Между нами

Вокс ожидал, что в спальне неловкость должна куда-то исчезнуть, но скованность стала только больше. Аластор замер в дверях, перегородив ему проход и, слегка прижав уши, смотрел на кровать. Вокс упоения от момента тоже не испытывал, вопреки всем своим ожиданиям и фантазиям. С Валентино такого никогда не было, насколько бы нелепым и до одури пошлым не был флирт между ними. Даже когда мотылек заорал в окно какому-то случайному демону «залетай к нам», Вокс чувствовал себя увереннее и только посмеялся. Даже когда тот демон действительно присоединился, всё ещё было лучше. - Ты серьезно? - фыркнул Вокс, пропихивая Аластора вперед. Радиодемон резко развернулся и притянул Вокса к себе, подцепив его жилетку острым кончиком трости с микрофоном. Телеведущий запоздало понял, что радиодемон расценил этот жест как грубость, и нервно улыбнулся, примирительно подняв руки. «Только не превращайся сегодня в огромную плотоядную тень. Я не хочу заказывать клининг. И ремонтную бригаду.» - подумал Вокс, чуть закатив глаза. Такой исход ему совсем не нравился, а потому пришлось призвать остатки своего терпения. Телеведущий положил ладони на плечи Аластора и плавно погладил, спустившись от предплечий к запястьям. Он решил, что если сумеет хоть немного завести оппонента, дело пойдет плавнее. Радиодемон осторожно скользнул кончиком микрофона по шее Вокса, оставив едва заметную белую полосу и отступил на шаг. - Не говори, что последний секс был у тебя до смерти. - протянул Вокс, развязывая галстук-бабочку. Аластор просто очередной оверлорд, ничего более. Почему тогда это настолько волнительно? Радиодемон второй раз за вечер смерил Вокса презрительным взглядом, как самое жалкое, глупое, бесполезное и ничтожное создание во всем аду, но ничего не сказал. Похоже, телеведущий оказался прав. Легче от этого факта снова не стало. Вокс решил попробовать взять инициативу в свои руки. Он широко улыбнулся, ловко расстегнул пуговицы на своем пиджаке и, прокрутив скользкую ткань на кончиках пальцев, швырнул его, не глядя куда-то за спину. Аластор проводил взглядом предмет гардероба до угла и пренебрежительно поморщился. - Кто так обращается с пиджаком? Тебе в нем завтра в эфире позориться, - назидательно произнёс Аластор, - это не моя забота, но ты настолько не аккуратен, что смотреть больно. - Завались, - грубо ответил Вокс. Не такой реакции он ожидал. Правда, пиджак с пола все же поднял и отряхнул, повесив его на спинку стула. Волна уверенности схлынула, оставив после себя только неловкую досаду. Радиодемон тянул время, выводя Вокса из себя. План был прост и надежен: отболтаться и уйти в назначенный час, оставив телеведущего полным идиотом. Искренняя наэлектризованная реакция Вокса добавляла ситуации накала. В самой глубине остатков души Аластор находил Вокса достаточно привлекательным. Симпатии хватало на то, чтобы согласие на условие договора не было для него безумством, если бы телеведущий все же сумел собраться. Но пока что злить теледемона было куда забавнее. Оппонент легко заводился от пары подколов, а после долго искрился и не мог сосредоточиться. Наблюдать за тем, как Вокс старается контролировать утекающую у него из рук ситуацию - одно удовольствие. Телеведущий опустился на кровать, широко разведя колени и подперев монитор руками. Лихорадочная попытка придумать, как действовать дальше, успехом не увенчалась. - Как ты сел? - Аластор без лишних усилий обнаружил новый способ довести Вокса, вынудив отказаться от своего предложения и больше никогда о нем не вспоминать, - в моё время даже попрошайки в переулках позы выбирали элегантнее. Телеведущий начал подозревать, что Аластор все же настроился на секс. Вот только трахать радиодемон собирается только его мозг, при чем с особым пристрастием. Колени теледемон свел и встал, прожигая радиодемона взглядом. Кажется, на клининг накопились какие-то скидки. - Опять дергаешься…- начал Аластор. Нервы Вокса не выдержали. Он крепко перехватил радиодемона чуть выше талии и толкнул на кровать, утыкая лицом в синее одеяло. Телеведущий прижал его сверху, заломив за спину тонкие запястья. - Дотрещался, - прорычал Вокс. Он перевернул Аластора на спину, но тут же пожалел об этом: застывшая улыбка радиодемона убивала любой настрой. Теледемон развернул радиоведущего вновь лицом в постель. Раздался неестественный щелчок. Звук был неприятным, похожий на выходящие суставы. Аластор повернул голову на 180 градусов, глядя на Вокса почерневшими глазами с подергивающейся стрелкой. - Ауч, - Вокс издал электронный писк и заторможенно, удерживая за тонкие предплечья, словно украденный из магазина манекен, положил Аластора на кровать. Зрелище было не из приятных. Радиодемон моргнул и развернулся, подтянув тело за шеей с мерзким хрустом ломающихся костей. - Я, пожалуй, в ванну отойду. Пять минут. Никуда не уходи, - голос Вокса стал полностью электронным, выдавая шокированное состояние. Он встал и, не отрывая взгляда от Аластора, метнулся в ванну, прижимаясь к двери спиной и стараясь ощупью найти ручку, - сейчас. Минуточку. - Да, да. Не торопись, - Аластор помахал ему рукой и откинулся на подушку, обняв мягкое одеяло. Происходящее доставляло ему явное удовольствие. В ванной Вокс запер дверь и сел на пол, безучастно уставившись в стену. С одной стороны было обидно: он ожидал не этого. С другой стороны, а что ещё можно было ожидать от радиодемона? Телеведущий невольно подумал о Валентино. Вот уж кто не попадал в подобные ситуации. Как говорил Валентино, когда наставлял его десятки лет назад перед свиданиями в клубах до того, как подмял под себя все подобные заведения? Пить только то, что купил себе сам и всегда проверять осадок в бокале. Ценное знание, но не в тему. Если свидание пошло не по плану, уходи через окно. Вокс тоскливо глянул на окошко вентиляции в ванной. Не пролезет. Просочиться по проводам прочь и наскоро продать дом вместе с радиодемоном и всеми последствиями? Явно не лучший выход. Последним в списке мотыльковой мудрости значилось «если все очень плохо, звони папочке». Однако, даже если бы не пункт уговора «только между нами», единственный «папочка», которому сейчас Вокс хотел бы позвонить - отец Джон Константин. Впрочем, подошел бы любой другой экзорцист с лицензией. Аластор издевался над ним, не скрывая этого. Вокс постоянно пытался оправдаться перед радиодемоном и самим собой. Это ужасно утомляло. Телеведущий взглянул на себя в зеркало и медленно выдохнул. Аластор ему нравился. Не только врагом. Разумеется, знать радиодемону об этом не обязательно. Хотя, пожалуй, он вполне догадывается. Или же даже испытывает нечто подобное. Аластор не идиот, чтобы принять такое предложение только ради шутки. Телеведущий наворачивал круги по ванной: благо, она была достаточно просторной. Нервно теребил ремень и жмурился, стараясь не заглючить от напряжения. Вокс протер монитор ледяной водой, приходя в себя. Даже сейчас его чересчур беспокоило, что подумает Аластор, что подумают все, будто он был в эфире. Но ведь это было только наедине с радиодемоном. Что он хотел сделать с Аластором весь этот вечер? Покрепче прижать к кровати, слегка укусить за подрагивающее ушко, коснуться разгоряченной кожи. А не играть в шоу «кто уложит оппонента остроумием» и «предскажи все шаги радиодемона за этот вечер, а лучше до судного дня». Вокс вернулся мыслями к Аластору. Наверняка, ему сейчас тоже было не так весело. Хотя радиодемон отлично умел это скрывать. Постепенно мысль, зародившаяся ещё в начале вечера, обрела форму: ответ на вопрос, почему он все ещё не прижал Аластора со словами «мы договорились». Вокс хотел взаимности, ответной реакции. Пусть хотя бы так между ними было нечто большее, чем бесконечная вереница препираний. Телеведущий позволил себе расслабиться. Он слишком старался, впадая в перегруз, когда все переставало идти по плану. Но с Аластором никакой план никогда не работал. Тягаться в контроле над ситуацией было бесполезно. В его голове был совершенно иной порядок, ведомый только радиодемону. И это всегда будоражило и выводило из себя одновременно. Пусть остаётся дальше со своим неизменным оскалом. Вокс все равно в глубине электронной души находил эту привычку по-своему привлекательной. Пусть одевается как будто ограбил музей и трясется над своим радио. Воксу нравились этот стиль и шарм. Скрывать это за отговорками и ядовитыми шутками сейчас было не обязательно. От этого осознания стало по-странному легко. Теперь он даже мог смотреть Аластору в глаза, любуясь, а не выдумывая себе оправдания. Собравшись с мыслями, Вокс вышел из ванной и сел на край кровати, мягко потянув Аластора к себе за запястье. Вид у него был спокойный и довольный. Аластор нехотя оставил подушку, на которой успел задремать, и нетвердо сел, положив одну ладонь на его колено для удобной опоры и ожидающе хмыкнул. Вокс нежно погладил его по голове между ушек, угадывая ласку, которая поможет расслабиться. Что-то в Воксе неуловимо изменилось: иногда его перебор паттернов был удачен и мог покорить сердца зрителей. В этот же раз он смог даже заинтересовать радиодемона. Вокс тепло улыбнулся, прикрыв глаза: он умел быть ужасно привлекательным, и Аластор понимал, что таким телеведущего видел во всем аду только он. Это всецело льстило. Аластор сел ближе, прислонившись к нему плечом. Когда Вокс старался для него с особой тщательностью и вниманием, радиодемон отвечал, вознаграждая его своим одобрением, и даже поддавался. Ушки расслабленно прижались с разных сторон головы: ему нравилось. Времени у них ещё было достаточно и теперь теледемон не хотел торопиться.