Жизнь наследницы при регенте

- Признаться, прямо сейчас мне хотелось бы выпить чашку чая с медом: кажется, я немного сорвал голос. А после... что после, я пока и сам не знаю. — Тогда давайте первым делом выпьем чаю, а что делать потом, придумаем позже! Уж этим вечером мы точно можем позволить себе забыть обо всех делах и планах, ласково улыбнулся Зонтик, поднимая на него глаза. Его усталый, но очень мягкий взгляд сейчас согревал лучше яркого пламени... — Вы знаете, мой господин, даже если бы я и впрямь был весь изо льда , вы уж точно смогли бы растопить мое холодное сердце одним своим взглядом, мягко проговорил мальчишка , тоже поворачиваясь к нему. Его собственное лицо в полумраке, казалось, светилось фосфорическим светом — так он был бледен, — и лишь непривычно потеплевшие глаза придавали ему живой вид. Сейчас эти глаза не были ни стальными, ни даже зеркальными — скорее они напоминали водную гладь в спокойный вечер после дождя, — и взгляд их уже не резал ледяным клинком... у него сейчас не было почти ни на что... Остаток их пути до покоев короля прошел за неторопливым и в общем-то бессодержательным, но приятным разговором. Гостиная покоев короля казалась сейчас самой уютной в мире: здесь горел камин, подушки на диванах были разложены не в идеальном порядке, но достаточно небрежно, Первым делом Зонтик снял диадему и плащ — они словно давили на него, делая его не совсем им самим. После же избавился от митры и расстегнул две пуговицы рубашки: головной убор был тяжелым и неудобно высоким, а воротник почти душил За разговором и шутками тот час пролетел незаметно. Крепкий чай согревал и придавал сил, и комната казалась убежищем и защитой от всех невзгод мира, и даже тревожные мысли здесь не могли догнать их... Хотелось, чтобы этот момент продлился как можно дольше, — однако это было невозможно, и он был прерван: часы пробили шесть, и в ту же минуту, вместе с их боем, раздался звон церковных колоколов. *** После вчерашнего дня, уже сегодня в комнату, в самый момент Зонтик заглянул в спальню своего подопечного через приоткрытую дверь и удивился, не увидев его там... Несколько секунд он обводил взглядом комнату, пытаясь понять, куда он мог спрятаться, а после синяя штора зашевелилась, и все тут же стало ясно. Несколько тихих шагов — и первый король медленно отодвинул тяжелый бархат, чтобы увидеть, что юноша крепко спит на широком подоконнике, завернувшись в плед. - Спать здесь тебе уж точно не следует... Хотя ты и не просил меня об этом, я перенесу вас на кровать, прошептал правитель с непривычным умилением в голосе. Он улыбался — тепло и ласково, без привычного всем холода... Зонтик был единственным, кто видел его таким, и он сейчас будто отвечал ему своей безмятежной улыбкой во сне. Он не проснулся, когда его осторожно переместили в более подходящее для сна место — лишь пробормотал что-то неразборчивое и крепко взял своего ближайшего друга за руку... Утро следующего дня встретило граждан Зонтопии ясным, хотя и холодным небом. Светило бледное, но по-своему ласковое осеннее солнце, сулившее тихую и прохладную погоду... Был выходной, и лишь немногие спешили на работу. Улицы были почти пусты, хотя часы на башне били восемь. Обычно в это время было куда более людно и шумно, но в это утро можно было насладиться тишиной. К замку приближался другой юноша лет шестнадцати. Он прятал лицо и плотно кутался в темную накидку... Немногочисленные прохожие не обращали на него внимания, потому что привыкли иногда его видеть. Лишь один человек подошел у нему и начал разговор. - Антонио, мальчик мой, ну как прошëл день? Ты довольно уставший...? — Добрый день, мой повелитель . А если, честно, ваша внутренняя сила поражает меня... - Не переживай, Антонио. Давай лучше Пойдëм, а то, что-то мне подсказывает, что нам нужно идти. *** Сын Армета был сам не свой с самого утра, и это не могло укрыться от его внимательного и мудрого благодетеля. Это можно было списать на то, что в этот день очень многое шло вроде бы своим чередом, но определенно не так, как обычно, но Зонтик понимал, что подобное всегда является просто оправданием равнодушию... Он не мог оставить своих друзей наедине с их тяжелыми чувствами. Когда-то давно, еще в те времена, когда Антонио был учеником,а монарх-наставник сказал ему после одной неудачи: — Знаешь, почему я выбрал тебя, а не кого-нибудь другого? Тебе с трудом даются проповеди, но заметь: я учу тебя именно этому... Мы говорим об идеалах лишь в те моменты, когда ты составляешь речи; мне не приходится разъяснять тебе их смысл, как некоторым из прихожан. Хороший священник — это в первую очередь пример для своих подопечных, тот, кто твердо верит и следует всем заветам, верно понимая их, тот, чьи слова не расходятся с действиями. Для такого человека немыслимо после проповеди о милосердии на выходе из церкви пнуть собаку или, к примеру, изменять жене, а прихожан учить верности и честности... И ты как раз из таких. Ты пока плохой оратор, однако это обыкновенный навык, и с твоими умом и прилежанием приобрести его не составит труда. Научиться милосердию, трудолюбию, кротости, скромности, уважению к другим, честности, преданности и прочим моральным качествам, если родители еще в детстве не научили, куда сложнее, а учить этому труднее вдвойне И последнее, но отнюдь не по значению... Мы часто говорим о милосердии друг к другу, однако многие забывают о том, что доброту и терпимость следует проявлять и к себе. Каждый может оступиться и совершить отнюдь не тот поступок, которым стоит гордиться; никто из нас не совершенен, и ошибаются даже святые Сказав это Зонтик ласково улыбнулся. Антонио лучезарно смотрел на старшего. *** - Господин Зонтик, я привёл того юношу про которого рассказывал Вам тогда. сказал мужчина лет 40 на вид. Получив кивок от правителя он ушёл в закат. — Садись . Не бойся... сказал Зонтик глазами указав на диванчик напротив него. Антонио сел на диванчик и стал смотреть на короле, он завораживает паренька. Его длинные волосы, бирюзово-лазурные глаза… — Ты ведь Антонио, верно? оторвавшись от документов сказал мужчина которому было уже за 40, но на вид он выглядел на лет 25. — Да. полушёпотом сказал будущий регент. — Ты чего? Не уж-то ли меня боишься? растерянно сказал Зонтик. — Если честно то немного да… сказал Антонио. Зонтик положил документы и подошёл к юноше. Старший из них положил руку на плечё другому и сказал: - Не надо переживать. сказав это тот сел рядом, при обняв мальчишку одной рукой. - Хорошо... в по-своему скромной манере сказал Антонио. - Ты сейчас понимаешь почему ты здесь? внезапно прервав тишину сказал правитель Зонтопии. - Если говорить по правде то не очень... сказал младший.