Друг, которого так сложно отпустить

После слов Балдера Борг почувствовал себя неудобно и наконец обратился к Мари, отставляя в сторону пустую чашку, которую тут же убрала Пиксел.        — Прошу меня простить, мисс Бакер, но, думаю, вы меня поймёте. Стоит только появится какой-то мысли, и её уже невозможно выбросить из головы! Так я придумал большинство своих изобретений, в том числе — Пиксел.        Ниндроид безропотно кивнула, а Мари, до сих пор несколько озадаченная изменившимся ходом разговора, остановила на нынешнем самурае свой взгляд. Напряжение, сковавшее её разум, вдруг ослабило верёвки, и девушка почувствовала себя беспомощной. Она потеряла нить беседы только на последних фразах, но отыскать её было уже почти невозможно. И тогда, вытаскивая из глубин памяти обрывки пятиминутной давности, Мари рассматривала Пиксел — объект, который был прекрасен до невозможности, но именно из-за этого вызывал в девушке злость.        Невольно Мари вспомнились дни, когда Борг Индастриз только зародился. Перед её глазами возникла картина: никому не известный инвалид упёрто крутил руками колёса своей коляски, не боясь грязи, в которой мог оказаться в любой момент, стоит только замешкаться. Мать Мари, Асселина Бакер, тоже пока ещё ничем не примечательная, но такая же целеустремлённая учёная, даже не вышла помочь мужчине — наблюдала за ним, дожидаясь на пороге своего дома. Впрочем, люди их склада ума в жалости не нуждаются — изобретателем станет тот, кто не боится сложностей. Можно сказать, она оказала Боргу услугу, не обратив внимание на его слабость.        — Добрый день, мисс Бакер, — мужчина достал влажные салфетки, вытер руки и протянул правую для рукопожатия, — я очень благодарен, что вы согласились меня принять.        — Я, в свою очередь, очень рада, что вы решились спросить моё мнение о вашем проекте. Признаться, мне потребовалось много времени и сил, чтобы изучить нужные материалы.        Глаза Борга вдруг загорелись. Голос выдавал волнение:        — Вы хотите сказать, что…        — Как вы и просили, я раздобыла несколько чертежей маэстро Джульена.        Мари, тогда ещë школьница, наблюдала за ними издалека. Когда еë мать пригласила Борга в гостиную, она двинулась следом и затаилась за углом, чтобы подслушать дальнейший разговор.        — Устройство ниндзя льда весьма интересное, особенно его искусственный интеллект.        — А как же то, что по слухам он много лет жил как человек и даже не представлял, что он из металла?        — Это тоже своего рода чудо, и всë же, его «мозг» не даëт мне покоя. Вряд ли вы сможете запустить серийное производство таких роботов.        — Расскажите поподробнее, — попросил Борг, нервно закусив губу. Увидев Зейна по телевизору, он не смог забыть и непременно хотел создать что-то похожее, а может и что-то намного лучше.        — Я провела несколько экспериментов, попробовала собрать «нервную систему», которую описал Джульен и… — Асселина тяжело вздохнула, — даже сделав точь-в-точь, у меня не вышло создать «подобие человеческого разума».        — Значит, есть что-то ещё, не описанное в чертежах…        Казалось, в пору было расстроиться, но Борг, наоборот, приободрился.        — В таком случае, нам придётся произвести собственные исследования! — воскликнул он.        — Не спешите. Я не согласилась участвовать в этом. Да, я изучила всю необходимую информацию, и вот мой вердикт — вы не создадите ничего большего, чем ещё один Зейн.        — Но ведь всё с чего-то начинается? Повторим успех Джульена, а потом…        — А потом вы начнёте клонировать людей?! — вдруг сорвалась старшая Бакер, — вы хоть понимаете, какую угрозу несёт один этот ниндзя? А что будет, если их станет хотя бы двое?!        — Прошу не повышать на меня голос, — твёрдо ответил Борг. Он смело смотрел в глаза покрасневшей от гнева женщины. — Я не понимаю, о какой опасности вы говорите. Разве Зейн не герой-ниндзя, защитивший наш город не единожды?        — А вы уверены, что с его интеллектом можно только спасать?        — Речь совсем не об этом. Да и разве с живыми людьми не так же?        Асселина поняла, что теряет контроль над ситуацией, и пустила в ход угрозы.        — Сайрус, если вы не остановитесь… Нашему сотрудничеству придёт конец!        — И не подумаю. Я был уверен, что вы понимаете меня, но я ошибся. Вы не видите возможностей, которые несёт в себе устройство этого ниндроида. А ещё… Вы совершенно не знаете моих целей, но уже обозвали их злом. Благодарю вас за мнение, мне пора.        Может быть на Борга можно надавить силой и заставить что-то сделать, но если кто-то выступит против его идей, он не замедлит дать отпор. Отец Пиксел не пожалел ничего ради её «рождения» — возможно поэтому связь между ними с самого начала была так сильна.        Казалось бы, этот фрагмент из прошлого совсем не соотносился с ситуацией в настоящем, но это лишь на первый взгляд. Мари, которая долго недолюбливала Борга, вспомнив, насколько ужасной может быть её собственная мать, приняла решение воплотить идеи великого изобретателя во чтобы то ни стало, особенно теперь, когда с ним рядом сидел Балдер — человек, которого… Она не хотела отпускать.        Наконец девушка перевела взгляд с Пиксел на Борга.        — Прошу прощения, я отвлеклась немного.        — Ничего страшного, — изобретатель заметно приободрился, — мы просто говорили с вашим другом о возможности создания металлического тела для живого человека. Конечно, я считаю свою Пиксел «настоящей», но, возможно, я бы и сам согласился… Иметь ноги. Как представлю, чего бы мог достигнуть с обычной для всех людей способностью ходить…        — Отец, прошлый раз это не привело ни к чему хорошему. Тем более, дело совсем не в ногах, а в том, что ты хочешь тело, которому не нужно прерываться на сон. Между тем, даже нам с Зейном необходим отдых и сортировка визуальных, аудио и других файлов… В общем, подобие сна.        — Пиксел, ты… единственный родной мне человек. Ну хорошо, если ты этого не хочешь, я согласен. Но тогда подумай, скольким мы могли бы помочь, позволив хотя бы на время перемещать разум в «здоровое» тело?        — И мы могли бы избавиться от всех человеческих проблем навсегда? — вдруг спросила Мари, и Борг повернулся к ней. Даже Пиксел замерла на пару секунд.        — Что вы имеете ввиду…?        Мари посмотрела на Балдера. Тот сидел молча, явно ошарашенный её заявлением… Гален, про которого никто из присутствующих, казалось, не помнил, не поднимал головы, рассматривая пол.        Девушка вдруг почувствовала такой энтузиазм, какого у неё никогда раньше не было. Да, если всё сделать правильно, хотя бы одного человека она смогла бы спасти! От его противной матери, завистливых взглядов сокурсников… От всей душевной боли, которою ему довелось испытать. — Если бы стало больше людей, которые смогли бы оторваться от сковавшего их в биологическом смысле тела… Разве все не стали бы счастливее? А ещё, никто никогда не смог бы заявить «я родила тебя», ведь мы сами управляли бы своей жизнью! Никаких долгов, обид, ограничений! И не было бы никаких войн, а значит ниндзя совсем не нужны!        Девушка распалялась, но взгляд Борга почему-то мутнел. Должно быть виной тому была и Пиксел, стоявшая у него за спиной. Выслушав девушку до конца, изобретатель добродушно улыбнулся, но ответил резко:        — Простите, я поторопился.        Сайрус хотел изобретать — вот и всё. Он уже позабыл, что много лет назад… В его творениях существовала самая настоящая жизнь. Она не испытывала боли, только несла еë другим. Да, это был Оверлорд. И если таких как он станет хотя бы на одного больше… Ниндзяго придёт конец.        Конечно, человек не порождение вечной тьмы, но кто знает, что случится, стоит только лишить его страха и других эмоций? Во что превратится мир? Пускай в Зейне и Пиксел он ни капельки не сомневался, но вспоминать Криптора и Мистера Э/Ф было несколько неприятно. 50/50. Слишком большой риск. Кроме того… Они ведь говорят о том, чтобы превратить живого человека… В куклу.        Сайрус Борг стал старше и начал осознавать, о чём говорила ему, пусть и чересчур агрессивно, Асселина Бакер.        — В общем, идея очень интересная, и всё же требует больших затрат как финансовых, так и умственных. Мистер Шелдон, мистер Ларкинс… Вы превзошли мои ожидания, и я буду очень рад, если вы согласитесь работать в Борг Индастриз. Вы, мисс Бакер, тоже невероятно талантливы, и я хотел бы ещё когда-нибудь с вами всё обсудить. Вы не против?        Борг протянул ей руку, но Мари успела разочароваться снова… Ведь он сам слушал Балдера, потом сам хотел создать металлическое тело, зачем же решил её заткнуть? А ещё… Девушка прекрасно понимала, что Борг не возьмёт её в свою компанию по одной простой причине — не хочет конфликта с её матерью. В общем, всё снова упирается в то, что Мари чья-то дочь.        — Конечно, — безэмоционально сказала девушка, отвечая на рукопожатие.        Пиксел, тем временем, принесла какие-то бумаги — видимо договор, который должны будут подписать её друзья.        Вот и конец… Теперь они исчезнут из её будней. Попытка хоть как-то привязаться к Боргу потерпела крах, но кроме того, Сайрус ещё и заткнул её. Всё из-за матери.        Чувствуя, как к горлу подступает ком, Мари поднялась с кресла.        — Извините, мне нужно по делам. Было очень интересно, мистер Борг! — с этими словами она пошла к выходу, а Пиксел двинулась за ней, однако…        — Мисс Борг, могу я сам её проводить? — вмешался Балдер. Его голос заставил Мари замереть на месте.        — Не возражаю, — спокойно ответила Пиксел, прекрасно понимая причину такой просьбы.        Мари же осознавала, что ниндроид всё понимает, и это её бесило.        Когда дверь кабинета Борга наконец осталась позади, и они снова вошли в лифт, Мари почувствовала, как слёзы начинают собираться в её глазах. Перед ней стоял Балдер, тот самый друг, который когда-то смог вырвать её из одиночества, навязанного матерью… Девушке вдруг стало казаться, что она видит сквозь его тело, будто он уже исчезает из её реальности.        Она не хотела возвращаться обратно в «клетку». Ни за что.        — Мари, я знаю, что творится в твоей голове. Хочешь на зло Боргу собрать такого робота?        Его глаза смотрели на неё. И всё же они могли сконцентрироваться только на одной точке, поэтому взгляд бегал от одного глаза Мари к другому. А ещё вид такой серьёзный, будто он что-то понимает…        Девушка внезапно осознала, что смеётся. Да так, что чуть не согнулась пополам.        — Да, именно так! — заявила она, вытирая руками слёзы то ли горя, то ли счастья, — покажу ему, что это возможно! Создам то, что даже Величайший изобретатель всея Ниндзяго не создаст никогда!        — Тогда возьми меня в проект, я тоже очень хочу!        — Правда?        — Если честно, я сам не знаю пока, как мы будем здесь без тебя… Боюсь мне придётся много с тобой советоваться, а если ты увлечёшься личным проектом, то тебе отвечать будет некогда!        — То есть ты просто хочешь решить свои проблемы с помощью меня? — с недовольством, но скрытой за ним надеждой, спросила Мари.        Балдер, её друг… Нет, человек, которого она так любит, набрал в грудь воздуха.        В такие моменты ожидаешь признания или чего-то другого, главное, романтичного, однако этот парень вдруг заявил:        — Я просто хочу увидеть мир, который мы создадим своими руками! — он так насупился, что Мари уже перестала сдерживаться, — Эй, ты опять смеёшься? Смеёшься ведь! Не отворачивайся! Да, иногда я тоже могу звучать как Гал!        Мари чувствовала, как лифт медленно везёт их в низ, с небес на грешную землю, однако в этом не было ничего уничижительного. Они ещё молоды. Зачем им чужая башня, если у них достаточно сил построить свою?        «Да… Именно тогда мы заложили первый камень»