that isn't nothing

К выходным Холлис практически забывает о том телефонном звонке. И только когда она приходит на утреннюю тренировку в субботу и Нила там не оказывается, она вспоминает. Тренер Браун просто сказал, что Нил взял небольшой отпуск, чтобы провести время с семьей, и Повстанцы восприняли информацию так, как захотели. Большинство предположили, что он улетел в Атланту, чтобы провести время со своей девушкой, Холлис не стала исправлять их. После тренировки тренер Браун отвел ее в сторону, вручил папку и приказ отнести ее домой к Джостену. Насколько она знала, никто из команды не был у Нила дома, и он, похоже, не стремился менять это. Но она была капитаном, и она должна была сделать то, что ей сказали, поэтому Холлис вызвала такси и поехала по адресу, который назвал ей тренер. Многоквартирный дом, к которому она подъехала, оказался красивым и ухоженным, но она не ожидала, что Нил будет жить в таком месте. Здание было неприметным, на такое никогда не обращаешь внимание, если только не ищешь его специально. Нил жил несколькими этажами выше, и она остановилась перед дверью, номер которой указал тренер. После недолгих сомнений она постучала и услышала шаги, которые раздавались все ближе и ближе, пока дверь со скрипом не открылась. Нил выглядел удивленным, увидев ее на пороге своего дома, и она показала папку в качестве объяснения. — Тренер попросил меня передать тебе это. Он кивает, открывая дверь чуть шире. И ровно в тот момент, когда он протягивает руку, чтобы забрать папку, раздается громкий стук, заставляющий его обернуться и скрыться из виду. — Проходи, я сейчас вернусь, — кричит он откуда-то из глубины квартиры. Она слышит, как он с кем-то разговаривает, когда закрывает за собой дверь и направляется в гостиную. Квартира небольшая, но чистая и неприхотливая. Это определенно не холостяцкая берлога, которую она ожидала увидеть, но почему-то увиденное подходило для Нила, которого она знала, гораздо больше. Холлис подходит к полке, на которой выставлены фотографии, и улыбается тайной сентиментальности Нила. На первой фотографии изображены Лисы из Пальметто, сидящие в чьей-то гостиной — все в свитерах. Очевидно, фото было сделано на Рождество, и она почти сразу находит на нем Нила. Он стоит, прислонившись к стене рядом с рождественской елкой, и мягко улыбается человеку справа от себя. Что удивляет больше — человек, которому он улыбался, был не кто иной, как Эндрю Миньярд, который смотрел прямо в глаза Нилу. Эндрю, надо сказать, не выглядел счастливым, но и враждебным тоже не казался, что было странно. Она минует это фото, не задумываясь, и смотрит на следующее. Очевидно, эта фотография сделана в той же квартире, что и предыдущая, хотя здесь она выглядит практически пустой. Единственным человеком на снимке был Нил, сидящий на полу и играющий с двумя кошками. Это фото, должно быть, сделала его девушка, и эта мысль вызывает у Холлис улыбку. На следующем фото Нил и Эндрю, одетые в одинаковые пальто, стоят близко друг к другу, глядя в глаза. На этом снимке вообще не создавалось ощущение, что они друг друга ненавидят, она бы даже могла подумать, что между ними есть что-то большее. Но она видела интервью и слышала, как Эндрю говорил, что ненавидит Нила, и тот подстрекал Миньярда к этому. Они никак не могли быть вместе. Она отворачивается от фотографий, услышав приближающиеся шаги, и видит Нила, держащего на руках ребенка. Это, должно быть, Амалия Дэй. Девочка небольшого роста, у нее темные волосы, заплетенные в тугие косички. Она была самим очарованием, но Холлис с трудом могла представить Кевина в роли ее отца. — Прости, — говорит Нил, усаживая Амалию на диван. — Сэр пыталась убедить Амалию скинуть на пол пакетик кошачьего корма, — он протягивает руку, и Холлис на автомате передает ему папку. Он не смотрит на нее, вместо этого разглядывает полку с фотографиями позади нее. На его лице читается вызов, словно он провоцирует ее задать вопрос, который, как он знает, ей хочется задать. — Ты, кажется, очень дружен со своей старой командой, — говорит она вместо того, чтобы спросить об Эндрю. Его губы кривятся, он явно забавляется из-за ее уклончивости. — Они моя семья. — Все? Он разворачивается обратно к дивану, наблюдая за тем, как Амалия тычет пальцем в крошечную пушистую белую кошку. — Да, даже если мы не нравимся друг другу. Он указывает на еще одну фотографию, которую она не заметила раньше. Свадьба двух Лис. И снова Нил рядом с Эндрю, но на этот раз Нил смеется, и даже на лице Эндрю, кажется, есть легкая улыбка. Остальные Лисы стоят вокруг них в разных нарядах. Рядом с Кевином стоял Аарон Миньярд, ну, наверное, Аарон, возможно, это был и Эндрю — Холлис всегда их путала. Кто бы это ни был, он с презрением смотрел на Нила и второго близнеца. — У тебя вражда с обоими Миньярдами? — в конце концов спрашивает она. Нил пренебрежительно отмахивается рукой. — Мы с Аароном никогда не были в хороших отношениях, но за все эти годы научились ладить друг с другом. У нас особо и не было выбора, но я решил назло ему сблизился с его женой, Кейтлин, и когда мы оказывались вместе, то я просто проводил свое время с ней. — А Эндрю? — Это другое, — это все, что он говорит. Однако этого оказывается достаточно, чтобы привлечь внимание Амалии, девочка оживляется. — Мы едем навестить дядю Эндрю! — взволнованно говорит она. Нил нежно улыбается ей и кивает. — Через пару часов, да. Именно тогда Холлис замечает, что на Амалии футболка Повстанцев с надписью «Джостен» на спине. Что кажется очень ценным, но у нее в волосах огромная заколка, на которой блестками вышито «Миньярд». Сложно было понять, кого из близнецов она любила больше. — Ты собираешься к Миньярду? — обеспокоенно спрашивает Холлис. — Да, мы вылетаем сегодня вечером. Вообще-то, мне уже пора собираться. Она вспоминает, как Нил говорил, что его партнер играет за «Ястребов». Какова вероятного того, что его партнер и его соперник играют за одну команду? И какова вероятность, что его партнером окажется Эндрю Миньярд? Она не знала ответы на эти вопросы, а спросить боялась. Она поняла, что он имеет в виду, но кивнула в сторону папки. — Кстати, зачем это? Нил смотрит на папку, и на его лице появляется легкая улыбка. — Это приветственный набор. Она хмурит брови, но по выражению лица Нила понятно, что он не станет отвечать, даже если она спросит, поэтому она даже не утруждает себя. — Приятной поездки, — говорит она вместо этого, направляясь обратно к двери. Он выходит вслед за ней. — Спасибо. Я вернусь к тренировкам на следующей неделе. — Все в порядке, — отмахивается она. — Делай то, что тебе нужно. Только вернувшись в такси и направляясь домой, она еще раз обдумывает все, что узнала сегодня. Неважно, сколько раз она думает об этом, это все равно кажется диким, и к тому моменту, когда она возвращается домой, Холлис убеждает себя, что ей, должно быть, померещилась нежность в голосе Нила, когда тот говорил об Эндрю. Однако в глубине души она продолжала видеть перед глазами то фото, где они стояли друг от друга на расстоянии вытянутой руки и выглядели так, словно забыли о существовании остального мира.