Между сказкой и страхом

Леса Снежной были не подвластны даже смелым жителям этого региона, это неприступная крепость для чужаков. Зимою он особенно величественен и могуч, снег окутывал там всё как сверкающее одеяло, он служил щитом для белых пушистых зайцев, которые так старались скрыться от хитрых глаз лис и так же он служил домом для больших косолапых мишек. Кстати о лисах, им в Снежной уделяли особое внимание, они были символом: острого ума, силы воли, крепкого духа и сильного характера. Из-за этого дети с волосами лисьей шерсти считались либо опасными, либо весьма многообещающими. В лесах Снежной лис с пылающими хвостами было навалом, как и белых волков-великанов. В этом самом лесу, где даже твоя тень может стать твоим противником, и встретились два совершенно разных создания. *** Виола – маленькая девочка, которой посчастливилось родится в семье любителей путешествовать и изучать мир, у неё была, скажем так, не маленькая семья, но и не большая. Идеальная для путешествий и экспедиций, если говорить точнее, у неё была одна старшая сестра Сьюзи, которая была старше её на два года, старший брат по имени Бред, который старше Сьюзи на два месяца, и имел он весьма большой аппетит, маленькая Ви всегда считала, что его аппетит не меньше её самой, если не больше, крошка Агнесс средняя по рождению ребёнок, она старше Ви всего на полгода, они были погодками и посовместительству лучшими подружками. Так же у младшей Бэлл были прекрасные родители, отец, Томас, был ужасно любопытным и рискованным человеком с добрым сердцем, он всегда вёз свою семью по разным регионам, хотел узнать насколько большой Тейват, из-за этого у них не было постоянного дома. Ви не могла иметь друзей, не из-за её кроткого и стеснительного характера, хотя это тоже иногда было причиной её одиночества, а из-за многочисленных разъездов. Что же говоря про мать семейства,Марни, в отличие от своего экстровертного и везде нос сующего мужа, имела довольно-таки мягкий характер. Она была единственной женщиной на земле,которая могла остудить пыл Томаса, и у неё имелась лучшая в Тейвате выпечка, что бы она не готовила всегда получалось умопомрачительно, даже лесные твари слыша этот запах иногда сбегались к их фургончику. Отец Виолы наконец получил разрешение на въезд в Снежную, для изучения громоздких лесов, что было не удивительно, ведь эти леса поражали своими явлениями и теми, кто был их причиной. Они поехали к окраине леса, где находился исследовательский центр для путешественников. Лагерь был не таким большим, как представляла себе маленькая блондинка. Он простирался вдоль худых речушек, которые исчезали в темноте деревьев. Виола вычитала в одной из своих многочисленных книг, что они могут привести к сердцу леса, но никто не мог подтвердить правдивость этой легенды, ибо никто не возвращался. — Вот сейчас, дети, вы увидите по-настоящему изумительный пейзаж, – в голосе Томаса было слышно возбуждение. Всё-таки глава семейства довольно-таки долго ждал этого момента, когда наконец на горизонте появятся снежные шапочки деревьев. Отец Ви сжал руку своей спутницы, из-за чего та тепло улыбнулась и сжала ответ. На заднем сиденье, постоянно дерущиеся, Сьюзи и Бред, в этот раз вместе широко раскрыли рты настолько, что Ви смогла пересчитать все зубы своих брата и сестры. Агнесс же очень сильно распахнула свои бледно-зелёные глаза. Они были цвета свежей капусты, которую отец всегда использовал, когда готовил нефритовые мешочки. Томас остановил фургончик у тонкой замёрзшей речушки со словами детям далеко не заходить и быть осторожными. Все вышли наружу, чтобы рассмотреть достояние Снежной. Ви вышла под руку с мамой, а Томас забежал обратно в фургон за забытой камерой. Он достал её у старого фонтейского тоговца на празднике морских фонарей в Ли Юэ. Отец вернулся таким же воодушевлённым. Виоле казалось, что он пытался сфотографировать пейзаж не фотоаппаратом, а своими мерцающими глазами, настолько часто он начал моргать из-за перевозбуждения. Девчушка заметила на берегу речушки трещины, и не одну. Их было довольно-таки много. Они, как будто были бездонными. Камни по краям этих трещин напоминали аметисты и сверху были покрыты тончайшей иссиня-фиолетовой плёнкой. Ви показалось, что на ней мерцают звёзды. Она решила обходить их стороной. Ей казалось, что на неё смотрят, изучают, хотят втянуть в свою бескрайнюю черноту объятий. Вдруг зеленоглазая услышала чей-то крик, он пронзил её слух будто быстро выпущенная стрела. Она выпала из транса необъятной бездны,которая так и выжидала момента схватить девчушку в свои когтистые объятия. Ви резко пустилась с места в поисках источника звука. Она могла поклясться, что это был голос Сьюзи. Когда кучеряшка прибыла на место происшествия, то увидела плачущую сестру, которая так жадно цеплялась в крепкие руки отца, будто пыталась в них раствориться. Все пытались понять, что же заставила дрогнуть непоколебимый характер старшей дочери семейства Бэлл. Ви пыталась разобрать, сквозь всхлипы и рыдания старшей сестры хоть что-то. — Там... там... там что-то на меня пя-пялилось, – всхлипывая, Сьюзи пыталась донести до семьи причину её слёз и страха. Но никто не понимал Сьюзи, у всех были такие лица, как будто старшая Бэлл говорила на языке хилличурлов. Виола знала причину страха сестры, не первый путешественник рассказывал им ужасающие истории,о том что пряталось за кронами этих деревьев. — Ладно тише, тише Сью, я сейчас всё проверю, не плачь, – Томас встал с колен и еле смог отцепить свою дочь. Сью резко прижалась к ногам всегда радушной матери, словно та могла исчезнуть, она сжала пальцы до белых костяшек, ещё чуть-чуть и казалось кожа могла просто порваться. Томас зашёл в густую тень деревьев с мечом в руке, все смотрели на него до того момента, пока он не исчез из поле зрения семьи. Все молчали, тишина росла на перегонки с напряжением. Ви могла поклясться своей порцией фруктового трио, что слышала сердцебиение рядом дрожащего Бреда, настолько стало тихо в лагере. Марни неуверенно и с дрожью в голосе позвала мужа. — Томас, дорогой? – шуршание, сучий треск. Страх душил, зарывался глубоко в глотке, там где находилась щитовидка, вставал комом и тянул голосовые связки в розовую пучину организма. Хотел порвать, знал, что они не выдержат и рухнут вниз, прямиком к сердцу, чтобы кубором порвать сердечные струны. Шаги приближались, и воображение рисовало страшные картины того, что может оттуда выйти, ещё страшнее, что с ними будет потом. Голова гудела, чувство, будто туда залили воды Сидрового озера. И наконец, из темноты показался силуэт отца, вместе с чем-то укутанным в его плащ. Все в лагере громко выдохнули, напряжение быстро спало, тяжелое зимнее дыхание снова выровнялось, и ком страха нырнул в пучину желудка, оставляя после себя неприятное послевкусие на языке. Все заулыбались и подбежали к главе семейства. Ви показалось, что мама чуть не заплакала. Отец смотрел на всех с улыбкой и молча обнял Марни одной рукой, поцеловав её в ровный лоб. — Ну, чего ж, вы собственного отца не знаете, головастики мои? – отец чуть согнул колени, чтобы быть с детьми на одном уровне и опустил свою руку, дабы все видели. Пёстрый мондштатский плащ прерывисто вздымался, дышал. Ви присмотрелась и увидела, что через грубую ткань плаща пытался вырваться и хлебнуть желанного воздуха розовый крохотный носик. Заяц - это был заяц, снежные зайцы имели, до боли в глазах, белую шерсть, розовые клубничные носики, чёрные глаза - пуговицы, которые отражали свет в своих зрачках, и они также могли похвастаться своими годами жизни, целых 15, а то и 20 лет долгого путешествия на свете. Самое главное, что отличало их от зайцев с других регионов, белоснежные клыки. Небольшие, но очень острые. Наконец, зайчонок смог вырвать свою головку из ткани плаща. Его вислоухие уши мило подёргивались из-за сбитого дыхания. Он был напуган. — Заяц?! – вскрикнула Сьюзи, её медовые глаза искрились, как будто пытаясь тем самым поджечь шубку, причины её разрушенной репутации королевы. — Я испугалась какого-то клубка шерсти, да я из него шапку сделаю! Сью истерично потянула ладони, чтобы взять судьбу зайчонка в свои руки, но, слава всем богам, отец резко выпрямился. Сью начала прыгать, пытаясь достать зайчонка, а Бред в это время хохотал из-за развернувшейся картины. Подросток с прямыми волосами перестроила маршрут своих дымящихся глаз на Бреда. Он резко закрыл рот, будто туда залетела муха, его лицо начало краснеть из-за еле сдерживаемого смеха, и он уже помахивал на поросёнка. Не выдержав, Бред заржал на весь лагерь, да так, что невиданные Виоле раньше птицы взмыли ввысь, рассекая облака. Сью резко двинулась с места, срываясь на бег, крича угрозы, и Бред, заметив это, побежал в противоположную сторону, гогоча и кидая обидные на вид шутки. Отец Ви тихо рассмеялся, повёл взгляд на погодок, Агнесс и Виола ждали, пока отец снова покажет маленького зайчонка. Что-то зацепило блондинку в этом зайчонке, он был таким… таким… таким похожим на неё. Пока Агнесс рассматривала хрупкое тельце пушистого, Ви тонула в этих маленьких чёрных дырах. Агнесс посчитала зайчонка неинтересным довольно быстро, он не смог возбудить её интереса, заяц, как заяц, просто с клыками. Её куда больше интересовало меню на сегодняшний вечер, из-за этого она начала искать маму глазами, а затем и телом. Ви и отец остались наедине с зайцем. Томас вытянул свободную руку вперёд, хватая ею руку. Потянул ту наверх и вложил свёрток из плаща, уже угомонившегося зайчонка, к ней в руки. Посмотрел своими громадными изумрудными глазами на дочурку. — Он мне напоминает тебя. Такой же маленький и прекрасный, ищущий во всём надежду и защиту, – отец рассматривал Виолу, будто перед ним не его дочь, а зайчонок. – Понравился? – шёпотом спросил отец, и та лишь смущённо кивнула. – Тогда давай так, – резко выпрямившись и повышая сразу на несколько тонов голос, из-за чего девчушка подпрыгнула, продолжил с улыбкой на лице: – Если он сегодня ночью никуда не денется, то он твой. Ведь он будет приручен, а мы, кучеряшка, всегда несём ответственность за тех, кого приручили, поняла? – и снова короткий кивок. – Ну и славненько, надо бы фонарик достать из фургона, стемнело. Сью, давай, откапывай брата и иди помогать маме. Помотав Ви по макушке, отец пропал в листве кустов, в поисках желанного света. Кудрявая девочка устремила глаза в небо. Она не заметила, как быстро прошёл этот день, стемнело и на небе уже давно зажглись маленькие лампочки, а вдалеке на неё смотрел одинокий, святящийся глаз. И в руках Ви уже давно мирно сопел такой желанный ею друг. Виола медленно и невесомо, чтобы не потревожить работу Морфея, провела своими пальчиками по его белой длинной шубке в районе вислоухих ушек. День прошёл, и наступило время ночи. Все уже улеглись спать, стараясь как можно быстрее погрузиться в мир грёз. Настенные часы из Фонтейна равномерно тикали в такт сердцу единственной не видящей в этот момент снов, Ви. Она хлопала своими пушистыми ресничками и смотрела на уже понемногу облезающий потолок их фургона. Почему-то именно сегодня ночью ей не спится, этот лес её пугал. Даже деревья, росшие здесь, не внушали ей доверия, всё было слишком опасным. В Инадзуме леса и то были гостеприимней. Виоле зачем-то хотелось снова взглянуть на таинственное явление у берегов замёрсших речушек. Эти трещины, словно следы от когтей никому не виданного большого зверя, притягивали внимание девочки. Она никак не решалась выйти из фургона в темноту лесов сурового региона. Ви ушла глубоко в свои мысли, оттуда её вывело зайчье шибуршание под её боком. Зайчонок усиленно пытался выбраться из-под бока Ви, ему очень хотелось поскакать зачем-то важным в лес, и Ви не смогла удержать маленького друга. Он ухнул вниз с её кровати прямиком на пол, где температура была куда ниже. Покрутившись на спине, он встал на ещё не до конца окрепшие лапки, помотав головой зайчонок увидел щель, откуда просачивался лунный свет, он уверенно поскакал на свободу. Девочка испугалась происходящего и резко встала с кровати, из-за чего неприятно заскрипели половицы. Она скорчила лицо, боясь, что разбудила сверху спящего Бреда своими неуклюжими действиями, но к счастью Ви, её старший брат видел уже десятый сон о сладостях из Ли Юэ. Кудрявая выдохнула и на цыпочках пошла на поиски зайчонка. Её пугала судьба нового друга, ведь там опасно, и другие твари могут использовать его не в роли домашнего питомца. Зайчонок прошмыгнул в щель, куда Ви не дано было протиснуться, так что ей придётся отпереть главную дверь фургона, чтобы найти пока ещё живого друга. Ви подошла к деревянной двери с петроглифами, срисованными из натланских древних, каменных построек. Сняв с крючка, который был прикручен рядом с настенным зеркалом, чугунный ключ, она дотронулась до ледяной ажурной ручки двери. Прижавшись телом к мёртвому дереву, чтобы та издала минимальный звук, Ви отперла чугунным ключом расписной замок. Северный ветер поприветствовал её. — Мам, пап, я быстро… обещаю, – прошептала Виола, потопталась на месте, прикусила губу и пискнув, выбежала на территорию дедушки Мороза. Глазами выискивая следы, которые мог оставить за собой её пушистый друг, Ви заметила много точных копий заячьих лап на снегу. Она побежала следом, словно охотничья собака. Пройдя через обветшалый мост, под которым бежала бурная ледяная река, девочка зашла на территорию тёмного леса, углубилась и пропала в кронах старых, как сама жизнь, деревьев. Её спутником была одноглазая луна, сегодня она была по-настоящему сказочна, щедро одаривая семилетнюю девочку своим сиянием. Ви бежала по следам, не жалея своих ножек и новеньких аккуратных ботинок. Она не чувствовала своих мышц, север сковал всё тело. Она двигалась, не ощущая ничего, кроме холода и страха. Дыхание сбилось, клубки горячего пара мгновенно рассеивались на морозе Снежного региона. Ледяной воздух при каждом вздохе сжимал и колол лёгкие, словно она проглотила стебли колючих роз, разодравших ей всю глотку, принимаясь за лёгкие. На снегу она увидела алые пятна. Перед глазами Ви всплыл момент, когда Агнесс поцарапала руку кудрявой девочки за то, что та взяла её фигурку из снега без спроса, тогда образовались такие же следы. Эти капли расцвели на снегу паучьей лилией. Ви не дышала и теперь шла по следам крови. Она увидела огромные дикие глаза, это был взгляд хищника, который смотрел на свою добычу. Из тени деревьев вышел на лунный свет бурый волк. Ви стояла, не могла двигаться. Это конец. Конец всему. Её найдут здесь растерзанной диким животным, если вообще отыщут. Ви проследила глазами за алыми цветами на снегу, которые привели к зайчонку, чья лапа пострадала от когтей серого убийцы. Виола хотела убежать, волк может быть не погнался бы за ней, потому что у него уже имеется жертва. Но маленькая девочка не хотела бросать такую схожую с нею душу, она ответственна за того, кого приручила, не так ли? Волк пригнулся, как для прыжка, его шерсть встала дыбом, кожа на носу была вся в складках от стяжения к переносице, острые клыки были нацелены прямиком на бледную шейку, а розовый язык с аппетитом прошёлся по угольному носу. Ви знала, что будет больно, но она не сдвинется и не заорёт, она сильная. Кудрявая успела лишь сглотнуть ком и представить в голове образ родителей. Закрыв глаза, она ждала косу на своём горле. Волк успел лишь гаркнув прыгнуть, как слева от Виолы открылась трещина на подобие тех, у реки. Ви лишь услышала рассекающую плоть ножом, скулящие звуки, то как после этого повторялись глухие удары оружия в раздробленную от рук грудную клетку, бульканье крови и тишина. Здесь кто-то есть, чужак не от мира сего. Девочка дрожащими веками приоткрыла глаза. Кожа на руках, шее и лице была натянута. Посмотрев перед собой, она увидела мальчика, такого же ребёнка, как она, но старше, не её ровесник. Тяжело было отвести взгляд. Рыжие вихристые волосы, кожа местами в фиолетовых и синих пятнах. Молодое лицо подростка было всё в крови. Одежда изношенная, сделанная здесь в Снежной, грязное пальто в той же жиже и пятнах. Грязные сапоги в стиле солдат армии Снежной. В руках клинок из белой стали, по которому стекала вниз ещё горячая жидкость. И наконец, глаза - цвета угрюмого неба перед дождём в Фонтейне, но не только это их отличало от других. В них не было жизни, они были пусты, как дырявое ведро, в которое все пытаются залить воды. Он смотрел на неё, пялился, а Ви цепенела от такого взгляда. Блондинка не знала, как реагировать. Из гипноза тёмных дыр её вывело движение на скрипучем снегу. Зайчонок! Как можно было про него забыть? Ви ахнула, и глаза наполнились горькими слезами. Незнакомец тоже перевёл свои холодные тёмные ямы на дрожащий окровавленный комок в снегу. Он медленно подошёл. Белокурая девочка хотела закричать, боясь, что он что-нибудь сделает этому созданию своим железным другом. Но незнакомец лишь присел на корточки, вытащил из кармана клочок неровной ткани и перевязал лапку зайчонку. Затем взял пушистого на руки и направился в сторону такого же напуганного создания. У Виолы успели вспотеть ладони на этом морозе, когда он приближался. Она попятилась назад, пока не уткнулась спиной в дерево, опустила голову и потупила взгляд на свои испорченные ботинки. Но незнакомец лишь вытянул руку с зайчонком. — На, держи своего друга. Ради него же чуть не погибла глупая. Ви вздрогнула,когда услышала его голос, он раздался эхом в её голове. Она взяла своего компаньона и согнулась пополам, почти до колен, в поклоне — Сп-спасибо большое, – заикаясь тихим голосом, поблагодарила кудрявая. Она резко выпрямилась, когда поняла, что незнакомец удаляется в неизвестном направлении. — Постой! – не успев подумать, закричала Виола, подбегая к своему спасителю. Он обернулся лишь головой и посмотрел на запыхавшееся чудо. — Чего ещё? Малышка, тупо постояв, продолжила: — Виола, близкие зовут просто Ви, - прошептала маленькая девочка с изумрудными глазами. - А тебя как зовут? — Аякс, - сухо ответил перепачканный в крови подросток. Он рассматривал маленькую девчушку как что-то иное, светлое, наивное и никем не тронутое. Полная противоположность ему. Она была похожа на принцессу из старых сказок, которые его мама читала сестрам перед сном, а он же был злодеем, драконом, смутьяном, вносящим в жизнь других лишь раздоры и хаос, вызывающим у всех лишь страх. Ви об этом не подозревала, и если бы и знала, то всё равно бы не поняла его жестокости. Настолько наивной она выглядела в глазах Аякса. Она хотела дружить с новым знакомым. Протянув к нему свой белый платочек с вышитой на нем бежевой розой, блондинка пыталась достать пятна крови на его лице. Аякс, не зная, почему, опустил свою голову, чтобы та дотянулась, и начал смотреть прямо в глаза краснеющей малышке. Он терпеливо ждал, пока ему вытрут лицо. После трех месяцев ада эти прикосновения были для него слишком ласковыми и приятными. — Ну вот и всё, так же лучше? — закончив, спросила Ви, смотря на него своими большущими глазами. — Мне надо идти. — парень уже разворачивался, когда почувствовал лёгкое касание на рукаве своего испачканного пальто. Ви легонько ухватилась за него и, не смотря в глаза, спросила: — Не мог бы ты мне указать дорогу? Я.. я потерялась, — Заливаясь в который раз краской, Ви рассматривала снег под ногами. Её алебастровая кожа в некоторых местах была исполосована красным. На глаза наворачивались капельки, в какую же ситуацию она попала,слишком неудачливой оказалось её судьба. *** «Ей по дороге встретились ветки Сейбы, глупая так себя потрепать из-за твари, которой тут навалом.» – потрёпанный парень не понимал её, понятно было только то, что девчушка упрямая в свои годы. — Пошли. Рыжеволосый взял девчонку за кисть и попросил описать, где её семья. Ви всё рассказала как можно детальнее. «Исследовательский центр, значит» — сразу сообразил куда идти подросток. Аякс быстро нашёл тропу к семье Виолы. Дойдя до двери фургона, он наконец отпустил согревшиеся в его руках ладошку белокурой девочки. Он уже хотел было исчезнуть в поисках своей семьи, которую он не видел три месяца, как Ви заговорила: — Мы же ещё увидимся, Аякс? — с надеждой в голосе вопросила крошка Ви. Паренёк посмотрел на неё долгую минуту. — Мне надо идти, в следующий раз будь осторожней, Виола. Судьба обязательно нас ещё сведёт, я в этом уверен, — на лице Аякса появился животный оскал, так хищник смотрел на свою добычу. Его глаза осветило луною. Малышка покрылось мурашками. Затем он развернулся и исчез, как будто его и не было, так, будто это всё было сном Виолы. И лишь клочок одежды, повязанный на лапу спящего друга, был доказательством того, что это был не сон. Она и взаправду встретила парня с огненными волосами и бездонными глазами. Чем это знакомство обернётся ей в будущем, Ви ещё не догадывается. Всё, чего она сейчас желает, это помочь зайке, поменять одежду и улечься в тёплую кровать.