Волшебники, звери и прочие неприятности

      — Странный какой-то вампир, — заметил Драко, едва за миссис Мак-как-там-её закрылась дверь. — Напал среди маггловского городка, зачем-то огрел её по голове, да еще не ночью, а всего лишь вечером. И почему она вообще жива осталась?       — Может, его спугнули? — предположил Гарри. — Ты прав, время было еще не позднее. Чизвик, конечно, довольно тихое место, но не совсем глухая деревня. Оглушил, затащил в проулок, собрался выпить — и тут кто-то появился…       — Ладно, — Драко сжал пальцами переносицу, пытаясь сосредоточиться. — Я попрошу Уординга прочесать маггловскую прессу — быть может, она не одна такая, и вампир давно охотится в том районе.       — А если он охотится прицельно на волшебников? Магглорожденных волшебников?       — Ну, вы бы знали — разве нет? — вскинул брови Драко. — Были бы заявления о пропажах, смертях… Этот случай первый?       — Первый, — кивнул Поттер.       — Сейчас мы все равно ничего не можем сделать, — вздохнул он. — Согласно чертовой директиве вампиры имеют право на охоту, если не привлекают внимания, грозящего нарушением Статута. А здесь он даже и сделать-то ничего не успел — даже если бы мы вдруг сумели его найти, предъявить нечего. Так еще попробуй найди…       — Короче, ты ничего делать не будешь? — подозрительно прищурился Поттер.       — Ну почему? Я же сказал — Уординг изучит прессу, если нападений больше, тогда будем решать. Пока рано делать выводы.       На этом Поттер был вынужден отцепиться. Драко по выражению его не блещущего интеллектом лица видел, что ему все это не нравится — так и он отнюдь не пребывал в восторге! Только кровососа в предместьях Лондона им не хватало. Но одно нападение — слишком слабая зацепка, а у него и без того хватало хлопот. С оборотнями, вроде, разобрались — но ведь оставались еще гоблины. И Мокридж…       Впрочем, Мокридж вполне мог подождать. Даже лучше — пусть немного расслабится, решит, что гроза прошла стороной — так будет проще. А пока… Драко взглянул на часы. До конца рабочего дня оставалось еще почти полтора часа. На то, чтобы зайти к Уордингу и попросить его поискать нужную информацию, ушло десять минут. Гермиона застряла со Скитер — а кроме неё, вряд ли он кому-то понадобится. Значит, можно навестить родителей — количество писем от матери, тон которых постепено менялся от вежливо-сдержанного к возмущенно-обеспокоенному, уже превысило все мыслимые пределы.       Этой встречи Драко одновременно хотел и боялся. С отцом все было проще — он знал, на каком языке с ним нужно разговаривать, чтобы склонить в нужую сторону. А вот мама… Маму, пожалуй, не возьмешь никакими аргументами. И это была проблема, если не сказать больше…       По пути в мэнор он напряженно раздумывал над тем, с кем поговорить в первую очередь: с отцом или матерью, и говорить ли вообще, однако выбирать ему не пришлось. Драко не успел пройти и десятка шагов от камина в холле, когда услышал знакомую легкую поступь и шуршание шелка на лестнице.       — Ну наконец-то ты соизволил вспомнить о существовании своей пожилой матери, — с упреком произнесла Нарцисса, заключая сына в объятия.       — С твоей стороны весьма нехарактерно напрашиваться на комплименты, мама, — усмехнулся в ответ Драко. — Ты прекрасно знаешь, что я не забываю о тебе ни на день. Просто были дела…       — Вот как? — она изогнула бровь. — И как же зовут эти дела, позволь поинтересоваться?       — Оборотни? — сделал он довольно жалкую попытку выкрутиться.       — Драко, — с упреком покачала головой Нарцисса и послала ему выразительный взгляд. Точь-в-точь такой, каким смотрела на него, когда он отчаянно врал, что не брал конфеты в буфете — а фантики предательски шуршали в карманах. — Вот уже три дня эльфы мэнора доставляют в твою квартиру еду на двоих — не считая сырого мяса для кота. И, насколько я могу припомнить, ты не сообщал мне о намерении завести домашнее животное. Так как?       — Её зовут Гермиона Грейнджер — впрочем, это ты, видимо, и сама знаешь, — вздохнул Драко.       — Пойдем-ка выпьем чаю, — тоном, не предусматривающим возражений, предложила мать.       Драко поплелся вслед за ней в Голубую гостиную — что еще оставалось? Насчет еды он, конечно, просчитался — стоило сразу сообразить, что домовики непременно доложат обо всем матери. Домовики… Драко похолодел. Он не запрещал Тави и Клаппу рассказывать кому-либо о том, что произошло той ночью — да и при всем желании не мог запретить: отец по-прежнему оставался их хозяином. Значит, он, скорее всего, в курсе произошедшего. И до сих пор ничего не предпринял?.. Или действует у него за спиной? Черт, это же надо было так облажаться!..       — Итак?.. — выжидательно приподняла брови Нарцисса.       Можно было сунуть в рот печенье, чтобы выиграть еще полминуты времени — но какой смысл? Ситуация за полминуты не изменится. Он мог бы сказать так много — и в то же время не хотел говорить ничего. Все, что произошло, принадлежало только ему и Гермионе — и его воротило от одной мысли, что сейчас кто-то начнет вскрывать и препарировать их отношения, которых толком и не было. Даже если это будет его собственная мать. Особенно, если это будет его собственная мать.       — Драко, послушай, — произнесла она, так и не дождавшись от него ни слова. — Я не хочу вмешиваться в твою личную жизнь — даже в том случае, если твои поступки кажутся мне недальновидными и безрассудными. Но мисс Грейнджер — это совершенно отдельная история. И тебе стоит держаться от неё подальше.       — Это еще почему? — прищурился Драко. — Потому что она — магглорожденная?       — Магглорожденная несостоявшаяся жена Уизли, — презрительно скривила губы Нарцисса. — Или подбирать чужие объедки для тебя вдруг стало приемлемым?       — Для начала, мама, я попросил бы тебя выбирать выражения, — вкрадчиво сказал Драко. — Я не считаю, что я или Гермиона должны перед кем-то оправдываться, но тебе — и только тебе — я скажу один раз: она ни с кем не была. Ни с Уизли, ни с кем-либо еще. Так что твои обвинения беспочвенны. А что касается маггловской крови… Я полагаю, кристальная чистота моей это как-нибудь выдержит — иначе кнат ей цена.       — Вот как, — мать смерила его пронзительным взглядом. — А тот факт, что она просто опасна для тебя, ты, конечно, не учитываешь?       — Это она-то опасна? — хмыкнул Драко, вспомнив смертоносные пять с половиной футов Грейнджер. Нет, при желании она могла, конечно, вселять ужас….       — Драко, — вздохнула Нарцисса. — Эта девушка притягивает неприятности. Ты уже забыл о том, как чуть не остался без ноги и потерял море крови? Потом эти ужасные ранения, с которыми Тави доставил тебя в Мунго… И это только то, о чем я знаю! А сколько ты скрываешь?       — Мам, ну это же не Гермиона меня ранила, правда? — возразил он. — Если бы не она, танива откусила бы мне не только ногу, но голову. Она спасла меня, и совершено неправильно обвинять её…       — А разве ты вообще оказался бы в том заливе, если бы не мисс Грейнджер?       Туше. Тут, конечно, не поспоришь…       — К моим ранам она не имеет ни малейшего отношения, — тем не менее упрямо ответил Драко.       — Милый, это не так уж важно. Эта девушка просто не в состоянии жить спокойной, нормальной жизнью. Она то ввязывается в войну, то грабит банки, то охотится за мантикорой, её дом горит…       — Мне кажется, ты упускаешь одну значительную деталь, — позволил себе перебить мать Драко. — Все это она делала вовсе не по своей воле. Её преследовал Огден, и об этом уже знает каждая собака в магической Британии — и это не говоря уже о том, что в войну она ввязалась лишь для того, чтобы отстоять свое право на существование. Гермиона не выбирала такую жизнь, и все случившееся — не её вина. Ты думаешь, ей очень нравится, когда за ней гоняются мантикоры?!       — Я думаю, что находиться рядом с ней — опасно для твоей жизни, — поджала губы Нарцисса. — А я не хочу потерять единственного сына из-за того, что его потянуло на острые ощущения.       — Мама, — он закатил глаза. — Ни одному человеку в мире не может хотеться таких ощущений, я тебя уверяю. И я не исключение. Но теперь все будет в порядке.       — Вот как? — задумчиво повторила она. — И как же ты намерен поступать дальше?       — Я намерен на ней жениться.       Сказал — будто нырнул в ледяную воду. Сейчас начнется….       — В таком случае не очень разумно с твоей стороны с ней сожительствовать, — ровным тоном заметила Нарцисса.       Драко ушам своим не поверил. Что — и это все?! Да не может быть! В этот чай, должно быть, что-то подмешали…       — Драко, — вздохнула она, безошибочно прочитав недоумение на его лице, — Я ведь твоя мать. И, позволь заметить, неплохо тебя знаю. И, кроме того, я уже видела — и этот взгляд, и эту решимость. Блэки чертовски упрямы — а ты все же наполовину Блэк. Если уж ты вбил себе что-то в голову… Я не хочу потерять тебя так же, как когда-то потеряла Андромеду.       Это было неожиданно. По правде сказать, он и думать забыл о том, что его родная тетка уже проделывала нечто подобное. И закончилось это для неё не то чтобы хорошо…       — Я не стану делать вид, что пребываю в восторге от твоего выбора, — продолжала Нарцисса. — Но, если ты настроен настолько серьезно, у меня есть два условия.       — И какие же? — настороженно спросил Драко.       — Первое — ты должен вести себя безупречно и соблюдать приличия. Я не желаю слышать разговоры у себя за спиной о том, что мой сын был вынужден жениться на… магглорожденной лишь потому, что скомпрометировал её, и ему пришлось заглаживать сделанное. Раз уж ты хочешь жениться — изволь сделать все как положено. И, разумеется, она должна немедленно покинуть твою квартиру, пока об этом не узнали.       — Я уже арендовал для неё другую, — кивнул Драко. — На её имя, не на свое. А второе?       — В конце следующей недели мы устраиваем небольшой званый ужин. Я пришлю ей приглашение — как особой гостье. Прежде, чем она станет Малфой, нужно ввести её в общество как должно, она должна стать достойной парой для тебя. Это в том числе означает, что ей понадобится постоянная компаньонка. Подумай об этом.       — Есть конкретные предложения? — вздохнул Драко. Вот только компаньонки им и не хватало…       — Я сочту одолжением, если вы уговорите Андромеду взять эту роль на себя, — холодно улыбнулась она.       Драко смотрел на мать во все глаза, не зная, что думать — возмущаться или восхищаться. Очевидно, она хочет примириться с сестрой, но знает, что просто так та на это не пойдет. Но неужто она думает, что Андромеда сделает это ради Грейнджер? Да она ведь ей никто!..       — Ты её племянник, — заметила Нарцисса. — Это может кое-что значить. И, кроме того, мисс Грейнджер ведь дружит с мистером Поттером, а мистер Поттер — крестный отец внука Дромеды. Так что…       Она слегка пожала плечами. Нет, это, конечно, кое-что упрощало, но все же…       — Ты правда считаешь, что Андромеда добровольно вернется в общество, которое её отвергло, лишь потому, что Поттер её об этом попросит? — скептически осведомился он. — И я сильно сомневаюсь, что он станет это делать, учитывая, что Белла своими руками…       — Если ты хочешь, чтобы твой выбор приняли — по-настоящему приняли, а не снисходительно терпели, стиснув зубы, примирение сестер Блэк станет отличным прецедентом. Андромеда — Блэк, и останется Блэк, несмотря ни на что. Если мы покажем, что осознали свою ошибку и раскаялись в ней, твой… союз с магглорожденной ни для кого не станет ни сюрпризом, ни поводом для сплетен. А если уж Андромеда сама введет её в общество… Это будет выглядеть совершенно иначе — подумай сам. И, полагаю, мистер Поттер тоже не захочет, чтобы его подруга стала парией и всю жизнь расплачивалась за сделанный выбор. Так пусть поможет.       — А ты сама не хочешь поговорить с сестрой? — поинтересовался Драко. — А не сваливать всю работу на других?       — Хочу, — кивнула Нарцисса. — Очень хочу. Но, боюсь, сейчас она и слушать меня не станет — и потому мне нужна помощь мистера Поттера. Если Дромеда согласится хотя бы встретиться со мной…       — Я тебя понял, — вздохнул он. — Посмотрю, что можно сделать.       Она слабо улыбнулась в ответ. Драко усмехнулся про себя — его отец, конечно, всегда мнил себя непревзойденным интриганом, но, если быть откровенным, до Нарциссы Блэк ему еще расти и расти. А ему — учиться и учиться…       — Боюсь, вынужден тебя оставить, мама, — извиняющимся тоном проговорил он. — Меня еще ждет разговор с отцом.       — Что ж, желаю удачи, — тонко улыбнулась мать. — Боюсь, она тебе понадобится.       Вот уж спасибо… Драко поднялся со стула, поцеловал её в щеку и направился к двери. Отец наверняка в кабинете — и лучше покончить со всем сразу, не откладывая.