Циркуль Сатурна

— Ого! — Чего вытаращилась? Тощая Морковь смотрела на Тыкву, покачивая увядшею ботвой. — В неформалы подалась? — вежливо спросила она, вдоволь налюбовавшись пустыми глазницами и зловещим оскалом. Тыква промолчала. Её неразговорчивость расстроила Морковь, ведь та была сострадательной особой. Рыжая подвинулась к соседке. — Эй... — Отстань. — Кто тебя так? Тыква сначала отвернулась, но потом передумала, словно на что-то решилась. — Дети, — зло ответила она. — А главное, что никто их не остановил! Я предназначена быть кашей или пюре, а не выставленной на позор с пустым брюхом и свечой внутри. — Царь-овощ, спаси нас и помилуй... — пробормотала Морковь, подрагивая от страха перистыми листиками. — Мало того, поставили на окно, называя головой какого-то Мертвого Джека, — продолжала Тыква. — Потом они решили, что я слишком мала, и начали потрошить большую, чем я, жертву, а изуродованную меня отправили сюда. — Милая Тыква, я так тебе сочувствую: быть опозоренной и брошенной в компостную кучу во цвете лет! — расквасилась от жалости Морковь. — А теперь ты, — тыкнула в соседку Тыква. — Что я? — переспросила Морковь. — За что ты здесь или зачем? Сюда попадают отбросы, а ты вполне себе целый овощ. — Неправильное хранение, — хныкнула рыжая, сотрясая дряблыми боками, — вот я и пришла в негодность. Меня просто выкинули. — Ээ... Значит, пройдя чистилище компостной кучи, ты тоже вряд ли попадешь в Царство овощное, — догадалась Тыква. — Если только я не пригожусь на что-либо, то есть докажу свою полезность. — Послушай, а много ли тут таких ээ... бедолаг, как мы? — поинтересовалась Тыква. — Немало. Я знакома с капустным кочаном-переростком, парой подгнивших луковиц, картошкой с зеленым бочком... — Люди перестали ценить нас, раз жертвуют на Праздник Мертвых, и выкидывают из-за малейшего изъяна. — Конечно, не ценят! Ведь они не растят нас, а покупают в магазинах — вымытыми и расфасованными. — А что, если мы устроим им свой Хэллоуин? — предложила кровожадная Тыква. — Так это война? — ужаснулась добрая по натуре Морковь. — А что будет если мы победим? — Мы заставим людей отменить Хэллоуин и издевательства над растениями! — Тыковка, — задохнулась от обожания Морковь, — ты будешь нашим вождем. В маленьком городке стали происходить странные события. Украшенные к празднику тыквы исчезли из домов, как исчезли с прилавков все растительные продукты. Местный глава тут же запросил помощь у центра, но столкнулся с еще одной проблемой. — Фургоны не ждите, — доложил секретарь главы, переминаясь в дверях с ноги на ногу. — Покинуть, как и войти в город невозможно, он окружен. — Кем, черт подери! — Тыквенной формы монстрами с горящими глазами, — ответил молодой человек. — Вы все тут с ума посходили! — развел руками мэр. — Или это Хэллоуин так на вас действует? Секретарь прошел в кабинет и положил на массивный письменный стол увесистую папку. — Извольте прочесть рапорт капитана полиции. Глава открыл папку, повертел в пальцах листы, один за другим. — Что пишет этот бездельник? Он углубился в чтение, то потирая вспотевший лоб, то нервно оправляя галстук. — Чушь какая-то... Оружие не эффективно... Условия примирения... Кто эти «юные потрошители»? — Я так понимаю, это те, кто вырезал тыквы, — ответил секретарь. — Читал уже? — Да. Особенно впечатлили угрозы. — Придется пойти навстречу и организовать отправку студенческих отрядов в плодоовощные конторы. Я помню в юности... — прикрыл глаза мэр, и тут же недовольно спросил: — Кто разрешил этот дурацкий праздник? — Вы. Вот и подписанная вами смета на украшение городской площади, — услужливо подсунул документ секретарь. — Вот, что значит: всем не угодишь — хотел быть ближе к современной молодежи... Мэр вскочил, забегал по кабинету, ероша волосы и тяжко вздыхая. — С этим надо что-то делать. Срочно заменяем Хэллоуин Днем согласия и примирения! — Днём народного единства? — предположил секретарь. — Так он четвертого ноября. Глава остановился у окна и всмотрелся в вечернюю темень. За городскими стенами, на горизонте полыхали зарницы. — Историю надо знать, двоечник, — мэр поднял вверх указательный палец и провозгласил: — двадцать второго октября, сиречь первого ноября по грегорианскому календарю, в тысяча шестьсот двенадцатом году бойцы народного ополчения под началом Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город! Вот отсюда и танцуй. — А как быть с ведьмами и прочими атрибутами Хэллоуина? — Сжечь. — За один день не управимся, — с сомнением сказал секретарь. — А постараться? Мне совсем не нужна популярность, связанная с овощной бандой! Мэр снова остановился у окна. Пусть пойдет дождь, и эта куча шелухи и огрызков сгниет под ним! Но за стеклами было тихо и сухо. Секретарь подошел и встал рядом. — А если... Помните у Гоголя, — неуверенно начал он, — тот, с кем не смогли справиться нечисть и ведьма.., легко поддался одному чудовищу с огромными веками. — А ты сметливый парень, — рассмеялся мэр, и хлопнул того по плечу. — Найдите кабанчика покрепче. Но больше никакого Хэллоуина! За городской чертой есть неприметный холмик. В него воткнута веточка, подозрительно напоминающая морковную ботву и маленькая табличка с эпитафией: «Быть сожранной свиньей не самая худшая смерть, гораздо лучше, чем забвение в компостной куче. Царство тебе овощное, Тыковка, и земля черноземом».