В поисках сокровищ

      Я толкнула дверь локтем, потому что трогать руками что-либо, пока ты находишься в нелегальном хосписе чревато неизлечимыми заболеваниями, увидела, кого чуть не сшибла, и мне тут же захотелось обратно, к чахоточным и смертникам, потому что их компания вдруг показалась невероятно приятной.       — Нэтта! — воскликнула Шира.       — Как ты меня нашла? — спросила я и прошла мимо, будто и не к ней обратилась.       — Как ты от меня не спряталась? — спросила она в ответ и увязалась за мной.       — Я думала, вы на острове, — призналась я и про себя чертыхнулась. Нельзя быть такой неосмотрительной.       — Чисто технически, мы и сейчас на острове.       Я прошла по кромке ямы, в центре которой вчера валялась отрубленная рука и кивнула:       — Ага, райское местечко.       — Здесь не так уж плохо, — пробормотала Шира, и тут же слева от нас из пивной выбросило какого-то пьяницу, он выблевал на асфальт остатки своей печени и обессиленный упал следом прямо в лужу, которую сам же создал. — Может, не конкретно здесь, но…       — Да что ты? Здесь просто офигенно! Сейшелам до Васьки как Плутону до планеты!       Я подошла к лестнице неказистого двухэтажного здания, которое напоминало барак, хотя стояло тут уже не один десяток лет, ударила по второй ступеньке, и та отвалилась. Эту ступеньку в нашей среде было принято перепрыгивать, но Шира-то об этом не в курсе, еще наступила бы, ногу сломала, тащи ее потом до ближайшей подпольной травмы, чтобы ей там на ранку плюнули и подорожник сверху прилепили, и это в лучшем случае.       — Ты что — злишься?       — Злюсь? Я?       Я усмехнулась и со всей силы дернула дверь, которая только казалась непрочной, но на самом деле была пуленепробиваемой, защита — единственное, на что обитающий здесь контингент действительно готов тратить деньги.       — Да как же я могу злиться на людей, которые кинули меня посреди Тихого океана и сбежали тусить на пляж?       Я стремительно пронеслась мимо первых пяти дверей, вежливо кивнула Кэт и Мэри, которые вяло путанили, прислонившись к обшарпанной стенке, и остановилась у входа в «Страну сахарной феи».       — Во-первых, мы скрывались…       — Ага, от холода и несчастий.       Я зашла внутрь, и у меня аж на сердце полегчало, когда я увидела стеллажи с разновидными сладостями. Мир так быстро меняется — не удивлюсь, если однажды приду, а на полках вместо леденцов будут лежать члены или баночки с детским питанием, рассмеюсь, но не удивлюсь.       — А во-вторых, мы думали, что ты погибла!       — Очень удобная отмазка. Сама ей часто пользуюсь, когда не хочу, чтобы меня мучила совесть.       — Она у тебя есть?       На этот выпад я ничего не ответила, лишь бросила на собеседницу уничижительный взгляд, а затем мило улыбнулась продавщице.       — Двести девяносто семь грамм гейских мармеладок, пожалуйста.       Девушка кивнула и ушла в подсобку.       — Гейские конфеты? — спросила Шира.       — Гейские не в смысле — меняют ориентацию или че-то типа того, просто радужные. Лучшие на районе, — добавила я и улыбнулась. — Представляешь, они конкурс проводили. Вы вечно пропускаете все самое интересное — конкурсы, мои похороны.       — У тебя были похороны?       — Не знаю. Возможно. Я же живая, поэтому не пришла. Хотя я бы не пришла в любом случае, а у вас какое оправдание?       — Мы… — Шира хотела что-то сказать, но вернулась продавщица, и она замолчала.       — Пожалуйста, — сказала девушка, протянув мне пакет, перевязанный голубой лентой, — ваш заказ.       — Благодарю, — ответила я, вытащила из нагрудного кармана пачку денег и, отсчитав семь купюр, кинула их на стол.       — Они что — из золота? — спросила Шира, когда мы вышли на относительно свежий воздух и встали у фонарного столба.       — Лучшие в городе, я ж говорила.       — Чем чаще ты повторяешь ложь, тем убедительнее она становится, и тем меньше я тебе верю.       — Ой, да верь ты кому хочешь и во что хочешь.       — Ты опять взялась за старое?.. — спросила она и, конечно, попала в точку.       Боже, иногда эта пресловутая миндальная связь просто бесит.       — Не смей смотреть на меня осуждающе, — сказала я и хмыкнула. — О мертвых либо хорошо, либо ничего, не так ли?       — Либо ничего плохого, во-первых, а во-вторых, сколько раз нам еще надо извиниться, чтобы ты забыла об этом?       — Во-первых, я никогда и ничего не забываю!.. кроме дней рождений и всей школьной программы. Во-вторых, за такое можно извиняться бесконечное количество раз, а в-третьих — вы еще ни разу не извинились! И вообще, с какого хрена я обращаюсь к тебе на вы? Где Енот?       Шира взглянула на наручные часы.       — Уже должна возвращаться домой с одним любопытным дневником и… картой.       — Аааа… — Я ухмыльнулась и оперлась о фонарный столб. — Я вам нужна.       — Разве когда-то было иначе?       — Если бы ты спросила об этом года три назад, я бы… а нет, даже тогда вы предпочитали делать все, что угодно, лишь бы наперекор мне.       — Мы летели на чертовой бомбе!       — И я знала, как ее обезвредить!       — Откуда? Из ТикТока?!       — Какая… из Ютуба, но не важно, откуда ты получил информацию, главное, как ты ей воспользуешься. То, что я… Интернет не только для мемов придумали!       — Ты смотри при Енот такое не ляпни… и легко рассуждать, когда ты находишься в безопасности на другой стороне Земли!       — Я… — так захотелось сказать, сколько раз я висела над пропастью, в том числе и в прямом смысле и по их вине, но если мы углубимся в воспоминания, это займет уйму времени, а мне во вторник надо быть дома — очень важные и срочные дела… по телевизору в двадцать один ноль ноль, а так… да. — Я могла ее обезвредить. Я знаю это. Все, что от вас требовалось — это капелька доверия.       — Мы доверяем тебе сейчас.       Я фыркнула.       — Мы знаем, что ты можешь просто пойти и сдать нас нашим «старым добрым друзьям».       — Вас потопить и самой потонуть? Я бы с удовольствием, но через неделю выходит «Век сексиста», новый сезон, не хочу пропустить.       Мы недолго помолчали. О чем думала она, не знаю, а я вот размышляла над тем, какая у меня разнообразная и насыщенная жизнь.       — Так ты нам поможешь? — спросила Шира, поежившись. Сквозняки по Линиям всегда гуляли знатные, пробирающие до костей       — Не знаю, — сказала я.       — Если надумаешь, буду ждать тебя завтра в девять у Вокзала.       Я закатила глаза.       — Могли бы и новую квартирку подыскать.       — Как только дашь мне пару лишних миллионов обязательно этим займусь, — сказала Шира и, развернувшись, хотела было уйти, но остановилась.       — Мы бы очень хотели, чтобы ты присоединилась к нам в этом приключении.       Я хмыкнула.       — Конечно. Потому что без меня это будет не приключение, а легкая прогулка.       Она улыбнулась и пошла вдоль по улице в сторону метро.       Я дождалась, пока она скроется за поворотом, подошла к урне и бросила туда пакет с «конфетами». У меня, наконец-то, появились планы поинтереснее.