Между нами

Вокс провел кончиками пальцев по груди Аластора вдоль череды мелких пуговиц на алой рубашке. Радиодемон сидел неподвижно, обдумывая нравится ли ему или стоит пропихнуть рекламу каким-то иным способом. Ещё не поздно повернуть назад, а Вокс пусть подавится своим предложением. Но рука, поблескивающая от тока, нежно скользнула по груди и замерла в ожидании. Аластор отвел взгляд и кивнул. Теледемон все же снял сюртук с плеч радиодемона и под пристальным взглядом осторожно повесил его на спинку стула возле своего пиджака. Вокс на мгновение засмотрелся на одежду: раньше их одежда также висела рядом в небольшом офисе. Приятные воспоминания. Вокс сел рядом с Аластором: каждое движение неспешное, осторожное. Как бы Воксу не хотелось поскорее повалить радиодемона, обхватив всеми конечностями, оплести проводами и не давать передышки до утра, он понимал, что в этот раз придется сдержаться. Аластор устроен иначе: не заводится с одного касания как Валентино, а подолгу обдумывает каждое ощущение, приценивается нравится или нет. Но, если угадать, быть терпеливым, радиодемон ответит. Отвечал раньше. И этой реакции Вокс жаждал сегодня более, чем быстрого удовольствия. Вокс обнял его со спины, слегка прикусив ушко. Ладонь в перчатке медленно скользнула от ключиц радиодемона к бедру, чуть сжал. Аластор мелко вздрогнул и прижался спиной ближе, запрокинув голову теледемону на плечо. Вторая рука Вокса проследовала до поясницы, задержалась и скользнула чуть ниже, пристально ощупывая. Аластор вздрогнул и вскинулся, прижав уши. - Что ты вытворяешь? - с недоумением произнёс радиодемон. - Хвоста у тебя нет? - разочарованно протянул Вокс, продолжая ладонью скользить по пояснице и теребить край брюк Аластора. Вид у него был глубоко обманутым. Аластор рассмеялся, глухо, с помехами. - С чего бы у меня был хвост? - наконец произнёс он. - Уши же есть. У такого оленя должен быть хвост! - рука Вокса скользнула по ткани брюк на ягодницах, ощупывая с особым вниманием. Аластор пересел к нему на колени, наконец отложив свою трость на подушку. Достаточно близко, чтобы схватить её в любой момент. И все же это было огромным допущением с его стороны. - Куда ты его спрятал? - усмехнулся Вокс, прильнув губами к открытой шее. Аластор сглотнул. Поцелуй теледемона разошелся легким разрядом тока. Необычно. Почти приятно. Аластор слегка щелкнул его костяшками по монитору, не оборачиваясь. - Хватит. Ты снова все портишь, - тон назидательный, но беззлобный. «Ты снова все портишь» и теледемон сжал талию Аластора крепче, вжал стройное тело в свое, позволяя электричеству объять обоих. Эта фразу он раньше слышал от радиодемона: с той же интонацией. Пусть Аластор сейчас и был к нему спиной, Вокс знал, как он улыбается сейчас, как щурится, будто бы безучастно рассматривая темно-синюю краску на стене спальни у самого потолка. Это выражение всегда заводило теледемона и выводило из себя, но, не имея возможности приблизиться дальше, чем на сдержанное рукопожатие, он всегда выбирал злость. Но сейчас было можно куда больше. Вокс снял с себя рубашку и галстук бабочку первым не то из уважения, не то, чтобы показать, что это не страшно и не зазорно. Для него это было легко. Пальцы Аластора замерли, медленно теребя верхние пуговицы. - Оставь так, - произнёс Вокс, - секс в одежде весьма занимательный фетиш. Аластор сверкнул глазами: в этот раз Вокс прижал его в углу. Снять рубашку — поддаться на провокацию, оставить — последовать его желанию. Поток лихорадочных размышлений прервал телеведущий, притянувший радиодемона к себе. Он прильнул к губам с долгим и жадным поцелуем. Как же ему не хватало этого. Казалось, прошла вечность. Ни Валентино, ни любой другой демон не могли дать того чувства, что давал Аластор просто находясь достаточно близко. Между ними заплясали электрические искры, будоражащие нервы обоих. Вокс, не раздумывая, бросил бы и свою империю и райские врата, переплавленные в приемник, если бы точно мог вернуть то, что связывало их так давно. Но теперь у него была только эта ночь. Возможно, она и останется единственной в его памяти на всю вечность. Вокс замер, глядя через плечо Аластора на обои, затем впился взглядом в его лицо, сохраняя в памяти каждую деталь. Алчно и с отчаянием. Но Аластор не позволил рассматривать себя слишком долго — уткнулся кончиком носа в плоский монитор, поглаживая подушечками пальцев тонкий уголок. Ему нравилось так делать очень давно, когда с Воксом не нужно было меряться величием, в целом понравилось и сейчас. - А раньше он был горячим. И грань шире. Я мог положить на неё ладонь. - произнёс радиодемон. На долю мгновения Воксу показалось, что его улыбка стала слегка печальной. Но радиодемон оскалился насмешкой, - снова от обновления теряешь остатки шарма. - Он у меня хотя бы был! - ответил Вокс. Аластор был единственным, чьи подколы заводили его до дрожи и замыкания. Вокс уложил радиодемона на кровать и навис сверху, устроившись на бедрах. Аластор мельком бросил взгляд на лежавший на подушке у его головы микрофон, но трогать его не стал. Вокс провел пальцами от шеи до бедер Аластора, выискивая чувствительные зоны. Он помнил, что Аластор всегда чуть вздрагивал и улыбался шире, когда он, сидя на стареньком диване в пыльной маленькой студии на окраине города, задумчиво чертил когтями узоры на шее возле края высокого ворота, будто пребывая в задумчивости. Но дальше никогда не заходил. Теперь Вокс изучал радиодемона, с наслаждением запоминая каждую реакцию, сохраняя в памяти навечно каждое ощущение. Как Аластор жмурится, прижимает уши, крутит головой. Когда Вокс скользнул кончиком языка по боку, очертив выпирающие ребра, радиодемон отрывисто выдохнул, впившись пальцами в бедро телеведущего. Щеки чуть покраснели. Вокс хотел, чтобы эта ночь не кончалась, но встроенные в голову часы напоминали о проклятом времени. Это было мучительно. Телеведущий замер, оперевшись ладонями о плечи Аластора, рассматривая его, как будто в последний раз…впрочем, едва ли ещё когда-нибудь он увидит Аластора таким. Брюки и белье Вокс стащил сначала с Аластора, потом с себя. Сделать это пришлось быстро, опрокинув радиодемона на лопатки, чтобы не успел воспротивиться. Улыбка радиодемона стала напряженной, уши прижались к голове, в комнате опасно моргнуло электричество. - Я делаю тебе одолжение, - с фальшивым высокомерием произнёс Аластор, перегнувшись через Вокса, чтобы положить монокль на тумбочку: не хотелось его повредить, а в аккуратности теледемона он сомневался. Вокс знал этот тон. В эфире он ненавидел его и мгновенно вспыхивал разрядами и колкостями. Но наедине все было иначе: он по-своему любил, когда голос Аластора звучал столь поставленно ровно, скрывая эмоцию, которую радиодело считал ниже своего достоинства. - В ногу мне сейчас твое одолжение упирается? - усмехнулся Вокс, на несколько секунд за поясницу прижав Аластора к своим коленям. Но, стоило ослабить хватку, почувствовав, как сгущаются тени, радиодемон проворно вскочил со скрещенных тонких ног Вокса. Аластор стиснул его плечи, впиваясь когтями и припал к шее, протрещав «не смей так делать». Аластор кусался. Сильно, нещадно и несдержанно. Он нашел в этом особое удовольствие для себя. Телеведущий негромко застонал, что Аластор счел своей маленькой победой, хотя в целом ему будто не было до этого никакого дела. Воксу оставалось только смириться с тем, что придется застегивать все пуговицы на рубашке до верха в течении ближайших недель, пока не сойдут яркие следы и не заживут маленькие ранки с черными краями. - Черт. Ты явно решил прибавить мне проблем с гардеробом, - поморщился Вокс, слепо скользнув подушечками пальцев по своей коже, проверяя выступили ли капельки крови. Он ругался сквозь стиснутые зубы, но оба знали, что Вокс, оставаясь наедине с собой, будет подолгу их рассматривать в камеру смартфона, вспоминая болезненно-приятное ощущение. Почти подарок — в глубине души телеведущий надеялся, что следы ещё долго не побледнеют. Аластор в ответ на ругань, припал к шее Вокса вновь. Уже не так грубо, размеренно. В порыве, ощущая, что оба достаточно накалились, Вокс притянул Аластора к себе. Дальше дело техники, которой, благодаря Валентино, о котором телеведущий сейчас очень не хотел думать, была отточена превосходно. Не отодвигая Аластора, Вокс проводом притянул в ладонь с тумбочки гель. С молью он развлекался разными, но для Аластора припас самый нейтральный: поражать радиодемона развитием секс индустрии в эту ночь теледемон не планировал. С подготовкой вышло легче, чем Вокс ожидал. Аластор лег на живот и нехотя отдался в его руки, не издав ни звука. Выдержка радиодемона была хорошей, хотя Воксу и хотелось, чтобы мыслями Аластор оставался здесь, с ним, а не где-то в сетке радиовещания. Вмеси ожидаемого сдавленного стона, со стороны радиодемона послышался звук раздираемой когтями синтетической простыни. - Я тебе не эфир, паскуда! - Аластор дернулся, кусая подушку, когда Вокс неспешно вошел в него. Про этот комплект постельного белья можно было забыть: Аластор, похоже, решил его уничтожить. Телеведущий накрыл ладонь радиодемона своей, жертвуя равновесием. Движения плавные, мягкие. Он никуда не торопился, наслаждаясь каждым толчком. Почувствовав, что Аластор расслабился, Вокс прижался ближе, второй рукой медленно скользя вдоль выпирающего позвоночника. От чего-то ему было важно, чтобы удовольствие было между ними, для двоих. Отключить мысли полностью и забыться в наслаждении не получалось. Он думал об Аласторе, рассматривал его, любовался. Потянулся к рыжим волосам: хотел схватить и потянуть на себя, но рука замерла в миллиметре и лишь со смазанной нежностью скользнула по шерстке ушек. Аластор негромко застонал, но звук голоса быстро перекрыли характерные помехи радио. С нарастающей страстью, Вокс задвигался быстрее, сжимая запястье Аластора, чуть отведя его за поясницу. Радиодемон сжимался и изгибался, прижав уши. Сейчас он не думал ни о чем, кроме приятных разрядов тока, охватывающих кожу, где касался Вокс. Это ему нравилось. Странное чувство, которое не удалось бы получить ни от одного другого человека, невозможное при жизни. Стоны смешались: помехи и электрический писк. Обоим было хорошо. Аластор закрыл глаза, Вокс же впивался в него взглядом, скользя рукой по всему телу радиодемона. - Ещё…- хрипло выдохнул Вокс, чувствуя грань. Аластор не выдержал первым, задергавшись, разодрав подушку из которой по кровати рассыпались какие-то мелкие шарики. Вокс расслабился через несколько глубоких и резких толчков и вышел, рухнув рядом с Аластором, не поворачивая голову несколько минут, чувствуя, что, если встретится взглядом с радиодемоном, это будет последний взгляд в его жизни. Аластор нетвердо поднялся и натянул рубашку, не застегивая её. Молчание затянулось. Вокс все же перевернулся на бок, рассматривая фигуру радиодемона в неоновом свете и неприятно ощущая гранью панели проклятые шарики. - Старость не радость, да? - не удержался Вокс, заметив, как Аластор прогнулся в пояснице, поморщившись. - Ты не умеешь быть достаточно осторожным, - назидательно ответил Аластор, растянувшись на кровати, легким движением щупальца отодвинув все шарики на сторону Вокса.