Волшебники, звери и прочие неприятности

      Отца Драко нашел именно там, где и предполагал — и был почти сбит с ног широкой, сияющей улыбкой, которой тот его приветствовал.       — Драко, мальчик мой! Ну наконец-то! – проговорил Люциус, заключая сына в объятия и одобрительно похлопывая по спине.       — Наконец-то что? — осторожно уточнил Драко, совершенно обескураженный столь теплым приемом.       — Наконец-то мы можем поздравить друг друга! Нам улыбнулась удача — уж это-то ты, я надеюсь, понимаешь?       — Ну, в какой-то мере…       — В какой-то мере?! Министр магии совершил убийство на глазах нашего домовика! Министр магии в наших руках!..       Кое-что прояснилось — и, признаться, мало его удивило. Чего-то подобного и стоило ожидать — если бы он взял на себя труд включить голову раньше.       — Отец, — вздохнул Драко, — вот скажи: зачем тебе министр магии?       — То есть как — зачем? — несказанно удивился Люциус. — Это же очевидно!       — Не совсем, — деликатно заметил Драко.       — Мы получим власть, влияние — все!..       — Боюсь тебя разочаровывать, папа, но я уже имел разговор с Бруствером на этот счет. И его реакция была однозначной: если ты или я попытаемся на него надавить, он готов признаться во всем и пойти под суд — но плясать под нашу дудку не станет.       — Чушь!..       — Да?.. — вкрадчиво осведомился Драко. — Ты забываешь, с кем мы имеем дело. Бруствер — верный пес Дамблдора…       — Который проглядел все, что творилось у него под самым носом! — презрительно фыркнул Люциус. – Которого обвел вокруг пальца жалкий идиот!..       — Что лишь означает, что теперь он будет в десять раз внимательнее. И, разумеется, после такого скандала, который разразился с Огденом, он не позволит себе и на дюйм изменить курс — иначе его закопают и без нашего участия. Бруствер действительно предпочтет Азкабан работе на Малфоев, увы. Это не блеф.       — Вот же чертов упрямец!.. — в сердцах воскликнул Люциус.       Драко не хотел даже задумываться о том, каких воздушных замков успел понастроить себе отец — зато отчетливо видел, как по ним сейчас ползут широкие, уродливые трещины — вот-вот рухнут. Туда им и дорога.       — Бруствер не станет плясать под нашу дудку, — повторил он. — Но я знаю, под чью станет.       В омрачившемся взгляде Люциуса вновь блеснул интерес.       — Гермиона Грейнджер, — осторожно пустил Драко пробный шар.       — Эта маггловка?! — возмутился он.       — Учитывая, что Огден основательно подпортил ей жизнь и репутацию, да еще чуть не убил, Бруствер чувствует перед ней вину — и сделает для неё то, чего никогда не станет делать ни для кого другого. Быть может, через несколько лет она станет следующим министром — поверь, она на это способна.       — А нам-то от этого какая польза?!       — Ну… — Драко улыбнулся. — Можно ведь сделать её одной из Малфоев. И тогда…       Он чутко всматривался в лицо отца в поисках малейших признаков готовой вот-вот разразиться грозы — но никаких предвестников не было. Нет, он задумался — задумался по-настоящему! А это уже почти победа.       — Осквернять род маггловской кровью? — наконец проронил он.       — Учитывая чистоту нашей крови, один союз с магглорожденной мало что изменит, — пожал плечами Драко. — Тем более, что только наши дети будут полукровками. Уже внуки вернут себе статус чистокровных.       — Насколько я знаю, у мисс Грейнджер есть некоторые проблемы с репутацией… — все еще задумчиво заметил Люциус.       — Полагаю, это ненадолго, учитывая, какую кампанию разворачивают в прессе в её поддержку. Ты ведь видел последние статьи. Завтра выйдет еще одна, прямо сейчас она беседует с Ритой Скитер.       Отец посмотрел на него долгим взглядом. Смотрел задумчиво, изучающе — так, будто видит его насквозь, и Драко почуствовал, как пол уходит у него из-под ног — неужели не получилось?! И вдруг… рассмеялся. Люциус Малфой смеялся чистым, искренним смехом, которого Драко не слышал уже много лет — и поначалу этот звук парализовал его.       — Отец?..       — Ну и мерзавца я вырастил! — не прекращая смеяться, выдавил Люциус. — Это же надо — так нагло пытаться обвести вокруг пальца собственного отца!..       В представлении Драко, «мерзавец» как-то не совсем вязался с веселым смехом. Или в устах отца это был комплимент?.. В таком случае стоит доиграть партию до конца. Хотя бы попытаться.       — Побойся Мерлина! Я тебе ни в одном слове не соврал!       — Ну да, — кивнул тот, утирая выступившие на глазах слезы, — Это особенно восхищает. Что ж, несмотря на то, что ты, как полный кретин, выбрал в жены грязнокровку — мог бы найти и кого получше, прямо скажем, — ты остаешься истинным Малфоем. Значит, не все потеряно.       — И ты не возражаешь? — осторожно уточнил Драко.       — Ну, в чем-то ты, безусловно, прав: любая чистокровная девушка привнесла бы еще одну достойную фамилию в историю нашего рода и чистокровного наследника, но и только, — признал Люциус, возвращаясь к серьезному тону. — А мисс Грейнджер, учитывая сложившуюся ситуацию, может принести власть и укрепление положения в обществе — что, согласись, в данный момент гораздо более актуально. Полукровка Малфой — это не так уж плохо в свете наметившихся тенденций, уж после этого нас вряд ли кто-то посмеет упрекнуть в следовании взглядам Темного Лорда… Так что лично я плюсов вижу больше, чем минусов. А если учесть, что мой собственный сын еще и влюблен в неё, как дурак…       — А это ты откуда знаешь?       — Если бы ты хотел просто переспать с девушкой — ты бы поселил у себя только её саму. Но раз уж ты пустил в свою квартиру её огромного, мерзкого, наглого кота — значит, это уже серьезно…       Драко с трудом сдержал нервный смешок. Отец сделал вывод по коту, в самом деле?!       — Ну и вряд ли ты бы стал тут распинаться, если бы это была просто минутная прихоть, — добавил он. — Ты в самом деле все продумал, взвесил плюсы и минусы, так что в серьезности твоих намерений у меня сомнений нет. Нарцисса в курсе?       — Теперь да, — усмехнулся Драко. — Я только что пил с ней чай.       — Значит, о деталях можно не беспокоиться — она все устроит наилучшим образом, — махнул рукой отец. — Только учти, если все так — ты должен…       — Разъехаться с ней, я знаю, — кивнул Драко. — Просто после пожара ей было негде жить.       — Будет очень хорошо, если о твоей неуместной доброте никто не узнает.       — Ну, я же не совсем идиот, отец, — с упреком заметил Драко.       — Отрадно слышать. Отрадно слышать… А что она?       – Ну, она ведь привела ко мне в квартиру своего кота...

***

      — Как все прошло?       — Кажется, неплохо, — пожала плечами Гермиона. — Но это ведь Рита Скитер. С ней никогда нельзя знать наверняка.       — Не беспокойся об этом, — усмехнулся Кингсли. — Я заблаговременно предупредил мисс Скитер, что тон её статей, когда она пишет о тебе, должен быть предельно учтивым — если, конечно, она не хочет оказаться в Азкабане за то, что является незарегистрированным анимагом.       — Так вы знаете? — удивилась она.       — Гермиона, — тяжело вздохнул он, — я понимаю, что в последние месяцы был последним слепцом и глупцом — не замечать того, что происходило у меня под самым носом, игнорировать все происшествия и списывать все на стечение обстоятельств!.. Но до того, как на меня свалилась вся эта ответственность, бюрократия и прочая чушь, я был аврором — и, смею заметить, довольно-таки неплохим. Рита даже пару раз помогала нам — подслушивала разговоры, следила за нужными людьми…       — Вот оно что…       — Я должен перед тобой извиниться, — продолжал Кингсли. — Ты ведь говорила мне о своих подозрениях — еще летом. А я отмахнулся, не придал значения. Тиберий был против твоего назначения и взял с меня слово, что я не стану вмешиваться и помогать — и я считал, что ты справишься сама, а «Пророк» со временем успокоится. Но мне и в голову не могло прийти, что в своем желании скомпрометировать тебя он зайдет так далеко. Я был слеп. И я прошу у тебя прощения — по моей вине, из-за моей слепоты ты чуть не погибла….       — Ну, если бы не вы, я бы точно погибла, — заметила Гермиона. — Так что, полагаю, мы квиты.       — Что ты имеешь в виду? — не понял он.       — Тот тотем, что вы подарили нам на свадьбу — помните? Именно он сдержал Адское пламя и дал мне время, чтобы уйти. Иначе я бы, наверное, даже проснуться не успела…       — Да ладно?! — неподдельно изумился господин министр.       — А что, он не должен был так сработать? — растерялась Гермиона.       — Да я, по правде говоря… — он почесал лысый затылок. — Это что-то вроде семейного секрета Брустверов — считается, что они отгоняют злых духов и вообще зло, защищают жилище, но мне всегда казалось, что у него не очень мощная магия. Скорее, что-то вроде отталкивающих чар для тех, кто хочет причинить тебе зло: они просто не войдут в твой дом, если он защищен тотемом: забудут, зачем шли, у них появятся другие дела, или что-то случится… Но мне и в голову не могло прийти, что он способен сдержать Адское пламя!..       — Ну, пламя-то Адское, — с улыбкой напомнила Гермиона, которой стало нехорошо при одной мысли о том, что тотем мог и не сработать — что он вовсе не должен был сработать!.. — В каком-то роде тоже злой дух. Видимо…       — Ну, может быть… В общем, я что хотел сказать: если после всего, что случилось, ты не хочешь работать со мной…       — Вы хотите, чтобы я уволилась?!       — Упаси Мерлин! Я хотел сказать, что подумываю об отставке. Не уверен, что достоин этого поста, раз допустил такое. Пресса может писать что угодно — но я-то знаю, что это мой провал и моя ошибка.       — Ну, я бы так не сказала, — подумав, ответила Гермиона. — В конце концов, это ведь работа отдела охраны магического правопорядка. Если бы они довели расследование, например, ситуации с мантикорой, до конца — мы бы узнали обо всем гораздо раньше. Я не считаю, что это только ваша вина, Кингсли. И, кроме того — теперь вы будете бдительны, и не позволите себе ошибиться снова. А ваш преемник? Он тоже будет совершать ошибки, набивать шишки — идеальных людей нет. И кто сказал, что его ошибки будут лучше ваших?       — Вообще я подумывал о том, чтобы моим преемником стала ты, — улыбнулся он.       Спятил?!       — Вы шутите?.. Какой из меня министр?!       — Ну не сейчас, разумеется, — поспешил успокоить её Бруствер. — Но, если ты в двадцать лет прекрасно справляешься со вторым по величине департаментом Министерства, то лет через десять кресло министра вполне будет тебе по плечу. Я так считаю.       Господь всемогущий, и этот туда же!.. А ведь Драко сегодня говорил о том же самом… Сговорились они, что ли?!       — Давайте не будем торопить события, — тактично уклонилась от ответа Гермиона. — Пока мне и текущих дел хватает. Кстати, о текущих делах: я собираюсь немного поссориться с гоблинами.       — Из-за зверей?       — Из-за денег. Меня смущают суммы в тех отчетах, что они предоставили нам в качестве обоснования долга, так что я хочу встретиться с их представителями лично и задать несколько вопросов. Заодно и зверей обсудить, разумеется.       — Вот как? Но ведь суммы проверял Мокридж, и бухгалтерия — он поручился, что там все верно…       — А еще Мокридж признался, что по просьбе Огдена подбросил гоблинам идею с мантикорой и горными троллями, — заметила Гермиона. — Так что у меня нет оснований ему доверять.       — И Мокридж тоже?.       У неё возникло ощущение, что Кингсли очень хотел схватиться за голову, но в последний момент сдержался, вспомнив о том, что министру это не пристало.       — Если ты сомневаешься в цифрах, я могу попросить Робардса повторно допросить Тикнесса — он, конечно, мало что помнит из-за того, что постоянно был под Империусом, но выборочно, мне кажется, мы можем проверить достоверность отчета.       — Это было бы здорово, — кивнула Гермиона. — А то у меня еще в подземельях их тролли сидят — надо определяться, отдать их гоблинам или пусть возвращаются к себе в горы…       — Мне кажется, если проконтролировать их доставку в Гринготтс, то можно и отдать. Тролли — неплохие охранники, и не такие опасные, как дракон…       — Ну не бесплатно же их отпускать, — улыбнулась Гермиона.       — И то верно, — с ответной улыбкой согласился с ней Бруствер.       Она вышла из его кабинета, впервые чувствуя тепло в груди и уверенность в том, что теперь все будет хорошо. Больше никто не станет строить ей козни, а значит, работа наконец войдет в спокойное и рутинное русло; у неё есть поддержка министра — наконец-то настоящая, и отличная команда, которой можно доверять.       Осталось разобраться с личным — и можно будет сказать, что в её жизни наконец-то наступил мир и покой.