Телохранитель для вампира

Темнота. В нос забивался запах сырости и плесени. Где-то настойчиво и раздражающе капала вода. В голове гудело, мышцы ломило. Резко распахнув глаза, Сынмин сел и огляделся. Подвал. Каменные стены, окно под потолком, массивная запертая дверь. И все — ни цепей, ни кандалов, ни даже заговоренной веревки на нем не было. Рядом зашевелился Чанбин. — Черт, — простонал оборотень, поднимаясь с пола. Сынмин картинно хлопнул в ладоши. — Мы живы! Здорово, да? Чанбин нахмурился, оглядываясь. — Почему нас не связали? Сынмин лениво потянулся, затем подошел к окну, расположенному почти под потолком. — Судя по всему они просто тупые, вот и недооценили. Хотя, если посмотреть на тебя, им простительно. Чанбин шумно выдохнул. — Успокойся. Сынмин ухмыльнулся, встал на цыпочки и схватился за решетку и тут же отдернул пальцы. — Жжется. Он дернул ее… и ничего. Снова. Чанбин встал рядом и присмотрелся. По краям металла шли тонкие, едва светящиеся линии. — Ведьмовские руны, — пробормотал он. — Класс, — Сынмин разочарованно убрал руки, — честно, я ожидал чего-то более оригинального. Ну знаешь, цепи, пытки, «мы вырежем тебе сердце, принцесса», вот это все. А тут просто заперли в подвале. Где чувство драмы? Чанбин задумался. — Почему я все еще жив? Сынмин повернулся к нему с приподнятой бровью. — Ну, возможно, потому что ты еще не умер? — Нет, серьезно, — Чанбин посмотрел на него, — им нужен ты. Они могли избавиться от меня сразу. Сынмин задумчиво постучал пальцем по губам. — Возможно, их боссу хочется любоваться на тебя? Всякое бывает. — Сынмин. — Ладно-ладно. Может, ты им нужен, ну не знаю, для какого нибудь ритуала. Чанбин недовольно поморщился. — Я серьёзно, — он вздохнул, — в прошлый раз они хотели тебя убить. А теперь зачем-то держат в живых. Это странно. — О, блестящий анализ, — вампир закатил глаза, — и как я сам не догадался. Чанбин прищурился. — Если бы им нужен был просто рычаг давления на твоего дядю, они бы уже объявили свои условия. — Но пока никто не выходит на связь, — задумчиво пробормотал Сынмин, проведя пальцами по губам. — Что если … — Чанбин нахмурился. — Ну… Не тяни кота за хвост, — Сынмин бросил на него недовольный взгляд. — Например, если тебя хотят снова использовать для ритуала. Или чтобы пробудить какую-то магию крови. — Прекрасно, — пробормотал вампир, — если я услышу что-то вроде «О, великий дух, прими жертву», обещаю, что перед смертью укушу кого-нибудь за задницу. Чанбин скептически посмотрел на него. — Ты бы предпочел, чтобы они просто убили тебя, не узнав, зачем ты им нужен? — Да нет, конечно. Но сидеть и гадать — тоже такое себе занятие. Оборотень хотел что-то сказать, но замер, внимательно всматриваясь в лицо вампира. — Ты дрожишь. Сынмин моргнул. — Что? — Ты замерз. — Да брось, — Сынмин фыркнул, но тут же понял, что Чанбин прав. Его тело действительно било мелкой дрожью, — наверное это… — Не умеешь ты врать, — проворчал оборотень, стягивая с себя куртку. — Чанбин… — Надень, — перебил тот, протягивая вещь. Вампир скептически уставился на него. — Это что, трогательный жест заботы? — Это «заткнись и не упрямься». Сынмин все же взял куртку, но пробурчал: — Это наверняка из-за той дряни, что мне вкололи прежде, чем я отрубился. Чанбин промолчал. Прошло еще какое-то время. Сынмин выглядел все хуже. Его дыхание стало прерывистым, губы слегка побледнели. — Эй, — Чанбин наклонился ближе, — тебе совсем паршиво, да? — Чушь… — голос вампира прозвучал слабее, чем он хотел. Чанбин сжал кулаки. — Ты голоден. — Я не буду пить твою кровь, — тут же бросил Сынмин, даже не дав ему договорить. — Уверен? Не впадешь в безумие? Сынмин устало усмехнулся. — Я не настолько плох. И вообще, ты сам выглядишь так, будто вот-вот свалишься. Чанбин шумно выдохнул. — Хорошо. Раз так… Он резко притянул вампира к себе и обнял, заключая в тепло своих рук. Сынмин удивленно замер. — Это что еще за… — Ты ледяной, — оборотень не дал ему закончить, — тебе холодно, ты слабый, так что просто терпи. Сынмин хмыкнул, но не стал сопротивляться, когда оборотень подтащил его к углу и усевшись на пол, устроил на своих коленях, не выпуская из своих объятий. Так все же стало теплее. Где-то на границе сознания промелькнула мысль, что объятия Чанбина это приятно, надежно, безопасно. Пусть даже они все еще в подвале и перспективы у них наверняка плачевные. Сон подкрался незаметно. Сынмин проснулся от ощущения чужого, любопытного взгляда пробирающегося под кожу. Он открыл глаза и понял, что Чанбин все еще держит его в объятиях, но сам уже проснулся. Его взгляд устремлен в темноту подвала — настороженный, опасный. Скрип. Дверь медленно открывается. — Как трогательно, — раздается ленивый, насмешливый голос. На пороге стоял красивый парень, одетый в черные джинсы с прорезями на коленях и косуху. Да уж как-то не так Сынмин представлял себе главного босса, тем более, что он знал этого парня. — Наследник клана Ким, свернувшийся калачиком в руках у оборотня. Это зрелище стоит того, чтобы его запомнить. Сынмин лениво моргнул, но под маской равнодушия глаза его стали темнее. — Не тебе, говорить что либо подобное, Ван Ибо. — О, прости за грубость, — Ибо картинно приложил руку к груди. — Считай. Простил. А теперь исчезни, — Сынмин устало закрыл глаза, — мне не хватало только подстилки Сяо Чжаня, возомнившей себя великим злодеем. Вспыхнув от злости, Ибо подскочил ближе, явно намереваясь ударить. Чанбин моментально заслонил Сынмина собой. — Чего вам надо? Если в прошлый раз его хотели убить, зачем держать его в живых сейчас? Ван Ибо совершенно по детски надул щёки. — Тэхен оказался слишком живучим. Поэтому ты теперь нужен, как рычаг. Но не переживай, как только твой дядя отдаст мне клан и территорию, я лично оторву тебе голову. Сынмин почувствовал одновременно страх и гордость за дядю. — Клянусь! Перед смертью я отгрызу тебе лицо. Ибо засмеялся криком умирающей чайки и сделал шаг вперед. — Твои угрозы забавны. Жаль, что они не спасут тебя. Вдруг подвал содрогнулся. Снаружи раздались крики, звуки боя, звон стали. Чанбин напрягся, вслушиваясь. — Это не их люди. Кто-то атакует ваших. — Идеально, — выдыхает Сынмин. Пока Ибо был в замешательстве, Чанбин атаковал. Резким рывком он схватил похитителя за воротник и со всей силы бросил в стену. Миг — и на полу скалит клыки, сияя зелеными глазами, крупная пантера. Схватив Сынмина, Чанбин вытолкнул его за дверь, следом выскочил сам и захлопнул дверь. — Бежим. Холодный воздух ночи ударил в лицо, как только они выскочили наружу. Чанбин осмотрелся. Вокруг царил хаос. Земля была залита кровью, мелькали фигуры. Вампиры сражались с вампирами — и, судя по всему, это были не люди Ван Ибо. — Кто это вообще?! — Сынмин увернулся от пролетающего мимо тела. — Без понятия, — Чанбин уверенно потащил его вперед, — но нам лучше шевелиться быстрее. Они лавировали между дерущимися, избегая ударов и смертоносных когтей. Кто-то шипел, кто-то умирал, кто-то безумно смеялся. — Сука! — рявкнул Чанбин, резко уводя Сынмина в сторону, когда мимо пронеслась чья-то окровавленная голова. — Добро пожаловать в мой мир! — ответил вампир. В этот момент что-то зеленое мелькнуло в поле зрения. Сынмин резко остановился. — О, да ладно… Зеленый спортбайк стоял чуть в стороне, идеально припаркованный, будто только их и ждал. Чанбин тоже его заметил. — Это что, судьба? — Нет, это дебильная самоуверенность Ибо, — фыркнул Сынмин, — но вкус у этого говнюка хороший. — Ну, воспользуемся его вкусом, — оборотень без лишних слов направился к байку. Сынмин запрыгнул на сиденье позади. — Надеюсь, ты умеешь водить эту штуку. Чанбин не ответил — просто включил зажигание и вжал газ. Байк взревел, и они сорвались с места. Остановились только через несколько километров. Чанбин убрал шлем и выдохнул: — Ладно… Куда теперь? Сынмин задумчиво потер шею. — У нас есть два варианта: либо мы едем к моему дяде и готовимся к войне, либо… — Либо? — Либо сначала разберемся, кто напал на базу Ван Ибо. Чанбин прищурился. — Зачем? — Чтобы у нас были козыри. Ну знаешь — враг моего врага и тому подобное… Оборотень закатил глаза. — Нет. Сынмин возмутился — Да почему? — Мы не для того выбирались, чтобы сунуться обратно. Поэтому едем к главе Ким, — Чанбин серьёзно посмотрел на вампира, — и это не обсуждается. *** Тэхен оторвал взгляд от документов, когда в кресле напротив зашевелился Хосок. — Опять ёрзаешь, — устало заметил он, поднимая на него взгляд. — Мне скучно, — пожал плечами тот, лениво потягиваясь, — нельзя колдовать, нельзя драться… ты действовать не торопишься. Джин на свидание идти отказался. Тэхен закатил глаза. — Прости, что не бросаюсь в бой сломя голову. — А ведь зря, лучшая защита — нападение, — протянул Хосок с усмешкой, перекатываясь на бок, так чтобы лучше видеть его профиль. — А! Я понял, ты растерял навыки, признай, что просто уже не влезешь в ваше боевое облачение. Тэхен не повел бровью, но где-то в груди на секунду кольнуло желание доказать, что Хоби не прав, а еще он вспомнил, что бывшего возлюбленного всегда заводила кожа и шипы. — Я проигнорирую твой выпад, но поверь, я все еще хорош в коже и с плетью. — Не знаю, не знаю, пока не увижу, не поверю, — Хосок усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло что-то осторожное, цепляющееся за шутку, как за щит. — Лежи молча, — вздохнул Тэхен, снова глядя в бумаги. — Ох, грубо, — Хосок картинно приложил руку к сердцу, но в его глазах читалась тень настоящей эмоции. Тэхен сделал вид, что не заметил. — Дай мне поработать. — А ты уверен, что хочешь работать? — он перевернулся на спину и закинул руки за голову, ворот рубашки разъехался открывая вид на ключицы и красивую шею. Тэхен почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь, но голос его остался ровным. — Я тебя закрою в подвале. — А ты там будешь? Тогда я не против, — Хосок хищно улыбнулся, но в его глазах было что-то на грани осторожности и вызова. Он словно проверял, как далеко может зайти, прежде чем Тэхен отступит. — Не доводи меня. Тэхен задержал дыхание всего на долю секунды, но этого хватило. Хосок заметил, губы его дрогнули, и он быстро отвернулся, скрывая настоящие эмоции за очередной ухмылкой. — Ладно, ладно, продолжай, клан и долг всегда должны быть на первом месте, — его голос стал чуть жестче, язвительность теперь звучала резче, чем хотелось бы. Тэхен почувствовал эту перемену, но не стал ничего говорить. Он знал, почему Хосок так себя ведет. Если он сделает шаг навстречу, Хосок, скорее всего, отступит. Их отношения только начали восстанавливаться, и он не мог позволить себе все испортить. — Как думаешь, Сяо Чжань в курсе того, что творит его помощник? — вместо этого спросил он, переводя разговор в более безопасное русло. Хосок медленно выдохнул, ненадолго прикрыв глаза, а затем подхватил тему, словно ничего не произошло. — Ван Ибо — самоуверенный псих, но не идиот. Если он решился пойти против нас, значит, либо он получил приказ, либо считает, что Чжаню плевать. — Или думает, что сможет потом выкрутиться, если что-то пойдет не так, — добавил Хосок, уже более спокойно. Тэхен почувствовал, как напряжение между ними слегка ослабло, и кивнул. — Вопрос в том, действительно ли Сяо Чжань закрывает на это глаза, или же он просто не в курсе, чем занимается его любимый диди. — Ставлю на первое, — фыркнул Хосок, — этот ублюдок всегда умел делать вид, что ничего не знает, пока ему это выгодно. Тэхен хотел ответить, но в этот момент дверь кабинета с грохотом распахнулась. — Дядя, ты не поверишь, что мы узнали, — раздался голос Сынмина. Тэхен моргнул, осознавая, что перед ним стоят Сынмин и Чанбин — измученные, грязные, но живые. Его пальцы непроизвольно сжались на подлокотнике кресла, но он быстро взял себя в руки. — Выглядишь ужасно, — сухо заметил он, оценивающе глядя на племянника. — Спасибо, дядя, я тоже скучал, — Сынмин закатил глаза, но в глубине его взгляда мелькнуло облегчение. — Тигрёнок, ты вернулся? — протянул Хосок с широкой ухмылкой. — Не передумал насчёт свидания? Я всё ещё свободен. Чанбин покосился на него так, будто услышал какую-то нелепость. Но прежде чем он успел ответить, раздался голос Сынмина — Он занят. — Да ладно, он еще может передумать. Тигренок даже не спросил, куда бы я его повёл, — Хосок сделал обиженное лицо, но в его глазах плясали насмешливые огоньки. Чанбин фыркнул и повернулся к Тэхену, но тот почему-то уже не смотрел на племянника. Его взгляд был прикован к Хосоку — тяжёлый, недовольный. Сынмин, стоявший рядом, тоже сверлил Хосока таким же предупреждающим взглядом. Они переглянулись и вдруг осознали, что смотрят одинаково. Тэхен почувствовал лёгкое раздражение, но не подал виду. Сынмин же недовольно поджал губы. Хосок, конечно, всё заметил и довольно ухмыльнулся. — Что? Мы с тигренком свободные люди, имеем право, — лениво протянул он, переводя взгляд с одного на другого. — Заткнись, — хором бросили Тэхен и Сынмин. Они снова переглянулись и с лёгким раздражением отвернулись друг от друга. Хосок тихо рассмеялся, качая головой. Тэхен стиснул зубы, но решил проигнорировать. — Что вы узнали? — спросил он Сынмина, намеренно переводя разговор в более безопасное русло. Племянник тоже сделал вид, что ничего не произошло, хотя его брови всё ещё были слегка нахмурены. Чанбин, наблюдавший за всей сценой, тяжело вздохнул. Тэхен медленно выдохнул, заставляя себя переключиться. Но в груди всё ещё неприятно покалывало. Хосок усмехнулся, явно довольный эффектом, который произвёл.