Старая шкатулка

***

Ранним утром, пока француз и немец спали, братья поспешили на улицу. Они хотели побыстрее добраться до церкви, чтобы позже не задерживать остальных. У Коли, как и вчера, не было ни настроения, ни желания, что либо делать. Но, почему-то, в душе теплилась мысль, что ему может стать легче, если он посетит храм Божий. Время близилось к семи, от чего на улицах почти не было людей. Это радовало братьев. Но, вспоминая прошлый опыт, старший Романов всё же посматривал по сторонам, надеясь вновь не напороться на острый взгляд. Прогулявшись так около двадцати минут, они, наконец-то, заметили небольшие, золотистые купола. Подойдя ближе, глазам предстало красивое здание, гордо возвышающееся над мирскими хлопотами. Будто войдя в эти белоснежные двери, можно забыть обо всём, что тревожило сердце и душу. Голубые глаза не могли оторваться от этой красоты, но время поджимало, о чём напомнил Руслан. Одна из дверей была уже открыта, позволяя каждому посетить божию обитель. Но, пока, в ней было так пустынно, лишь иконы, обрамлённые в злато, наполняли каменные стены жизнью. На миг, перед глазами предстала странная картина, но никто из братьев не успел её осмотреть. - Доброе утро. Парни встрепенулись и обернулись. За их спинами стоял мужчина средних лет, на голову ниже них. Хотя, было бы удивительно, если бы они встретили кого-то, кто будет под два метра ростом, как и они. Как поняли Романовы, это был батюшка. Его взгляд казался добрым, а улыбка заставляла улыбнуться в ответ. - Здравствуйте. - Уголки губ Руслана потянулись вверх, а взгляд стал чуть мягче. - Доброе утро. - Николай, будто зачарованный, осматривал священника, словно тот был ожившей статуей. - Батюшка, простите нас, если мы говорим что-то не так. Наши родители атеисты, но наша бабушка верующая и благодаря ей мы тоже хотим стать таковыми. - Подвешенный язык старшего сразу же начал подкидывать полуправду. - Да и последние события в наших жизнях тоже подталкивают нас к вере. - Я понимаю, дети мои. Пойдёмте за мной. - Мужчина начал идти в сторону иконостаса. - Руслан, я не очень понимаю. И ты и я знаем молитвы и как молиться. По крайней мере, наши знания об этом уже вернулись. - Увидев кивок, младший продолжил. - Так зачем ты наплёл эту чушь батюшке? - Коль, мы с тобой знаем как молятся по старинке. Если мы сделаем здесь то же самое, в лучшем случае, нам подскажут как нужно, в худшем, нас могут заподозрить в неладном. Проще говоря, за любую ошибку мы можем заплатить и по-крупному. Так что, лучше перестраховаться. - Голос империи был тихим и ровным, а главное, успокаивающим для Николая. Голубые глаза на миг закрылись, обдумывая слова брата. Конечно, тот мог ошибаться, но лучше и вправду перестраховаться. Хотя, младшего теперь волновал другой вопрос: в какой момент он не заметил, что Руслан начал становиться похожим на РИ? Или, это всего лишь его последние тревожные дни, что выбили его из колеи? Коля не знал. Он, в последнее время, мало что хотел знать и старался полагаться на холодный разум брата. - Коль, я подожду тебя здесь. - На миг, в голубых глазах появилась капля страха, но она сразу же испарилась, как на лице старшего появилась успокаивающая улыбка. - Не волнуйся, я не убегу. Тебе же стоит выговориться хотя бы здесь, раз ты не хочешь нагружать ни Карла, ни меня. Не стоит всё держать в себе. Кивнув, Николай стал медленно отдаляться от брата, подходя всё ближе к священнослужителю. Находясь в паре шагов от него, сердце заколотилось, готовое бежать со всех ног. Непонятный страх сковал его, не позволяя двинуться дальше. Атмосфера стала давить, а горло словно сжали, вновь доламывая и без того покалеченную душу. - Что гложет тебя, сын мой? - Повернувшись лицом к напуганному парню, мужчина начал медленно говорить. - Много чего... - С трудом сделав вдох, Романов прикрыл лицо ладонями, пытаясь хоть чуть-чуть успокоить себя. - Не бойся, здесь тебя никто не осудит. - Батюшка аккуратно взял руки империи и на миг сжал их, снова отпуская. - Вчера... Вчера убили мою дочь, и я не знаю что мне делать, как пережить это. А знание того, что та же участь может настигнуть и моего младшего сына... Я просто не понимаю, не знаю что я должен сделать, чтобы не допустить этого. Не понимаю... - Император на одном дыхании проговорил эти строки, от чего лицо скривилось. - Пусть эта невинная душа покоится с миром. - Священник перекрестился и вернул своё внимание на напуганного и запутавшегося парня. - Дитя, Бог услышит твои слова и направит. Ничего не бойся. В конце, нас всех заберут и неважно, как это произойдёт: медленно или же спонтанно. Но знай, у каждой души есть свой срок и каждая проживает отведённое. - Мужчина положил свою руку на спину парня и начал понемногу подталкивать его ближе к иконостасу. - Иногда, люди уходят так неожиданно, что даже не успеваешь понять этого. - Но я не хочу их терять... Не хочу, чтобы мои милые дети уходили из-за прихоти какого-то безумца. Не хочу стоять у их могил, осознавая то, насколько страшно им было в тот миг, когда нож был у самого горла... - Небеса, что прятались в радужке глаз, стали темнее, позволяя слезам показать себя. - Человеческие жизни такие хрупкие... От чего удержать их почти невозможно. - Карие глаза батюшки наполнились сочувствием, будто бы перед ним стоит его собственный сын, запутавшийся в вервиях этого мира. - Нам приходиться отпускать и идти дальше. Такова наша жизнь. Главное, самому оставаться человеком и не забывать усопших. Все чувства в миг застыли и улеглись на дно. Слова священника проникли в самое сердце, помогая сделать новый вдох. Императору даже показалось, что гора переживаний покинула его, оставляя лишь неясную пустоту. Но это продолжалось недолго. За секунду волна эмоций и мыслей нахлынула на разум, разбивая что-то внутри Николая. Лишь аккуратная рука батюшки смогла вывести его из этого транса. Мужчина сложил ладони вместе, предлагая прочесть молитву. Юноша хотел было сказать, что не знает слов, но сразу услышал начало от батюшки. Закрыв глаза и сложив ладони, Романов бесшумно двигал губами, вторя словами священника. Казалось, что каждое слово, что было произнесено, давало душе всё больше надежды, успокаивало, даря умиротворение. Вся печаль ушла. Ушло и горе, что жило в сердце молодого тела и старой души. Будто бы краски, что стали серыми, вновь обрели яркость и цвет, возвращая привычный мир. Возвращая покой души. - Спасибо вам. - Как только священник закончил читать молитву, Коля поблагодарил его. - Мне стало намного легче. - Я рад этому. - Мужчина коротко улыбнулся и повернулся в сторону Руслана. - Вам пора, не так ли? - Да, нам пора. - Вторя словам батюшки, Коля начал медленно идти. - До свидания, батюшка. - Постойте. - Священник аккуратно обогнул братьев и подошёл к небольшому прилавку. Это был церковный магазинчик, где можно было купить свечи, иконы, православную литературу и много чего ещё. Мужчина аккуратно достал два небольших мешочка и зашагал к Романовым. Оказавшись в метре от них, мужчина протянул мешочки, позволяя братьям рассмотреть подарок. Внутри оказались два крестика с цепочкой. По словам батюшки, их уже освещали. - Благодарю вас, батюшка. - Руслан учтиво склонил голову. - Могу ли я узнать цену, которую я должен отдать за них? - Пусть это будет небольшой подарок от меня. - Священник вновь улыбнулся, начиная медленно идти в сторону выхода из церкви. - Но если вы хотите поддержать наш храм, то я буду очень признателен. Увидев, что руки батюшки опустились на деревянный короб, с щелью для купюр, оба брата улыбнулись. Взяв пару купюр, они сбросили их в ящик и, попрощавшись, покинули церковь. Покидая святую землю, Романовы были в хорошем расположении духа. Коля наконец-то смог чуть улыбнуться, опуская тяжёлый груз с сердца. А Руслан... Руслан смог вспомнить, почему людям так нужна вера. И хоть для него эта прогулка таковой и останется, то для его младшего брата она станет по-настоящему особенной. - Давай поспешим. Возможно, успеем даже до того, как эти двоя проснутся. - Старший довольно улыбнулся, беря брата за руку. - Да, давай поспешим. - Подарив ответную улыбку, парень ускорился, за считанные минуты скрываясь за ближайшими домами.