто ничего не произошло, заставила его желудок сжаться. И Зоро, и он, согласились, что так продолжаться не может. Они не хотели предавать Куину, причинять ей боль, но… они уже сделали это, и это терзало совесть Санджи. Он слышал истории о мужчинах, которые изменяли своим возлюбленным, и когда они оправдывались и говорили, что ничего не поделаешь, Санджи не хотел ничего, кроме как надрать их жалкие задницы. Всегда был выбор, и тот, который сделали Зоро и Санджи, в конечном счете навредил Куине. — Не расскажете мне, что Вас гложет, кок-сан? — внезапно спросила Робин, заставив Санджи подпрыгнуть и резко выдохнуть, образовав небольшой клуб дыма на холодном воздухе. — Робин-тян! Как бы мило ты ни выглядела в этом пальто и с такими покрасневшими щеками, тебе не следует здесь находиться, — сказал Санджи, улыбаясь своей самой нежной улыбкой, — Эта погода не подходит для такой милой дамы. Однако Робин это не смутило. — Кок-сан, кажется, я задала Вам вопрос. Вы скажете мне, что происходит, или мне следует строить догадки самостоятельно? Санджи попытался посмотреть на нее уверенным взглядом сверху вниз, но она выглядела слишком чарующе, поэтому он вздохнул и вместо этого опустил глаза. — В любом случае твоя догадка будет верной, как всегда. Это Куина. — Тогда я действительно права, — сказала Робин со своей пугающей улыбкой. — Единственный вопрос теперь в том, почему твои штанишки все еще на тебе. Образно. Ты нервничаешь, наконец-то встретившись с невестой своего лучшего друга, или есть что-то еще, что твоим друзьям следует знать? Было кое-что, что все в кругу друзей Санджи знали наизусть: всякий раз, когда Робин говорила с тобой как всезнающий терапевт, она и была всезнающим терапевтом. И на самом деле неплохим. — В последнее время ты много общалась с Фрэнки, не так ли? — спросил Санджи, щурясь. — И Зоро провел много ночей в твоей квартире. В этот момент Санджи изо всех сил старался взглянуть на Робин, но она снова была слишком красива для обид. — Итак, ты говорил о нас с Френки. Как насчет того, чтобы заключить сделку? — сказал Робин, очаровательно улыбаясь, — Вы рассказываете мне о своих отношениях, я освоих? Санджи внимательно посмотрел на нее, но затем решил, что отрицать что-либо в данный момент бесполезно. — Хорошо… хорошо. Как и заметил Фрэнки, мы с Зоро… больше не просто друзья. — Значит, вы уже…? Лицо Санджи покраснело, и он отчаянно надеялся, что это от холода и Робин ничего не заметит. — Да, мы это сделали. — Как интересно! И как это было? — Робин-тян! — воскликнул Санджи, его глаза расширились от ее нескрываемой радости. Посмеиваясь, Робин виновато посмотрел на него. — Извините, кок-сан. Мой интерес может показаться Вам немного бестактным, но я нахожу такое развитие событий восхитительным. — Правда? Но… Куина… Выражение лица девушки внезапно стало серьезным, Робин сказала: — Да, это действительно прискорбно, но… Я не могу не чувствовать себя счастливой, когда мои находят счастье друг в друге. — А мы? Я имею в виду, нашли счастье. — Ты не знаешь? — Я не уверен, — ответил Санджи, потирая холодные руки, — Между нами не было никаких громких признаний в любви или чего-то еще. Мы просто согласились, что между нами есть это… притяжение. — Но вы проводите много времени вместе, Санджи-сан. И вы дружите целую вечность, но любовь вы не учитываете? — Это сложно, — признал Санджи, — Если оставить в стороне тот факт, что мы оба мужчины, как мы можем знать, что наши чувства выходят за рамки дружбы? Где эта граница между дружбой и любовью? — Мне нелегко ответить, но я думаю, Вы поймете, когда преступите эту черту, кок-сан. Санджи посмотрел вниз и кивнул. — Может быть… ты и права, Робин-тян. А вы? Ну, вы с Фрэнки пересекли ее? Робин только ответила еще одной очаровательной улыбкой. Зоро и Куина прибыли примерно через пятнадцать минут, и, кроме того, что Санджи споткнулся на ровном месте, подавая закуски, ничего не могло бы рассказать о характере отношений Зоро и Санджи. Теперь они все сидели за обеденным столом, а торт Зоро гордо стоял посередине. Благодаря зеленому цвету и трем свечам, приклеенным к нему, торт напоминал самого Зоро. — Зоро не ожидал слишком многого, Санджи-сан, — сказала Куина, с улыбкой глядя на торт, — Вы действительно мастер своего дела. — Зоро это сказал? — спросил Санджи, нахмурившись и глядя на Зоро, который покраснел и избегал его взгляда. — О, да! Он постоянно жалуется на любую еду и сравнивает с твоей! Хорошо, что я не одна из тех обычных домохозяек, иначе перед свадьбой я была бы просто опустошена. Не думаю, что кто-то мог бы сравниться с тобой в готовке. — Это… довольно интересно. Зоро никогда не хвалит мою еду. — Куина просто преувеличивает. Не верь всему, что слышишь, чертов повар. Куина засмеялась и ткнула Зоро под ребра, от чего тот хмуро посмотрел на нее. — Не стесняйся, идиот. Нет ничего плохого в том, чтобы рассказать другу о своих чувствах. После этих слов последовала содержательная пауза, и, возможно, у Луффи сработал инстинкт, который заставил его закричать, насколько он голоден и что всем давно пора бы начать есть. Тем не менее, никто не упустил из виду изменившуюся атмосферу. Особенно Куина. После ужина все разбрелись по дому Робин. Кто-то слушал музыку и танцевал, другие просто болтали или наслаждались закусками от Санджи. Усопп, Луффи и Чоппер были заняты, разглядывая видеоигры, которые Робин купила и разместила у себя дома специально для них. Эта вещь определенно стоила вложений, учитывая, что ребята, как правило, портили гораздо меньше вещей Робин, когда были так заняты. Единственная вещь, о покупке которой Робин так долго сожалела, — это консоль Wii. Контроллер прилетал в ее телевизор не меньше трех раз. Куина наслаждалась болтовней Робин и Нами о работе. Особенно Робин было что рассказать, и поэтому дамы были поглощены разговорами о богатых мужчинах, попавших в сомнительные ситуации. — А потом ко мне подошел мистер Коутрайт и спросил, не собираюсь ли я завязать с ним роман, — сказала Робин, посмеиваясь над этим воспоминанием. — Мистер Коутрайт — директор музея, не так ли? — спросила Нами. — И? Ты согласилась? — Ну, я должна признать, что у него весьма блестящий ум и он не так уж плохо выглядит, но я… сейчас меня интересуют другие дела. — Правда?! И ты мне не сказала! — Надулась Нами, — И кто эти твои «дела»? Зоро ухмыльнулся, когда заметил Фрэнки, который сидел прямо за Робин и необычно затих в разговоре с Бруком. — Ну, пока это просто интерес. Настроение, если хотите. Не уверена, что из этого что-нибудь выйдет. — Любовь часто начинается с настроения, — вставила Куина, и естественность, с которой она говорила о любви, удивила Зоро. Он действительно никогда не замечал, чтобы она говорила о таких вещах… опять же, он не был девушкой, а девушки говорили друг с другом по-разному. — Итак, Зоро и ты тоже начали «по настроению»? — спросила Нами, и Куина нахмурилась. — Я… не слишком уверена. Наверное, раньше это была просто дружба. — Значит, вы не заметили, что пересекли черту? Не заметили, что что-то изменилось? — спросила Робин и ее глаза странно сверкнули. — Я правда не знаю, — ответила Куина, — Но это не так важно, не так ли? Самое главное, что это все-таки случилось, правда? — Если ты так думаешь, — ответила Робин, и что-то в ее голосе подсказало Зоро, что за ее вопросом скрывалось нечто большее, чем она показала. К тому же, он уже достаточно хорошо знал Робин, чтобы замечать подобные вещи. Куина перевела тему, чтобы расспросить Нами о ее личной жизни. Наевшись девичьими разговорами, Зоро решил передохнуть и вышел на балкон. По воле случая, Санджи сейчас стоял там, глядя на сад Робин, раскинувшийся перед ним во тьме, и курил сигарету. Зоро вздохнул и потер шею. Они намеренно избегали друг друга после разговора о кулинарных способностях Санджи. После этой показательной паузы ситуация стала слишком опасной, и поэтому они стали искать, чем бы заняться в разных частях дома. Однако Куина в данный момент была занята. Он все еще мог слышать ее голос и, если быть честным с самим собой, ему очень хотелось поговорить с Санджи. Просто разговор не повредит, не так ли? — Эй, повар, — сказал Зоро, и реакция Санджи была бы забавной, если бы не была такой грустной. Санджи вскрикнул, как кот, почти подпрыгнув и дернувшись настолько, что его сигарета с шипением упала в снег внизу. — Ты напугал меня до полусмерти, Маримо! — сказал Санджи, схватившись за сердце, и обернулся. — Не представлял тебя таким испуганным котом. — Забудь, ладно? Просто немного… нервничаю сегодня, наверное. Где… где она? — спросил Санджи, оглядываясь вокруг. — Куина? С девчонками. — Понятно… — сказал Санджи и снова обернулся. Стоять на холоде, ему казалось немного одиноко, и, почувствовав внезапное желание быть ближе, Зоро подошел к Санджи сзади, обнял его за талию и положил подбородок ему на плечо. Санджи сразу напрягся. — Зоро, что ты делаешь? — Обнимаю. — Я чувствую это, идиот. Но почему? Куина может прийти в любой момент. — Ты еще этого не сказал, — сказал Зоро, и сердце Санджи екнуло. Не сказал этого? Что он не сказал? Он же не мог иметь в виду… — «С днем рождения». Этого ты еще не сказал, — ответил Зоро на незаданный вопрос Санджи, и тот расслабился. — Ты такой идиот… — Ты так думаешь? Санджи вздохнул и сдался. В этом детском поведении определенно было что-то восхитительное. Подняв руку, Санджи провел рукой по волосам Зоро и улыбнулся, когда Зоро повернул голову еще ниже, чтобы обеспечить ему лучший доступ. Если бы Зоро еще замурчал, то картина была бы идеальной. Санджи усмехнулся. — С Днем Рождения, дерьмовый маримо. Желаю тебе удачного года. Довольная улыбка Зоро не сходила с его лица до конца вечера. Санджи потер горящие глаза, направляясь на кухню. Последние несколько дней Зоро не навещал его, и по какой-то причине Санджи это беспокоило. Настолько беспокойно, что он даже не мог нормально спать по ночам. Это не должно иметь большого значения… несмотря на ту ночь, когда Зоро на самом деле не жил с ним, у него была своя собственная жизнь. Но Санджи привык к их распорядку дня. Он уже привык к тому, что Зоро был рядом, когда тот поздно вечером приходил домой с работы и видел, как тот валялся диване. Он уже привык к этому глубокому голосу, к смеху, от которого мурашки по телу пробегали, и к тому, что он слышал его храп, который доносился до любого уголка в доме. Эти тихие звуки раньше успокаивали его, заставляли его тело расслабиться и успокоиться после долгого и тяжелого рабочего дня. А ещё Санджи скучал по массажу уставших ног, по уходу за ним, когда он приходил домой с царапинами и синяками, по… украденным поцелуям. Даже оскорбления он пропустил, и это был всего лишь еще один намек на вывод, к которому он пришел давным-давно: Санджи поступил плохо, очень плохо Фехтовальщик стал бесценной частью его жизни. Внезапно потерять эту часть было все равно, что потерять часть своей души, и все же Санджи не стал звать его. Казалось, он был слишком нуждающимся, не так ли? Даже прилипчивым? Санджи всегда утверждал, что его раздражает присутствие Зоро у него дома. Теперь он признавал, что скучает по времени, проведенному вместе, по прикосновениям… нет, он был слишком, чертовски горд для этого. Вздохнув, Санджи пошел приготовить себе чашку кофе, но понял, что у него закончились и зерна, и порошок. Отлично. Просто чертовски здорово. Только подумав, что вместо этого он может согласиться на чай, его телефон зазвонил так внезапно, что он уронил корзину с чайными пакетиками. Ворча, Санджи направился к телефону. Скорее всего, это Карне, он говорил, что им нужна его помощь в ресторане. Поскольку его старик в последнее время простужался и простужался из-за своего безрассудства. Поэтому Санджи так сильно удивился, услышав вместо этого прекрасный голос Нами. — Санджи-кун? О, слава богу, ты здесь! Слушай, что-то случилось. Это насчет Зоро… Санджи чувствовал, как его сердце бьется до самого горла, его пальцы сжимали динамик настолько сильно, что его костяшки пальцев побелели пока он слушал, что говорила Нами. Дрожащими руками Санджи повесил трубку после того, как она закончила объяснять, и бросился за своим пальто. Он проклял свою неудачу, когда понял, что машина все еще сломана с прошлого раза, когда он позволил Луффи сесть за руль, и вместо этого побежал на автобусную остановку. Мысли проносились в его голове. Санджи несколько раз пытался позвонить Зоро по мобильному телефону, но только выругался, когда никто не ответил. Он только надеялся, что фехтовальщик не сделает ничего глупого, пока он не окажется там. С трепетом Санджи открыл дверь в дом Зоро. Ключи он получил много лет назад, но никогда раньше ими не пользовался. Одним из условий Санджи было чтобы Зоро сделал дубликат для Санджи, но Зоро жил на окраине Токио, и у Санджи не было особой причины навещать его, когда сам Зоро так часто бывал у него дома. Густой воздух, смешанный с тяжелым запахом алкоголя, коснулся ноздрей Санджи, когда он толкнул дверь и, сморщив нос, прикрыл его рукавом. Медленно он прошел по темному коридору дома, страх охватил его. А сердце чуть не остановилось, когда он обнаружил Зоро лежащим на полу в гостиной, окруженным пустыми бутылками из-под сакэ и громко храпящим. Сердце Санджи пропустило удар при виде этого и постепенно успокоилось.