Координаты: Икс-Игрек-Эпсилон-Тау-Альфа

Чонгук искренне не понимал, какого хрена его так тщательно обследуют перед каждым дежурством. Анализ крови, мочи, полная томография, проверка рефлексов – до прибытия на станцию все ограничивались лишь беглым осмотром и парой вопросов из разряда – как себя чувствуете? и что ели в последний прием пищи? Он здоров, он здоровее чем кто-либо, а с прибытием на “Камомиру” он вообще чувствует необычайный физический и внутренний подъем, в отличие от того же Чимина, на котором буквально лица нет последние сутки. И дежурства-то плевые, просто патрулировать пространство и отрабатывать маневры и перестроение, для него и его парней это ерунда. Банчан регулярно ноет, что ему тут скучно, а Чанбин так вообще говорил, что в следующий раз напишет программу для “Фалькона” и все время будет спать, пока истребитель сам будет выписывать фигуры. Одного взгляда командира звена было достаточно, чтобы парни не просто заткнулись, а от греха подальше свалили в спортзал выпускать накопившуюся энергию. Не хотят летать на истребителях, будут летать на звездюлях. Сообщение о чрезвычайной ситуации в ангаре застигло Чона в кабинете врача, и никакие увещевания о том, что, если это боевая тревога, то не важно, какое у него давление, не помогали. Видимо Чонгук все еще плохо говорит на общем языке. Либо врач был скорее занят пережевыванием энергобатончика, чем своим пациентом. Он бежал в ангар на пределе своих способностей, будто нутром чуя, что проблема именно с Чимином. Слишком уж он плохо выглядел, передавая смену крайний раз, а тут еще как назло магнитная буря, о которой все говорят. Но вбежав в ангар, все, что он увидел, это хвост собственного истребителя, выехавший из ворот прямо в открытый космос. - Какого хрена? – застрекотал он на на-варском языке, кидаясь с испуганному механику, который только хлопал глазами, беспомощно перебирал ногами в воздухе и пытался отцепить пальцы Чонгука от форменного кителя тонкими пальцами и пушистым хвостом. - Что ему надо? – пищал механик, беспомощно болтая ногами в воздухе и ища помощи у окружающих, – Я не понимаю! Он же не сожрет меня? Но видимо Чон слишком угрожающе выглядел в приступе ярости, потому что гуманоиды до этого бодро растаскивавшие стопперы и провода стояночной коммутации по местам и стойкам хранения, теперь за эти самые стойки и прятались. - Старший лейтенант Чон, отставить! – раздался на весь ангар зычный голос первого помощника. – Поставьте на место Чонина, он нам еще пригодится при буксировке “Кобры”, сомневаюсь, что вы знаете как пользоваться магнитной ловушкой. Чонгук нехотя опустил на пол хвостатого малявку, все еще недоверчиво косясь на него. Названный Чонином бедняга, раздраженно подергивая хвостом юркнул за спину первого помощника, опасливо выглядывая из-за его плеча. - Что случилось? Где Чимин? И кто улетел на моей “Кобре”? – четко выговаривая каждое слово спросил Чонгук. Джин облегченно выдохнул, незаметно задвигая любопытного механика подальше себе за спину. - Мы потеряли связь с бортом ДжейЭм-2 вне зоны захвата ловушкой, его звено в режиме ожидания в зоне непосредственной близости от станции и ждут приказа на проведение эвакуации. За штурвалом твоей “Кобры” сейчас достаточно опытный пилот. - Если на борту “Камомиру” есть опытные пилоты, то зачем прислали нас? – ухмыльнулся Чон, взглядом скользя от приборов навигации к панорамному визору в стене. - Ну, как-то странно было бы, если б пространство патрулировал командир станции, – пожал плечами Джин, все еще не понимая, нахрена Юнги полез в кабину, да еще и с прытью горного козла. - Командор Мин? – повернулся к нему Чонгук. - Пффф, в его времена полеты на симуляторах засчитывали в “налет”? - Чонгук! – осадил его подошедший Намджун, его явно выдернули из кровати – на щеке остался след от подушки, а волосы так и торчали в разные стороны, хоть тот и пытался пригладить их ладонью. - Командор Мин Юнги налетал столько, что тебе и не снилось, и был моим командиром в нескольких боевых конфликтах. - А, так это он тот самый айдол, на которого вы молиться готовы? – хмыкнул на-варец возвращаясь взглядом к экранам локаторов, где “Кобра” с кодовым именем Шуга-9 уже вышла за пределы действия ловушки и направлялась к медленно плывущей по экрану точке с кодовым именем ДжейЭм-2. - Чонгук! – вновь закричал Намджун. - Да уж, а я-то думал, что субординация — это единственная религия на На-варе. – прервал воспитательный момент струящийся шипящий голос. Вот только Ким Тэхена тут и не хватало, и он прямо чувствовал это, когда вместо столовой свернул-таки к летным ангарам, куда суетливо стекались сотрудники, разбуженные предупреждением о чрезвычайной ситуации. Все-таки шпионаж из крови так просто не выведешь – не алкоголь. А быть в центре событий и не привлекать внимания – одно из главных правил его профессии, но чертов на-варец одним своим видом превращал весь профессионализм и выдержку разведчика Империи в пустой звук нецензурного содержания. - Как я мог забыть, что змеи охотятся по ночам? – оскалился Чон. - Так, заткнулись оба! – не выдержал Сокджин, пресекая начинающуюся ссору на корню, пока они не перешли на свои языки. – У нас на станции чрезвычайная ситуация, и я не хочу еще одной в отсутствии командора. - Это возмутительно! – глубоко вздохнул Тэхен. – Я же… - Сейчас я – самое страшное существо на этой станции, потому что Юнги захотелось погеройствовать, и если захочу – введу военное положение и отправлю вас обоих разбирать оружейный склад! И поверьте мне, этого никто не делал с момента запуска “Камомиру”! Чонгук что-то прострекотал себе под нос, на что тут же получил в ответ волну возмущенно-сдавленного шипения от Кима. - И отставить любые языки кроме общего! – повысил голос Джин, сам удивляясь откуда у него такая прыть, видимо она приходит вместе со статусом или же сама должность пропиталась вредным духом Мина. Чонин теперь прятался уже от первого помощника за спиной Чонгука, все так же опасливо выглядывая из-за его плеча, Чон же чисто машинально, дабы успокоить расшалившиеся нервы, начал поглаживать мех, что так удачно оказался под ладонью. - Ты это аккуратнее, не сломай ему рабочий инструмент, – услышал издевательский раздражающий голос Чон, и начал гладить только яростнее. Механик уже без зазрения совести ластился хвостом к руке, совершенно забыв о том, как висел недавно над полом умоляя о пощаде. - Они хвостом чувствуют магнитные поля и таким образом видят на 360 градусов вокруг. Чонгук опустил взгляд сначала на хвост под своей ладонью, а затем повернулся в сторону низкорослого гуманоида, который, зажмурив глаза, задрал лицо вверх блаженно щурясь. - Извините, – буркнул старлей и оттолкнул чужую конечность. - Ничего страшного, мне даже приятно, не в том смысле, а в том, что будто затекшую ногу разминают, когда сам себе это не то…ой, и это не то…и я вообще…, пожалуй, лучше пойду!  – пропищал хвостатый и юркнул куда-то вглубь ангара. Как-то так странно получилось, а точнее кто-то недосмотрел, что эти двое вновь остались наедине друг с другом, в опасной близости от зарядных блоков и оружия. И Ким Тэхен уже даже открыл рот, чтобы низвергнуть очередную колкость, как его прервал голос командора, долетевший из канала связи. - Шуга-9 вызывает Камомиру-1. Отказ системы навигации. - Камомиру-1, командор, как это отказ? – опешил диспетчер. - Вот так вот, что из всех гребанных приборов, которыми напичкан этот истребитель, у меня остался только фонарь! - Юнги, этого не может быть, его готовили к дежурству, он был исправен! – вырвал микрофон у диспетчера Хосок. - Значит заодно подготовь всех, кто этим занимался, к внеурочным дежурствам и занесению в личное дело, – ворчал командор. Вот и какого спрашивается, дианийского черта, он, ветеран межгалактических войн, уважаемый человек, несущий ответственность за всю станцию, с прытью квисарианского спиралерогого козлонога прыгнул в кабину пилота при первой же тревоге. А ведь чуял здравый смысл, что как только появится, на чем летать, так появится и причина. Это же как с алкоголем, была бы бутылка, а повод найдется. И вот сейчас, сидя за штурвалом, настроенным не под него, в кресле на пару размеров больше, нажимая педали маневровых двигателей кончиками стоп, проклинал на чем свет стоит, весь свой упертый авантюризм и пытался оживить хоть один навигационный прибор, но все они лишь мигали настроечными таблицами, не выдавая ничего похожего хотя бы на условную линию горизонта или расстояние до ближайшего объекта. - Это еще что такое? – приоткрыл рот командор, глядя на невероятных размеров и цветов сияние, что заревом разливалось почти по всему просматриваемому пространству. - Юнги, что там такое? – нервничал в канал связи Хосок. – Двигатель отказал? - Не дождешься! -- выпалил Мин. - Тут …эмм…какое-то космическое явление. - Явление? – закудахтал Джин. – На что похоже, опиши. - Первый помощник, ты или по инструкции на связь выходи, или канал не засоряй. А вообще голову поверни – сам увидишь. В канале связи настала тишина такая тишина, что Юнги начал думать, что и этот прибор отказал. Какие же все-таки корыта списали на “Камомиру”! - Командор… – заторможено начал Чон Хосок. - Юнги, уходи оттуда! – верещал Джин. – Немедленно! - Не смейте бросать Чимина! – раздался третий голос с уже узнаваемым на-варским акцентом. - Чонгук, что ты себе позволяешь? – возмущался Намджун, видимо пытаясь отобрать микрофон у лейтенанта. - А ну, отдали микрофон диспетчеру! – пришлось что есть силы заорать Юнги, чтобы перекричать вакханалию, творившуюся в точке связи. В канале вновь образовалась тишина, но уже спустя пару мгновений раздался мягкий голос, который Мин никак не ожидал услышать в этот момент. - Камомиру-1 вызывает Шуга-9, – мурчал в трубку Тэхен. - Ты не диспетчер, – пробурчал командор, молясь тому, чтобы чертов на-варец что-нибудь ляпнул, и этот демон похоти с резиновыми суставами отстал от микрофона и Юнги в целом. - Если хочешь, чтобы твоя кислая физиономия и дальше внушала ужас этой станции, то нажми правую педальку и улетай оттуда, пока “Кобру” не расплющило. - Нет! - завопил наконец Чонгук, - Там же Чимин! Нельзя бросать офицеров звездного флота, если экстренная ситуация случилась в зоне видимости. Его же тоже расплющит. - Мне жаль твоего возлюбленного, но как думаешь, что подсказывает здравый смысл – какой-то там лейтенантик или командор целой станции? - Возлюбленного?! – ревом застрекотал Чон. – Тебе, змеюке, кто такую чушь сказал? - Командор. В наушниках раздался невнятный рокот, перемежающийся со стуком и скрежетом зубов. И отчего-то Юнги подумалось, что без того самого Чимина, ему на станцию лучше не заявляться, в честном бою у него против этой горы мышц нет и шанса, а нечестный он себе позволить не может – офицерская честь и все дела. Вот кто тебя за язык тянул, Тэхен? Подумаешь, намекнул ксарианцу про вероятные внеуставные отношения между лейтенантами, чтобы, если что, его совесть задушила, но не трепаться же об этом на каждом шагу! - Командор, ты летишь прямо в эпицентр сингулярной магнитной бури. В центре этого, как ты сказал, явления, гравитационная сила в сотни тысяч раз больше стандартной, у тебя или мозги расплавятся, или тебя просто разнесет, – захлебываясь тараторил Сокджин. - Разнесет тебя, если глюкозные капсулы не прекратишь таскать из моего кабинета. Как долго можно быть к центру без последствий для разума? - Ты уже опоздал, лет на тридцать, – буркнул Хосок. – При такой скорости у тебя еще минута примерно. - А где вторая “Кобра”? - В двадцать секундах правее, – опершись подбородком на ладонь Чон флегматично следил за точками на дисплее. У Хосока было такое чувство, что он один сейчас в ангаре был в своем уме, и при этом понимал, что никуда Юнги не полетит, пока не совершит очередной подвиг, тянущий на очередную ссылку еще дальше в анналы истории и аналы Империи. - Командор, ты учти, магнитная ловушка при таких Теслах не сработает, ты скорее взрыв устроишь или придашь себе ускорения к эпицентру. Юнги и сам понимал, что его единственный шанс — это прямая стыковка, но для этого надо было подлететь к днищу “Кобры” с ювелирной точностью и отключить маневровые на время, а учитывая весь этот магнитный перфоманс вокруг задачка не просто сложная, а, скажем так, невыполнимая. Но если умирать, так героем. В прошлый раз его сослали именно за прямую стыковку во время боя, ну что ж, судьба циклична, или как там говорят. - Курс 61-76-11, – заговорил, наконец, диспетчер, отобрав микрофон у высокопоставленных истеричек, – Шуга-9, поднимитесь на 2 единицы выше, вы в опасной близости от ДжейЭм-2. Как приняли? - Ему это и нужно, – чуть ли не зевая протянул Хоби, рядом с диспетчером. - Пойду за доктором схожу. - Думаете, Чимин ранен? – нервничал Чонгук. - Нет, командору нашему надо голову проверить. Этот псих собрался совершать прямую стыковку в условиях магнитнонестабильного пространства. В доках настала полная тишина, кажется даже “Фальконы”, заезжавшие в ворота замерли от этих слов, где-то на периферии раздался хруст падающей челюсти. - Но если…он ведь… совсем-совсем …ой! - пропищал Чонин и кажется грохнулся в обморок, не забыв подстелить под голову хвост. - Вот теперь точно доктора, – абсолютно спокойно сказал Тэхен, проследив взглядом траекторию падения механика. Юнги же в это время потел, пыхтел, боролся с головной болью, и уже думал руками маневровые педали нажимать, чтобы стало хоть чуточку удобнее. До стыковки остались считанные секунды, а стабилизировать горизонт не получалось – “Кобра” дрожала как Хосок при упоминании каменоломен. - Камомиру-1, Шуга-9, вы в защитном поле ДжэйЭм-2, отключите маневровые, или снизьте мощность до 10 процентов. Повторяю,… - Не повторяй, лучше скажи мне, сколько у нас до точки невозврата? – прохрипел Юнги, из последних сил наконец остановив машину в более-менее ровном положении прямо под техническим люком. Он выключил двигатели молясь, чтобы “Кобру” не тряхануло от происходящего вокруг. - Камомиру-1, Шуга-9, на приборах примерно 10 секунд. Но радар может быть искажен. - Шуга-9, Камомиру, приготовьтесь переключить на меня управление главным двигателем ДжейЭм-2, – командор потянулся к кнопкам на верхней панели. Если бы Юнги был верующим, он бы помолился, но все, во что он верил, это гравитация, протонные орудия и похмелье – они редко подводили его. Проводить просто прямую стыковку, это уже то еще совокупление, а стыковаться с неуправляемым истребителем в бреющем полете посреди магнитной бури, это сродни сексу с неизвестной расой – хрен его знает туда ли попадешь и не оторвет ли тебе что-нибудь от этого. Секунда… Крюк захвата, обвитый кабелями прямой коммутации, выходит из люка. Две секунды… Вот он уже у днища второй “Кобры”. Три секунды… Мин грязно ругается – он оказался немного ниже нужного порта. Четыре секунды… Педали все-таки приходится нажимать рукой, на свой страх и риск. Потому что ногами так плавно не получится. Пять секунд… Точка стыковки. Шесть секунд… Начинается коммутация, а диспетчер что-то там бормочет. Командор надеется, что не заупокойную. Семь секунд… Дисплей вторичного управления уходит в перезагрузку. В канале связи тишина. Юнги думает исповедоваться напоследок. Восемь секунд… В наушниках тихо воет Джин. Мин понимает, что двух секунд на его грехи не хватит, да и что такое грех он, собственно, и не знает, так слышал где-то. И думает, что неплохо было бы попрощаться. Дисплей наконец оживает. - Получилось! – всхлипывая визжит первый помощник. Юнги сам в первое мгновение не верит, что и на этот раз прокатило, сейчас конечно его никто не обстреливал по кругу, но декорации надо сказать тоже апокалиптические. Все пространство вокруг уже залито заревом зеленовато-розового сияния, и кажется, что в бездне космоса светло как днем. - Камомиру-1, мощность 70 на 100 прогрессивная, курс хер его знает какой, как приняли? И яркая точка на дисплее, наконец сдвигается и медленно ползет в сторону станции. - Везучий сукин сын, – улыбаясь шипит Тэхен. - Я надеюсь, ты сейчас не про Чимина, – угрожающе начинает Чонгук. Ким лишь закатил глаза, мало того, что с чувством юмора на На-варе явные проблемы, так они еще и фигур речи не понимают – дикари. - Успокойся, громила, я про командора. Нужно мне больно за твоим бойфрендом следить, – фыркнул разведчик. - Он мне не бойфренд! – вновь заводится Чон и уже даже поворачивается к Киму. — Мы с ним друзья и абсолютно свободны! - А мне-то эта информация зачем? – пожимает плечами ксарианец. – Мне абсолютно неинтересно. - А мне вот интересно, – раздалось откуда-то с пола, и лучшие враги синхронно опустили голову вниз, где, опершись на сцепленные ладони и игриво помахивая хвостом, лежал тот самый механик. - Ой, смотри, у тебя фанаты появились, – издевается Тэхен. Чонгуку остается только рыкнуть, ну, действительно не обижать же эту милую крошку. Он, правда, больше похож на домашнего питомца, чем на полноценного гражданина Империи, но уж лучше хвост и милая улыбка, чем змеиное шипение и острый язык. Малыш совсем безобидный и пугливый. А Чонин времени зря не терял, и воспользовавшись моментом, уже вовсю гладил хвостом коленки лейтенанта, подбираясь к ладоням. - Шуга-9, Камомиру-1, выведи мне на мониторы физические параметры пилота ДжейЭм-2. Он там вообще живой? – заговорил Мин, когда они почти миновали космическое световое шоу. - Камомиру-1, Шуга-9, результаты сканирования у вас, сэр. - Так, что тут у нас – кровь, сахар, пульс, микротоки мозга…— бормотал под нос командор, пробегаясь взглядом по строчкам. - Он что, блять, спит?! - Фэр, ефли пошволите, он ф фофтоянии г’убокой фомы, – неожиданно забормотал наушник знакомым голосом штатного медика. - Шуга-9, Камомиру-1, кто там поадекватнее, дайте Джисону что-нибудь пожевать потверже или несите циркулярную пилу. Я нихрена не понял. - Не нафо пиву! – заверещал тот самый Джисон. — О, фпафиво. Сеанс связи прервался скрежетом металла и звуком дробления чего-то крайне крепкого, вместе с этим Юнги прям чувствовал скрежет собственных зубов и дробление своих крайне крепких невров. Джисон определенно был талантливым медиком и гуманатомом, но, как и 90% населения станции имел странности, обусловленные собственным ДНК. Хан Джисон был представителем очень забавной расы, у них росли зубы, постоянно, без перерыва, крепкие такие, белые, металл можно перекусывать. Ну, собственно металлом он периодически и перекусывал, когда не успевал поесть в нужное время, а это вторая особенность – он круглосуточно что-то жевал, чтобы успеть сточить отрастающие резцы. Пропустил прием пищи и все, считай потерян для общества, потому что ни слова от саблезубого врача понять было невозможно. Вас наверняка заинтересует, как он в дверь пролезал, учитывая гигантское количество калорий, потребляемое в течение дневного цикла, а очень просто – метаболизм на уровне скорости света и температура тела чуть ниже пятидесяти по Цельсию, его можно было в открытый космос голышом запускать – не замерзнет, единственное, что костная чешуя отрасти может, но это мелочи, пару дней линьки и снова более-менее похож на человека. - Так вот, сэр, – проглотив пережеванное начал медик, — пилот, судя по показателям, в состоянии глубокой комы. - Час от часу не легче! – бурчал Мин, подруливая маневровыми и уворачиваясь от кучки космического мусора, притянутой магнитной вакханалией позади него. Движки работали на пределе, но скорость все равно была далека от рабочей, он будто взлетал в атмосфере Икана с его густым воздухом и повышенной гравитацией. Помощи от Чимина ждать не приходилось, не окочурился бы пока летят. - Я распорядился подготовить адаптокамеры для вас и для лейтенанта Пака, после такой дозы излучения, чтобы нивелировать последствия вам необходимо провести в режиме дезактивации не меньше двух циклов. - Какие еще нахрен последствия? – тяжко вздохнул командор и начал снижать мощность двигателей, готовясь к отстыковке. - Учитывая вашу расу, – вновь начал жевать Хан, – И возраст. - Не хами. - Никак нет, сэр, но вы же понимаете, что вам уже не 20 лет. - Не хами! - В общем последствия могут разными, от сердечной недостаточности и недомогания в течение нескольких дней до облысения и импотенции. Где-то рядом с микрофоном хрюкнул от смеха главный механик, он явно подавился шуточкой, что Юнги выберет импотенцию, просто потому что уже забыл, как некоторыми функциями в организме пользоваться. - Шуга-9, Камомиру-1, Хосок, прекращай уже ржать, и принимайте посылку, – вздохнул командор, отсоединяя крюк, которым удерживался истребитель ДжейЭм-2. На площадке кожей ощущалась нервозность на уровне паники. Большая часть персонала последний раз швартовала тяжелый истребитель в док без участия пилота еще в Академии, и сейчас просто со стеклянными глазами следила за звездолетом, плавно заходящим в ворота. Надо отметить, что Чонин, в данными момент, стоявший у пульта манипулятора, был на вид очень спокоен, истинное его состояние выдавала лишь шерсть на хвосте, стоявшая дыбом.  Юнги, уже успевший загнать “птичку” самостоятельно, выпрыгнул из кабины, на ходу снимая жилет стабилизации нагрузок, который кстати тоже был ему не по размеру, судя по тому, что нижние ремни болтались чуть ли не на коленках. Чонгук, игнорируя абсолютно любые приличия и субординацию, пролетел мимо него ураганом и кинулся осматривать свою “Кобру” на предмет повреждений. И командор не мог его винить, сам бы так же поступил. - Командор Мин, ваш поступок достоин героя… – начал было с придыханием Намджун. - Майор Ким, – устало протянул Мин, скидывая ему в руки стабжилет, – стой прямо, пожалуйста. - Есть, сэр, – отчеканил офицер и вытянулся по струнке, остановившись как вкопанный. Сам же командор поспешил ко второй “Кобре”, с которой только-только сняли защитное поле, и установили стояночные подпорки. Возле уж столпились медики, механики, пилоты его звена и вездесущий Ким Тэхён. - А ну разошлись все, – рявкнул Мин и толпа, немного посуетившись, отошла на два шага назад. Вся. Включая медиков. Как так получилось, что в момент аварийного открытия кабины Юнги оказался ближе всех, только Вселенная знает. Как у него хватило реакции и сил поймать упавшего с высоты пилота на руки – тоже вопрос к ней. И еще, не мешало бы у нее спросить, почему в момент, когда Юнги чуть присел под тяжестью прилетевшей ноши, во всем ангаре настала кромешная тьма, разбавляемая только блеклым светом далекого зарева магнитной бури и сиянием от самого лейтенанта Пака. - Что за хрень? – удивился Юнги, с нескрываемым удивлением глядя, как светится холодным голубовато-сиреневым светом затылок пилота. Сияние мелко пульсировало и уходило куда-то под воротник формы. Мин попытался извернуться и, не уронив Пака, лейтенант, несмотря на тщедушный внешний вид, весил-то нормально, освободить руку, чтобы повернуть тому голову. Но стоило командору только коснуться холодными пальцами затылка, как свет в помещении вновь включился яркой вспышкой, разбив несколько ламп, и запуская мерзкий тонкий писк приборов. - Что за хрень? – повторил Мин, оглядывая находящихся вокруг. Хосок лежал в отключке, Джин держался за голову тихо подвывая, Намджун продолжал стоять на месте, кажется потерявшись во времени и пространстве и нежно укачивая стабжилет в своих руках, один из пилотов звена Чимина, всеми своими четырьмя зрачками смотрел в разные стороны совершенно расфокусированным взглядом, пока Феликс обнимал его руками и ногами и наматывал его волосы на пальцы, нашептывая что-то на своем змеином. А бедный Чонин на авансцене этого шапито, открыв рот в немом крике ужаса смотрел на свой хвост, в который вцепился зубами тот самый медик. - Ой, простите, он просто так вкусно пах! – потупив взгляд выплюнул мех Джисон, и принялся рукавом вытирать с чужой конечности следы преступления. Но самое ужасное было в углу. Около стойки шасси. Там, верхом на лейтентанте Чон Чонгуке, лежащем на полу, восседал в полнейшем шоке Ким, чтоб его, Тэхён, и судя по опухшим влажным губам обоих они явно не морды друг другу били. Разведчик глупо хлопал глазами и в неверии смотрел на собственные ладони, которые еще мгновение назад сжимали форму на груди пилота, а тот, в свою очередь старался, как можно аккуратнее и незаметнее отлепить свои пальцы от филейной части тела ксарианца. - Нам всем конец… — выдохнул Юнги.