Случай Гермионы Джин Грейнджер

Гермиона Грейнджер видела тот же самый сон, что и вчера. Уже второй день подряд она переживала нестерпимый ужас и темную безнадежность. Однако сегодня ей удалось приблизиться к циклопическим монолитам на порядок ближе, чем раньше. Издалека она смогла у основания разглядеть двери в форме октаэдра. На двери была изображена голова осьминого-подобного существа. Отстраненно девушка подумала, что это точно нерукотворная постройка: слишком неправильны были формы и линии. Ее взгляд также прошелся по зданию из базальта. Снаружи его опутывали пульсирующие ярко-зеленые прожилки, которые складывались в причудливые узоры. Удивительным образом, девушка обнаружила в них намеки на символьные алфавиты разных эпох и времен. Ее тянуло к этой башне, да и к городу в целом, ей очень хотелось подойти ближе. Она резко очнулась ото сна. Осоловело озираясь по сторонам, карие глаза наткнулись на улыбающееся нежной улыбкой женское лицо. — Доброе утро, Гермиона! — прощебетала Полумна Лавгуд. — Ты ведь помнишь, какой сегодня день? — Признаться нет. — охрипшим голосом сказала девушка. — Доброе утро, Полумна. Волшебница недоуменно приподняла брови. — Ну как же, сегодня 31 октября! День всех святых. А вчера у нас было вручение аттестатов. Ты что, забыла, как мистер Зедок нахваливал твой трактат про права домовых эльфов? Гермиона Грейнджер покачала головой и улыбнулась. — Я сосредоточилась на той части, где тебя отметил Йозеф Йоханссон, а в особенности твой подход описания строения магических существ с помощью дифференциальных уравнений. Работа действительно очень интересная. Я с большим вниманием ее прочла. Щеки Полумны слегка порозовели. — Очень приятно получить от тебя такой отзыв, Гермиона. Девушка посерьезнела. — Ты точно не расстроилась, что я поеду сегодня к дяде одна? Мне жаль, что он отказал в моей просьбе приехать вместе с тобой. Колдунья пожала плечами. — Да, конечно. Все в порядке. Ты только дай мне пожалуйста его адрес в Аркхеме на всякий случай. Обещаю, что не буду внезапно заявляться. — Гермиона подняла руки в примирительном жесте. Полумна улыбнулась. — Я так и не подумала даже. Вот. — она протянула Гермионе письмо Роберта Стивенсона с адресом. — Дядя также прикладывал фотографию своего особняка, взгляни. В письме он упоминал, что приобрел его в 1920-м году. Запомнив улицу, Гермиона внимательно посмотрела на изображение здания. Ничем не примечательное здание, построенное в стиле ар-деко, типичном для тех времен. Радуясь, что Полумна не стала интересоваться, зачем это ей адрес, девушка наконец встала с постели и выглянула в окно. Прощай, опасный и страшный Массачусетс. Наконец-то я поеду домой. После завтрака Гермиона Грейнджер в очередной раз пошла в совятню. Девушка все ожидала письма от Рона Уизли, которое должно было прийти еще на прошлой неделе, однако его все не было и не было. Она ходила к совам практически каждый день, проверяя почту. В этот раз ее проверка увенчалась успехом — она обнаружила на двух письмах дорогие сердцу инициалы. Рон Уизли ответил на ее содержательное письмо не менее подробно: рассказ об аврорских тренировках и рутинных миссиях сменился описанием подготовки приветственной вечеринки в ее честь и визита к мистеру и миссис Грейнджер. В конце письма жених отвечал на вопросы своей невесты по поводу происхождения магии. Согласно написанному, клан Уизли придерживался сразу двух идей, а именно атлантической и языческой (кельтской), а семья Прюэтт верила исключительно в языческую теорию. Гарри не удалось найти сколько либо существенной информации по этому вопросу в доме Блэков, но как и сам виновато признался их близкий друг, он не так уж и много искал. Прочитав следом письмо родителей, выражавших особую радость по поводу ее приезда, Гермиона Грейнджер поцеловала оба письма и спрятала их к двум другим. До вечернего бала оставалось еще несколько часов. Полумна должна была скоро вернуться от дяди. Девушка тяжело вздохнула. И что прикажете делать? Пойти почитать книгу? Не зная чем себя занять, она отправилась бродить по округе. Во время своей учебы в Хогвартсе она очень любила гулять по близлежащим окрестностям. В октябрьском воздухе стоял тягучий запах кедров и сосен, холодный ветер колыхал верхушки деревьев, выцветшая трава вперемешку с иголками едва слышно похрустывала. Вокруг стояла естественная тишина, только где-то вдалеке среди туч вскрикивали взлетающие птицы. Ноги привели Гермиону к небольшому ручейку. Пройдя дальше, она заметила, как несколько потоков сливаются в единый, образуя небольшой водопад. Желая послушать пение воды, девушка спустилась ниже со скользкого пригорка. Стараясь ступать осторожно, она внимательно смотрела под ноги. Оттого она весьма удивилась, и даже испугалась, когда чья-то рука галантно помогла ей преодолеть последние препятствия. Гермиона Грейнджер собиралась поблагодарить вежливого человека, но внезапно остолбенела, не в силах вымолвить ни слова. На нее смотрел мистер Картер, директор ИСВ. — Добрый день, мисс. — нейтральным тоном поздоровался мужчина. — Наслаждайтесь окрестностями? У него был уставший вид, его черный костюм и галстук помялись в нескольких местах, а белая рубашка казалась серой. На подошве темных лакированных туфель виднелась коричневая грязь. Зачем девушка примечала эти мелкие детали, она и сама не понимала. Видимо так она пыталась отсрочить свое участие в разговоре. Наконец, она сказала, сглотнув: — Добрый день. Все верно, мистер Картер. Простите, что помешала, я уже ухожу. Ее остановила трость, протянутая поперек. — Разрешите мне объясниться, мисс. — отстраненным тоном попросил директор ИСВ. — То, что Вы видели при нашей последней встрече в подземелье, лишь невербально наколдованная мной иллюзия. Однако этот облик не выдуман, так выглядят магглорожденные последователи Иных Богов. Это происходит с ними после ряда ритуалов и обрядов посвящения. Однажды в Стране Снов мне довелось увидеть трансформацию человека вот в такое чудище. Но позвольте спросить, почему Вы тогда сбежали? Этот облик настолько испугал Вас? Если так, то прошу прощения. Я лишь хотел показать Вам, что бывает, когда идешь по пути запретного знания. Гермиона потупила глаза, чтобы не выдать захлестнувшую ее панику. Она не знала, как ей себя вести. — Не в этом дело, я не знаю, о чем Вы говорите. Понятия не имею, что такое Иные Боги. Мужчина с грустью улыбнулся. — Врете вы довольно неплохо, даже убедительно, мисс. Но к Вашему сведению я очень хорошо распознаю лжецов. Да и к тому же, мне обо всем рассказала Кеция Мэйсон. Хотя, она перепутала Великих Древних и Иных Богов — именно последние создали жизнь на земле. Что теперь скажете? Его нейтральный тон перешел в торжествующий. Девушка смерила его взглядом. — У Вас получаются очень правдоподобные иллюзии, мистер Картер. Мне тогда стало действительно страшно. — Я хотел донести до Вас свою точку зрения. Судя по всему, у меня получилось довольно убедительно. Пройдемся? Гермиона подняла на него глаза. — Хорошо. Если Вы не против, я бы хотела с Вами кое-что обсудить. — Конечно, начинайте. Девушка рассказала мистеру Картеру о своих знаниях космологической теории, пересказала вырезки из газет про Данвич и Вермонт, описала свои сны. Откровенно говоря, ей с самого начала очень хотелось поделиться своими находками и домыслами с кем-то подходящим — умным, рациональным и дальновидным. Тем, кто смог ее понять, и оказался мистер Рэндольф Картер, директор ИСВ. — У Вас такой пытливый ум и любознательный взгляд, мисс Грейнджер. — мужчина тепло улыбнулся девушке, придерживая ее за руку, когда они переходили через деревянный мост. — Мы с Вами похожи. Только я заметил, что Вы очень страшитесь этих знаний. Это правильно. Они не для всех. Еще меня тревожат сны, которые вы описали. Очень похоже, что Вас посещал Ньярлатхотеп в образе вашего бывшего однокурсника. Могу предположить, что он показывал вам будущее, ведь Вы и он были старше своих лет. Ох и не просто Вам. Выговорившись, Гермиона чувствовала себя лучше. Словно с нее скатился огромный валун. К речам мужчины она отнеслась абсолютно серьезно. Когда он сказал про сны, девушка заметно напряглась. — Кто такой Ньярлатхотеп? Великий Древний? — спросила она взволнованно. — Не совсем, но он защищает их, Великих Древних. — ответил Рэндольф Картер. — Эти боги правят в Стране Снов, где я трижды побывал. Ньярлатхотеп — воплощение хаоса, посланник Древних, Иных богов. Один из немногих из всего пантеона, способных принимать человеческий облик. Его миссия заключается в сборе новых последователей, он является людям во снах в самых разных обличиях. Мужчина остановился, прислушиваясь. Его лицо сбросило маску вежливого дружелюбия, и теперь было настороженным и внимательным. Он смотрел на густую чащу, раскинувшуюся перед ними. — Боюсь, мисс Грейнджер, мне пора возвращаться. Вы со мной или еще погуляете? Настоятельно рекомендую первый вариант. Гермиона посмотрела на наручные часы. До приезда Полумны оставалось совсем немного времени. — Я пойду с Вами. — твердо сказала девушка. — Спасибо за приятную прогулку. Попрощавшись с директором ИСВ в главном холле, она решительным шагом направилась в свою комнату. Ей нужно было положить конец всей этой истории со всеми этими Древними богами. Гермиона Грейнджер не видела другого способа, кроме как избавиться от воспоминаний. С каждым днем ей становилось все тяжелее и тяжелее жить с этим грузом. Тем не менее, полностью предавать забвению всю найденную информацию было неправильно. Знания это ценное сокровище. Но в ее случае — проклятие. Войдя в спальню, девушка закрыла дверь и задвинула шторы. Достав оставшиеся колбочки после опытов Полумны по магической химии, она нужным образом зачаровала их под хранение воспоминаний — этому ее научил мистер Люпин во время войны. Медленно, не торопясь, Гермиона извлекала из головы одно воспоминание, помещала его в колбу, подписывала этикетку номером, датой, коротким названием и приклеивала бумажку на стекло. И так несколько раз. Всего у нее накопилось девять воспоминаний. Она модифицировала деревянный ящик в компактную коробочку с отделами для стеклянных колбочек. Положив туда все воспоминания, девушка принялась колдовать над замком. Благодаря знаниям из книги по криптографии Гермиона практически без труда составила надежный шифр на основании нескольких ключей. Зачаровать придуманным способом коробку с воспоминаниями заняло еще некоторое время. Перестав обращать всякое внимание на бегущие минуты, она также написала письмо с инструкцией как получить воспоминания. Коробочку и письмо она положила в свою маленькую, расшитую бисером сумку, которую всегда носила с собой. Когда она закончила, прошло два часа. К этому времени Полумна уже должна была вернуться в Институт Салемских Ведьм, а ее все не было. Гермиона покопалась в сумке и достала оттуда монету, зачарованную с помощью Протеевых чар — на протяжении всего совместного обучения они таким образом поддерживали друг с другом связь. Ответ, к облегчению девушки, не заставил себя долго ждать. Чувствуя вибрацию и жжение от монеты, она разжала пальцы. Высвеченная надпись ее очень удивила — на монете был указан адрес Роберта Стивенсона в Аркхеме. Быстро собравшись, Гермиона Грейнджер покинула комнату. На улице вечерело. Находясь в одиночестве в предпоследнем автобусе до Аркхема, девушка запоздало подумала, что стоило отправить своего Патронуса к Полумне Лавгуд, когда она еще находилась в ИСВ. Момент был упущен, и сейчас девушка ехала по пустынной дороге среди сосен и елей и гадала, почему получила такой ответ. Мозг пытался рассуждать рационально: Полумна — опытный боец Армии Дамблдора, она пережила Вторую Магическую Войну. С ней все хорошо, ведь она смогла воспользоваться своей монетой. От раздумий отвлек голос водителя, оповещавший о приезде на центральную площадь Аркхема. Расспросив его, как выйти на конкретную улицу, Гермиона вышла из автобуса и направилась на поиски. Ее путь лежал мимо прижатых друг к другу каменных домов в колониальном стиле начала 19 века. Большинство мрачные и аскетичные, они безрадостно приветствовали чужаков. Над головой протянулись веревки, с которых свисала блеклая одежда. На улицах попадались люди, у порогов домов молча играли дети. Кое-где встречались клумбы и деревья, которые скрашивали унылый пейзаж. Изредка вдоль улицы высились электрические фонари, освещавшие дорогу. Пройдя спальный район Тернер-стрит и повернув оттуда на Пибоди-авеню, девушка оказалась напротив череды поперек расположенных особняков. Это место выглядело куда богаче, чем то, которое она только что прошла. На тянущемся вдоль забора она нашла нужный адрес и направилась к воротам. Войдя на территорию, Гермиона Грейнджер не встретила никакого сопротивления и не услышала никакого оповещения о том, что ее заметили. Такое слегка настораживало. Поднявшись по мраморным лестницам, девушка постучала в дверь. Она шевельнулась после первого удара и плавно переместилась в сторону, открывая взору Гермионы ужасающую картину. Мраморная лестница, уходящая в центр комнаты, подводила к величественной статуе морского бога, вестника глубин Тритона, у ног которой лежало растерзанное человеческое тело. Застыв в немом ужасе, Гермиона не могла пошевелиться. Последний раз настолько обезображенный труп она видела на войне. Хуже этого был тот факт, что это было последнее место, где находилась Полумна Лавгуд. Когда оцепенение прошло, девушка подумала, как можно осмотреть тело. Она владела некими основами колдомедицины благодаря Мадам Помфри, поэтому могла установить причину смерти и, возможно, орудие убийства. Кроме того, надо было поискать Полумну и проверить основные комнаты. Еще немаловажным было понять, кто отправил ей сообщение. Теперь Гермиона стала сомневаться в том, что это была ее подруга. Пройдя через экзотическую прихожую, где она обнаружила несколько отпечатков следов, она стала осторожно подниматься по лестнице. Минуя хаотичным образом разбросанные капли свернувшейся крови, девушка аккуратно склонилась над телом. Это был мужчина, одетый в домашний строгий костюм и бархатный бордовый халат. Коротко подстриженные седые волосы, усеянное морщинами лицо выдавало в нем возраст шестидесяти лет. Цвет глаз определить не удалось, так как они были удалены хирургическим путем, как и язык. Диагностическое заклинание показало серьезные повреждения внутренних органов, отсутствие крови. Возможная причина смерти — болевой шок. Следов магического воздействия, как ни странно, не было обнаружено. Значит, его долго пытали, еще и без применения колдовства. На теле присутствуют колотые раны под разными углами. Отверстия рваные и широкие — могли бить несколько раз в одно и то же место. Гермиона тяжело вздохнула, сдерживая слезы. Ей было невыносимо сознавать, сколько боли испытал этот несчастный мужчина перед смертью. Почтив его память минутой молчания, девушка продолжила исследование поместья. У подножия статуи, которая, оказывается, была подписана как «Дагон»‎, она обнаружила письмо. Не запачканная кровью бумага пахла едва уловимо тиной и тухлой рыбой, на ней виднелись жирные отпечатки. Аккуратно перевернув конверт другой стороной, она увидела адресата. Гермиона Джин Грейнджер. Кровь прилила к щекам, адреналин стремительно бежал по венам, сердце заколотилось как бешеное. Стараясь преодолеть нервную дрожь, девушка распечатала письмо с помощью магии, что получилось у нее не с первого раза. Девчонка у нас. Ждем тебя до полуночи, или мы убьем ее так же, как убили ее дядю. Приходи одна. Тебя встретят. Не пытайся просить помощи, это бесполезно. В полиции есть свой человек, он предупредит нас если что. Разорви эту записку напополам и окажешься в нужном месте. Гермиона еще раз внимательно прочитала все. Почерк был корявый, неровный, а в некоторых словах были ошибки. Это озадачило. Продолжая напряженно думать, девушка обошла все остальные комнаты, которых было немало. Везде был беспорядок, однако, золото, драгоценности и деньги лежали на месте. Вновь она вернулась к статуе Дагона. Картинка в ее голове не складывалась. Она не понимала, почему на доме не было защитных чар, почему было несколько людей, почему драгоценности стояли на месте, почему было совершено такое зверское убийство и почему случилось похищение. И откуда они могут знать ее второе имя? В полицейских архивах Аркхема этого точно нет. Три потенциальных источника: газеты про Вторую Магическую Войну в Англии, данные из магической таможни и данные из ИСВ. Тяжело вздохнув, Гермиона посмотрела на часы. Шесть вечера. Ей нужно торопиться, чтобы сделать все правильно и спасти Полумну. Девушка припомнила заклинание тревоги, которому учил ее и других членов Ордена Феникса Аластор Грюм, и взметнула палочку вверх. Выведя над собой причудливые диаграммы, она была уверена в том, что местные авроры и члены МАКУСА точно сюда прибудут. Убрав следы своего пребывания и спрятав свою палочку, девушка порвала записку. Ключ-портал перенес ее быстро и безболезненно, она ничего не почувствовала. В нос резко ударил запах морской воды и разлагающейся рыбы. Разжав руки и уронив клочки бумаги, Гермиона Грейнджер открыла глаза. — Гермиона Джин Грейнджер? — проклокотала фигура в плаще, стоящая перед ней. Лицо закрывал капюшон, а руки — складки багряной мантии. Обращенное приветствие скорее напоминало бульканье, чем человеческий голос. Услышанное сразу показалось чем-то неправильным, противоестественным. Девушка испуганно сглотнула. — Да, это я. Все верно. — сказала она настолько дружелюбно, насколько была способна в данный момент. Фигура издала странные горловые звуки, которые она сначала не поняла. Когда незнакомец сделал шаг, Гермиона отпрыгнула и выхватила из-за пояса палочку и направила на него. Она уже произносила заклинание, как вдруг ее орудие вылетело из рук и было поймано неизвестным в плаще. В вечерних сумерках мелькнули бледные когтистые пальцы, которые сломали палочку напополам. Разломанный магический предмет убрали в карман мантии. Фигура слегка поклонилась ошарашенной девушке и поманила ее длинным скрюченным пальцем. Из очередного приступа клокотания Гермионе удалось различить фразу «иди за мной». Они продвигались по пустынным, петляющим улицам неизвестного города. Запустелые каменные здания сменялись обветшалыми деревянными бараками и наоборот. Редко попадались высокие здания, скорее всего муниципального характера. На брусчатке повсюду валялся мусор, смешанный с чем-то темным, похожим на водоросли. Никаких звуков кроме завывающего ветра не было. Вдалеке за домами виднелась широкая пристань, а за ней — море. Над горизонтом сгущались черные тучи и вспыхивали серебристые молнии. Причудливые огненные линии рождали неземные узоры и орнаменты. Гермиона двигалась медленно, в отличие от своего проводника — он то и дело оборачивался и жестами призывал поторопиться. Это было довольно непросто, так как не было нормального источника освещения, и девушка то и дело спотыкалась. Благодаря очередной вспышке, она увидела вывеску на здании и наконец поняла, где находится. Иннсмут. Фигура в плаще вывела ее к пристани. Затем они свернули налево и, пройдя несколько шагов, остановились. Незнакомец опустился на корточки, и Гермиона проследила за ним взглядом. Под ногами у них находился люк идеальной круглой формы. На нем была изображена рыба. Поддев крышку с помощью когтей, неизвестный указал девушке пальцем на раскрытый зияющий тьмой проход. — Нужен свет. Не могу видеть в темноте. — сказала девушка по слогам. Скорее всего, он ее не услышал, так как жест был повторен несколько раз. Последний даже был сделан агрессивно. Посмотрев на лестницу, уходящую в пустоту, девушка опустилась на корточки. Перекладины, сделанные из металла, были скользкие и липкие — спускаться было очень неудобно. Выполнение процесса усложнялось нарастающим тремором рук. При условии, если игнорировать постоянно присутствующий страх. Когда нога коснулась твердой плоской каменной поверхности, Гермиона почти рухнула на нее. Она встала, хватаясь за перекладины, и как могла отряхнулась от грязи. Тем временем проем наверх закрылся, и она оказалась в кромешной тьме. Ждать компаньона ей пришлось недолго. Буквально через минуту он приземлился рядом. Девушка вскрикнула, когда темноту разрезал тусклый, едва подрагивающий огонек. В затхлом подземном воздухе запахло маслом, что натолкнуло мысли Гермионы на керамическую лампу. Она давала совсем немного света, но его хватало, чтобы разглядеть величественные очертания подземного грота. Карие глаза распознали впереди стоящий спусковой механизм в подрагивающем танце слабого огня. Когтистая рука вновь поманила пленницу, и они направились прямо к этой самой конструкции. Идти пришлось недолго, и вскоре девушка увидела некое подобие лифта, какой обычно использовали строители и археологи, как она знала из исторических книжек. Само устройство было сделано примитивно: несколько натянутых веревок, спусковой рычаг и сама передвижная площадка. Именно на этих тонких, хлипких дощечках Гермионе предлагали спуститься в зияющие провалы бездны. Тихо вздохнув, девушка схватилась за серебряный медальон и посмотрела на жемчужное кольцо. Ее попытки успокоиться возымели должный эффект, и место страха постепенно занимало болезненное и неуместное любопытство. Встав на площадку, девушка зажмурила глаза. Глухой щелчок, и они медленно двинулись вниз. Через несколько секунд девушка все же открыла глаза. Как выяснилось, особой разницы не было — тьма здешних подземелий тщательно оберегала свои секреты. Может это было и к лучшему — она не хотела знать, на какой высоте они сейчас находятся. Ее спутник молчал, держа над головой лампу. Ехали они недолго, Гермиона только успела успокоить инстинкт самосохранения за свою жизнь, как площадка приземлилась на каменное плато. Единственный источник света двинулся вперед и девушка, смотря под ноги, поспешила за ним. Двигались они прямо, не сворачивая в возникающие то тут, то там чернеющие проемы. Пройдя через узкий туннель, они попали в широкую пещеру. Прямо напротив них показались очертания массивных каменных дверей. Несмотря на слабое освещение, карие глаза заметили вырезанные в скалах причудливые символы и фигуры. Едва ли она смогла бы понять их — настолько они имели удивительные и отталкивающие формы. Когда они подошли вплотную, фигура в плаще толкнула ее вперед, а затем громогласно что-то пророкотала. Запоздало Гермиона осознала, что ей омерзительны эти звуки, которые настолько были далеки от человеческих. Услышав нарастающий шум, она взглянула наверх. Со страшным грохотом гигантская дверь приоткрылась, и они смогли войти внутрь. Это была комната из темного камня с зелеными прожилками. Внутри зеленым огнем горели факелы. Они освещали длинную лестницу, ведущую к трем проемам, скрытым за ниспадающими водопадами. Пока они спускались к проходам, Гермиона позволила себе начать размышлять. Полумну Лавгуд похитило некое сообщество, скорее всего культ. Секта был связан с ее дядей Робертом Стивенсоном. Учитывая статую, которую она видела, скорее всего культ связан с неким морским божеством Дагоном. Эти уроды убили Стивенсона и похитили Полумну. Только вот за что и зачем? Неизвестный пихнул Гермиону в спину так сильно, что она упала на каменный пол и больно ударилась всем телом. Карие глаза мгновенно увлажнились. Пробормотав нечто нечленораздельное, будто с укором, фигура в плаще взяла ее за край куртки и провела через водопад в центральный проем. Швырнув ее на каменный пол, словно тряпичную куклу, незнакомец встал рядом с ней и кому-то поклонился. Из носа текла кровь, волшебница машинально вытерла нос рукавом. Карие глаза наконец сфокусировались, и она с немым ужасом посмотрела на того, с кем сейчас разговаривал ее спутник. — Очень хорошо. — проговорил после некоторой паузы Йозеф Йоханссон, потирая руки. — Можешь вернуться к подготовке ритуала, у нас осталось не так много времени. Фигура в плаще поклонилась и двинулась вглубь помещения. Проследив за ним взглядом, Гермиона Грейнджер вздрогнула. Она узнала тот жуткий алтарь, в котором сейчас копошились ящероподобные и рыбоподобные существа. Они перетаскивали вспоротые тела людей и сбрасывали их в каменный бассейн. Больше девушка не могла увидеть из-за того, что весь обзор загородила фигура Йозефа Йоханссона в ритуальной накидке. От него пахло сыростью и смрадом — девушку едва не стошнило ему под ноги. От ударившей в глаза вони выступили слезы. — Ну-ну, зачем же вы плачете. Сильно ушиблись, мисс Грейнджер? — спросил он мягко, подавая ей руку. Девушка не приняла ее, вытирая мокрые щеки испачканной в крови ладонью. — Где Полумна? — хриплым голосом только и смогла выдавить она. — Зачем вы ее похитили? Мужчина встал и достал из кармана платок. — Возьмите, вы испачкались. — сказал он брезгливо. — Мы не похитили мисс Лавгуд, она сейчас в ИСВ, готовится к балу в честь Дня всех святых. Мы инсценировали ее кражу, чтобы выманить вас из замка, мисс Грейнджер. Гермиона с трудом поднялась на ноги. Ее шатало от столь сильного запаха крови. Голова отказывалась работать — все мысли вытеснял нарастающий страх. — Тогда зачем вам убийство ее дяди? — запинаясь, спросила девушка. — Зачем с такой жестокостью уничтожать кого-то? Красивое лицо мужчины исказила злость. — Мы наказываем членов братства, которые разбалтывают наши секреты и дают свои книжки кому не попадя. Умная девчонка начала догадываться, что он состоит в культе Дагона. Тогда мы подчистили ей воспоминания и посадили на автобус до ИСВ, а затем расправились с Робертом. Вы не имеете права нас осуждать! Мы поступили правильно! Гермиона стояла с открытым ртом — она не могла поверить, что можно оправдывать себя с такой убежденностью. Стараясь успокоиться, она задала ключевой вопрос: — Вы сказали, что устроили похищение, чтобы выманить меня из замка. Зачем вам я? Сектант театрально закатил глаза. — Все-то вам нужно объяснять, мисс Грейнджер. — с досадой промолвил мужчина, хватаясь за переносицу. — Мы должны посмотреть, как много вы знаете секретной информации и стереть ваши воспоминания. Не нужно вам столько запретных знаний! Они вам не по зубам. Он обернулся и посмотрел на остальных собратьев, которые уже стояли за каменной кафедрой перед алтарем, ожидая кого-то или чего-то. Балахоны темных оттенков были испачканы бурыми пятнами крови. На некоторых из них можно было заметить знаки отличия: черные ленты, испещренные символами. Тьма скрывала лица культистов, так что Гермиона Грейнджер не могла их увидеть. Зато они прекрасно видели меня. Эти монстры. Эти чудовища. Метаморфозы страха достигли неизвестных ей до сегодня пределов. Дрожь распространилась на все тело, в глазах то и дело темнело, словно она вот-вот упадет в обморок. Ее разум был пока что способен поглощать информацию, но не обрабатывать ее. Она не могла больше анализировать, поскольку ужас — единственное, что у нее осталось. Открывая врата в безумно бормочущее бессознательное, он нашептывал жуткие образы борящемуся из последних сил рацио. — Пора. — взбудораженный голос бывшего преподавателя отвлек девушку от исследования глубин замолкающего сознания. — Спрячьтесь за колонны, мой вам совет. Будет плохо, если Он вас увидит или почует. Ваш разум уже не выдерживает, вы можете стать абсолютно безумны. Усадив индифферентную ко всему девушку за широкий кирпичный столб, Йозеф Йоханссон покинул ее. Рассматривая кирпичную кладку, девушка боролась с нескончаемым потоком слез — она яростно растирала лицо, заламывала руки, жевала губы, царапала обгрызанными ногтями черный камень. Все звуки растворились в предвосхищающей тишине. Дыхание никак не могло выровняться, словно она буквально тонула. Кровоточащие пальцы случайно нащупали серебряный медальон и крепко сжали его. Прохлада серебра дарила облегчение, воскрешала воспоминания, возрождала мысли. Всхлипы не прекратились, но дыхание успокоилось. Только девушка адаптировалась к происходящему, как помещение озарил яркий голубой свет. На стене отразились черные, кошмарные тени. Бесформенные, противоестественные они издавали гортанные, клокочущие звуки. Совсем как ее проводник. Они тряслись и кружились в жутком, призывном танце. Гермиона Грейнджер прижала обе руки ко рту, сдерживая рвущийся наружу оглушительный крик. Карие глаза, застывшие в орбитах, не могли оторваться от ужасно завораживающего представления света и тьмы. Девушка видела как из обрушившихся сверху колонн водопада появляется точеная фигура морского дьявола. Что-то ей подсказало, что это далеко не настоящий его облик. Невероятным усилием воли она зажмурила глаза, когда услышала чавкающие звуки. Царь принимает дары. Гермиона не помнила, сколько просидела в позе эмбриона. Даже когда свет пропал и все стихло, она не шелохнулась. Отвратительное звучание поедания мертвой человеческой плоти не покинет ее уже никогда. Все пережитые события вновь встретятся ей в кошмарах. Возможно, она даже сойдет с ума. От пучины безумия ее спасет только забвение. — И ты совершенно права в этом, ma petite chérie. — сказал из темноты знакомый голос. — Обливиэйт.