My heart will never feel

Любовь. Любовь? Любовь-любовь. Лю-бо-вь. Да что это? Антон мало чего хорошего успел увидеть за свою жизнь, но бывали до мурашек приятные вещи. Как часто он смотрел романтические фильмы или читал книги, а потом плакал над сюжетом, даже если он максимально банальный и глупый? Бессчисленное количество раз. Потому что он всегда переживал такие эмоции, будто и сам находится в отношениях с кем-то. Одна мысль об этом заставляла улыбаться, ведь в теории такое могло случиться, верно? Он, кажется, не слишком страшный, некоторые говорили, что даже милый. Тогда должен существовать человек, который закроет глаза на все его бесконечные недостатки? А если такого и нет, Антону было бы достаточно просто чувствовать любовь к кому-то. Ведь сложно представить что-то лучше, чем чувство спокойствия, радости и защищенности от одно лишь взгляда на человека. Так он думал, но совсем недавно столкнулся с суровой реальностью и в очередной раз осознал, насколько наивным был раньше. Оказывается, любить кого-то без ответных чувств — пиздец, как больно. Особенно после того, как на тебя всю жизнь не обращали внимания, а теперь вдруг появился особенный человек, но и он абсолютно не заинтересован. Конечно, мысли об этом каждый раз делали так больно, что со стороны невозможно было бы не заметить изменения в его поведении и настроении. И Арсений заметил. Но сколько бы раз он не спрашивал Антона, о чем он переживает, тот никогда не отвечал. Хотя они и договорились о том, что Шастун сам расскажет о своих чувствах, когда их поймёт, он ни за что не собирался этого делать. А зачем? Арсений всё равно в отношениях. А если бы и не был, Антон не хотел обременять своей симпатией, ведь это, в любом случае, не приведёт ни к чему хорошему. Максимум, что может случиться — Арсений начнёт сильно переживать. Точнее, он уже начал. Антон вёл себя странно: то лез обниматься и благодарил Арсения за всё, то специально избегал его, а иногда даже уходил куда-то, чтобы не контактировать с ним. Конечно, это сбивало с толку, и Арс начинал волноваться о том, что делает не так. Даже решил, что слишком плохо скрывает свою симпатию к Антону, поэтому ему бывает некомфортно. Но Арсений не хотел приносить неудобства, поэтому предложил обсудить это, но разговор так и не вышел. Эти качели продлились ещё три дня. И они бы длились ещё дольше, если бы не прилёт Майи. В один момент Антон очень пожалел, что убегал и иногда отказывался проводить время с Арсением, ведь теперь пришло время прощаться. И, кажется, навсегда. Одно радовало — Ева была очень счастлива, когда узнала о том, что мама скоро приедет. Завтрак прошёл в полной тишине, а Саша вообще не стал даже есть и с самого утра куда-то уехал. С каждой секундой атмосфера становилась всё более напряжённой и даже немного грустной. Тем не менее, Арсений не выглядел так, будто сильно расстроен: он улыбался и болтал с Евой, как всегда, только иногда тяжело вздыхал, смотря на Антона. Тот это замечал и каждый раз тихо спрашивал «что?», но ответ так и не получил. Время уже близилось к двум часам дня, а Шастун так и продолжал лежать на кровати, смотря в потолок. Он не понимал, почему ему настолько страшно увидеть маму спустя столько времени, ведь он правда скучал, но сейчас мечтал, чтобы время шло медленнее. И сколько бы он не провел в тишине, этот самый момент всё равно наступил. Раздался звонок в дверь, и сердце на секунду замерло. Антон прислушался. Шаги ко входу, щелчок замка, а после него — тихий голос Арсения и смех. Спустя ещё пару секунд, прибежала Ева. Она всё кричала о том, как соскучилась, а Майя отвечала тем же, и они, кажется, обнимались. Антон должен был выйти, но как только встал с кровати, передумал. Решил не портить такой хороший момент. Он ведь может посидеть в комнате ещё немного, ничего страшного не случится. Не важно, что от нервов он уже прокусил губу до крови, а сердце стучит гораздо быстрее, чем должно. Он должен потерпеть. Ради Евы, ради мамы. Они давно не виделись, будет очень эгоистично перетянуть всё внимание на себя. Антон ведь уже взрослый, он должен думать о других, а не только о своих желаниях. Почему-то стало очень больно. Возможно, это какие-то проблемы с сердцем, иначе как объяснить это странное ощущение в груди? В прочем, уже не важно. Антону бы только суд пережить, чтобы Андрей точно сел в тюрьму, а дальше он сможет, наконец, исчезнуть. Возможно, никто и грустить не будет. Мечтать о том, что тебя кто-то любит и ценит — приятно, но нельзя забываться. Ева — просто маленькая девочка, которая легко сходится со всеми, мамой движет только чувство вины, а Арсением — жалость. Никакой любви. Снова стало больно. Может, он простудился. Или ударился как-то. Или пора перестать себя обманывать и принять, что ему просто тоже хочется быть частью семьи, обниматься вместе со всеми и слышать приятные слова. Кажется, из-за доброго отношения Арсения, Антон стал слишком наглым и требовательным. Плюс один пункт к многочисленному списку недостатков. Может, и хорошо, что долго жить не будет. Дверь спальни тихо скрипнула, а Антон перестал даже дышать. Он знал, что должен хотя бы повернуться, но продолжал только молча смотреть на окно, которое сейчас казалось лучшим выходом из ситуации. -Антош, спишь? — тихо спросил Арсений, присев рядом, и Шастун облегченно выдохнул. -Не сплю, — отзовался он, перекатившись на другой бок, дабы Арс мог смотреть ему в лицо, а не на спину. -Можно обнять тебя? Нужно. Антон просто ужасно нуждался в этом, но всё равно на секунду засомневался. Разве он имеет на это право? Заметив его замешательство, Арс кивнул, извинился и пообещал, что больше не будет об этом просить. Не думая больше ни секунды, Шастун изо всех сил прижался к нему и снова начал просить прощения. Арсений никогда не понимал, за что. -Ты переживаешь или просто не хочешь её видеть? -Переживаю. Больше не нужно было что-то говорить. Антон ненадолго даже думать перестал, полностью растворившись в моменте. Сердце билось очень быстро, но он был абсолютно спокоен, а неприятная боль в груди сменилась каким-то странным, но очень тёплым чувством. Может, любовь это не так плохо. Арсений никогда не полюбит его в ответ, да и отношения у них не получатся, но сейчас это было так неважно. Зато он рядом, он помог, когда Антон так в этом нуждался. Он подарил так много хороших моментов и воспоминаний, хотя вся остальная жизнь напоминала ад. Но в этом аду был один ангел, который со всем справился. -Арсений. -Да? Шастун сделал глубокий вдох и только было открыл рот, но тут же замолчал, прикусив кончик языка. Нельзя настолько поддаваться моменту, иначе его можно испортить. Признание, которое он хотел выдать не нужно им обоим, его чувства не имеют никакого значения, и никакой реакции на это ждать не стоит. Лучше пусть Арсений запомнит его как близкого друга, а не как сумасшедшего идиота, который клялся в любви. -Ты что-то хотел сказать? -Просто спасибо вам. -Ты всегда говоришь так, будто я сделал что-то грандиозное, — он улыбнулся и слегка отодвинулся, чтобы посмотреть в глаза, но Антон быстро отвёл взгляд. -Я никогда не видел человека, который был бы лучше вас. Уверен, вы такой единственный на планете. Арсений знал, что он далеко не идеален, и от слов Антона испытывал смешанные чувства. С одной стороны, ему было очень приятно услышать, что кто-то считает его настолько хорошим человеком. Но с другой, больно осознавать, что Шаст считает идеалом человека, который просто проявил к нему немного сострадания. -Если я — лучший, этот мир точно хуже ада. -Не говорите так, — Антон отстранился и нахмурился, но его голос всё равно не звучал возмущенно. -Так уж и быть, — усмехнулся Арсений, пожав плечами, — не буду спорить только потому, что я о тебе похожего мнения. Из нас двоих, ангел — именно ты, Антош. Они смотрели друг на друга около минуты, но казалось, что прошло уже несколько лет, а прекращать Антону всё равно не хотелось. В какой-то момент Арсений немного приблизился к его лицу, а заметив, что Шаст ответил тем же, прикрыл глаза. От волнения уже слегка потряхивало, а сердце билось так быстро, что они оба не слышали больше ничего, кроме своего пульса. Они абсолютно разные: Антон никогда не был с кем-то настолько близок, а Арсений не раз проходил всё это. Тем не менее, для обоих эти эмоции были чем-то новым и слишком притягательным, чтобы взять и остановиться просто так. Антон не видел и не слышал ничего, а мысли были забиты только ожиданием своего первого поцелуя, но, когда он открыл глаза, Арсений уже сидел на другом конце кровати, нервно дергая ногой. Шастун почти успел расстроиться и пожалеть обо всём, но вовремя заметил, что в комнате они не одни. Конечно, Майя не стала бы ломиться в чужую комнату. Особенно, после того, как Арсений попросил подождать немного, чтобы он мог поговорить с Антоном. Но Еве совершенно безразлично, что там эти взрослые себе придумали, потому что ей, между прочим, подарили огромный набор конструктора, которым срочно нужно похвастаться перед братом. И не важно, что этот брат теперь краснее помидора из-за неловкости всей ситуации. Антон даже не знал, благодарен он Еве или готов прибить её своими руками. Хотелось ли поцеловать Арсения? Конечно! С другой стороны, сестра спасла его от долгих, мучительных сожалений, которые Антон пережил бы после этого. Но одно можно сказать точно — из-за встречи с мамой он теперь совсем перестал волноваться. Даже наоборот, Майя послужила отличным поводом, чтобы быстренько сбежать из комнаты. Арсению же потребовалось ещё около десяти минут, чтобы прийти в себя. Он чуть не совершил огромную ошибку, которая могла бы полностью испортить их отношения, а они и так в последнее время довольно напряжённые. Если теперь Антон захочет оборвать с ним все связи, Арсу точно придётся непросто, ведь он уже привязался так, что не сможет легко отпустить. Хотелось срочно обговорить всё и извиниться, чтобы точно не возникло никаких недопониманий, но Арсений не мог отвлекать его от разговора с Майей. А когда Антон вышел из спальни и в слезах направился в ванную комнату, Арс понял, что поговорить не получится. Оставшееся время пролетело настолько незаметно, что Арсений сперва даже не понял, зачем Антон собирает вещи. Очень хотелось отобрать у него сумку и попросить не уезжать, но Арс даже сам ужаснулся своим мыслям. Он ведь не может закатить истерику только потому, что Антон уезжает домой. Хотя, ощущалось это так, будто он бросает Арсения, а не возвращается туда, где должен быть. Совсем недавно Шастун говорил, что ему здесь очень неловко, и, как бы не хотелось это отрицать, Арс из-за этого немного расстроился. Он ведь правда старался сделать так, чтобы Антону было комфортно, но, кажется, не справился со своей задачей. Только поэтому уже не стоит предлагать оставаться здесь, нельзя ведь вести себя настолько эгоистично. Жизнь Антона полна несправедливости, боли и бесконечных переживаний, в этой черной полосе должен быть хоть лучик света, и он искренне уверен, что этот самый лучик — это Арсений. Но сам Арсений совсем не понимает, почему его так упорно идеализируют, закрывая глаза на детское поведение, глупые шутки и неуместные вопросы. Наивность Антона даже делает немного больно, потому что слышать похвалу до мурашек приятно, но понимать, что это всё заблуждение — нет. Сейчас его нужно будет отпустить. Возможно, навсегда, если он не захочет продолжать общение. И это страшнее всего. Шастун, хотя и считает Арсения светлым ангелом, мог просто устать от его компании, а переезд — отличная возможность забыть друг про друга без лишних разговоров и выяснений. Наверное, добрый и мягкий Антон выбрал бы именно такой способ, чтобы аккуратно прекратить контактировать с кем-то. -Арсений! — повысила голос Ева, пытаясь докричаться до мужчины, пока тот сверлил дверь пустым взглядом. -Да? — он слегка вздрогнул, повернув голову в сторону, и тут же наткнулся на три внимательных взгляда. -До свидания! Я буду по вам скучать. Арсений улыбнулся и кивнул, подумав, что он тоже будет безумно тосковать по этим двоим. Но озвучивать это при всех как-то не солидно, так что он только присел, чтобы обнять девочку, после чего помахал ей рукой. Когда они закончили прощаться, Майя ещё раз поблагодарила его за всё, после чего взяла дочь за руку и увела из квартиры, захлопнув за собой дверь. -Куда они без тебя? — нахмурился Арс, повернувшись в сторону Антона, на что тот тяжело вздохнул. -Со мной. Просто я попросил немного времени. Арсений впервые за многие годы почувствовал, что его сердце бьётся настолько быстро. Он и сам не понимал, почему так волнуется, не подросток ведь уже, но просто не мог взять себя в руки. Антон, к счастью, этого не заметил, погрузившись в свои мысли. -Арсений, спасибо вам большое. Я ни за что не справился бы один, и тогда, — он замолчал, пожав плечами, и продолжил только через несколько секунд, — в общем, итог мог бы быть любым. Простите за то, что я иногда вёл себя, как идиот. На самом деле, вы мне очень сильно важны. -Антош. Арсений хотел сказать что-то ещё, но только шумно выдохнул и быстро подошел ближе, чтобы крепко обнять его. Антон изо всех сил прижался в ответ и тут же зажмурился, в глубине души очень надеясь, что Арс не слышит его быстрый пульс. -Я буду очень сильно скучать по вам. Правда. Я ещё ни секунды без вас не провел, а уже не хочу никуда переезжать. -Антош, а ты, — Арсений замолчал на полуслове, сомневаясь в том, стоит ли вообще озвучивать это предложение. -Что, сильно драматизирую? Извините, просто мне это правда очень важно. -Нет! — почти закричал Арс, отодвинувшись в сторону, чтобы посмотреть на Антона, но тут же сбавил тон, почувствовав, как тот вздрогнул от неожиданности, — я хотел спросить, не хочешь ли ты остаться. Честно говоря, вообще не хочу тебя никуда отпускать. -Арсений, — он вздохнул, опустив глаза в пол, — думаю, Александр скоро выгонит меня отсюда палкой. И я прекрасно его понимаю. На его месте я бы давно начал возмущаться, это ведь вообще несправедливо. -Мы расстались, — быстро проговорил Арс ещё до того, как Антон договорил предложение. Эта короткая фраза так обрадовала, что очень хотелось как минимум улыбнуться, но Шастун изо всех сил постарался сделать грустное выражение лица. -Ох, я сочувствую. -Ты останешься? Он ожидал, что Арсений будет переживать насчёт расставания, но его, кажется, волновало только то, захочет ли Антон с ним жить. И это радовало ещё сильнее. Может, всё же есть шанс на что-то хорошее. -Если я вам не мешаю, я бы хотел остаться. Уже через секунду Арс забрал из его рук сумку и направился в спальню, попутно доставая из кармана телефон, чтобы позвонить Майе и сказать, что она может уезжать.