Под тенью Стокгольма

      Общество было потрясено новостью об её отважном спасении из злодейских рук Хищной Моли храбрыми героями. В интервью, данном уставшими, но счастливыми героями, они объяснили цель самого похищения — создания одной из самых опасных и сильнейших акум. В том же интервью они выразили своё восхищение её силой воли и сопротивлением злодею такое продолжительное время, закончив свою речь с пожеланием скорейшего выздоровления и обещанием присматривать за ней на случай если Хищная Моль решится провернуть подобный трюк снова, а также наставляя слушателей на внимательность и наблюдательность.       Маринетт вздохнула, прекрасно зная насколько все заинтересованные были далеки от правды. Во всём Париже только она и Хищная Моль знали правду об истинном значении её «спасения».       Предложив план с её акуматизированием, Маринетт немного удивилась, когда злодей не был склонен осуществлять его сразу. Он признался в своих опасениях, что в процессе они оба могут потерять контроль над собой, что могло вылиться в катастрофические последствия для них обоих. В ответ Маринетт привела аргумент, что никого не удивит её акуматизация особенно с учётом того, что все знали её как мрачную депрессивную девушку, а также заверение, что риск потери контроля был минимален.       Потратив ещё некоторое время на споры, ей всё же удалось убедить его в её плане. Но это повлекло за собой жестокие 5 дней всевозможных лишений и голодовки, ведь иначе у многих могли бы возникнуть вопросы к её весьма хорошему состоянию здоровья и тела. И ей было очень противно ощущать себя грязной, чувствовать запах и испытывать жестокий голод, особенно вспоминая самый первый договор, когда она согласилась отвечать правду на вопросы злодея в обмен на уже утраченные блага.       Маринетт не могла дождаться момента, когда её родители появятся, заберут и отвезут домой. Больница к этому моменту ей уже порядком наскучила, а полицейские, приставленные к её двери в качестве охраны не были особо болтливы и приятны в общении. Естественно, за этим скрывался её главный мотив желания поскорее оказаться дома, а именно ждущая в её комнате шкатулка с Камнем Павлина, которая должна была быть оставлена там Хищной Молью в когда-то давным-давно смастерённой коробкой-ловушкой.       Её мысли были прерваны громким треском почти сорванной с петель двери, в которую влетел её папа всей своей массой, следуемый истерически плачущей мамой, которая, едва увидев свою дочь, подлетела к ней и крепко обняла, проливая слёзы радости и облегчения на одеяло.       – Ох, Маринетт, мы так за тебя волновались! – выдавила из себя с трудом разбираемые слова Сабина. – Ты просто не можешь представить себе, как мы испугались, узнав что произошло с тобой! Маринетт, как мы счастливы, что ты вернулась к нам целой!       Том ничего не произнёс, но ему и не нужно было, ведь всё он донёс через свои монструозные объятия, едва не задушив Маринетт в процессе.       Видя её родителей такими радостными и счастливыми от её присутствия рядом с ними, в Маринетт вновь закопошился червячок сомнения по поводу того, что правильно ли она поступает. Но она быстро подавила данную мысль, надеясь, что больше никогда не будет спрашивать себя подобное.       Несколько часов спустя после споров с докторами и администрацией больницы (Том всё-таки выворотил несколько дверей с петель, пока спешил к ней, чему они были очень не рады), они наконец-то вернулись домой.       – Мы понимаем, что тебе может понадобиться уединение и спокойная обстановка, чтобы всё переварить, - нежно произнесла её мама, мягко поглаживая её голову. – Но мы всегда будем здесь, готовые выслушать и помочь тебе во всём.       – Спасибо, мама, папа, - произнесла Маринетт, медленно выпутываясь из их объятий. – Мне сейчас хотелось бы побыть одной у себя в комнате. Я хочу посмотреть на всё новым взглядом, вспомнить как это всё было.       – Не переживай, сладкая, - кивнул Том. – Но помни, что мы готовы выслушать тебя в любой момент.       Маринетт кивнула, после чего подбежала и обняла их обоих. Затем она направилась в свою комнату.       Комната за всё это время не изменилась. В ней царила чистота, которая, судя по всему, была достигнута стараниями мамы. Маринетт было сложно предположить, каково ей при этом приходилось, но это всё равно вызывало тёплый отклик в сердце.       Маринетт заперла дверь люка на замок, после чего тут же вскарабкалась на балкон, надеясь, что Хищная Моль выполнил свою часть плана.       И вот она, прямо под её шезлонгом, лежала простая маленькая коробочка, только и ждущая, чтобы её взяли в руки. Маринетт с улыбкой губами прошептала “спасибо”. Затем она забралась обратно к себе в комнату, закрывая за собой дверь на балкон на случай если кто-либо из героев внезапно решит навестить её с проверкой, после чего удобно уселась на кровать и открыла коробочку, являя виду Камень Чудес Павлина с приложенной к нему запиской.       В первую очередь Маринетт надела на себя брошь, краем глазам отмечая появление печальной Дуусу, и лишь затем открыла записку.       План всё ещё в силе. Через три недели начинай свою часть. Как связаться со мной ты знаешь. ХМ       – Через три недели всё кончится, Дуусу, Всего три недели — и этому кошмару настанет конец, - с улыбкой заверила квами Маринетт, которая в ответ лишь продолжала смотреть на неё с печалью в глазах и покачивая головой.       Маринетт выдохнула и легла на спину с небольшой улыбкой на губах.       Через три недели всё закончится, и то, что она сделала для этого, полностью окупится.

***

      Когда Алья в первый раз подняла тему Хранителя Камней Чудес, Тикки была крайне уклончивой в своих ответах и заверила, что переживать по этому поводу нет смысла. Но сейчас, три недели спустя спасения Маринетт, она чувствовала необходимость вновь поднять данную тему и надавить на квами.       В первые дни после спасения Хищная Моль был тих, но вскоре вернулся к своей излюбленной тактике ведения поединков. Но, как она и Кот подметили в последние дни, тот явно что-то затевал вновь, так как с момента появления последней акумы прошло уже несколько дней, что само по себе являлось сигналом, что он и Пау задумали что-то очень нехорошее.       Кстати, о Пау. В последнее время она как будто стала активнее в своих действиях, если её наблюдения были верны. Даже в те дни, когда Хищная Моль делал перерывы между атаками, Алья всё равно замечала иногда синий костюм, мелькающий в периферии её зрения, будь она у себя в комнате или же в образе героини. И то, что в эти же последние несколько дней её было не видно, являлось ещё одним тревожным звоночком.       Алья вздохнула, потирая очевидные для любого наблюдающего полные усталости глаза. Она переживала, что в этот раз не сможет выдержать груза ответственности и подвести Париж, ведь злодеи уже не раз находили уязвимости и пару раз даже почти достигли успеха, а намечающиеся проблемы намекали на то, что они нашли новую слабость.       – Алья-Алья-Алья! – Элла ворвалась в её мысли радостной трескотнёй.       – Ты ведь пойдёшь на День Героев? – присоединилась к своей сестре-близнецу Этта.       И, как же она забыла упомянуть, что сегодня мэр запланировал провести Парад в честь героев, назвав всё мероприятие Днём Героев, хотя она и Кот активно отговаривали его от проведения события, опасаясь действий со стороны злодеев.       – Нет, скорее всего, - качнула она головой. – Есть несколько предметов, по которым мне нужно наверстать упущенные часы, да и исправить несколько оценок тоже надо. Я бы с радостью пошла с вами, но мне надо поработать над исправлением своих оценок.       – Ого, ты наконец-то решила перестать носиться вокруг как сумасбродная, заливать всем уши насколько замечательный твой парень, и правильно расставлять приоритеты? Я впечатлена, - раздался смешок со стороны Норы.       – Очень смешно, Нора, а сама-то когда начала замечать реальный мир? – Алья знала, что эта ремарка всегда раздражала её сестру, поэтому не могла сдержать ухмылку, произнося это.       – Ах ты наглая, мелкая… – Нора перевела взгляд вниз на близняшек, которые активно притворялись, что ничего не слышат. – И почему быть самой старшей в семье является сложнейшей задачей из всех возможных?       Алья хихикнула в ответ, подхватывая сумку с пола и двигаясь в сторону двери:       – Увидимся позже! Рассчитываю услышать ваши впечатления от парада, когда вернусь! – Она позволила двери за собой захлопнуться, и лишь затем пробурчала себе под нос: – Чёртов парад и чёртов мэр. Как до него не дошло, что данный парад будет идеальной возможностью для Хищной Моли устроить масштабную атаку?       Тем не менее, ей всё равно надо было вернуться в школу. Она не лгала, когда упоминала про исправление оценок. Супергеройствование приходило с ценой кучи пропущенных занятий и пробелами в образовании, что означало множество несданных работ и тестов, которые она как раз собиралась исправлять. Поэтому, сосредоточившись на учёбе и выкинув из головы предстоящий праздник, она поспешила в коллеж.

***

      – Всё готово, Хищная Моль, - произнесла Пау в свой веер. – Начинаю по твоей команде.       – Отлично, - послышался ответ. – Я буду готов через пару минут.       – Принято, - Пау свернула веер и осмотрелась вокруг.       Лже-Маринетт сидела за столом и что-то рисовала в скетчбуке, пока они обе ожидали готовности злодея. Из того, что она видела, данный зарисовок выглядел весьма интригующе, заставляя Пау поставить зарубку у себя в голове посмотреть подробнее после того, как всё закончится.       – Ты помнишь свою роль? – спросила она у лже-Маринетт.       – Естественно, Пау, - отмахнулась та от неё. – Убедить маму и папу, что я в порядке. Если герои по какой-то причине решат заскочить сюда и задать мне вопросы — заверить их, что я сегодня не покидала дом ни разу, а последние несколько часов провела у себя в комнате, делая зарисовки своих идей и навёрстывая упущенные уроки.       – Извини, я просто на нервах и чувствую, как из меня прёт адреналин, - Пау встряхнула руками, пытаясь хоть как-то снять с себя напряжение, и чуть не подпрыгнула, почувствовав как завибрировал её веер. – Да?       – Мы готовы, - она услышала от злодея. – Приходи на обговорённое место, после чего следуем плану.       – Буду через три минуты, - она вновь закрыла свой веер и обернулась к сенти-Маринетт. – Пожелай мне удачи.       – Тебе она точно сегодня понадобится, - фыркнула сенти-Маринетт, возвращаясь к рисованию.

***

      Пау старалась передвигаться по крышам как можно скрытнее, опасаясь попадаться хоть кому-нибудь на глаза, но сегодня это было более выполнимо, так как большая часть жителей Парижа собиралась посетить парад, из-за чего они были сосредоточены в совершенно другом месте.       И, как она и обещала, через три минуты она приземлилась перед Хищной Молью, издавая при этом лёгкий фырк.       – Быстро управилась, - отметил он. – Позволь представить тебе Катализатор, - злодей указал на женщину в маске, похожий на шлем, в чьём костюме прослеживались сильные красные оттенки. – Она знает о плане и его деталях и будет следовать ему полностью. А теперь твой черёд.       – Помню, - отозвалась девушка, сбрасывая трансформацию. – Пожалуйста, только осторожнее. Полиция наверняка на нервах из-за парада, и кто-то может невольно нажать ну курок, увидев тебя.       – Что означает, что пули могут достать и тебя. Не переживай, мы не пострадаем, - кивнул он. – Ты готова?       – Пора начинать, - кивнула Маринетт в ответ, чувствуя, как ей начали связывать руки верёвкой.