Избранная семья

Май 2026-го

      – Почему салфетки не жёлтые? Они должны быть жёлтыми. – Кристофер придирчиво изучает стол в гостиной, который Эван с Тарой вместе сервировали к приходу гостьи.       Бакли переглядывается со старшим Диазом, а затем смотрит на подростка:       – Крис, всё идеально, приятель. Белые салфетки ничем не хуже. – Эван легко улыбается, пытаясь унять беспокойство сына.       – Она любит жёлтый цвет. – Кристофер раздражённо фыркает и поднимает взгляд на родителей.       – Так. Ладно, слушай. – Эдди подходит к сыну, беря его за плечи. – Я уверен, что Кейтлин абсолютно всё равно, какого цвета будут салфетки на столе.       – Вы сами хотели с ней познакомиться, а теперь даже не можете сделать так, чтобы всё было идеально. Зачем вообще вам нужно знакомиться? Вы знаете её, знаете, как она выглядит. Разве этого не достаточно?       Никто из родителей не реагирует на вспыльчивость подростка, продолжая вести себя как ни в чём не бывало.       – Она будет твоей "+1" на нашей свадьбе. – Эдди чуть пожимает плечами.       – Как будто вы лично знаете всех "+1" своих гостей. – Кристофер вздыхает и переводит взгляд с Эдди на второго родителя.       – И вы встречаетесь какое-то время. – Эван подходит к ним, игнорируя замечание сына. – Хотелось бы узнать её получше, приятель.       – Вы могли бы познакомиться с ней получше и на свадьбе.       – Крис. – Бак покачивает головой.       – Да понял я, понял.       – А хочешь, я надену жёлтое платье, если ей нравится жёлтый? – Тара, всё это время сидящая молча на стуле, обращается к брату.       Кристофер поворачивается к сестре и смотрит на неё:       – Не надо. Ты уже выбрала, что надеть. И тебе очень идёт. – Он кивает на неё, имея в виду платье, что уже на ней.       Эван с Эдди наблюдают за детьми, затем смотрят друг на друга и оба непроизвольно улыбаются.       Те отношения, что есть между Крисом и Тарой, буквально олицетворяют настоящие братско-сестринские отношения, какими они должны быть.       Кристофер знает, как ответственно младшая сестра подошла к выбору своего наряда для встречи с его девушкой: как она выбирала платье, а потом резиночки и заколочки к нему, как она заставила Эвана делать ей какую-то сложную прическу, которая получилась далеко не с первого раза.       А Тара знает, как важна для брата каждая мелочь, и готова сменить наряд на тот, что ей не нравится, если это поможет Кристоферу чувствовать себя комфортно и хоть немного его обрадует.       Со стороны это могло бы показаться глупостью или мелочью, но то, что они даже в такой ситуации выбирают не себя, а друг друга, многого стоит.       Несколько минут спустя Эван ставит на стол несколько блюд, а Кристофер уже забывает о том, что его что-то не устраивало.       Он сидит на кухне наедине с Эдди, когда тот неожиданно начинает говорить:       – Крис?       – Да, пап? – Кристофер отрывается от телефона, допечатав сообщение, и смотрит на отца.       – А вы с Кейтлин... Ты думаешь, что у вас серьёзные отношения?       Подросток хмурится:       – Нам всего 15 лет. – Он неопределенно пожимает плечами. – Откуда мне знать, как отличить "серьёзные" они или нет.       – Ну да. – Эдди кивает и отводит взгляд. – Но... – Он подбирает слова, чтобы начать какую-то тему, которая явно даётся ему сложно.       – Пап?       – Да?       – О чём ты хочешь поговорить? Я вижу, что ты о чём-то думаешь.       Старший Диаз вздыхает, а затем говорит:       – Тебе ведь комфортно с ней, правда?       – Наверно..?       – Я имею в виду...       – Имеешь в виду, не смущает ли её ДЦП?       То, каким равнодушным, но твёрдым тоном говорит Кристофер о своей болезни, заставляет Эдди вскинуть голову и встретиться взглядом с сыном.       – Нет, папа. Не смущает. – Подросток не дожидается ответа отца и снова утыкается в смартфон. – Кейтлин сказала, что она в паре минут от нас. – Этими словами он явно завершает их диалог.       Эдди только кивает, а продолжить разговор не решается. Он обещал Эвану, что не поднимет эту тему сегодня, но уже обещание нарушил. Не стоит усугублять.       Передвигаться самостоятельно подростку становится сложнее, и врач настаивает на том, чтобы заменить костыли на коляску. Кристофер же всеми возможными способами оттягивает этот момент.       Оба родителя это понимают. И как же тяжело заставить ребёнка делать то, чего он не хочет. Даже если это для его собственного блага.       За столом не утихают разговоры и негромкий смех. Тара заканчивает со своей порцией, просит у Эдди десерт и убегает к себе в комнату, оставляя скучных (на её скромный детский взгляд) взрослых общаться дальше.       – Кристофер никогда не рассказывал, как вы начали общаться. – Эван откладывает вилку и смотрит на девушку.       – Правда? – Кейтлин заправляет за ухо рыжую прядь длинных волос и бросает взгляд на Кристофера. – Почему? – Она не дожидается ответа и смотрит на родителей парня снова. – Он помогал мне с некоторыми уроками раньше. У меня были трудности из-за моего расстройства.       – Прости, расстройства? – Аккуратно уточняет Эдди.       – Да. – Девушка кивает. – Крис вам не говорил? У меня оптическая литеральная дислексия.       – О... – Эдди выглядит удивлённым, но тут же меняет выражение на максимально нейтральное.       – Не переживайте, это нормальная реакция. – Кейтлин машет рукой. – Коррекция помогает, и мне уже легче разбираться с текстами, чем несколько лет назад. Конечно, всё ещё есть трудности, но я стараюсь.       – Это здорово. – Эван улыбается ей. – Я имею в виду не дислексию, а... Ты поняла.       – Поняла. – Девушка смеётся и кивает, отпивая из стакана сок.       Перед этой встречей Эдди сильно переживал о том, какой окажется девушка, что покорила сердце его сына.       Что, если с высоты своего жизненного опыта он бы увидел в ней что-то, из-за чего ему пришлось бы сказать Кристоферу, что девушка ему совсем не подходит?       К счастью, ответа на этот вопрос он не узнает, ведь Кейтлин оказалась едва ли не настоящим ангелом.       Да, говорят, что «в тихом омуте черти водятся», но это точно было не о ней. Девушка-подросток давала читать себя как открытую книгу, абсолютно искренне отвечала на вопросы и с интересом задавала их сама, желая узнать семью Кристофера поближе. И смеялась так громко и искренне, что временами напоминала Диазу этой открытостью одного голубоглазого мужчину. Что довольно забавно, учитывая, что и у девушки глаза были голубыми.       – А можно спросить кое-что..? – Кейтлин смотрит сначала на Эдди, а затем на Эвана.       – Всё что угодно. – Эван кивает.       – Вы ведь работаете в одной пожарной части, да?       – Да. – Теперь кивает Эдди.       – Я всегда думала, что супруги не могут работать вместе. Я имею в виду... Мои тётя и дядя работают в полиции, и они не могут служить в одном подразделении. У пожарных всё иначе?       – О, ну... В этом есть некоторые сложности и нюансы. – Эдди решает сам ответить на этот вопрос. – Всё решаемо, но нужно время. А нам повезло с капитаном. Бобби знал о нашем желании пожениться, но ни один из нас не хотел менять смену или станцию.       – Конечно, рано или поздно мы бы сделали это, если бы нам пришлось, чтобы пожениться. – Добавляет Эван.       – Верно. – Эдди бросает на него взгляд и улыбается, а затем смотрит на девушку снова. – Однако, Бобби решил всё за нас. Видимо, чтобы не оставить и шанса оправданиям, и откладыванию брака. Он обратился в департамент и предоставил им невероятно детальный отчёт о нашем многолетнем опыте работы вместе. Убедил в том, что брак никак не повлияет на нас, как на напарников.       – Он даже заставил наших коллег поочерёдно связаться с руководством, чтобы подтвердить это всё.       – Об этом мы узнали, когда утром, во время брифинга, Бобби неожиданно достал бумагу и на всю станцию заявил: «Также сегодня утром я получил официальное разрешение от департамента на продолжение совместной работы для двух наших коллег после заключения брака между ними». – Эдди издаёт смешок, вспоминая тот день. – Мы не знали, что это о нас.       – Но все остальные знали, да? – Кейтлин хихикает догадавшись.       – О да. – Бакли негромко смеётся. – Так что на вопрос «Кто из вас сделал предложение?», ответ только один... – Эван смотрит на Эдди, и они одновременно называют имя. – Бобби.       Все за столом начинают смеяться.       Та смена определенно навсегда останется в памяти всей 118-ой.       Радостные Эван и Эдди, которые думают, что кто-то из их коллег планирует пожениться.       Растерянные Эван и Эдди, которые осознают, что среди их коллег нет пар, кроме них.       Потрясенные Эван и Эдди, которые понимают, что речь о них, и абсолютно вся смена А уже в курсе, за исключением самих Эвана и Эдди.       Ну, и наконец-то, всё ещё удивлённые, но счастливые Эван и Эдди, которые смотрят на разрешение, читая его снова и снова, и осознавая, что они наконец-то смогут официально стать одной семьёй. И ни одному из них не придётся бросить родную 118-ую.       – А кем работают твои родители? – Интересуется Эван, который успел наладить контакт с Кейт быстрее, чем Эдди.       – Как я не люблю этот вопрос. – Кейтлин чуть вздыхает.       – Прости. Тебе необязательно отвечать.       – Нет, нет. Конечно, я отвечу. Просто... Люди обычно начинают относиться иначе, когда узнают...       – Не парься. В нашей семье никого не выделяют. – Кристофер, который большую часть встречи смущённо молчал, чувствуя неловкость от встречи родителей и его девушки, наконец-то подаёт голос. – Все равны.       – И это правда. – Эван кивает. – Но ты нас заинтриговала.       – Что ж, эм... Мой отец, Калеб Лэнгфорд, владелец «ЛэнгФармэси».       Мужчины одновременно вскидывают брови и удивлённо моргают несколько раз, что выглядит довольно забавно.       – Погоди, той «ЛэнгФармэси», что является самой большой фармацевтической компанией в Калифорнии? – Бакли первым задаёт вопрос, о котором тоже думает его жених.       – Да. – Кейт кивает.       – Ничего себе. – Эван задумчиво покачивает головой. – Неожиданно.       – Очень. – Эдди кивает.       – Когда кто-нибудь узнаёт об этом, то я автоматически становлюсь "золотой" девочкой и все вокруг считают меня избалованной. Так что в школе я об этом особо не говорю. Только Крис знает.       – Весьма взвешенное и взрослое решение, Кейтлин.       Эван улыбается девушке, и она улыбается ему в ответ:       – Ну, а моя мама Анжела – кардиохирург.       – Врач. Это восхищает. – Говорит Эдди.       – Мои родители думают о вас то же самое.       – Серьёзно? – Старший Диаз выглядит чуть удивлённым.       – Абсолютно! Кристофер много мне рассказывал о вашей работе. Это так опасно и важно. Вы настоящие герои.       Мужчины переглядываются, немного смутившись, и снова смотрят на девушку.       – Я рассказывала родителям несколько вещей, о которых мне говорил Крис, и мои родители действительно в восторге от вас. Не меньше, чем я. Папа даже рассказывал о том, как хотел пойти в пожарную академию вместе со своим другом, но не прошёл по здоровью. – Она вздыхает. – Думаю, он был бы рад услышать от вас парочку историй лично.       Мужчины кивают и улыбаются, снова делая это одновременно, а затем в один голос отвечают:       – С удовольствием.

Август 2026-го

      – Нет, нет, нет. – Эдди смеётся и отстраняется от мужчины, убирая руку с его талии и отпуская его ладонь. – Ты мне все ноги отдавишь.       Пара стоит посреди гостиной, на фоне играет чересчур красивая и романтичная песня о любви. Кофейный столик и кресла сдвинуты в стороны, чтобы освободить побольше места, хоть гостиная и так немаленькая.       Эван закатывает глаза, выключая музыку на телефоне:       – Всего два раза наступил, Королева драмы.       – Два раза, зато с какой силой, Бак. – Он наконец-то заканчивает смеяться и тянет Эвана за талию обратно, ближе к себе. – Без обид, но это глупая затея. Неужели это так обязательно?       – Первый танец на единственной в моей жизни свадьбе? О да. Это обязательно. – Он закидывает руку на шею Диаза, обнимая.       – Мы абсолютно точно не сумеем сделать из тебя танцора в такой короткий срок, Бак. – Диаз улыбается жениху, прижимая к себе.       – А я говорил тебе, что танцор из меня никудышный. Нам стоило задуматься об этом хотя бы за три месяца, а не три дня до свадьбы.       – Прости. Я привык, что ты хорош во всём.       – Подлиза. – Бакли коротко целует его в губы и отстраняется. – Перерыв на пиво?       – Только если короткий перерыв. У нас действительно много работы. – Он нехотя выпускает Эвана из объятий, и тот идёт в сторону кухни. – В целом, если тренироваться днями и ночами...       – Ночами я бы предпочёл спать. Ну или что-нибудь ещё, но точно не танцы. – Тянет Бакли, скрываясь на кухне.       – Ну-ну. Представь, что будет, когда ты наступишь на мои туфли, которые Мэдди и Джош с таким трепетом подобрали к костюму.       – Что ж, тренироваться днями и ночами... Я понял. Согласен.       Эдди смеётся, а на фоне слышится стук в дверь:       – Я открою. – Диаз направляется к входной двери.       – Хорошо, милый. – Отвечает Бакли из кухни.       Всё ещё улыбаясь, Эдди распахивает входную дверь и замирает, смотря на неожиданных гостей.       – Привет. – Одна из девушек, стоящих на пороге, первая здоровается с Эдди.       – Вы... – Эдди делает судорожный вздох и замолкает.       На пороге стоят Адриана и София. Его сёстры, которых он не видел с тех самых пор, как вся его семья узнала об их с Эваном отношениях.       Сёстры, которые хоть и не отвернулись от него полностью, но и не встали на его сторону.       И вот они здесь. Стоят на пороге их с Эваном дома.       – Что вы здесь делаете? – Наконец-то, собравшись с мыслями, спрашивает Эдди.       Девушки переглядываются, затем смотрят на Эдди, и старшая из них, начинает говорить первой:       – Ты пригласил нас. – София легко улыбается мужчине.       – И вы не ответили. Как и все остальные.       Эдди отправил приглашения всем членам своей семьи, несмотря на то, что никто из них, кроме тёти и бабушки, так и не поддержал его. Было больно, но надежда на то, что его семья оттает, всё ещё теплилась внутри.       – Да, и нам очень жаль, Эдди. – Адриана наконец-то обращается к старшему брату. – Правда...       Мужчина молчит. Что он может сказать?       Рад ли он видеть сестёр? Невероятно рад.       Больно ли ему от осознания того, что всё это время они отказывались от него, ограничиваясь сообщениями по праздникам? Ещё как.       – Эдди, прости нас. Знаю, мы очень сильно накосячили, но... – София подбирает слова. – Это было сложно.       – Сложно? – Эдди удивленно смотрит на сестру. – Что было сложно, София? Быть моими сёстрами?       – Нет. Быть против семьи.       – Я часть семьи. – Мужчина пожимает плечами. – Ну, или был её частью.       – Эдди, всё не так... – Младшая сестра делает шаг ближе к нему. – То, как родители сказали всем об этом... О вас... Все восприняли это в штыки. Но это не значит, что мы против тебя. – Девушка берёт брата за руку, заглядывая ему в глаза.       Он делает глубокий вдох, отводит взгляд чуть в сторону, но затем всё-таки сжимает пальцами ладонь сестры:       – Вы были мне нужны. – Диаз смотрит не на Адриану, стоящую рядом, а на старшую сестру. – Вы обе.       – Поэтому мы здесь, Эдди. – София неуверенно улыбается ему. – Мы ошибались. Но у братьев с сёстрами всегда так, да? Один ошибается, а второй прощает. И наоборот. – Она отпускает ручку своего чемодана, которую судорожно сжимала, справляясь с нервами, и подходит ближе к брату и сестре.       – Это не такая простая ошибка, София... – Эдди покачивает головой.       Все трое молчат.       Адриана всё ещё сжимает руку брата, стоя совсем близко, и, чуть вскинув голову, смотрит на его сосредоточенное лицо. София стоит в паре шагов от обоих, наблюдая за Эдди и ожидая, скажет ли он что-нибудь ещё. А сам мужчина смотрит в сторону, обдумывая происходящее.       – Эдди, кто там? – В коридоре слышатся шаги, а затем Эван появляется рядом с будущим мужем. – О... Ого. – Его глаза широко открываются, когда он видит девушек. – Ничего себе. Привет...       – Привет, Эван. – София кивает ему.       – Привет. – Адриана переводит взгляд с брата на Бакли.       – Я не знал, что вы приедете... – Эван смотрит на Эдди. – Я думал, что они не ответили на приглашение.       – Они и не отвечали. – Диаз поворачивает голову в сторону Бакли.       – Оу... Тогда я немного в замешательстве. – Эван переводит взгляд обратно на девушек.       – Да. Мне кое-кто позвонил, мы немного поговорили. Затем мы с Адрианной осознали собственную ошибку. Точнее... Масштаб этой ошибки.       – И кто же тебе позвонил? Пеппа? Абуэлла? – Предполагает Эдди.       – Не совсем. – Старшая сестра Диаза смотрит на Эвана. – Было странно говорить с диспетчером 9-1-1 не находясь в чрезвычайной ситуации.       – Погоди... – Эван хмурится.       – Мэдди позвонила тебе? – Эдди бросает взгляд на Бака, а затем снова смотрит на сестру. – Почему? И как она вообще нашла твой номер?       – Это уже вопросы к ней. Но, Эдди, нам правда очень жаль.       Бакли смотрит на Диаза, изучая взглядом его лицо, и пытается считать эмоции, чтобы понять, как себя вести. Интуиция подсказывает ему, что Эдди рад приезду сестёр, но обида всё ещё слишком сильна, чтобы в этом признаться.       – Может, чай или кофе? – Эван смотрит сначала на Адриану, а затем на Софию. – А то как-то негостеприимно получается.       – Было бы здорово. Если Эдди не против. – София смотрит на брата.       Эдди не отвечает, а только кивает и отходит в сторону, пропуская сестёр в дом.       После обеда и кофе наконец-то наступает время для разговора о произошедшем за практически два года.       София рассказывает об их с мужем путешествии в Европу, Адриана о том, как ей даётся новая работа, а Эдди с Эваном делятся достижениями своих детей, и опытом жизни вместе. На самом деле, по большому счёту, с девушками говорит только Бакли. А Диаз молчит, обдумывая происходящее, и пытаясь понять, что же он всё-таки чувствует от неожиданного визита сестёр.       К вечеру мужчина, видимо, всё-таки оттаивает. Он предлагает сёстрам отменить бронь в отеле и остаться в гостевой комнате их с Эваном дома. Девушки соглашаются практически мгновенно.       – Тебе не стоит злиться на неё.       София неожиданно начинает говорить с братом, когда они остаются на кухне одни. Тара, которая без ума от сразу двух новообретённых тётушек, утягивает Адриану в свою комнату, чтобы та почитала ей на ночь. Эван уходит с ними, дабы убедиться, что все нюансы по укладыванию дочери будут удовлетворены.       – О чём ты? – Эдди закрывает посудомойку и оборачивается к сестре, которая всё ещё сидит за столом.       – Ты можешь злиться на меня, но не на Адриану. – София поворачивается к нему. – Она всё ещё ребёнок, Эдди. Да, цифры в паспорте говорят об обратном, но она наша младшая сестра. – Она вздыхает. – Она не хотела разочаровать родителей.       – Ну да. Прямо как я. – Эдди горько усмехается и отводит взгляд в сторону от сестры, складывая руки на груди.       – Это не то, что я имела в виду, Эдди. – Девушка покачивает головой. – Мнение семьи для неё слишком важно. Но это не значит, что она была против тебя.       – Слушай, чего ты хочешь, а? – Мужчина вновь поворачивается к сестре. – Чтобы я просто взял и забыл об этом? Так не выйдет.       – Я знаю. И мы даже не просим об этом. Но дать нам второй шанс ты можешь.       – Вторые шансы никогда не заканчиваются хорошо.       – Как знать. – Девушка замолкает, а затем переводит тему. – Мэдди поведёт Эвана к алтарю?       – Она сказала тебе?       – Да... Мы поговорили о вас какое-то время.       – Поведёт. – Эдди кивает и убирает руки с груди, подходя к столу и опускаясь на стул рядом с сестрой. – Его мама хотела, но он решил, что это будет Мэдди. Для родителей у него другая отмазка, но, он хочет, чтобы его вела та, кто его воспитал. Несмотря на то, что сейчас у них с Филиппом и Маргарет хорошие отношения.       София понимающе кивает:       – Не уверена, что хорошо знаю историю их семьи, но это как будто откликается во мне. – Она чуть улыбается и отводит взгляд. – Похоже, ему повезло со старшей сестрой.       – Да. – Эдди кивает, медлит, а затем всё-таки говорит то, что думает. – Мне тоже.       Девушка непроизвольно делает слишком громкий вздох, услышав это, и снова смотрит на брата:       – Правда?       – Брось, София. Ты сама сказала. «Один ошибается, а второй прощает».       Поджав на мгновение губы, чтобы сдержать эмоции, София накрывает руку брата, лежащую на его колене, собственной ладонью:       – Я люблю тебя, Эдди. И я буду рядом. Теперь буду рядом. Обещаю.       Мужчина вздыхает и тянет сестру к себе, обнимая:       – Я тоже тебя люблю.       София обхватывает руками брата, прижимаясь к нему, и прикрывает глаза.       Эдди прижимает сестру покрепче и тоже закрывает глаза.       Утром, в день свадьбы, он попросит её и Адриану вести его к алтарю.

Июнь 2029-го

      Опасаясь палящего солнца, пусть и привычного для жителей Лос-Анджелеса, руководство школы предпочитает провести выпускной под крышей здания. Именно поэтому зал школы заполнен выпускниками, их родителями и близкими.       Эван и Эдди сидят в зале, держась за руки, и наблюдая за выпускниками, которые поднимаются на сцену, чтобы получить свои дипломы. Тара сидит рядом с Баком, с интересом наблюдая за подростками, для которых школьные дни остаются позади.       – Ты веришь, что он и правда выпускается сегодня..? – Эван шепчет, чуть склоняясь в сторону мужа.       – Нет. – Эдди покачивает головой, отвечая так же тихо.       – Насколько сильно он обидится, если я расплачусь?       – Он будет в ярости, потому что я, похоже, тоже не сдержусь.       – Боже, вы такие... – Девочка вздыхает.       – Какие? – Эван смотрит на дочь, и Эдди делает то же самое.       – Чувствительные. – Тара смотрит на родителей. – Я вот скоро тоже школу закончу. – Она чуть вскидывает голову.       Мужчины переглядываются и тоскливо улыбаются, снова смотря на ребёнка.       – Ты права. Время пролетит незаметно. – Эдди тянется через мужа и гладит девочку по предплечью. – Но пока, ты всё ещё малышка. А мы с папой должны как-то скрыть от Кристофера то, что чувствуем на самом деле.       – Поздно. Вы оба вот-вот расплачетесь. – Дочь покачивает головой и отворачивается, снова смотря на выпускников. – Когда уже Крис будет?       Долго ждать не приходится. Благодаря фамилии, Кристофера вызывают на сцену немного скорее, чем это было бы с его прежней:       – Кристофер Бакли-Диаз. – Директор называет имя, держа в руках диплом.       – Ну, вот. – Бак хлопает вместе с остальными, наблюдая за тем, как сын поднимается на сцену. – Я плачу.       – Я тоже.       Эдди с шумом втягивает воздух, чувствуя, как глаза намокают от переполняющих его эмоций: гордость за Кристофера, смешанная с тоской по тому, каким маленьким он был, и тем, что это время уже никогда не вернётся.       Подросток улыбается со сцены, держа диплом в руках, когда фотограф делает их с директором совместное фото.       Тара сидит на капоте машины, болтая ногами, и наблюдает за отцами, которые пытаются успокоить друг друга.       – Он ведь не видел, что мы плачем, правда? – Эван промакивает салфеткой уголки глаз мужа.       – Он точно видел. – Негромко говорит Тара.       – Ты не помогаешь, лисёнок. – Эдди вздыхает и бросает взгляд на дочь.       – Я знаю, папуля. – Девочка пожимает плечами. – О, они идут!       Тара машет кому-то позади мужчин, и они оба оборачиваются.       В их сторону направляются двое: Кристофер в выпускной мантии и Кейтлин, мантия которой накинута поверх её платья. Девушка держит Кристофера под руку. Сегодня он, впервые за несколько лет, сменил коляску на костыли, чтобы не выбиваться на фотографиях с выпускного. Спорить с его решением родители не стали.       – Наши будущие инженеры! – Эдди с улыбкой смотрит на подошедших подростков.       Зная характер своего сына, Эван делает комплимент только девушке:       – Кейт, какая же ты красавица. – Он отстраняется от мужа и раскрывает руки перед девушкой.       – Спасибо. – Кейтлин широко улыбается, отпускает Кристофера и обнимает Эвана. – Я так переживала, что споткнусь. – Она покачивает головой. – Каблуки совсем не для меня.       – Ты выглядела просто потрясающе. – Он легко сжимает её в объятиях и отстраняется.       – Поддерживаю. – Эдди улыбается и тоже коротко обнимается с девушкой сына.       – Ты была как настоящая фея! – Тара всё ещё сидит на капоте, улыбаясь.       – Спасибо. – Щёки Кейтлин покрываются лёгким румянцем.       Кристофер наблюдает за девушкой и своей семьёй, улыбаясь.       – Жаль, что родителей не было. – Кейт тихо вздыхает.       – Я уверен, что они были бы здесь, если бы могли. – Эдди мягко улыбается ей.       – Презентация нового препарата оказалась важней. – Девушка грустно улыбается.       – Эй, а давай я вас сфотографирую, мм? – Эван достаёт из кармана телефон, отвлекая Кейтлин от тоскливых мыслей. – Скину твоим родителям фото.       Девушка улыбается, в этот раз радостней, кивает и подходит к Кристоферу, обнимая его и позируя для фото. Парень тоже улыбается, прижимаясь своей щекой к щеке девушки. Они оба хихикают, и фото выходит невероятно искренним.       Делая снимок, Эван уже знает, что это будет ещё одна из фотографий, которая украсит собой полку над камином.

Ноябрь 2030-го

      Эван садится на кровать рядом с мужем и кладёт телефон на тумбу:       – Тара сказала, что не ляжет спать, пока не сделает проект по точным наукам.       – Ей нужна помощь? – Эдди отрывается от планшета, и бросает взгляд на мужчину.       – Я так не думаю. Она сказала, что достаточно взрослая, чтобы родители «не нянчились» с ней.       – Она так сказала? – Мужчина удивлённо вскидывает брови.       – Да-да, я тоже в шоке. Ей разве не 5 лет? – Эван тихо смеётся.       Эдди улыбается, кивает ему и возвращает взгляд к планшету, который ещё держит в руках.       – Что ты читаешь? – Придвигаясь поближе, Эван смотрит на экран. – С каких пор тебе интересна полиция? – Бак чуть хмурится, а затем смеётся. – Решил заменить Афину, которая наконец-то вышла на пенсию, мм? – Он легко пихает мужчину в бок.       Эдди шумно вздыхает, прямо перед тем, как выключить и отложить планшет, а затем повернуться к мужчине:       – Я тут хотел поговорить кое о чём.       – Так..? – Бак смотрит прямо на супруга.       – Это кое-что важное и довольно серьёзное...       – Чем дольше ты будешь тянуть, тем скорее я поседею, милый.       – После того, как Бобби с Афиной один за другим вышли на пенсию, а Хен стала нашим капитаном... Я задумался о том, каким я вижу своё будущее. Где я буду, кто будет рядом со мной?       – Говорю сразу, Эдди, если ты решил развестись, то я так просто тебе этого сделать не дам.       Покачивая головой, Эдди чуть улыбается, несмотря на то, что это буквально самая глупая и самая заезженная шутка его мужа уже на протяжении трёх лет.       – Так в чём дело? – Эван склоняет голову, смотря на мужчину.       – Я подумал, может мне попробовать себя в качестве... Полицейского?       Сложно сказать, какая именно эмоция отражается на лице Бака.       – Шутишь..? – Аккуратно уточняет Эван, стараясь не обидеть этим вопросом мужа, если он говорит серьёзно.       – Нет. – Эдди мотает головой.       – Ладно... Дай мне минутку. – Он отводит взгляд и задумывается над услышанным.       – С моим опытом из меня мог бы выйти неплохой коп. Знаешь, армия, работа спасателя...       – Это ведь не кризис среднего возраста, правда?       – Ауч. Это было грубо, Бак.       – Почему ты вообще об этом задумался? – Эван снова смотрит на мужа. – Я думал, что ты любишь нашу работу.       – Люблю. Конечно, люблю. Просто... Как будто я не совсем там, где я должен быть...       – И как ты это понял через десять лет после того, как вышел из пожарной академии?       В ответ мужчина пожимает плечами:       – Ты против, да?       – Нет... – Эван покачивает головой и повторяет уверенней. – Нет. Просто хочется понять, насколько серьёзен этот порыв.       – В теории, если я правда на это решусь, то..? – Начинает уточнять Эдди.       – То я тебя поддержу. Ты же знаешь. – Бак вздыхает, а затем чуть улыбается.       – Не станешь отговаривать?       – Я определенно хочу это сделать.       – Ладно. Тогда давай обсудим это. Почему мне не стоит этого делать?       – Так, ну... Тебе почти сорок. Ты уверен, что хочешь быть стариком-новобранцем?       – Во-первых, всё ещё «Ауч. Это было грубо».       – Прости. – Бак издаёт смешок.       – Ну, а, во-вторых, я точно слышал историю, когда приехал в ЛА, о новобранце, который был старше меня. – Эдди пожимает плечами.       – Допустим. Что насчёт гораздо более низкой зарплаты, чем есть у тебя сейчас? Боюсь не потянуть твои запросы на свою зарплату.       Бак первым начинает смеяться с собственного подкола, а Эдди негромко смеётся следом:       – Вы гляньте на него, он ещё и издевается. – Мужчина покачивает головой.       – Я не издеваюсь. – Эван улыбается. – Ладно. Самое главное, и я надеюсь, что это остановит тебя... – Он берёт мужа за руку, переплетая их пальцы. – Я буду слишком сильно волноваться за тебя.       – А сейчас ты не волнуешься?       – Волнуюсь. Но одно дело, когда ты всегда рядом, и я знаю, что смогу помочь тебе. И совсем другое, когда ты далеко от меня.       – Мы уже работали на разных сменах... Да, это тревожит, но ко всему привыкаешь. – Эдди легко сжимает ладонь мужа.       – Эдди, мы живём в ЛА. Тут в копов стреляют каждый день.       – Вот именно. Мы живём в ЛА. Тут вероятность того, что в тебя попадёт пуля, когда ты гражданский, даже выше, чем когда ты полицейский. И это я тебе говорю, как пожарный, в которого стреляли.       – Даже. Не. Смей. Шутить. Об. Этом. – Бак четко проговаривает каждое слово и предупреждающе поднимает указательный палец вверх. – Я всё ещё травмирован тем днём, Диаз.       – Бакли-Диаз. – Эдди поправляет его. – Прости. – Он виновато улыбается. – Но, видишь, если в меня уже стреляли... Мы знаем, что молния не бьёт в одно место дважды, верно? – Он сжимает губы, сдерживая смех.       – Я тебя сейчас придушу. – Бакли пихает мужа в плечо, но его руку всё ещё не отпускает. – И, кстати, вероятность того, что молния ударит в одно место дважды, 45%, а не 0%. Так что ты меня не убедил.       – Рубрика «Интересные факты с Эваном Бакли». – Дразнит Эдди.       – С Эваном Бакли-Диаз. – На его же манер исправляет Эван, а затем вздыхает. – Ты правда этого хочешь?       – А почему нет?       Бак задумчиво кивает:       – Ладно. Поговорим об этом с Афиной?

Март 2036-го

      Высокая блондинка стоит перед зеркалом в салоне платьев, придирчиво разглядывая очередной наряд:       – По-моему, этот цвет мне совсем не идёт. – Она оборачивается к парню позади. – Правда ведь?       Кристофер поднимает усталый взгляд на сестру, сдерживая обречённый вздох, и терпеливо ей улыбается:       – Тебе очень идёт фиолетовый, Тара.       – Это не фиолетовый, а индиго, Крис. – Девушка поднимает подол платья и идёт обратно к примерочной. – Где папы? – Она задергивает за собой штору, начиная менять платье на следующее.       – Хотелось бы и мне знать... – Негромко отвечает парень и достаёт из кармана телефон, проверяя сообщения. – О, слава богу. – Он говорит это себе под нос, а затем добавляет громче, обращаясь к сестре. – Они будут через пару минут. Застряли в пробке.       – Толку от них, правда, будет не больше, чем от тебя. Надо было ждать выходного тёти. – Девушка выходит из примерочной в другом платье, хотя Кристоферу кажется, что и его он уже видел. – Ну? Как тебе?       Парень молча поднимает вверх два больших пальца, и Тара закатывает глаза:       – Как Кики от тебя не сбежала, а?       – Кейтлин любит меня также сильно, как и ты? Я думаю, поэтому.       – Естественно я тебя люблю. Что заставляет тебя сомневаться? – Тара идёт к зеркалу.       – Даже не знаю. – Кристофер улыбается, наблюдая за сестрой. – Ну, правда, ты ведь знаешь, что тебе всё идёт?       – Знаю. – Девушка вздыхает и оборачивается к брату снова. – Но выпускной один, Крис. Один. И я хочу выглядеть идеально.       – Разве ты не выглядишь идеально, лисёнок? – Эдди заходит в магазин, и Эван проходит следом.       – Папуля. – Как только оба отца появляются в поле зрения, то девушка идёт к ним.       – Прости, что задержались. – Эван обводит взглядом дочь, оценивая платье. – Тебе не нравится?       – Все платья ужасны и совсем мне не идут.       – Сколько ты уже примерила? – Эдди кидает взгляд в сторону примерочной, где висит куча платьев.       Рядом стоят оба консультанта, уже незнающие, как угодить клиентке и стараясь просто ей не мешать.       – Не знаю. – Тара снова смотрит на своё отражение.       – 19. – Чётко отвечает Кристофер. – Их было 19.       Оба родителя одаривают сына сочувственным взглядом, а затем смотрят на дочь.       – Адриана предлагала заказать пошив платья, почему ты отказалась? – Эдди подходит к дочери и приобнимает её за плечи, смотря на их отражение.       – Не знаю. Но теперь об этом поздно думать. – Младшая Бакли-Диаз поворачивается к папе. – Это провал.       – Я уверен, что нет. – Он кивает в сторону примерочной. – Давай выберем те, что тебе понравились хоть немного, и ты покажешь их нам с папой.       – Ладно... – Тара кивает. – Сейчас.       Девушка уходит в примерочную и Эдди направляется к диванчику, где сидит его сын. Рядом уже расположился Эван.       – Я правда тащился из Хантсвилл за три тысячи километров ради этого? – Кристофер шепчет. – Похоже, я люблю её больше, чем могу себе представить.       Отцы тихо смеются, и Эдди садится по другую сторону от сына:       – Ну, это тебе репетиция. Кейтлин ведь ещё не выбрала платье?       – Нет. – Крис покачивает головой. – Скоро у неё будет отпуск. Кажется, она хочет купить платье здесь, а Тара и миссис Лэнгфорд будут помогать ей с выбором. – Он неопределенно пожимает плечами. – В любом случае, раньше июля я это платье не увижу.       – Традиции. – Эван кивает.       Бак начинает о чём-то говорить с Кристофером, но Эдди не вслушивается. Он изучает взглядом профиль сына, задумываясь над всем, что сейчас происходит в жизни их семьи.       В июне их дочь окончит школу, а в начале июля – их сын женится. А дальше...       Теперь Эдди и вовсе не замечает голосов сына и мужа рядом. Настолько он погружён в свои размышления.       Ещё в январе Кейтлин и Кристофер, прилетев в гости на пару дней, чтобы отпраздновать день рождения парня, сообщили о том, что они обручены. Конечно же, это стало невероятно радостным событием для всей семьи.       Да и время, кажется, было довольно подходящее: стажировка Кристофера в Центре Маршалла подходила к концу, и он вот-вот должен был стать одним из самых молодых аэрокосмических инженеров там. Парень каждый раз удивлялся тому, как удачно он смог попасть на работу именно в это место.       Кейтлин, тогда, уже какое-то время работала научным сотрудником в Университете Алабамы в Хантсвилле. И все близкие были уверены, что это отличное начало блестящей карьеры для неё.       И вот в начале февраля Эвана с Эдди ошарашили уже другой новостью: через полгода они станут дедушками.       Эван, всё ещё шокированный, радостно подсчитывал, что на момент рождения внука ему будет 45 и он будет довольно молодым дедушкой. Тара едва ли не прыгала, представляя, какой классной тётей она станет. Ну, а Эдди был словно совсем не рад такой новости.       Сложив в голове "2+2", единственной его мыслью стало то, что сын решил жениться из-за беременности Кейтлин. И как же легко подобная мысль вернула его на много лет назад, к их с Шеннон свадьбе. Кто бы знал, что какие-то события в жизни, так навсегда и останутся триггерами.       Но Кейтлин на экране смартфона начала смеяться, рассказывая о том, что из-за работы в университете и постоянных командировок, она узнала о своём положении всего несколько дней назад. Что ж, то, с каким облегчением выдохнул Эдди, к счастью, заметил только его супруг. Отмахнувшись от вопросительного взгляда Эвана, второй будущий дедушка наконец-то заулыбался, поздравляя сына с Кейт, и предвкушая что-то абсолютно новое для всей их семьи.       Из воспоминаний Эдди вытягивает голос дочери, которая выходит из примерочной в платье. Мужчина улыбается, смотря на неё. Как из совсем маленькой девочки, которая боялась говорить с окружающими, выросла такая невероятная девушка, которая за словом в карман не полезет?       Взросление в обществе старшего брата, двух отцов и их огромной семьи, большая часть из которой даже не была биологическими родственниками, сделало Тару уверенной в себе девушкой, знающей, чего она хочет и когда она этого хочет.       Самовлюблённой или эгоистичной она не была, но рядом с папами и братом иногда позволяла себе надуть губы и играть роль принцессы. Хотя, за пределами дома подобное поведение порой тоже её выручало в некоторых ситуациях.       Внешность тут тоже была на руку. Люди, видя блондинку, которая невинно хлопает голубыми глазами, с удовольствием шли на встречу и уступали в каких-то вопросах в её пользу.       Конечно, в мире не всё так радужно и две особенности её внешности порой вызывали насмешки со стороны. Но опять-таки, семья подарила ей такую самооценку, что заботиться о том, что думают другие, девушка точно не планировала.       Первой особенностью было родимое пятно, которое Тара никогда не прятала. Ей даже нравилась эта "изюминка" во внешности. Да и это пятно досталось ей от папы, а им она слишком гордилась и восхищалась, так что стесняться тут было нечего. Ну, а вторая особенность, довольно высокий для её сверстниц рост – 179 сантиметров. Этим она тоже, скорее всего, пошла в Эвана. А Эдди это даже немного забавляло, ведь дочь была всего на несколько сантиметров ниже его.       В конце концов Эдди присоединяется к семейному обсуждению платья на выпускной Тары.

Август 2036-го

      Трак 136-ой останавливается рядом с машиной уже прибывшей 118-ой. Команда покидает транспорт, и голубоглазый мужчина в шлеме, на котором написано «Капитан» начинает раздавать указания:       – Андрес, Флорес. – Эван окликает двух пожарных. – Отвечаете за...       Где-то неподалёку раздаётся наигранный кашель для привлечения внимания, а затем мужской голос:       – Капитан Бакли-Диаз, вы в курсе правил.       Обернувшись, Бак замечает мужчину и расплывается в виноватой улыбке:       – Прошу прощения, инспектор Хан.       – Вы не можете помогать своим подчинённым на этих учениях. – Чимни покачивает головой и заглядывает в свой планшет. – Минус три балла у 136-ой.       – Эй, нет. Почему? – Эван бросает взгляд на свою команду, которая уже забегает в здание для учений, а затем снова смотрит на бывшего коллегу. – Несправедливо.       – Хочешь, чтобы я отнял ещё баллы за отставание на 11 секунд?       – Да ладно тебе, инспектор Хан. Сделаем им поблажку. – Позади Эвана раздаётся женский голос. – 118-ая просто всегда на шаг впереди.       – Даже не буду спорить. – Бак оборачивается к подошедшей женщине. – В следующем году мы вас сделаем, Капитан Уилсон.       – Я буду на своей законной пенсии. – Чуть мечтательно отвечает Хен. – Напишешь мне смс с результатами через год.       Эван смеётся:       – Рад видеть тебя.       – Взаимно, капитан Бакли-Диаз. – Генриетта улыбается ему.       – Так. Минус 5 баллов у 118-ой и 136-ой. – В шутку тянет Чимни и, получив два удивлённых взгляда друзей, поясняет. – Обменялись любезностями, а по мне, получается, и не скучали.       – Чим, ты на этой неделе был у меня в гостях. – Напоминает Хен.       – А позавчера мы ужинали у вас с Мэдди. Помнишь такое? – Тоже находит оправдание Бак.       – Ну, допустим, вы прощены. – Чимни кивает.       – Кстати. – Капитан 118-ой смотрит на Эвана. – Поздравляю.       – Спасибо. – Он улыбается ей.       – С чем? – Чимни чуть хмурится. – О каком важном событии я забыл?       – Чим, серьёзно? Это ты их родственник или я? – Женщина покачивает головой. – 10-летие свадьбы.       – О, точно. – Хан снова смотрит на Бака. – Прости, вылетело из головы. Поздравляю! Вау. Десять лет.       – Спасибо и не парься. – Эван машет рукой. – Ты не единственный забыл об этом. Один из виновников торжества тоже.       – Погоди, Эдди забыл о вашей годовщине? – Хен бросает быстрый взгляд на Чимни, а затем смотрит на Эвана.       – Похоже на то. – Эван пожимает плечами. – Его вызвали на работу вчера. Им нужен был весь офицерский состав. Собираясь на смену вечером, я написал ему поздравление с праздником, но он не ответил.       – Был занят? – Предполагает Генриетта.       – Я так и подумал. Но он звонил мне буквально час назад и сказал, что не знает, во сколько он вернётся. И ни слова о годовщине.       – Вот это косяк. – Чимни аж присвистывает. – Я тут про меньшее как-то забыл, и Мэдди мне всё ещё напоминает об этом...       – В целом, мы обычно и не особо празднуем. Просто проводим время вместе в такие дни, так что... – Он вздыхает. – Короче, неважно.       – Могли бы хоть нас позвать. Целых десять лет, Бак. – Хен улыбается ему.       – Большим праздник всё равно не вышел бы. Тара уже уехала в колледж. Взяла курсы перед началом учебного года. Крис с Кейт не смогли бы приехать. Уже большой срок всё-таки, скоро рожать, есть свои риски. – Друзья понимающе кивают, слушая Эвана. – У Мэдди сегодня смена, если я не ошибаюсь.       – Верно. – Хан кивает. – Постоянно работает.       – Ну, вот. Вы оба тоже заняты. Да и Бобби с Афиной вряд ли бы прервали своё великое путешествие по штатам ради пары часов праздника на нашей годовщине.       – Может, ты и прав. – Генриетта кивает и кладёт ладонь на плечо друга. – Но нет, одного мы тебя не бросим.       – О чём это ты? – Эван хмурится.       – Смена заканчивается как обычно?       – Ну да... Через несколько часов. – Бак кивает.       – Отлично. У меня тоже. – Женщина смотрит на Чимни. – Что насчёт тебя?       – Я заканчиваю сразу после того, как напишу отчёт по вашей тренировке. И я абсолютно свободен.       – Отлично. – Хен смотрит на Эвана. – Попрошу Карен разобраться с едой. Езжай домой после смены, и мы тоже подъедем. Отпразднуем это дело нашей небольшой компанией.       Бак смотрит на Генриетту, затем переводит взгляд на Чимни. Они оба улыбаются ему, и мужчина сам не может сдержать улыбку:       – Мне повезло с друзьями.       – О да, ты счастливчик. – Генриетта негромко смеётся.       Несмотря на то, что Хен сказала не беспокоиться о еде и напитках, Эван всё-таки достает две хорошие бутылки вина и готовит пару закусок, чтобы не сидеть без дела в ожидании бывших напарников.       Мэдди звонит брату, извиняясь за то, что забыла его поздравить: у супервайзера 9-1-1 слишком много работы. Женщина едва ли смогла выделить время на звонок младшему брату.       Эван принимает поздравления и говорит ей, что всё в порядке, затем они пару минут болтают о планах на выходные, и Мэдди завершает звонок, возвращаясь к работе.       Через несколько минут раздаётся стук в дверь.       – Ну, наконец-то. Я вас вечность жда...       Эван открывает дверь и замирает, смотря на толпу народа перед собой, во главе которой стоит его муж.       – Сюрприз! – Громкий хор голосов переходит в смех, когда все видят шокированного Бака.       Близкие улыбаются, держа в руках пакеты с едой и подарки.       – Вы... – Он обводит взглядом всех друзей, замечая среди них и сестру, и дочь, и даже Бобби с Афиной. – Вы меня весь день за идиота держали?       – Как грубо. – Мэдди смеётся. – Это называется "сюрприз", Бак.       – С годовщиной. – Эдди широко улыбается, смотря на мужа, а в руках он держит коробку из любимой пекарни Эвана. – Прости за худшее начало дня.       – Зато это лучшее его завершение. – Мужчина тоже не может сдержать улыбку, а затем переступает порог, обхватив ладонями лицо супруга, и целует его.       Эдди отвечает, сует стоящему рядом Чимни коробку из пекарни, и обнимает Эвана, прижимая к себе.       Кто-то из близких смеётся, кто-то даже свистит, и все они обходят пару, проходя в дом, шумно начиная обсуждать что-то.       – Я люблю тебя. – Бак отрывается от губ Эдди, всё ещё улыбаясь. – С годовщиной.       – Люблю. – Мужчина тоже улыбается. – Идём? – Он отстраняется и протягивает руку.       – Идём. – Эван берёт его за руку и, переплетая их пальцы, утягивает внутрь дома, к гостям.       Несколько часов спустя гости уже расходятся по домам, а Тара уходит спать, чтобы успеть на самолёт рано утром.       Эван сидит в кресле на террасе с телефоном в руках, с экрана которого на него смотрит рыжеволосая девушка:       – Было весело?       – Ещё как. Мы так давно не собирались такой большой компанией... Знаешь, это вернуло меня на много лет назад. – Бак улыбается.       – Представляю. – Кейтлин смеётся. – Жаль, что нас не было с вами. Я предлагала Крису поехать на машине, раз уж он против самолёта сейчас. – Девушка с намёком кивает на свой большой живот.       – Я рад, что он не пошёл на уступки. Сейчас важен твой комфорт и их безопасность. Как, кстати, дела?       – Кто-то из этих двоих постоянно пинается. – Кейтлин ставит телефон так, чтобы был виден живот. – Мне кажется, что это Айден, а Крис уверен, что – Аврора. Вот родятся и сразу, по активности, узнаем, кто это был. Кто-то из этих двоих ещё покажет нашей семье, кто здесь главный.       Мужчина с улыбкой наблюдает за девушкой, которая с юмором, но с такой огромной любовью говорит о детях.       – Жду не дождусь, когда они придут к нам. – Кейт берет телефон обратно в руку. – Вы ведь приедете?       – Сразу же. – Эван улыбается. – Я уже нашёл себе замену. Он выйдет на мои смены, чтобы я смог провести с вами как минимум первые пару недель. И Эдди предупредил своего сержанта. Ему тоже обещали дать отгулы, которые он накопил.       – Отлично. – Девушка не может сдержать зевок и прикрывает рот ладонью. – Прости. Ты не против, если..?       – Иди отдыхать. – Бак кивает, улыбаясь. – Спокойной ночи.       – И тебе. Передавай привет Таре и Эдди.       – Хорошо, милая. Пока.       Кейтлин машет ему рукой и завершает звонок, после чего Бак убирает телефон в карман и откидывает голову назад, прикрывая глаза.       – Как тихо стало. – Эдди выходит на террасу и опускается в соседнее от Бака кресло, протягивая ему кружку.       – Да уж. – Эван улыбается и открывает глаза, забирая напиток. – Спасибо.       В ответ Эдди лишь кивает, опуская собственную кружку на столик рядом:       – Гости ушли, и мы снова в своём комфортном покое. Не то чтобы я их всех не любил до безумия, но... – Тянет Эдди, а его муж смеётся.       – Мы определенно их любим, но порой такие встречи выматывают.       – Ну да. Особенно в твои годы. – Эдди издаёт смешок.       – Эй. – Эван пихает его в бок, оскорбленный замечанием. – Ну, ничего, посмотрю я на тебя в твои 45.       – Тебе тогда будет 47, кстати. – Мужчина продолжает подначивать мужа, улыбаясь.       – Именно так и работает время, Эдди. – Бак улыбается. – Так странно...       – О чём ты?       – Завтра Тара снова уедет.       – Да. И останемся только мы. – Эдди тянется и берёт Эвана за руку, переплетая их пальцы.       – Только мы. – Он кивает. – Ни Тары, ни Криса. Лишь ты и я.       – Ну, мы уже не такие лёгкие на подъём для третьего ребёнка, правда?       – Определенно.Тем более у нас будет два внука. – Эван снова смотрит на мужчину. – Собака?       – Собака. – Эдди чуть пожимает плечами. – Мне нравятся ретриверы.       – Нам нужно это обдумать. – Бак задумчиво хмыкает. – С другой стороны, впервые за все эти годы мы сможем быть посвящены только себе. Друг другу.       – Звучит крайне привлекательно.       – Так и знал, что тебе понравится.