Храни их, Город правдивых и отчаянных

Новый год прошел. Старый закончился, как и две тетради Деклана с изученным материалом. – Я считаю, что зря вытащил именно этот билет, - унижено качал головой Деклан, прям смотря в тетрадку. – Ничего страшного. Тебе просто нужно немного практики, - Лу сидела напротив него и улыбалась. Ей не было смешно с ошибок юноши. А сам, когда он морщится, было умилительно. – Да и направление я не понимаю. – А почему «Философия»? – Буду учителем или преподавателем. – Ты такой стеснительный. Вряд ли. – Может я разработают ораторский искусство? – Может, конечно. Дом Лукреции был намного больше, чем у Деклана. Две сестры играли в гостиной. Деклан с девушкой сидели на кухне и решали задачи по философии. Но юноша все еще больше закрывался после каждого неверного ответа. Лу это заметила и, будто отвлекшись, поставила чайник. В дверь позвонили. Средняя сестра Лу – Миранда открыла. Послышались молодые мужские голоса. Такие неловкие и сладкие голоса. Девушка только краем глаза выглянула из кухни и ее лицо изменилось. – Что случилось?, - Лу соскочила со стула и лихорадочно рассматривала Виктора. Ангус отошёл от друга и только мельком взглянул на Деклана. О'Донован не сводил взгляд с них. Их лица были в синяках и ссадинах. Волосы Агнуса были небрежно срезаны. Около виска волос вовсе не было. Там была зашитая рана. Рука Виктора была сломана. Он закрывал второй рукой больную, но ему не удавалось. Оба парня были избиты физически и морально унижены. Моральное состояние их можно было заметить сразу. Они опускали глаза, будто стыдясь своего вида: побитых уличных собак. – Мы попали в засаду. На мосту Богсайд. Их было немного. С белыми повязками на плечах. И полиция. Они были там, но ничего не сделали. Смотрели как нас избивают. Я хотел сказать, что хорошо, что ты не отправилась с нами. Может случай тебя уберёг, - слова Виктора быстро перебегали на следующие. Лу сразу посадила гостей и начала за ними ухаживать. Деклану стало физический неприятно находится. Он слушал как парни свой рассказ сначала марша. И только одна мысль ему пришла. Он не успел ее поймать. Но она, как мелкая гайка, застряла. «Там же был Билли», - такая быстронесущаяся строка. Это насторожило, когда Агнус сказал про сильно пострадавших. – Они верно до сих пор в больнице. Сволочи. Они с таким ожесточением напали. Им приносило это удовольствие. – Мне нужно идти. Извините, - Деклан встал и, одним движением смахнув тетради в одну стопку, направился к выходу, - Надеюсь, на ваше быстро выздоровление. Парни поблагодарили. Лу был очень опечалена. Ее, действительно, случай уберёг. Неизвестно, что будет теперь дальше, если на мирную демонстрацию напали и избили. По пути к дому МакГи он купил газету в ней было уже сказано о нападении и специальный взгляд [взгляните в приложение 1]. «Мне, надо же. Может меня Бог уберёг от неверных решений и противных решений», - пришёптывал он про себя. Но его нервная дрожь начала бить ещё сильнее. Его брат мог пострадать. Он направлялся с оружием. И он мог им воспользоваться. Деклан только выдохнул. Ему хотелось только плакать. «Нет, нет. Не время для слез», - отрицая свое желание, он отряхнул куртку и зашагал быстрее. Это было только начало. Очень страшное начало.