квартетные истории

      — Нет! — блондинка мечется по комнате, не желая слушать ни единое слово от матери. — Ни за что! Только через мой труп!       — Ты можешь хоть немного помолчать и послушать, что тебе говорят, мерзкая девчонка? — женщина, что столь же вспыльчива, подобно дочери, не выдерживает. — Сядь и постарайся услышать, что тебе говорят.       — С какого перепуга я должна слушать о том, что ты меня замуж за какого-то мужика выдаёшь? — Кира взорваться готова о одного только упоминания о возможном браке. — Ты думаешь, я не способна самостоятельно управлять компанией, в которой столько лет работаю.       — То, что тебе перешло наследство, не означает, что ты готова им управлять, Кира, — крики в их доме слишком привычны после смерти старшего из Медведевых. — А ещё нам нужны наследники. Тебе почти тридцать и ты не вечная.       — Кому нам они нужны? — бокал с редкими каплями виски разбивается об пол. — Мне не надо с пелёнками таскаться как Золушке. Я строю карьеру и живу для себя.       — Да хоть сурогатную мать возьми и потом ребенка скинь на няню, но тебе нужен наследник этого бизнеса. Понятно? — мать те же действия повторяет, разбивая бокал собственный. — Ты выйдешь замуж и точка. Я всё решила, выбора у тебя нет.

***

      Кира сидит на неудобном стуле перед огромным зеркалом в окантовке из ярких ламп. Визажистка хлопочет над образом девушки, выводя по лицу узоры пушистыми кистями, что заставляет чихать постоянно. Медведева брови хмурит от этого, желая всё бросить, сбежать и привычно напиться в баре. Но пресса уже ожидает снаружи, ждёт начала церемонии, что ярким событием для общественности является. Как-никак владелица крупной IT-компании вступает в брак.       — Кирюх, ну это же просто брак по расчёту, — длинноволосая через трубочку потягивает шампанское из бокала, стоя рядом с подругой. — Кто тебе мешает продолжить жить также, как ты раньше жила?       — Да меня сама ситуация вымораживает, — отталкивает визажистку, что сразу с пониманием покидает комнату, и откидывается на спинку кресла. — Крис, я просто разменная монета. А я эту компанию за последние годы в разы подняла, понимаешь?       — Да знаю я всё, — вздыхает и алкоголь на небольшой стеклянный столик отставляет. Со спины плечи подруги оплетает поддерживающе и короткий чмок на платиновой макушке оставляет. — Надейся, что это какой-то дед, который со дня на день коньки отбросит.       — Наташа сказала, что это сын кого-то из партнеров отца, — ладони на руки чужие укладывает, чуть сжимая кожу. — После свадьбы их компания сольётся с нашей, это плюс. Но то, что этот избалованный мальчишка будет называть меня своей женой и тянуть ко мне свои мерзкие ручонки, просто убивает.       — Ты его знаешь? — Захарова всеми силами успокоить подругу старается. — Может первое впечатление обманчиво? Ну или, если все плохо, пойдём в бар и найдём тебе красоточку на первую брачную ночь.       — Лично не знаю, но они все такие, — зубы, кажется, готовы раскрошиться от одних только разговоров. — Напыщенные индюки, которые не видят ничего, кроме себя.       — Такие же, как ты? — смеётся со слов подруги и побеждённо руки вверх поднимает, замечая испепеляющий взгляд Медведевой. — Ну серьёзно. Тебя отличает только отсутствие избалованности. Больше чем уверена, что мать не познакомила вас заранее, чтобы ты киллера на него не заказала.       — Какого ты мнения обо мне, Захарова? — лицо светится наигранным возмущением, но обижаться на Кристину она просто не способна. Они прошли через слишком многое, чтобы ругаться из-за такого. — Не в моих правилах убивать сыновей партнеров.       — Кроме того случая? — улыбается хитро.       — Кроме того случая, — улыбается в ответ. — Эта мразь просто передознулась, ты же знаешь. Зато его поганые ручки больше не полезут под чужие юбки.       — Как скажешь, Кир, — вновь подхватывает пальцами бокал и наслаждается игристым, пока к двери направляется. — Девушка, возвращайтесь, надо закончить образ.       Визажистка с макияжем и причёской справляется быстро и из чехла достаёт изысканное платье по фигуре. Не без помощи подруги, Кира облачается в наряд и крутится перед зеркалом. “Ну хотя бы фоточки красивые будут”, — сама себя мысленно успокаивает. Когда в очередной раз поправляет подол, слышит, что дверь отворяется аккуратно.       — О, Владосик, ты тоже тут? — Кира улыбается, видя старого друга. — Наташа и тебя сюда позвала. Как Настя?       — Привет, дамы, — улыбается в ответ, но в глазах грусть виднеется. — Кир, вот сколько лет мы знакомы и ты так и не запомнила, что я терпеть не могу эту форму имени. Настя в порядке, с подругами на море улетела.       — Извиняюсь, мы тут на нервах все, — старого друга, с которым, кажется, всю жизнь знакома, обнимает и вновь к зеркалу возвращается. — Наташа этот цирк устроила с моим браком и даже не сказала, за кого меня выдаёт. Представляешь? Всё ради какой-то мнимой репутации и наследников, — последнее слово выделяет, пальцам показывая в воздухе кавычки. — А оно мне нахуй не надо, ты знаешь.       — Даже не сказала? — задумывается над чужими словами. — Понятно. Я пойду тогда, собирайся, — и за дверью скрывается.       — Странный он какой-то, — подаёт голос Кристина. — Обычно весёлый такой, а сегодня поникший.       — Ты тоже заметила? — пальцами в платиновые локоны скользит, поправляя причёску. — Может с Настей поссорились опять? Ладно, потом напишу ему, обсудим.

***

      Медведева с гордой осанкой вышагивает по дорожке, что устлана белыми лепестками роз, под прицелом сотен камер папарацци, что пригласила мать, жадная до популярности и денег. Кира же это терпеть не может. Она выдыхает, крепче сжимая пышный букет в татуированных пальцах, и вперед не смотрит на своего “жениха”. Взорваться боится и наговорить лишнего, отчего их компании отмываться ещё долго придётся.       Смотрит в пол, строя из себя невинную невесту, и напротив незнакомца встаёт, рассматривая чужие лакированные, начищенные до блеска, ботинки. Взглядом скользит выше по отглаженным брюкам, пиджаку в цвет, что украшен небольшой бутоньеркой, подходящей к букету невесты. Наконец решается взглянуть на лицо и сердце пропускает удар, когда Кира осознаёт, кто перед ней. Левский же на это улыбается со знакомой уже грустью в глазах.       — Владислав, согласны ли вы взять в жёны Киру? — пожилой мужчина, что регистратором на сегодня назначен, поворачивается к парню.       — Согласен, — нехотя произносит, наблюдая за непониманием в чужих глазах.       — А вы, Кира, согласны ли вы выйти замуж за Владислава? — теперь уже к девушке оборачивается.       — Согласна, — с комом в горле произносит.       — Теперь вы можете обменяться кольцами, — навстречу бежит маленькая девочка, которую Медведева видит впервые, с маленькой подушечкой, на которой устроены два платиновых кольца.       Дальнейшая церемония проходит как в тумане — молодожены принимают подарки от гостей и общаются с прессой, строят из себя примерную семью. Знали бы журналисты, что Влад и Кира просто хорошие актёры, что обводят их сегодня вокруг пальца. Через несколько часов, когда двор дома пустеет, Медведева наконец падает на мягкий диван гостиной и сбрасывает туфли на неудобной шпильке. Левский почти сразу садится напротив, без слов наблюдая за девушкой.       — Нет, и стоял-молчал, когда перед церемонией зашел, — наконец может выпустить внутреннее раздражение. — Как это вообще, блять, произошло.       — Ты думаешь мне это в кайф? — также, явно недовольный этой ситуацией, отвечает. — Из-за отца, который решил что этот брак — отличная бизнес-стратегия, я рассорился с Настей и теперь сижу здесь.       — Давай расставим все точки над и, — подаётся вперед. — Я на тебя не рассчитываю и жену примерную из себя строить не собираюсь. Но Наташа не слезет с меня, пока у меня не будет ребёнка.       — Я не смогу, — прямо в чужие глаза смотрит.       — Что не сможешь? В баночку подрочить? — тихо посмеивается. — Я не собираюсь ходить с животом, рожать и тем более трахаться с тобой. Ты мне как брат, я тебя с детства знаю.       — Тогда как? — будто искренне не понимает.       — Вот тебе реально будто пять лет, Влад, — забирается на сидение с ногами. — Сурогатное материнство. И звони Насте, пусть не обижается. У меня почти достроен дом в отдалении, будем жить шведской семьёй. Ты со своей дамой сердца, а я с красоточками на одну ночь. Может устроим вам закрытую церемонию, раз вам не суждено расписаться сейчас из-за этого недоразумения. Когда ситуация с компаниями устаканится, сможем развестись по договорённости.       — А что делать с прессой всё это время? — справледливым вопросом задаётся.       — Снимать трусы и бегать, — в своей манере отвечает, что вызывает тихий смешок. — Придётся ходить за ручку на различных мероприятиях, целоваться на потеху публике, но не более.       — Меня такой расклад устраивает, — выдыхает и на спинку дивана откидывается. — Главное, договориться с Настей.       — Вот и договаривайтесь, — со стола поднимает бокал с какой-то тёмной жидкостью. — Главное не миритесь у меня на глазах. Я этого не переживу и уведу твою даму.       — А это уже страшно, — смеётся, ведь за годы привык к чужому чувству юмора.