Старая шкатулка

***

- Генри, тебе не кажется, что этот Легион неправильный? - Константин медленно шёл рядом с британцем, изредка поглядывая по сторонам, надеясь, что их никто не увидит. - I agree with you. But I can't figure out what it looks like... - Виндзор на секунду задумался, а после продолжил. - As far as I remember, this happened in Europe many centuries ago. During the plague epidemic. - Это странно... - Заметив, что они уже подошли к кабинету русского, Соколов поспешил открыть дверь, впуская дорогого друга внутрь. - Если бы это была новая пандемия, то французы были бы просто заражены болячкой, но они покалечены. - I know. Because of this, the situation is becoming more and more confusing. Мужчина уселся на небольшой диванчик, который часто становился кроватью для Советов. Не долго думая, Союз сел рядышком и аккуратно взял королевство за руку. На это действие послышался тихий смешок, к следом довольная улыбка. Забыв об их натянутых политических отношениях, Великобритания облокотился на Константина и обнял того. - Ты всегда такой хмурый... Можешь расслабиться хотя бы рядом со мной? - Зелёные глаза ласково смотрели на мужчину, а тонкие губы растянулись в добродушной улыбке. - Я постараюсь. - Соколов слабо улыбнулся, внутри себя умиляясь небольшому акценту в речи. - США сильно изматывает тебя. Хочешь, я попытаюсь чуть ослабить его давление в твою сторону? - Не стоит, это принесёт вред и тебе. - На миг, в голубых глазах промелькнуло что-то похожее на страх, от чего Генри заметно напрягся. - I can handle it, don't worry. - I hope so. - Опустив голову на плечо Союза, мужчина прикрыл глаза, вслушиваясь в его сердцебиение.

***

- Отто, чёрт тебя дери! Живо говори, что это вообще такое - Легион? - Не выдержав отнекиваний сына, Романов сорвался, заставляя мужчину остановить машину. - Я не хочу рассказывать, пока не буду уверен, что это именно оно. - Повернувшись назад, немец встретился с жутким взглядом русского и недовольной мордашкой его собственной собаки. - Как ты его то на свою сторону переметнул? - Сыночек мой, либо ты отвечаешь на мой вопрос, либо я буду устраивать то, о чём ты будешь много раз жалеть. - Тихое похрустывание шеи заставило империю нервно сглотнуть и отвести взгляд. - Хорошо-хорошо, я скажу, только не смотри на меня так... - Гогенцоллерн завёл автомобиль и вернулся на дорогу, продолжая свой путь. - Я слушаю тебя. - Подождав какое-то время, русский вновь задал вопрос. - Легион - это название воплощения мировой войны. Я видел его в живую лишь во время первой мировой, некоторым посчастливилось увидеть это дважды. - Слова давались тяжело, будто неподъёмный груз, что лежит на шее и перекрывает трахеи. - У войн тоже есть воплощения? - Да, но оно отличается от воплощения стран. - Сделав пару вдохов, Отто наконец-то продолжил говорить. - У каждой войны есть своё лицо, но страны не всегда встречаются с ними, я бы даже сказал, что очень редко. Но они выглядели как искалеченные люди, не более... - А Легион? Как он выглядит? - Руслан мягко коснулся плеча сына, пытаясь хоть чуть-чуть успокоить его. - Оно отвратительно. Я встретился с Легионом только под конец войны и, пожалуй, это было самое отвратительное, что я когда-либо видел. Полностью искажённое лицо от боевых снарядов, химических ожогов и огня. Его тело было покрыто выстрелами, а в некоторых местах будто бы таяло. Руки и ноги были искривлены и находились не на тех местах. С каждым словом страх становился всё сильнее заметен, а белки глаз начали темнеть, становясь абсолютно чёрными. Романову казалось, что тот выдавливал и выпинывал из себя всё, что помнил о первой мировой. Её уродливый и отвратительный лик, глаза, в которых была видна лишь смерть. А этот голос. Скрежетащий, писклявый, из-за чего её визги разрывали барабанную перепонку. Всю оставшуюся дорогу они провели в тишине. Немец изредка поглядывал в зеркало заднего вида, потихоньку возвращая своим глазам привычное состояние. Руслан же переваривал информацию, надеясь на то что его сын всё же ошибся и это было что-то другое. Спустя минут десять, машина подъехала к большому, прямоугольному зданию. Оно походило на больницу, что было частично правдой. Всё правое крыло было занято под операционные, палаты, процедурные и массу других врачебных кабинетов. Девушка, которая помогала распределить всех пришедших, быстро подбежала к вошедшим и указала им дорогу в левое крыло. Быстро кивнув, Гогенцоллерн направился к лестнице. На третьем этаже было на удивление тихо. Видимо, им посчастливилось быть одними из первых, кто попал на этот этаж. Не долго думая, Руслан начал рассматривать таблички, что были приклеены к дверям. На них были указаны названия стран, что сильно упрощало поиски нужной комнаты. Отто быстренько пробежался глазами по списку и потащил отца налево, сразу же пробегаясь по номерам комнат. Было ощущение, что тот уже знал дорогу, будто бы каждый день здесь находится. Рука мужчины резко дёрнула ручку, распахивая дверь. В небольшой комнате находилось несколько стран, в числе которых был и младший Романов. Увидев брата, сердце сразу успокоилось, наконец-то давая Руслану спокойно вздохнуть. - Коля, ты в порядке? Где ты был всю ночь? - Старший аккуратно ухватился за плечи брата, притягивая его к себе по ближе. - Всё хорошо, не волнуйся. - Затащив старшего в крепкие объятия, юноша тихо вздохнул. - Единственная проблема - это твоё долгое отсутствие. - Я узнал обо всём только пару часов назад, и то, только благодаря тому, что Отто быстро меня нашёл. - Слава богу, я уже начал переживать. - Я тоже, Коль. А то проснулся, всё сделал, а моего младшенького и след простыл. - Услышав тихий смех от всех присутствующих, Руслан улыбнулся, до конца успокаивая своё тревожное сердце.