В конце нас не будет

В воздухе повисла тишина. Рыжий переваривал слова сероглазого, чтобы что-то сказать. Было видно, что он старается найти подходящие слова, чтобы не обидеть, его, но было понятно, что он быстро вспомнил то, что Шепс сделал ему, поэтому не стал искать подходящих для него слов. Он не был агрессивно настроен, всего-то ответил не так вежливо как хотелось бы. Сейчас их вежливость волновала меньше всего. Были заботы поважнее. — Мне плевать, что было со мной в прошлом. Если надо мной кто-то издевался, лучше забыть об этом и начать строить новую жизнь. Даже если после прошлой остались последствия, которые втыкают ножи в ноги. Нужно идти вперёд, не смотря ни на что. — Он сказал это спокойно, пустым взглядом смотря на дорогу. — Ты круче чем кажешься... — Он немного улыбнулся. — Крутые имеют крутое прошлое, крутое настоящее, крутое будущее и крутую, трагичную смерть. Я не крутой. В моём прошлом меня избивала кучка школьников, в настоящем меня опозорил человек, который оказывается избивал ранее. — Он уловил расстроенный взгляд Олега. — Это я не о тебе, о Владе... В будущем я сомневаюсь, что будет что-то крутое. То же самое я могу сказать и про свою смерть. — Говоришь так, словно ты собираешься умереть. — Он скинул брови. — А ты разве нет? Все мы рано или поздно умрём. Таковы люди... — Он поджал губы. — Продолжишь историю? — Ага... Когда я встретил тебя, я был в удивлении каким ты стал. Я думал, что ты будешь похож на человека из фильма. Ну, знаешь... Страшное прошлое, которое превратило тебя жестоким человеком который может убить кого угодно. А ты остался таким же тихоней. А людей стал избегать ещё больше. Когда ты ушёл я, подумал: «всё, теперь я точно не смогу ничего сделать». Ты ведь избегал меня. Но посмотри! Судьба заставила нас воссоединиться. Прямо сейчас мы сидим рядом с друг другом, вместе один на один и говорим об этом всём... Когда я пошёл на крышу, был пиздец как расстроен, думал о суициде, что проебал свой последний шанс. А когда увидел тебя... Блядь, как же я был тогда счастлив. Я хотел сказать, но боялся. Мне было страшно. Потом я уже не мог остановиться не проводить с тобой время. После всего того, что я с тобой сделал, я захотел сделать для тебя всё, чтобы ты был счастливым, чтобы хоть когда-то в этой ебанной жизни ты чувствовал себя безопасно. Именно за тебя я готов был и готов убить любого прямо сейчас. Таких людей очень мало. Их всего три. Мама, Саша и ты. За эту тройку я готов убить любого и умереть сам... — Что насчёт Влада? Почему он поехал с тобой? — Влад... Мы были лучшими друзьями. В тот период. У него была особая ненависть к тебе, он поехал вместе со мной, хотел поиграть с тобой, унижать и бить как раньше. Я это знал, поэтому набил ему морду тогда в первый раз. Конечно, я думал, что он угомонится, всё поймёт и передумает... Но я ошибся, Дим. Мы общались столько лет, а сейчас узнаю, что я вовсе не знал этого человека! Как глупо это... Как бы то ни было, я рад, что сейчас ты рядом. Если бы мне сейчас сказали, что если я надо тобой не издевался бы то этого всего не было бы. Не было бы нашего общения, дружбы, этого вечера... Не уверен, что я поступил бы иначе и не стал бы тебя калечить... — Он сжал челюсть. Последние слова вывели Матвеева из себя. Вскочив с лавочки, зверскими глазами, словно он готов убить брюнета смотрел на него, стоя напротив. На улице звонко звучал голос рыжего. Он был зол и разочарован. — Что блядь?! То есть, ты пол часа говоришь мне о том, сколько ты причинил мне боли, хочешь защитить, готов убить и умереть за меня, а сейчас говоришь, что сделал бы то же самое?! Знаешь, Олег... Если ты и хочешь меня защитить от кого-то, или убить кого-то за меня… Не важно. Тебе стоит защитить меня от самого себя. — Он проговорил последние слова спокойной, с разочарованием. Выдохнув, помотал головой. Олег встал, подойдя ближе, Дима отшагнул в сторону, назад от Шепса. Он грустно смотрел на человека, которого совсем недавно считал своим другом. Каким мудаком он ни был бы любовь никогда и ни за что не уйдёт за долю секунды если она настоящая. — И что ты хочешь чтобы я сделал? — Помолчав, поджал губы. — Хочешь, чтобы я умер..? Кареглазый так ничего ему и не ответил. Он лишь смотрел на него, не выдержав он развернулся и оставил того. Он просто шёл. Шёл домой, где рядом никого не будет и он наконец сможет побыть одному, подумать о том, что рассказал, в чём сознался Шепс. Было дикое желание обернуться, подбежать, обнять и поцеловать парня. Он даже не обернулся на предателя. Если бы он действительно ценил бы его, то рассказал тому сразу? Мог бы Матвеев сознаться в подобном? Нет. Если бы он был бы на месте Олега, он даже не стал бы бить человека которого и так избивают. Рыжий бы встал вместе с ним против всего класса. Если бы у кареглазого был бы подобный человек тогда, возможно все было бы иначе, но как бы он не сожалел о прошлом. Его уже не изменить. Его можно только принять, забыть или и то, и другое. Собственно Матвеев именно и собирался это сделать. Но разве можно принять и забыть после того, как ты узнал, что твой возлюбленный и есть тот самый человек из прошлого, которого ты хотел бы забыть больше всего. Если с ним произошло то, что произошло из-за него, может ли ему доверять? Можно ли простить, человека, который сломал тебя, всю твою жизнь и подростковый период. Пока все подростки были в кампаниях, общались с ровесниками, гуляли и весело проводили время, школьник сидел дома и держался от людей подальше, лишь бы его не предали вновь. Возможно, если бы брюнет рассказал бы ему всё сразу сейчас всё было бы иначе.

***

После их разговора прошла ровно неделя. Всю неделю Дима не ходил ни куда. От слова совсем. Его не было в школе, на крыше которую они так любили с Олегом. Он не мог поверить в то, что рассказал ему Шепс. Было больно и противно то всего того, что между ними было в прошлом. Он спокойно принимает тот факт, что одним из тех мудаков оказался Влад, но Олег... Он знает, что это правда, но верить в то, что брюнет один из них не хотелось. Школьник сидел на кровати, сидел и думал обо всём, что произошло между ними, что произошло с Владом и что дальше делать с Шепсом. Сможет ли он простить? Забыть о всём, что произошло. Сидя в тишине, парень услышал, что родители опять начинают ссориться. Взглянув в окно, увидел темноту. Почему весь пиздец происходит именно под вечер. Дима вышел из комнаты, пошёл обуваться, чтобы уйти из дома. Знал, что может помешать, поэтому лучше уйти, чтобы не попасть под горячую руку. Зайдя в прихожую он уже хотел надевать обувь, но услышал позади себя недовольный голос отца, который обращался к нему. — Куда ты блядь собрался?! — Он сверлил его суровым взглядом, держа в левой руке бутылку пива. — Сукин ты сын, отъебись от него! — В коридор забежала мать с криком. Не обращая внимания, он толкнул рыжего от чего тот отлетел в дверь, сильно ударившись. Мать схватила отца за плечо, чтобы оттащить, но Матвеев взял инициативу в свои руки. Оклемавшись, пока тот пытался отцепить от себя свою жену, подросток подошёл ближе. Пьяный мужик дал ей пощечину, от которой она упала на пол. Что-то крикнув Дима выхватил стеклянную бутылку из-под пива из рук отца и разбил её тому о голову. Не успев понять, что произошло он уже лежал на полу без сознания. — Не благодари. Он сказал это спокойно. Сразу же обулся и вышел из квартиры, пошёл на эту самую крышу. Матвеев так ненавидел монстров, которые называли себя людьми, что даже сам и не заметил, как начал превращаться в такого же монстра. Это словно зомби апокалипсис. Когда ты в одиночестве, живёшь себе спокойно ты никого не трогаешь, тебя никто не трогает. Но как только ты встретишь на своем пути кого-то, всё может пойти иначе. Если ты не в силах себя защитить ты станешь таким же заражённым. Таким же монстром, как и все остальные на этой ебанной планете. Начиная с малого, закончить можно ужасно. Каждый начинает с конфликтов. Мелкие разногласия превращаются в ужасные ссоры из которых невозможно спасти ни кого. Дальше могут пойти драки. После, со временем монстр, который называет себя человеком, может убить кого-то. Именно так Матвеев и начал становиться чудовищем. С начало ссоры с Олегом... Драка с Владом, с отцом. Что он сделает позже? Кто будет следующим?

***

Он пришел на крышу. Опять сидел на перилах, чувствуя на коже ветер, который так же развивает волосы. Всё как всегда. В этом мире достаточно зла и его должно быть как можно меньше. Дыхание по немного успокаивалось, как и сердцебиение. Не хотелось ждать в пустую. Поэтому он написал Олегу, чтобы тот пришёл. Долго ждать не пришлось. Шепс, как всегда, стоял поодаль от кареглазого. В этот раз он был дальше. В метрах двух. Но это его не волновало. Хотелось поскорее поговорить и поставить на этом всём точку. Руки на холодных перилах сжались. Он сидел лицом к Шепсу, спиной к пропасти. — Я чудовище, Олег... — Он помотал головой. — Ты? Смешно. Это больше подходит ко мне. — Нет, блядь! Ты не понимаешь! Ты только посмотри... Я начинаю ссориться с людьми. Но это похуй. Драки, Олег… Драки. Я никогда в своей жизни не дрался. Драка с Владом. — Этот пидр заслужил. Не ты так я ему вьебал бы. — Я проткнул ему ногу блядь! — На твоём месте я бы поступил точно так же. — Он вскинул плечами. — Сегодня я разбил бутылку своему отцу о голову. Вырубил его... — Ого... Возможно ты превращаешься в того самого героя из фильмов, который из-за своего прошлого становится таким. — Это не из-за прошлого! Это из-за настоящего. Когда вокруг не было людей я не был таким. Но как только вокруг появились люди, я стал похожим на них. Я стал драться. Я стал монстром по отношению к людям. Даже если я и ненавижу их, это не значило, что я хотел убить или ударить их. Мне было достаточно того, что я не общался с ними. Брюнет замолчал обдумывая его слова. Он не возражал словам. Где-то в глубине, было ощущение, что он расстроился. Ведь общаться Матвеев начал именно с ним. Неужели он сделал это с ним? Он хотел сделать как лучше. Неужели он всё испортил? — Я позвал тебя не для того, чтобы ныть о том, что произошло. — О чём тогда ты хочешь поговорить? Или хочешь, чтобы я просто побыл рядом? — Помнишь когда мы встретились? Ты ещё спрашивал откуда я знаю где ты живёшь. Не суть. В тот день, я сидел здесь. На этих же перилах. Потом встал и хотел спрыгнуть. Серые глаза в удивлении расширились от того, что он услышал. Он не мог поверить в то что человек переживший столько всего может вот так просто взять, сдаться и захотеть умереть. Он сделал несколько шагов вперёд, смотря на то, что Дима прямо сейчас сидит на этих ебучих перилах. — Меня вытащил какой-то парень. Илья кажется. Не важно. Самое смешно, что я нагрубил ему когда он спас мне жизнь. И знаешь что он сказал, когда я нагрубил? Что в следующий раз, если меня увидит - толкнет. — Это не смешно, Дим... — В его глазах читался самый настоящий страж. — Знаю. Я знаю, Олег. Не ребёнок, понимаю. Я позвал тебя совершенно по другому поводу. — Блядь, и долго ты будешь создавать интригу?! — Не заводись, ебанный ты трактор. Пожалуй это было самое смешное и хорошее за весь этот день. Повисла некая пауза. Оба думали о чем-то своём, но мысли были о друг друге. — Люди слишком требовательны и хотят слишком много, и в этом мы похожи. — Что? — Я такой же требовательный. Мне точно так же хочется слишком много, чем могу себе позволить. — И чего же ты хочешь? — Я хочу одного прекрасного человека, который появился в моей жизни. Этот человек спасал меня. Да, он причинил мне много боли и является тем ещё мудаком, которого мало отпиздить и убить. Тем не менее я люблю этого человека. Сколько бы зла, сколько бы хуйни он не сделал бы, он все равно остаётся для меня самым прекрасным человеком на этой планете. Человек которого я люблю один из тех уродов, которые якобы люди. Один из таких, каких я ненавижу и презираю. Но моё сердце, душа и тело принадлежит ему и только ему. Когда-то я совершил ошибку и она больше не повторится. Никогда... Однажды я просил совет у брата своего возлюбленного и мне сказали: «Если у тебя выбор между первым и вторым, выбирай второго». Я не послушался. Может я и хотел где-то в подсознании быть с вторым. Я понимал, что счастлив я буду только с первым. Кажется мне не стоило выбирать никого... — История конечно трогательная и очень милая, но я не понимаю о ком идёт речь, Дим... Это не тайна? Ты можешь мне сказать, о ком ты говоришь? — Этот человек стоит прямо передо мной. Это ты, Олег. Я говорю о тебе. Любил, люблю и буду любить. Да, ты конечно ещё тот мудак, который сломал меня, но... Я влюбился в тебя и эта любовь пожирает меня изнутри... Мне очень жаль, что мы не сможем быть вместе, родной... — Что?! Постой! О чём ты говоришь, Дим?! — Он начал кричать. — Чтобы не произошло... Знай, что я всегда с тобой. Карие глаза блеснули, показывая слезы. На губах сыграла улыбка. Не дожидаясь ответа Шепса, подросток отпустил железо, которое нагрелось от его рук. Он отпустил перила и наклонился назад, позволяя себе упасть. Брюнет не дожидаясь, что тот упадёт, бросился к нему в надежде, что он успеет и сможет его спасти. — Нет! Дима! В его голосе было слишком много боли. По щекам начали течь слёзы, начинало потряхивать. Падение долго времени не заняло. Под наклоном, Матвеев быстро упал с перил. Он начал падать вниз по этажам. Он смотрел на верх, где остался Олег. В его сердце была надежда, что он не прыгает за ним и не повторит его судьбу. В ушах был свист от воздуха. Дима уже считал себя мёртвым. Он уже давным-давно умер, но дышал и ходил. Удар в спину. Секундная боль и уход в бездну. На улице был только крик Олега. Он упёрся о перила телом. Он повторял только одно слово по миллиону раз в слух «нет». Отойдя от перил на несколько шагов, он упал на колени. Слёзы поделись ручьём, от того, что он не смог его спасти. Он не смог ему помочь, не смог остановить. — Нет-нет-нет-нет... Дима! Дима, нет! Пожалуйста... Зачем ты это сделал, сукин ты сын! Это ты! Ты тот человек в которого я влюбился тогда! Я любил тебя, поэтому поехал вслед за тобой! Искал, что бы сказать всё, искал, чтобы признаться в чувствах! Блядь я нет... Почему..? Зачем ты меня оставил, любимый мой?! Какой же ты козёл однако... Это я виноват. Я должен был признаться раньше! Не должен был причинять тебе боль, Дима... — Воздуха от такого порыва слов начинало не хватать. — Не оставляй меня, прошу, Дима... Я люблю тебя. Безумно люблю... — Он начал молчать, заливаясь слезами. — Я же говорил, что ты крутой... Прошлое, настоящее, будущее и... Смерть. Как бы больно ему ни было, он поднялся на ноги и бегом начал спускаться по лестнице. Спустившись, он выбежал из здания. Вокруг тела Матвеева уже были кое-какие люди, которые вызывали полицию, скорую. Шепса трясло. Он увидел на бетоне лежащего Матвеева. Вокруг него была лужа крови, от которой кот на удивление не тошнило. Он подбежал к бездыханному, но ещё тёплому телу. Упав рядом с ним на колени, он лёг на его грудную клетку слегка приобняв. Люди вокруг хотели того оттащить, но не осмелились. — Дима... Родной, почему ты меня оставил? Мы могли быть вместе... Он шепатл так, словно тот ещё был жив. Как будто он его слышал и мог что-то ответить. Олег чувствовал, что он слышит всё то, что ему говорит брюнет. От того, что парень был так близко и касался трупа, он был весь измазан кровью своего возлюбленного. Он шептал ему всё, что чувствовал. Повторял один и тот же вопрос «Почему ты меня оставил». Снова и снова повторял, что любит его. Он повторил это столько раз, что этих слов хватило бы на все те месяцы которые они провели вместе. Если бы Олег не солгал бы вчера, Дима бы не спрыгнул? Знать не хотелось, ведь после он винил бы во всём именно себя. Шепс начал просить прощения в том что было в прошлом, просил прощения за то, что летом дал ему пощечину из-за своей ревности, просил прощения за то, что не сказал кто он такой, просил прощения за то, что солгал ему вчера, просил прощения, что не спас его сейчас, что не успел. Он не мог успеть спасти его. Он был слишком далеко и не мог его спасти. Он сделал всё, что было в его силах. Не получилось... Несмотря на то, что это был уже труп, а не его возлюбленный, за которого он был готов убить и умереть, брюнет обхватил руками его лицо и поцеловал в лоб, затем в щёки. Он посмотрел в его пустые, застывшие тёмные глаза. Он улыбнулся ему, как будто тот всё ещё мог видеть его улыбку и чувствовать его поцелуи. Он едва коснулся своими губами его. Больше не тратя ни секунды, поцеловал его. Вжимался и целовал как живого без какого либо отвращения. Его не смущала кровь Димы. Он уже был полностью измазан ею, поэтому почувствовать кровь на его губах было вовсе не страшно. Пусть хотя бы так поцелует. Он надеялся, что тот поцелуй в комнате кареглазого будет не последним. Не ошибся. Лучше такой поцелуй после признания чем никакой. Олег отдавал Матвееву свои слёзы, а тот взамен кровь, которой и раньше было предостаточно на его руках. Вот такой трагичной оказалась первая подростковая любовь...