Мой Господин Рёмен Сукуна

Сёко успела вовремя: все пострадавшие были отправлены в больницу, и всем была оказана необходимая медицинская помощь. Все четверо: Панда, Инумаки, Маки и Нобара лежали в одной палате без сознания. Постепенно ребята приходили в сознание один за другим. — У меня для вас есть как хорошие новости, так и плохие, — Сёко появилась в дверном проёме палаты, — начну с хороших: вы все скоро поправитесь и сможете тренироваться, вашим жизням ничто не угрожает. — А плохие? — Нобара посмотрела на Сёко, слегка округлив глаза. Сёко вздохнула и продолжила: — Мы не смогли найти Итадори Юджи и Судзуки Кёку, очевидно потому что Двуликому удалось полностью захватить контроль над телом Итадори и подавить его волю, и сейчас где-то по Токио бегает проклятье особого уровня даже по меркам особого уровня. А вот насчёт Кёки я ничего не могу сказать. Скорее всего она уже мертва. — Мертва? — Нобара вскрикнула и резко замерла. Её лицо побледнело будто бы она сейчас отключится. Разум девушки не мог смириться с тем, что её подруга могла погибнуть. — Нам не удалось найти её тело, но я очень сомневаюсь, что она выжила. Одно дело привычные нам проклятья особого уровня, а тут сам Двуликий... Сатору Годжо продолжит поиски, думаю, скоро всё будет известно. Нобара была готова взорваться: ей хотелось отрицать, что её подруга была вероятно мертва, она хотела, чтобы Кёку нашли живой, может быть и не невредимой, но хотя бы просто живой. — Нам всем лучше смириться, что Кёка не пережила встречу с Сукуной, — холодно произнесла Маки, — если он не убил её на месте, то чёрт его знает, как этот больной ублюдок решил поиздеваться над ней прежде чем завершить её страдания. — Заткнись, Маки! — Нобара рычащим голосом вскрикнула на подругу. Маки резко замолчала, и, выдержав паузу, снова заговорила. — Нобара, да будь ты реалисткой! Это не какое-то рядовое проклятье, которые мы изгоняем на наших заданиях, это Рёмен, мать его, Сукуна! Мало какие маги особого уровня способны продержаться хотя бы несколько минут против него, а тут девочка-колдунья первого уровня! Она не могла выжить! — Лосось, — огорчённо протянул Инумаки. В спор девушек вмешался Панда: — Маки, успокойся и не будь такой критичной. Может, Кёка смогла сбежать и сейчас прячется от Короля Проклятий. Кёка сильная девушка, не стоит её недооценивать. Да и терять надежду тоже, найдётся она. Годжо сильный маг, у него всё получится. Девушки молча переглянулись. В палате повисла неловкая тишина. Через несколько секунд Маки нарушила тишину. — Прости, Нобара, я... погорячилась. Панда прав, нельзя терять надежду, пока мы ничего не знаем. — Всё в порядке, — Нобара слегка улыбнулась, — я тебя понимаю, все мы сейчас на нервах и беспокоимся за Кёку. — Тунец с майонезом, — спокойно произнёс Инумаки. — И всё-таки вы решили настроиться на оптимистичный исход, — Сёко беззаботно улыбнулась, глядя на ребят, — вот это я понимаю настрой! Что ж, если что, я буду вам нужна, то я неподалёку. Сёко достала из кармана халата пачку сигарет, засунула одну в зубы и вышла из палаты. Через несколько секунд рядом с ней нарисовался Годжо. Девушка щёлкнула зажигалкой, на кончике сигареты появилось пламя. Она сделала затяжку и заговорила. — Есть новости? Годжо поправил глазную повязку, выдержал паузу и заговорил. — Тело Судзуки так и не удалось найти. Сукуна тоже исчез, и я предполагаю, что он забрал мою ученицу с собой. Вряд ли она могла выжить, но я всё продолжу поиски, чтобы хотя бы найти её останки. Сёко снова затянулась сигаретой и медленно выдохнула облако дыма. — Что ж, хочется надеяться на лучшее, что твоя ученица всё ещё жива. Сдаваться ни в коем случае нельзя. Каждый ученик на вес золота, а нас и так мало. — Я вернусь к поискам и сообщу новости, как только мне будет хоть что-то известно. Сёко схватила Годжо за рукав кончиками пальцев. Он обернулся. — Сатору... — Да? — Я верю в тебя. Она отпустила его рукав. Не прошло и секунды как Годжо исчез, будто бы его тут и не было. Поиски Судзуки Кёки продолжались. *** Лучи солнца пробивались сквозь приоткрытую дверь огромного дома на вершине горы. Кёка всё ещё спала на огромном матрасе. Её молодое обнажённое тело было аккуратно завёрнуто в белое кимоно. Девушка медленно открыла глаза и поморщилась от резких лучей утреннего солнца, ударивших ей в глаза. Она сладко потянулась, встала с матраса и вышла из дома, всё ещё завёрнутая в большое белое кимоно. Выйдя на улицу она прошла ещё несколько метров прежде чем столкнуться с барьером завесы, которая была установлена вокруг дома: выйти за пределы этого магического купола девушка не могла. Кёка вздохнула и направилась обратно в дом. Девушка решила осмотреть дом в поисках своего господина, но похоже, что его не было дома. Недолго думая, чем заняться, Кёка решила принять ванну и привести себя в порядок. Девушка зашла в купальню, наполнила ванну и залезла в горячую воду. После ночи в компании господина её тело слегка ныло, и горячая ванна была настоящей панацеей. Кёка расслабилась и закрыла глаза, почти забыв о том, что она находится в плену у чудовища. Её бледная как снег кожа слегка порозовела, затёкшие мышцы расслабились, а следы страсти, которые оставил Король Проклятий на юном девичьем теле, стали ярче. Девушка прокручивала в голове события предыдущей ночи... Её правая рука будто бы инстинктивно потянулась к низу живота и начала совершать мягкие круговые движения вокруг самой чувствительной точки её тела. Щёки девушки порозовели сильнее, дыхание и пульс участились в несколько раз. Кёка продолжила нежно ласкать себя маленькой бледной рукой, извиваясь и тихонько постанывая от удовольствия. По телу девушки прохладной волной пробежались мурашки, снова и снова. Её миниатюрные пальчики чертили круги по маленькой розовой чувствительной точке, прикасаясь к ней мягкими подушечками пальцев и постепенно наращивая интенсивность: каждое прикосновение отдавалось в её нежном девичьем теле лёгким электрическим импульсом. Кека закатывала глаза от удовольствия, растворившись в моменте, поддавшись желаниям своего тела. Она застонала громче, её маленькая чувствительная точка будто бы наполнилась зарядом электричества, который отдавал приятными импульсами. Девушка была близка к кульминации процесса и не останавливалась, роняя нежные, но громкие стоны... Король Проклятий застал её ласкающей себя в ванной, его глаза горели зловещими красными огоньками. Кёка увидела нависающего над ней мужчину и резко остановилась, не успевши достигнуть пиковой точки своего наслаждения. Румяные щёки девушки резко побледнели, её голубые глаза встретились со зловещими красными огоньками глаз её господина: он явно был раздражён тем, что его игрушка посмела получать удовольствие в его отсутствие. Рёмен расценил поступок девушки как акт непослушания. Мужчина опустился ниже, схватил непослушную игрушку за волосы и потянул её вверх, пока их глаза не достигли одного уровня. — Я разве разрешал получать удовольствие этому телу? — Сукуна заговорил холодным голосом, его зловещие красные глаза словно пронзали девушку насквозь, — ты разве не помнишь, что ты моя игрушка, и ты не имеешь право трогать себя без моего разрешения? Кёка занервничала и покраснела, она смотрела на своего господина огромными глазами, боясь сказать что-то не то. — Я-я-я... П-прости, господин! Двуликий медленно опустил девушку-игрушку обратно, кинув на неё ещё один холодный взгляд. — Ты будешь наказана, — мужчина слегка ухмыльнулся, — ты проявила неповиновение, решив, что можешь распоряжаться телом как тебе заблагорассудится, и за это я не дам тебе испытать удовольствие. Сукуна сбросил с себя кимоно и поспешно зашёл в воду. Кёка быстро сообразила, что ей стоит делать, и начала натирать мускулистое тело своего господина мягкой мыльной мочалкой. Она начала со спины и плеч, плавно переходя к груди, далее к животу, и постепенно направляясь ниже, к самому деликатному месту на теле господина, покрывая каждый участок его кожи ароматной мыльной пеной. Девушка нежно натирала его туловище, совершая круговые движения мочалкой всё ближе и ближе к его гениталиям. Тело Рёмена реагировало на каждое движение мягкой поверхности мочалки по его коже, его кровь хлынула вниз, постепенно наполняя его член объёмом и краской. Закончив намыливать тело своего господина, Кёка наполнила кувшин тёплой водой и начала смывать пену с его прекрасного мускулистого тела. Мыльная пена покидала его кожу, под ней показывались упругие мышцы. Девушка не могла скрывать свой восторг, её лицо заливалось краской, пока не стало алым как вишня. Рёмен молча наблюдал за реакцией девушки, слегка ухмыляясь как хитрый лис. — Ты так пытаешься выслужиться передо мной, будто бы я передумаю тебя наказывать, девочка, — мужчина дразнил свою игрушку, наклонившись к её уху, — я отдам тебе должное, мне нравится твоя покорность... Сукуна сел на край ванны, притянул девушку ближе к себе и схватил её за подбородок, слегка подняв её голову вверх, и посмотрел её в глаза. Миниатюрная Кёка выглядела как провинившийся щенок, которого поймали с поличным. Мужчина ещё несколько секунд смотрел в огромные щенячьи глаза своей игрушки и улыбнулся, обнажив свои острые клыки. — У тебя такое милое личико, девочка, — его глаза засветились красными огоньками, — такие красивые глаза, а какие губы... ты просто прелесть, ты это знаешь? Но я должен тебя наказать. Мужчина игриво провёл большим пальцем по нежным и слегка пухлым розовым губам Кёки и засунул его в её слегка приоткрытый рот, поглаживая её язык. Девушка инстинктивно облизала его палец и начала его нежно посасывать, обхватив своими мягкими губами. Сукуна чувствовал тёплую влагу её слюны, её язык нежно касался его пальца, обхватывая его с разных сторон как мягкое и слегка шершавое одеяло. Двуликий медленно вытащил палец изо рта Кёки, игриво улыбнулся и заговорил глубоким бархатным голосом. — Ты же никогда не удовлетворяла мужчину своим милым ротиком, девочка? — Сукуна поднял её подбородок выше, и его зловещие красные глаза встретились с огромными голубыми как небо, — ты же понимаешь, что я имею в виду? Кёка чуть не поперхнулась от удивления, но быстро поняла, чего от неё хочет. Её глаза резко округлились, а брови поднялись чуть ли не до самой верхушки лба. — Ч-что? — Не строй из себя дуру, девочка, ты всё прекрасно понимаешь, — Сукуна слегка сжал щёки девушки пальцами, всё ещё держа её подбородок в руке, — ты разве никогда не смотрела, как это делают другие в фильмах для взрослых? Даже не интересовалась, как это делается? Не смей говорить мне, что ты настолько скучная святоша. Кёка покраснела и отвела взгляд куда-то вниз. Она всё прекрасно понимала. Буквально перед её лицом возвышался огромный красный от крови эрегированный член её господина, твёрдый и мокрый, готовый к действию. — Ну же, девочка, ты можешь сделать это добровольно, либо я применю силу, и тебе будет не так приятно, — мужчина дразнил Кёку своим низким бархатным голосом, ухмыляясь, словно хитрый лис, — просто возьми его в свой ротик и представь, что это твоё любимое фруктовое мороженое. Ты же любишь мороженое? А леденцы? Ну да, он немного больше по размеру, но ничего страшного не будет, если ты попробуешь. Может, тебе даже понравится. Кёка набралась смелости и подошла ближе, расположившись между ног у своего господина. Она наклонилась ближе к его члену, аккуратно обхватила головку губами и медленно начала его сосать, несмело совершая своим ртом движения туда и обратно вдоль ствола, боясь случайно задеть зубами. Сукуна наблюдал за действиями девушки-игрушки с расслабленным и скучающим выражением лица. Он вздохнул и высокомерно произнёс: — Ты хочешь, чтобы я тут со скуки помер или ты будешь удовлетворять меня, девочка? Смелее давай, мой член не кусается. Я тебя учить, что ли, должен? — П-прости, господин, я никогда ещё этого не делала... Рёмен закатил глаза и глубоко вздохнул. — Что ж, придётся тебя всему учить, — лицо Короля Проклятий выражало смертную скуку, — сначала оближи его снизу вверх. Девушка слушала его инструкции и следовала им очень внимательно. — Теперь обхвати головку губами, — Рёмен наблюдал за тем, как она послушно выполняла его инструкции, скука с его лица медленно сходила, — можешь сжать немного, а потом бери его глубже в рот. И двигай быстрее, а то я усну от твоей медлительности. Девушка послушалась и начала действовать смелее. Она обхватила губами огромный твёрдый член мужчины плотнее, двигая его во рту туда и обратно, постепенно увеличивая скорость. Кёка чувствовала, как вены на члене её господина пульсировали, отдавая импульс на её язык и губы. Сукуна расслабился, закрыл глаза и тихо застонал от удовольствия. — А ты быстро учишься, девочка, — Сукуна приоткрыл глаза и улыбнулся, глядя на свою игрушку, что расположилась между его ногами, — вижу, что ты даже входишь во вкус. Попробуй использовать свой язык, как ты делала это с моим пальцем. Кёка послушалась и продолжила сосать член своего господина ещё смелее, обхватывая его языком и втягивая щёки. Девушка чувствовала терпкий и солоноватый вкус предэякулята во рту и сразу поняла, что она всё делает правильно. Кёка увеличивала скорость и глубину, уделяя внимание каждому сантиметру члена своего господина, пробуя его на вкус, играя языком с головкой, облизывая ствол члена по всей длине. Сукуна постанывал от удовольствия, закатив глаза и откинув голову назад. — Молодец, девочка... ты хорошо справляешься со своим наказанием, — голос мужчины дрожал и прерывался от удовольствия, — возьми его... ещё глубже. Кёка прервалась на мгновение, совершила глубокий вдох и заглотила член почти по самое основание, но через несколько секунд вынула его изо рта и закашлялась. — Господин Сукуна, он же огромный! Сукуна посмотрел на закашлявшуюся Кёку, которая буквально подавилась его членом, запустил свою руку ей в волосы и снова заговорил глубоким и вкрадчивым голосом, слегка ухмыляясь. — Дурочка, ну куда ты спешишь? Расслабься, я тебя сейчас научу ублажать своего господина правильно. Рёмен медленно насадил рот девушки на свой член, поддерживая её голову за макушку, увеличивая скорость и толкая член глубже с каждой фрикцией, пока головка не достигла её горла. Кёка захлёбывалась и постанывала, она всё ещё чувствовала вкус мужчины, тот самый терпкий и возбуждающий. Рот девушки был заполнен до отказа членом её господина, смазкой и слюной. Пульсации от вен на члене отдавались в её горле, на языке и губах. Сукуна закатывал глаза и стонал, не сдерживая своё наслаждение, чувствуя, как его член сжимался в глотке его игрушки. Его щёки слегка налились краской, а глаза сияли. — Как же всё-таки приятно трахать твой милый ротик, девочка. Сукуна убрал руку с головы девушки. — А теперь давай сама. Кёка на мгновение прервалась, чтобы отдышаться и снова принялась жадно заглатывать член господина. Её челюсть уже почти онемела, но останавливаться было нельзя. Девушка делала это со страстью, наблюдая за реакцией господина: она была рада, что ему уже не было скучно, его стоны удовольствия были для неё музыкой, мёдом для ушей. Кёка вошла во вкус: казалось, что её уже за уши не оттащишь от этого члена. Девушка жадно смаковала член будто бы это было её самое любимое блюдо. Она была одержима. Сукуна был очень приятно удивлён тому, как недавняя невинная девочка, которая боялась коснуться губами его мужского достоинства, чуть ли не пожирала его целиком. Он стонал громче, не сдерживаясь, по его телу пробегали мурашки. Через несколько мгновений Рёмен кончил, заполнив рот своей игрушки тёплой вязкой спермой. Кёка медленно проглотила его "подарок", прочувствовав сладковатый с лёгкой горчинкой вкус, что он оставил у неё во рту. Король Проклятий расслабился и усмехнулся, посмотрев на свою игрушку сверху вниз, но уже не с типичным для него высокомерием, а с лёгкой улыбкой удовлетворения, будто бы он был нормальным человеком, а не воплощением зла. Сукуна нежно схватил Кёку за подбородок и потянул её выше, пока её голова не достигла уровня его груди. — Ты молодец, девочка, — его голос был мягким и расслабленным, без единой нотки высокомерия, — ни одна из моих наложниц меня так не радовала с эпохи Хэйан, а ты превзошла все мои ожидания. Девушка слегка покраснела от смущения и заулыбалась. Похоже, она была единственным живым человеком, который узрел Короля Проклятий таким. — Это большая честь для меня, мой господин... Сукуна поднял голову девушки выше и нежно поцеловал её в щёку. Кёка растаяла от такого жеста и покраснела ещё больше. — Мой господин... Её голос стал томным и сладким, как мёд или карамель. Сукуна усмехнулся и поцеловал девушку в другую щёку: Кёка растаяла окончательно. Мужчина усадил Кёку себе на бедро, придерживая за талию. — Даже я бы не мог подумать, что такая милашка может делать такие вещи, — Рёмен мурлыкал девушке на ухо низким и глубоким голосом, — ты просто сокровище, девочка. Они вышли из ванной: Рёмен надел свежий халат, а Кёка обернулась в полотенце. Король Проклятий галантно сопровождал свою верную игрушку, придерживая её рукой за талию сзади, удерживая маленькое белое полотенце, обёрнутое вокруг её тела, от падения на пол. Кёка оделась в свежее кимоно, которое дал ей Рёмен: оно было похоже на то, что носил он, белое с синим поясом и чёрным шарфом. Девушка полюбовалась на себя в зеркало и улыбнулась. — Оно очень красивое. Спасибо тебе, господин Сукуна. Рёмен расслабленно улыбался, глядя на Кёку, любующуюся в зеркале. Через мгновение он решил заговорить с ней: его голос уже был более серьёзным. — Похоже, тебя ищут. Твой учитель Сатору Годжо. Кёка отвлеклась от зеркала и посмотрела на него, подняв брови. — Мой учитель меня ищет? — Да. Все усилия бросил на поиски, но безуспешно. Остальные думают, что ты мертва, но шестиглазик не сдаётся. Кёка замерла: она снова вернулась к своему внутреннему конфликту, что мучал её совсем недавно. Она не знала, чего она хочет больше: остаться с Королём Проклятий или вернуться в школу к учителю Годжо и друзьям. Рёмен подошёл ближе к девушке, положил руку на её подбородок, поднял её голову выше и посмотрел ей в глаза. — Запомни, девочка, ты — моя с того момента, как согласилась на мои условия, — тон его голоса был серьёзным и холодным как металл, — это значит, что я тебя не отдам никому. Даже Сатору Годжо. Поняла? Кёка кивнула. — Д-да... — Тем более если они узнают о всём, что между нами произошло, скорее всего твои действия расценят как предательство, а тебя казнят. Не забывай, я для них враг, а ты сама согласилась служить мне. Он сделал короткую паузу, и заговорил снова, но уже не таким холодным тоном. — Я не позволю им тебя казнить и буду защищать тебя. Поняла? Кёка посмотрела ему в глаза, кивнула и слегка улыбнулась. — Вот и отлично, — Рёмен улыбнулся, — кстати, ты проголодалась? Я могу приготовить что-нибудь на двоих. Кёка кивнула и улыбнулась, последовав за ним на кухню.