Пока ты здесь

Будильник, как обычно, прозвонил в семь, но Денис не спешил просыпаться. Ещё в августе, незадолго до его двадцать восьмого дня рождения, время остановилось. Они прожили вместе десять лет. Ему всё ещё не верилось. Казалось, вот сейчас, его, как обычно, притянет к себе большая крепкая рука и родные тёплые губы коснутся его губ… А вместо этого пустая, холодная постель. И недочитанная книга на тумбочке с вложенными между страницами очками. И фото в рамке, в прошлом году, на море. Загорелые, улыбающиеся, счастливые. Так бесконечно давно, когда ещё не было этого страшного диагноза и мучительно долгих месяцев отчаянных метаний в надежде… А потом тишина. И пустота. Когда солнце зашло и больше не встало. Когда Денис держал его холодную руку и не мог отпустить. Когда не было даже слёз, только нестерпимая боль, в его собственных глазах отразившаяся, точно так же застывшая, как это последнее "люблю" на пересохших губах… А дальше утро, когда, нужно было вставать, и куда-то идти, и что-то делать, но уже без него… И снова казалось, что, вот, сейчас откроется дверь, и Андрей зайдёт в комнату, и улыбнется, и что-то скажет… Его вещи повсюду. Он повсюду. И, одновременно, нигде. Так странно. Так невыносимо больно… Наливать кофе только в одну чашку. А та, его любимая, так и продолжала стоять на полке. Выносить миску старику Барону, который, вроде как, понимал, но, всё равно, заглядывал за спину, как будто, всё ещё ждал… Четыре с половиной месяца, как в тумане. Сто сорок дней честно сдержанного обещания жить дальше. Последний день уходящего года напомнил о себе оживленной предпраздничной суетой. Денис и сам не понял, зачем оказался здесь, среди всех этих толпящихся людей с переполненными тележками. Совершенно потерянный, он бродил по рядам супермаркета, так, словно, оказался на другой планете. Наверное, ему тоже нужно было что-то купить, что-то приготовить… Для чего?! Неужели он, и правда, смог бы сесть в одиночестве за стол, открыть шампанское, запихнуть в себя это чёртово оливье и весь остаток ночи тупо втыкать в телек?! Охранник в дурацкой красной шапочке проводил его, с пустыми руками идущего на выход, пристальным взглядом. Дальше заехать на СТО к мужикам, поздравить с наступающим, отдать конверты с зарплатой. Теперь это, временно, его обязанность. Уже через пару месяцев, когда он сможет официально распоряжаться всем тем, что оставил ему Андрей, он подумает, что с этим делать, а пока… Домой не хотелось. Почти нестерпимая, выжигающая изнутри тоска и пустота сегодня ощущались особенно остро. С одной стороны в этих, давно ставших родными, стенах всё ещё жили счастливые воспоминания, а с другой…Эти самые воспоминания, подобно тяжелому якорю, продолжали тянуть ко дну, не давая возможности сдвинуться с места. Хотя, куда и, главное, зачем двигаться, он, пока, не представлял, как и то, сколько, вообще, понадобиться времени, чтобы пережить утрату. То, что другого такого, как Андрей, у него не будет — это факт. Никто не станет для него ближе и роднее, хотя бы потому, что никто не знал его, в прямом смысле, всю жизнь. Никто не понимал, не чувствовал его лучше. И если бы только это было возможно, Денис не задумываясь, подарил бы ему, как минимум, половину собственных лет. Только бы он жил! Ещё десять, двадцать… Сколько возможно ещё! Только бы… Ещё пару часов он бесцельно блуждал по городу, время от времени ненадолго заходил в кафе, пил чай, немного отогревался, и снова шёл в никуда. Бесконечные лабиринты улиц и мелькающие лица. Веселые и не очень. Куда-то спешащие. Чужие. Одиночество в толпе. Затеряться. Раствориться в потоке. Стать безликой частью этой массы. Сияющие разноцветными огнями нарядно украшенные витрины и доносящийся отовсюду неизменный Jingle Bells. Перекрестки, светофоры, машины… Всё перемешалось. Замерзший. Застывший. Казалось, тронь его, и он рассыпется на тысячи мелких льдинок, раскрошится, растопчется и, просто, исчезнет… Нужно выбираться, выкарабкиваться как-то… Сможет ли? Сколько ещё это продлится? Есть ли в этой беспросветной тьме дно, от которого, хотя бы, оттолкнуться можно?! - На сегодня всё. Остальное уже после праздников. — Закончив с прорисовкой, Артём снял перчатки и, разогнув напряжённую спину, с удовлетворением оценил результат своих многочасовых стараний. Огнедышащий дракон, обвивающий бицепс мужчины, гипнотизировал его удивительно реалистичным, пристальным взглядом. Проводив клиента, он закрыл изнутри дверь, выключил свет и отправился в небольшую внутреннюю комнатку, служившую кухней и местом отдыха, поставил чайник, разорвал и высыпал в чашку пакетик кофе. Домой он не спешил. Настроение, как и погода за окном, застыло на отметке плюс — минус ноль. И, вроде бы, год прошёл успешно… С момента открытия собственного салона, он и Богдан, его напарник, трудились не покладая рук, заслужив отличную репутацию, набив приличную клиентскую базу, но какой-то особой радости и воодушевления всё равно не ощущалось. Залив в чашку кипяток, Артём подошёл к окну. Там, за неплотно закрытыми жалюзи оживленным потоком двигались машины и мелькали люди. В окнах соседних домов мигали разноцветные огни, напоминая о приближающемся празднике, который он, как ни старался, почему-то не ощущал. Это в детстве хотелось и ёлку, и подарков, и какого-то чуда, а сейчас, почти в тридцать… Чего хотелось ему сейчас?! Какое бы желание он загадал?! Обхватив чашку, он сделал глубокий глоток, по-прежнему глядя куда-то в одну точку за окном. Телефон молчал. Честно говоря, Артём был даже рад, что после их последней ссоры Юлька решила дать им обоим немного отдохнуть, уехав на новый год к родителям. Он не мог продолжать игнорировать тот факт, что эти, реально, участившиеся в последнее время конфликты — уже не просто обычная притирка, через которую неизбежно проходят все пары. За эти почти полтора года, которые они встречались, а, по факту, жили вместе их отношения уже сто раз могли обтесаться до состояния морской гальки. Тем не менее, эта удручающая регулярность, с которой они продолжали вновь и вновь напарываться на какие-то острые углы, по большей части, из-за оказавшихся совершенно разными характеров, реально, выходила за рамки. Артём отвоёвывал своё личное пространство с таким же упорством, с каким она, скорее всего, даже, неосознанно каждый раз пыталась его нарушить. И это не могло не раздражать. Он нуждался в уединении и покое, а она тащила его гулять. Он любил тишину, а ей хотелось общения. И хотя говорят, что противоположности притягиваются, сам Артём давно сомневался в практической пригодности данной теории для совместной жизни. Сейчас им обоим просто необходима была перезагрузка. И то, что этот новый год он будет встречать в одиночестве его не только не беспокоило, но, как ни странно, даже радовало. Денис не был любителем ходить по гостям, но, в какой-то момент, уставший и окончательно продрогший, он, всё же, решил заглянуть к сестре. Она звонила ещё пару дней назад, как обычно, приглашала. Катя была единственная, кто ещё тогда, десять лет назад, открыто поддержала Дениса, хотя и не совсем понимала, как он, восемнадцатилетний мальчишка, мог увлечься человеком, годившимся ему в отцы?! Но за все последующие годы, у неё был ни один шанс убедиться в том, что, не смотря на такую громадную разницу в возрасте, эти двое, были по-настоящему счастливы. Если бы только… Глядя на брата, у неё до сих пор сердце разрывалось. Казалось, в тот день, когда не стало Андрея, для него рухнул весь мир. Это сейчас он, хотя бы, разговаривать и двигаться начал. Тот парень, которого она видела на похоронах, и в течении пары месяцев после, больше напоминал застывшую тень. Тогда она приходила к нему почти ежедневно, приносила еду и просто была рядом, стараясь, насколько это было возможным, облегчить его состояние, по факту, оставшись единственным самым близким для него человеком, заменив собой, даже, так и не принявшую его связь с мужчиной, мать. -Денька! — Распахнув двери, Катя радостно обняла раскрасневшегося, пахнущего морозной свежестью парня. -Привет! — Улыбнулся он, протянув пакет с купленными по дороге сладостями, фруктами и бутылкой шампанского. — С наступающим! -Спасибо! — Поцеловала она брата, поправляя его взъерошенные от капюшона, мягкие каштановые волосы.-Молодец, что пришёл! -А где… ? — Удивленный непривычной тишиной, кивнул он в сторону детской. -С мамой, на городскую ёлку поехали. Там ярмарка какая-то, гуляния, ну, как обычно… -О, Дэн здоро́во! — Вышедший навстречу Вадим, Катин муж, крепко пожал ему руку. - Заходи! Мы, как раз, обедать собирались. Веселый и компанейский, он мог часами рассказывать какие-то истории, так что рядом с ним даже не очень общительный Денис чувствовал себя легко и непринужденно. Вадим был в курсе его личной жизни, и, хотя и не поддерживал, никогда не позволял себе никаких пошлых, тем более, уничижительных комментариев, тактично стараясь обходить стороной эту тему, за что Денис был ему искренне благодарен. Вкусно и сытно накормленный, обогретый семейным теплом, Денис просидел в гостях до самого вечера, сам не заметив, как хотя бы ненадолго поднялось настроение, в основном, благодаря двум появившимся, пару часов спустя, сорванцам-погодкам, для которых он, их дядя, был кем-то, вроде того, кем был для него самого Андрей. Они вили из него верёвки, висли на нём по очереди и одновременно, а он беспрекословно исполнял любую их прихоть. Катя с замиранием сердца наблюдала, как они играют, и перед её глазами вставали яркие картинки их собственного детства, когда друг их отца, точно так же, возился с маленьким Денисом. Мог ли тогда кто-то даже представить, что, спустя много лет, эти отношения перерастут в самую настоящую, большую и крепкую любовь?! Допив очередной коктейль, Артём откинулся на спинку мягкого кожаного диванчика, медленно затягиваясь горьковато-сладким дымом кальяна, чувствуя, как постепенно расслабляющийся мозг впадает в приятное отупение, потихоньку покачиваясь и нежась в лёгких волнах алкоголя. В баре, в котором он просидел почти весь вечер, веселье было уже в самом разгаре. Удивительно, но ни долбящая в уши музыка, ни откровенно заигрывающие взгляды тусующихся на танцполе девиц, ни весь этот разноцветный шумный балаган, в целом, не только не раздражали, но и помогали, вот так, на контрасте, в похожем на медитацию отстранённом созерцании, отключить мысли и просто побыть наедине с собой. - Я пойду уже… — Глянув на часы, Денис подошёл к сестре и, притянув её к себе, легонько прижался к виску губами. - Может, всё-таки, останешься? Встретим вместе. — Обняла она брата, с беспокойством заглянув в уже начавшие затягиваться привычным туманом родные глаза. - Нет, Катюш... Спасибо тебе! — Устало улыбнулся он, и, воспользовавшись моментом, пока Вадим отвлёк, уже не на шутку разыгравшихся, мальчишек, оделся и потихоньку выскользнул за дверь. До конца года оставалось чуть меньше получаса, когда Артём неспеша, поднялся и направился к выходу. Прокравшийся под разомлевшую в недавнем тепле кожу свежий морозный воздух пробежался мурашками по спине, заставив накинуть капюшон и застегнуть куртку. Засунув руки в карманы, он медленно пошёл вдоль оживленной набережной, с каким-то особенным, давно забытым удовольствием вдыхая доносящиеся из расположенных повсюду торговых палаток ароматы кофе, корицы и свежей выпечки, рассматривая подсвеченные неоном ледяные скульптуры и просто любуясь вьющимся в свете фонарей мелким снежком, так удачно дополняющим всю эту празднично-сказочную атмосферу. Пройдя немного дальше, он остановился, облокотившись о кованое ограждение моста, глядя на отражающиеся в зеркальной чёрной глади воды разноцветные огни. Через какое-то время, чуть поодаль от него, точно так же, остановился какой-то парень. Артём лишь мельком глянул на него и тут же отвлекся на озаривший ночное небо красочный салют. Доносящиеся отовсюду громкие поздравления и хлопки шампанского ознаменовали начало нового года. И только когда последняя, самая яркая и фееричная вспышка, рассыпавшись на тысячи сверкающих гирлянд, утонула в реке, что-то заставило Артёма снова повернуть голову. Парень продолжал стоять неподвижно, глядя в пустое небо. По его щекам катились крупные слёзы. Повинуясь какому-то неосознанному порыву, Артём сделал несколько шагов навстречу, участливо коснувшись его плеча, и замер от этих, на секунду скользнувших по нему, абсолютно пустых, казалось, лишенных всякого смысла, глаз. - Извини! Может, я могу чем-то…? - Нет. Всё в порядке. Спасибо. — Быстро мазнув ладонями по щекам, тот поспешил прочь. С минуту Артём продолжал стоять, растерянно глядя ему вслед, а потом, резко опомнившись, направился за ним. Какая-то смутная тревога заставляла ускорить шаг и не выпускать его из вида. Возможно, это было только болезненно обостренное воображение, но Артёму почему-то казалось, что в этом состоянии тот мог запросто шагнуть с моста, или просто не заметить мчащуюся машину, или… Да мало ли что ещё могло произойти, особенно, если учесть, вполне логичное, в такой день, наличие в крови алкоголя… Метров через двести, свернув с набережной, парень остановился, достал сигареты и ещё некоторое время шарил по карманам. Потом оглянулся и нахмурился, видимо, узнав всё это время шедшего следом того самого человека. Почти поравнявшись с ним, Артём замедлил шаг, как будто, решая пройти ли мимо или… -Зажигалки не будет? — Всё-таки, окликнул его незнакомец. Остановившись, он порылся в карманах и нашёл целых две. Одну протянул ему, второй подкурил сам. - Может, всё же, поговорим? — Глубоко затянувшись, медленно выдохнул Артём. - Я не собирался прыгать, если ты об этом… — Следом щёлкнул тот зажигалкой, пряча между ладонями дрожащий от ветра огонёк. - Ну, спасибо, успокоил! — Хмыкнул он, точно так же, рассматривая этого самого обычного, с виду, парня.— Кстати, меня Артём зовут. -Денис. — После недолгой паузы пожал он протянутую руку. -Тебе нужно согреться. — Невольно задержал Артём ледяную ладонь, сразу не сообразив, почему тот так странно на него посмотрел. — Хочешь, выпьем чего-то? - Я не пью. — Очередная затяжка и, продолжающий сканировать его, теперь уже, внимательный взгляд. - Даже чай? Как будто, реально, девчонку на свидание прикатывает! - Зачем тебе это? — В устремлённых на него глазах, всё ещё, читалось какое-то недоверие. - Не знаю.- Пожал плечами Артём - Может, потому, что я тоже один сегодня. - А что так? — Немного расслабившись, парень пошёл, наконец, на контакт. - Что-то, вроде, кризиса отношений...— Честно признался Артём, надеясь, что эта его откровенность послужит тому примером. - Девушка? Парень? - Девушка. — После некоторой заминки усмехнулся он, даже не предполагая, что его ответ, оказывается, может иметь варианты. — А …? -Угу. — Немного смущенно улыбнулся Денис, уже с явным интересом продолжая следить за изменяющимися оттенками взгляда так настойчиво интересовавшегося им случайного знакомого, которого изначально, почему-то, принял за "своего" — Не передумал ещё? Ну, на счёт чая? — Контрольный выстрел, после которого всякий, уважающий себя, натурал, по идее, поспешит слиться. - Нет. Просто… Всё в порядке! Пойдём! Тут недалеко есть хорошее местечко… Выложенные кирпичной кладкой стены под старину и тускло освещающие обстановку светильники в форме подсвечников придавали атмосфере бара уюта. В отличии от прежнего, людей здесь было, на удивление, немного. Заказав чай, они заняли дальний столик и некоторое время сидели молча, отогреваясь в приятно обволакивающем тепле и, пока, просто привыкая к обществу друг друга. - Я не настаиваю, но, возможно, тебе станет легче, если тебя кто-то выслушает. — Начал Артём, мягко возвращая в реальность, казалось, вновь погрузившегося в себя парня. - Да, нечего, особо, рассказывать. — Обхватив ладонями горячую чашку, Денис посмотрел на него и снова опустил глаза. — Четыре месяца назад не стало моего самого близкого человека. Просто, накатило… -Долго встречались? - Десять лет. Прожили. А вообще… можно сказать, всю жизнь. Он был другом моего отца. - Охренеть! Сколько же тебе тогда? - Закурил Артём уже вторую подряд, по-прежнему ни на секунду не отрывая взгляд от парня. - Двадцать восемь. — Криво усмехнулся Денис, ничуть не удивившись, отразившемуся на лице того, вполне ожидаемому, шоку. -А отец?! Знал?! Как, вообще, всё это…?! -Долгая история… Андрей всегда мне даже ближе, чем отец был. Когда отец меня с парнем застукал и из дому выпер, он к себе меня взял. Сначала просто жили, а потом… Я сам захотел. На совершеннолетие подарок такой. Дальше понял, что люблю. И он тоже. Отец уже позже подозревать начал. Хотел забрать, но по дороге сердце схватило. Авария. Ну, и… - И сколько ему было, когда тебе восемнадцать? — Медленно выдохнул дым Артём, поймав себя на мысли, что сейчас с удовольствием выпил бы чего-то покрепче чая. - Сорок два. Ебануться! - И как? В смысле, что такая разница? - Это не имело значения. Он — лучшее, что у меня было. Произнесенная почти шёпотом последняя фраза продолжала звучать в сознании долгим, затяжным эхом. Слов не было. Только какое-то странное подобие транса, не столько от самой этой истории, сколько от той неподдельной искренности и глубины эмоций, отражающихся на лице и в голосе парня, которые, каким-то невероятным образом, передавались ему самому. Его собственное отношение к этой теме, в целом, было, скорее, нейтральным, не считая одного случая, произошедшего ещё в выпускном классе, когда парень, с которым Артём долгое время дружил, однажды, решился признаться ему в своих чувствах. В тот вечер они довольно много выпили и он не очень хорошо помнил всех подробностей того разговора, но был абсолютно уверен, что ничем другим, кроме отказа, не мог обидеть друга. Но самое страшное произошло пару дней спустя, когда тот перестал появляться в школе, а вскоре стало известно, что он шагнул в окно. И хотя никакой записки, объясняющей этот абсолютно идиотский поступок не нашли, догадывающийся об истинной причине, Артём ещё долго не мог прийти в себя. Вряд ли Артём смог бы объяснить, почему как под гипнозом, продолжал смотреть на Дениса, и не мог оторваться. Почему снова и снова продолжал прокручивать в голове это его "лучшее", на мгновение вспыхнувшее невероятно ярким солнцем в глазах, и сразу в беспросветной чёрной пустоте утонувшее, оставив глубоко внутри какое-то странное ощущение, идентифицировать которое Артём, пока, не мог. - Теперь твоя очередь. — Через какое-то время обращенный к нему тихий голос, прогнав непонятное наваждение, снова вернул в реальность. Вкратце обрисовав основные моменты своей жизни, Артём почти сразу перевёл разговор в нейтральную плоскость. О личном говорить не хотелось. Да и что, собственно, он мог рассказать?! Давно трещащие по швам отношения?! Существовало множество гораздо более актуальных и интересных тем, которые они могли обсудить… Было уже утро, когда, распрощавшись, они разошлись по домам. Несмотря на свое состояние, Денис был искренне рад этому знакомству, благодаря которому, впервые за долгое время, ему удалось хоть немного отвлечься. Удивительно, но за эти, всего лишь, несколько часов они, казалось, успели поговорить обо всем на свете. О музыке и фильмах, о вкусах в еде и увлечениях, обнаружив довольно много общего. И если бы в том самом вопросе их взгляды также совпали... На этом моменте он добрался, наконец, до кровати и, едва коснувшись подушки, сразу же отрубился. Артём тоже думал о нём. И тем ранним сонным утром, пока возвращался домой. И потом, уже ближе к вечеру, когда с трудом разлепив глаза, почему-то сразу улыбнулся. Думал, и жалел, что так и не решился взять его номер. Он и сам до конца не понимал, почему ему, обычно, не охотно идущему на контакт с новыми людьми, хотелось продолжить это знакомство. Возможно, причина была именно в той, так впечатлившей его искренности, с которой парень открылся ему, как следствие, расположившей их обоих к дальнейшему непринужденному и приятному общению. А может… Понимание пришло внезапно. Оглушило. Обескуражило. Когда он лежал с закрытыми глазами, вновь и вновь прокручивая в памяти сгенерированные подсознанием картины, а его, казалось, живущее своей отдельной жизнью, тело упрямо отказывалось возвращаться из царства Морфея, настойчиво требуя воплощения их в реальность. За окном рождалось третье январское утро. Зимнюю сказку сменил дождь, смыв робкую улыбку с зацелованных во сне губ, раскрасив в серый улицы и дома, расквасив дороги. Один стоял на светофоре, сквозь стекающие по запотевшему стеклу ручьи вглядываясь в спешащих куда-то, таких же, сонных и хмурых прохожих, в какой-то момент поймав себя на мысли, что ищет в толпе знакомый силуэт. Другой в это время варил кофе и тоже думал о нём и, одновременно, о том, кто, день за днём, продолжал улыбаться с фото. Уже привычно протянутая к рамке рука. Болезненный излом бровей и нежно коснувшиеся любимого лица кончики пальцев… Пожалуйста, поговори со мной! Знаю, я обещал… жить дальше... быть счастливым обещал…Ты же всё видишь, да? Скажи, сто́ит ли? Когда ещё так мало времени прошло… когда… Сбежавший кофе и случайно задетая и разлетевшаяся вдребезги чашка. Андрея чашка. До крови сжатый в ладони осколок. Дикий контраст застывшей во времени улыбки и, в который раз, накрывшего беспросветного отчаяния. Обжигающих слёз и хлестающего по щекам ледяного дождя, когда не в силах больше оставаться в этих стенах, Денис выскочил на улицу. Испуганный взгляд Барона на беззвучно воющего в пустое небо хозяина. Сочувственно уткнувшийся в руку мокрый нос и горячий язык, пораненную ладонь зализывающий. Дрожащие пальцы. Щелчок зажигалки. Глубокий вдох... Боль. Выжечь изнутри. Сжать до видимой, осязаемой точки. Хотя бы на какое-то время под контроль взять. Медленный выдох... Скажи, сколько ещё?! Здесь, без тебя, сколько?! Когда Артём добрался до работы, Богдан уже вовсю трудился над клиенткой. - Хорошее начало года! — С порога подмигнул Артём, краем глаза заценив расцветающий на филейной части девушки бутон розы. -Завидуй молча! — Усмехнулся бородатый здоровяк, обласкав взглядом обрамленный кружевными стрингами, предоставленный в его распоряжение, аппетитный холст. — Как там говорят? Как встретишь… При мысли о том, с кем встретил новый год он, Артём только хмыкнул и поспешил в скрыться на кухне. Он знал, что теперь, приходя сюда, каждый день будет ждать Дениса. Тогда, в разговоре, он упомянул, где, именно, находится салон и оставалось надеяться, что однажды парень, всё же, воспользуется приглашением. Его первый клиент пришёл к десяти. Прорисовывая тени на начатом накануне драконе, Артём вполуха слушал, сопровождающий монотонное жужжание ротора, ненавязчивый трёп Богдана, и думал о своём. Какого хрена, вообще, в башке творится?! С чего вдруг так резко переклинило?! Ведь, никогда раньше... Ладно. Если начистоту, мужское тело никогда не вызывало у него отторжения, а в некоторых случаях, чего греха таить, казалось, даже, привлекательным. Но если подобные мысли когда-то и проскакивали, то, уже точно, без каких-либо дальнейших намерений и, тем более, без привязки к конкретному человеку. Может, всё же, найти кого-то и просто позволить себе этот чёртов эксперимент? Нет! Кого попало он не хотел. Хотя, чего удивляться?! С девушками же то же самое. Далеко не каждая, даже внешне привлекательная, автоматически вызывала желание. Не даром же доказано, что то, что называется любовью, в своей сущности — чистая химия. Он чётко помнил тот момент, когда смотрел на Дениса, слушал его голос, сам до конца не понимая, своих странных ощущений, в то время, как подсознание уже запустило целую цепочку реакций, которые, по факту, и были тем самым, настоящим влечением. И хрен бы с ней, с этой химией, как и с тем, о чём и так догадывался. Вопрос в том, что теперь делать?! Где искать это Счастье, так неожиданно мозги наизнанку вывернувшее?! Немного успокоившись, Денис кое-как заставил себя сесть за работу, но сосредоточиться никак не удавалось. Время от времени он отрывался от экрана, задумчиво глядя в пустой угол, где, обычно, до самого Крещения у них стояла ёлка, отсутствие которой в этом году, вопреки его ожиданиям, не только не избавило, но, кажется, только больше ввергло в рефлексию, запустив в памяти очередной сериал, первые кадры которого начинались, примерно, лет с пяти, когда Андрей катал его на санках и лепил с ним огромного, почти в его рос снеговика. Новогоднее застолье, когда Денис, совсем ещё мелкий, как обычно, сидел у него на коленях, предпочитая есть только с его тарелки, а потом они целый вечер собирали на полу в детской, подаренную Дедом Морозом, железную дорогу и ползающая вокруг Катюха сажала в вагончики своих пупсов. Дальше память распадалась просто на отдельные, перемешанные во времени, фрагменты. Отдых с палатками, рыбалка, шашлыки, поездка в аквапарк и на каток, и снова какие-то семейные праздники. И всегда и везде Андрей был рядом, на протяжении всех лет продолжая оставаться для него неизменным авторитетом, лучшим другом и вторым отцом, ещё не зная, что через каких-то восемь - десять лет они будут наряжать уже свою собственную ёлку, а шампанское открывать прямо в постели. С трудом проглотив вновь подступивший к горлу, тяжёлый ком, Денис поднялся и подошёл к окну, на этот раз мысленно возвращаясь к сегодняшнему срыву, всё ещё пытаясь понять,что, именно, его спровоцировало. Только ли разбитая, дорогая сердцу чашка, на самом деле — чистая случайность, в которой он, по причине своего и так нестабильного душевного состояния, усмотрел какой-то высший смысл? Или, всё-таки, причина в этих, никак не оставляющих его, мыслях об Артёме, и выплеснувшийся, таким образом, подсознательный конфликт всё ещё не оправившейся от горечи утраты души и приземлённого, банально, истосковавшегося по ласке тела? Честно говоря, Денис так до конца и не понял, подвела ли его интуиция, или всё же…? Снова и снова воссоздавая в памяти моменты того вечера, он чётко улавливал малейшие оттенки обращённого на себя взгляда и, казалось, чувствовал, тот самый, ответный интерес… Тогда почему Артём позволил ему просто так уйти?! Почему, хотя бы, не попытался…?! В который раз сдавивший грудь болезненный спазм оборвал опять предательски устремившиеся не в ту степь мысли. Прости! Я не хотел... Не искал нарочно... Просто... Повернув в замке ключ, Юля открыла дверь, переступив порог застывшей в тишине квартиры. То, что Артёма не было дома она чувствовала интуитивно. Оставив в прихожей небольшую дорожную сумку, она прошлась по комнатам, заглянула на кухню, открыла холодильник, в очередной раз убедившись, что без неё он ничего, кроме яичницы, приготовить не способен. Куча нестиранного белья в корзине. Переполненная пепельница. На столе чашка недопитого кофе, карандаши и множество разбросанных листов с эскизами. Один из его шедевров украшал и её. Притаившаяся на затылке маленькая, как будто, живая бабочка, которую он набил ей в первый день их знакомства и которую так любил целовать когда-то… Ну, почему у них всё так?! Куда делись те, прежние, чувства?! Что это? Разочарование? Усталость? Привычка? Подойдя к зеркалу, она провела рукой по рассыпавшимся по плечам вьющимся медным прядкам, сняла с запястья резинку и собрала их в хвост. По-кошачьи зеленые глаза. Худенькая. Ухоженная. Красивая? Наверное… Артём не выбрал бы не красивую. Он визуал. Он любит глазами. И в этом, немногом, они были схожи. Она ясно помнила, как придя в салон, увидела его впервые. Тёмные выразительные глаза, стрижка top knot с короткими боками и завязанным вверху пучком. Идеально сидящие на его стройной, в меру спортивной фигуре тёртые джинсы. Чёрная футболка с каким-то готическим орнаментом, похожим на полностью забивающее его руки тату. Увидела и влюбилась. И была так счастлива, что и он тоже заинтересовался ею. Тогда их отношения казались почти идеальными. Тогда разницу характеров сглаживал шёлк простыней и эффект новизны. Очередной день пролетел, на удивление, быстро. Отпустив последнего клиента, Артём, как обычно, привёл в порядок рабочее место, пролистал журнал записей, не спеша выпил чай, сознательно затягивая время, то и дело, поглядывая на дверь, прекрасно понимая, что ждать бесполезно. И всё равно ждал. Хотя бы потому, что другого варианта просто не было. Шанс снова случайно встретиться где-нибудь в городе был не больше, чем повторно сорвать джек пот в лотерее. И от понимания этого, с каждым разом, становилось, всё паршивее… Было уже почти шесть, когда он закрыл салон и, сев в машину, резко сорвался с места, некоторое время просто катаясь по городу, пытаясь привести хоть в какое-то подобие порядка, уже который день, кружащиеся бесконечным хороводом мысли, пока не оказался на той самой набережной. К вечеру дождь прекратился и небо прояснилось. Тянуло на мороз. Сегодня всё было по-другому. Торговые палатки не работали. Редкие прохожие, кутаясь в шарфы и капюшоны, спешили по домам. И лишь застывшие на ветру ледяные скульптуры напоминали о недавнем празднике. Ноги сами понесли его к тому месту, где он впервые увидел Дениса. Как и в тот раз, облокотившись о перила, Артём закурил, задумчиво глядя на дрожащие в черной ряби воды огни. Ему почему-то казалось, что в тот вечер парень оказался здесь не случайно и, рано или поздно, снова сюда вернётся. И если бы можно было оставить ему скрытое послание он, наверняка, воспользовался бы этой возможностью. Вот номер. Позвони! Я так хочу тебя увидеть! Осознание неожиданно вырвавшихся наружу своих истинных желаний заставляло сердце то замирать, то, наоборот, бешено метаться, в зависимости от того, представлял ли он, что, в ближайшее время, они, каким-то чудом, все-таки, встретятся или… Думать об этом "или" не хотелось. Слишком чётко он понимал, что уже не сможет забыть его. Слишком ярким было впечатление от того сна, образы которого, так ясно стояли перед глазами, вызывая небывалый и невероятно острый отклик в его теле. Нужно было честно признать — это произошло. Впервые в жизни он запал на парня. Натянув поглубже капюшон и спрятав подбородок в застегнутый наглухо ворот куртки, Денис неспеша шёл по горящему яркими огнями вечернему городу. После той долгой новогодней прогулки он, всё же, приболел. Хотя выйти в аптеку, на самом деле, было лишь поводом. Ему просто хотелось развеяться, а если быть совсем честным, то... встретить Артёма. Конечно, вряд ли бы Денис решился специально зайти к нему, хотя и знал, что его салон находится совсем рядом с той самой круглосуточной аптекой. Но где-то в глубине души тлела надежда, что судьба, всё же, подарит им ещё один шанс... Дойдя до многоэтажки, на первом этаже которой располагались всякие магазинчики, кафе и офисы Денис остановился возле двери, со светящейся над входом вывеской " Body Art Tattoo " Вполне логично, что в восемь вечера тот оказался закрыт. Но сама возможность того, что, где-нибудь, поблизости они могли бы снова пересечься, заставляла сердце биться чаще… Постояв немного, Денис бросил недокуренную сигарету в урну, и прокашлявшись, поднялся на соседнее крыльцо. Запах лекарств сдавил горло уже привычной болью ассоциаций. Не покидающее ощущение пустоты, особенно усиливающееся к ночи, регулярно выливалось в одном и том же мучительном сне, в котором он сидел возле кровати, прислушиваясь к тяжелому дыханию, даже на миг боясь отпустить руку, ощущая под пальцами слабую пульсацию любимого сердца, а когда в какой-то момент не почувствовал, резко сорвался в чёрную бездну. - Нафтизин и что-то успокоительное, — Наклонившись к окошку, шмыгнул он носом. Тогда, как только всё случилось, Катя давала ему какие-то таблетки, после которых он, хотя бы, спать мог нормально. И вот сейчас, в который раз, разуверившись, что время лечит, измотанный этими практически не поддающимися контролю приступами безысходности, он уже не видел другого выхода, как снова попытаться облегчить своё состояние, хотя бы, таким способом. - Из безрецептурных только это… — Достав из шкафчика несколько разных коробочек, молоденькая девушка в белом халатике выложила их на прилавок. - Без разницы. — Порывшись в кармане, Денис протянул карточку. - Если за рулём, эти два нельзя. — Уточнила та, окинув парня внимательным взглядом. Взяв оставшуюся, из предложенных вариантов, Денис молча расплатился и направился к выходу. Прямо на улице он выдавил из блистера пару таблеток и закинул их под язык. Благо, те оказались не слишком горькими, чем-то напоминающими валериану и какие-то другие травы. Точно так же он поступил и с каплями, на секунду запрокинув голову и впрыснув в нос лекарство. Резкий холодный ветер обжигал лицо, но сейчас это воспринималось, скорее, как облегчение, наполняя легкие недостающим кислородом, замораживая боль и отвлекая от мыслей о том, думать о котором было не только рано, но и, скорее всего, просто бессмысленно… Минут пятнадцать спустя, самочувствие начало потихоньку налаживаться, и уже свернув в свой родной, встречающий единственным вдалеке горящим фонарём переулок, Денис почти спокойно любовался рассыпанными в ночном небе звёздами, твердо уверенный, что оттуда, точно так же, самый родной человек смотрит сейчас на него. Подъехав к дому, Артём сразу заметил горящий в окне кухни свет. Просто, забыл выключить? Или…? Где-то в районе солнечного сплетения снова заскребло. Не сказать, что за эту неделю он успел соскучиться. Скорее, в полной мере, насладился этой, так удачно подаренной ею возможностью побыть наедине с собой. И уже только один этот факт заставлял задуматься. Выйдя из машины, Артём щёлкнул сигнализацией и направился к подъезду. Время от времени посещавшие его на протяжении этой недели размышления о жизни, по факту, не закончились ничем. Он не был уверен, что их отношениям стоило дать ещё один шанс, но, то ли какая-то привычка, то ли тлеющая где-то в глубине души хрупкая надежда на то, что всё ещё может наладиться, по-прежнему, не давали принять окончательное решение. Поднявшись на этаж и порывшись в кармане, он вставил ключ в замочную скважину, уже через дверь ощущая доносящийся из квартиры аромат жаркого или картошки в горшочках, которые Юлька, к слову, готовила просто волшебно! Переступив порог, он, вопреки своим собственным ожиданиям, улыбнулся. Она вышла навстречу ему, такая тихая, домашняя. Свободная, как-будто, с его плеча, длинная футболка. Выбившаяся из собранного вверху пучка, закручивающаяся змейкой непослушная прядь. Робкая улыбка. Взгляд… -Тёмка! — Нежно прильнув губами к его уху, прошептала она, уткнувшись носом в шею, ни то глубоко вдохнув, ни то всхлипнув, когда он, точно так же, тяжело вздохнув, молча притянул её к себе. — Я так соскучилась! — Снова, как будто, нарочно дразнящим шёпотом, беря его за руку и увлекая за собой… Артём и сам не понял, как они оказались в кровати, лихорадочно стягивая друг с друга одежду, и окончательно пришёл в себя только когда растрёпанная и сияющая после бурного примирения девушка ненадолго скрылась в ванной, а он так и продолжал лежать, бездумно глядя в тёмный потолок. Солнечный март растёкся ручьями, обещая раннюю весну. Денис вышел из дверей нотариальной конторы и, прищурившись, поднял глаза в чистое голубое небо. В который раз охватившее ощущение, что Андрей по-прежнему рядом, что это он сейчас согревает его этим солнечным теплом и ласково треплет по волосам лёгким свежим ветерком, заставило его губы дрогнуть в чуть заметной, кажется, теперь уже навсегда, надколотой грустью улыбке. Любит и заботится даже оттуда… Денис крепко сжал в руках папку, в которой были, полгода спустя вступившие в силу документы, подтверждающие его право собственности на всё, что принадлежало любимому мужчине. Сев в машину, он закрыл глаза, дав себе минуту на то, чтобы справится со своими чувствами, а потом поехал в сторону цветочного рынка. - Юль, это же твоя подруга. Что я там забыл?! — Оторвавшись от экрана ноута, Артём поднялся с дивана и направился на балкон. - Тём, ну что ты, в самом деле?! Нас же вместе приглашали! — Выйдя следом, она обняла его сзади, как кошка, потершись о его спину. Развернув её к себе, он повторил ладонями изгибы её тонкой фигурки, намекая на то, после чего, она уже по опыту знала, он станет гораздо сговорчивее. Хитро улыбнувшись, она скользнула под его футболку, с удовольствием принимая давно усвоенные правила негласной игры, прекрасно зная, как добиться желаемого. В последнее время их отношения, действительно, стали налаживаться. Сойдясь на том, что получалось у них лучше всего и не заморачиваясь по поводу всего остального, они, кажется, смогли, наконец, расслабиться и отпустить ситуацию. Точнее, отпустила ситуацию Юля. Артём же просто облегченно выдохнул, целыми днями пропадая в салоне, стараясь, хотя бы таким образом, вытеснить по-прежнему не оставляющие его мысли о Денисе. До дома Юлиной подруги они дошли пешком, по пути купив торт и цветы. И хотя Артём никогда не был в восторге от подобных мероприятий, снова портить друг другу нервы просто не хотелось. В конце концов, ему и самому было бы полезно отвлечься и сменить обстановку. Нельзя же, в самом деле, бесконечно жить на работе, день за днём, с упорством религиозного фанатика ожидая "Чуда", которое, похоже, даже и думать о нём забыло. - С днём рождения! — Переступив порог небольшой, уютной квартиры они по очереди обняли и поздравили радушно встречающую гостей девушку. - Спасибо! — Коснувшись губами нежных лепестков, улыбнулась Катя. — День, поставишь, пожалуйста, в вазу? — Повернулась она к появившемуся за её спиной брату. Сердце пропустило удар, а в следующую секунду пустилось в бешеный голоп. Они смотрели друг на друга так, словно, остались во всём мире одни, не слыша и не видя больше ничего. Всё ещё как в тумане, Артём сжал протянутую Денисом руку, незаметно погладив ладонь. Не проронив ни слова, они поняли друг друга. Кусочки пазлов, сложились, превратившись в нечто цельное и совершенно новое. За столом Катя посадила брата рядом с собой. Артём выбрал место напротив, и это была не самая лучшая идея. Смотреть было опасно. Не смотреть просто невозможно. Казалось, воздух между ними начинал искрить от сумасшедших электрических разрядов, когда их глаза, снова и снова, безудержно притягивались. Артём даже не представлял, что можно так хотеть. Хотеть парня. И это непреодолимое желание пульсировало в венах мощным выбросом адреналина, сладким и, одновременно, болезненным напряжением концентрируясь внизу живота, заставляя гореть при одной мысли, что теперь это, уже точно, произойдёт. Денис смотрел на него и не мог поверить, что перед ним тот же самый человек. Настолько он изменился! Настолько открытым стал его взгляд, как будто, только сейчас он решился показать то, в чём, неизвестно по каким причинам, не захотел или побоялся признаться в ту, первую, их встречу. Значит, интуиция, всё же, не подвела! Хотя, сам факт наличия рядом с ним девушки, всё же, не мог не напрягать. Он прекрасно понимал, что би — не самый удачный выбор, если речь зайдёт об отношениях, но пока думать об этом было ещё слишком рано. Пока он просто радовался этой неожиданной, уже второй абсолютно случайной их встрече, задумываясь о том, чтобы, всё-таки, начать верить в судьбу. Часа пол спустя, Вадим пригласил желающих на перекур. В очередной раз глянув на Дениса, Артём встал из-за стола и направился на балкон. -День, поможешь мне, пожалуйста? — Перехватив за руку поднявшегося следом брата, Катя потащила его на кухню. -Ты ничего не хочешь мне рассказать?! — Закрыв дверь, она подошла вплотную к нему, выжидающе заглянув в глаза. -Ты о чём? — Невинно вскинул он брови, уже догадываясь,что эти их "гляделки", всё-таки, не ускользнули от её вездесущего взгляда. - О нём, дорогой, о нём! — Полушёпотом произнесла она, положив руки ему на плечи. — Давно вы…? -Кать, нет ничего! — Попытался зачем-то оправдаться Денис, но она только отрицательно покачала головой, давая понять, что не верит ни единому слову. - Ну, ладно, пока нет… — Добавил он, загадочно улыбнувшись. — А что, собственно, тебя смущает?! - Может, ты не в курсе, но они уже больше года вместе. Да, и вообще… Он же… ну, максимум, наполовину только… Я, правда, переживаю за тебя! — Крепко обняв брата, она уткнулась в его шею. — Ты же влюбишься, а он… - Всё хорошо будет! Я уже взрослый мальчик, помнишь? — Ласково провел он ладонью по её мягким длинным волосам и тут же выпустил из объятий, когда дверь приоткрылась и на пороге появилась Юля. - Кать… Я не помешала? - Нет, Юльчик, заходи! — Постаралась, как можно естественнее улыбнуться Катя, многозначительно глянув на брата. Оставив девушек вдвоём, Денис вернулся в комнату, как раз в тот момент, когда Вадим, докурив, открыл балконную дверь, выходя сам, и впуская его, а оставшийся там же Артём сделал шаг в сторону, освобождая для него место в крошечном застеклённом пространстве. - Скажи свой номер. — Плотно притянув дверь, начал Артём с главного, понимая, что другого шанса остаться наедине у них просто может не быть. Достав телефон, он быстро записал продиктованные Денисом цифры и, выкусив из пачки вторую подряд сигарету, прищурился, глядя, на горящую в медленно сгущающихся сумерках огненно-красную полоску заката. - Почему сразу не признался? — Устремив взгляд в ту же точку, задумчиво улыбнулся Денис. - Давай потом. Я напишу. — Понизив голос почти до шепота, покосился он на дверь, и тот понимающе кивнул. Они молча курили, читая по глазам лучше, чем если бы могли, в данный момент, произнести это вслух, едва сдерживая это, кажется, физически ощутимое, исходящее друг от друга, сумасшедшее притяжение. Денис непроизвольно кусал губы, отзеркаливая скользящий по ним взгляд, вынуждая Артёма снова и снова плавиться от невыносимого желания попробовать их на вкус, но, похожее на аквариум, открытое для посторонних глаз пространство, не оставляло ни малейшего шанса даже просто незаметно прикоснуться. - Как у вас дела? — Поставив чайник, Катя присела напротив подруги. - Более ли менее. Последнее время, вроде, лучше. Хотя, он, всё равно, где-то в своём мире… - Юль, не обижайся, но тебе не кажется, что это немного не те отношения, за которые нужно держаться? — Вздохнула она, теперь уже зная гораздо больше, чем имела право рассказать. Катя пересекалась с Артёмом всего несколько раз и тот с самого начала казался ей немного… странным. Может, просто потому, что привыкнув к своему компанейскому и разговорчивому Вадиму, она никак не могла понять, что такая же общительная и открытая подруга нашла в этом совершенно противоположном ей парне. И ладно бы только разница характеров… Случайно всплывшие сегодня особенности Юлькиного избранника и весь этот неожиданно нарисовавшийся треугольник вызывали у неё далеко неоднозначные чувства. С одной стороны ей было искренне жаль подругу, а с другой… Благополучие и душевное состояние брата было для неё гораздо важнее даже самой крепкой дружбы. И если этому, пускай и странному, парню, каким-то чудом, всё же удастся вернуть Дениса к жизни, она, ни на секунду не задумываясь, будет на их стороне. - Честно? Уже не знаю… — Подвинув к себе досточку, Юля взяла нож и протянутый подругой лимон. — Мне кажется, что, кроме работы, ему, вообще, ничего не нужно. - Хочешь совет? Просто, не спеши! Вспомни моего бывшего. Сколько слёз было! А потом Вадик появился, и… Может, как раз сейчас по-настоящему твой человек ищет именно тебя. -А Денька твой что? Нашёл невесту? — Тяжело вздохнув, перевела тему Юля. - Нашёл. Вроде… — Опустив ресницы, улыбнулась Катя, раскладывая на блюдце и посыпая сахаром аккуратно нарезанные дольки. Угадай, кто?! - Ну, что, будем чай пить? — Вернувшись в комнату, Катя поставила на стол торт, окинув взглядом снова усаживающихся за стол, явно довольных общением парней. Блуждающая на губах улыбка и, в кои-то веки, вновь живые глаза брата не могли не радовать. Артём — вообще, отдельная история! Казалось, рядом с Юлькой оставалась только его тень. Неужели она, и правда, ничего не замечает?! Может, просто потому, что не догадывается о том, что знает и, соответственно, видит Катя?! Только бы Денис не обжёгся! И если в Андрее она была уверена на все сто, зная, что с ним брат всегда был, как за каменной стеной, то в этом случае… Вечер подходил к концу. Около восьми в дверь позвонили и спокойное размеренное общение взорвали радостные крики вернувшихся с бабушкой детей. Бросив беглый взгляд на приглашённую за стол, то ли хмурую, то ли уставшую женщину, Артём вновь переключился на Дениса, с нескрываемым интересом наблюдая, как шустрые мальчишки тут же вскарабкались к нему на колени, принявшись наперебой рассказывать обо всех своих приключениях за день, как тот шутил и возился с ними, и не мог не улыбаться. В отличии от него самого, относящегося к детям без особого восторга, из Дениса, наверняка, получился бы замечательный отец… -Тём, может, пойдём уже? — Опустившаяся на плечо рука, вырвала из уютного кокона собственных мыслей. Глянув на часы, он молча поднялся, уже из прихожей обменявшись с Денисом долгим, тягучим, понятным только им двоим, взглядом. Катя и Вадим, провожая их до двери, ещё что-то говорили, но погруженный глубоко в себя, Артём почти ничего не слышал. Сейчас ему казалось совершенно нереальным, как, вообще, он мог тогда так запросто его отпустить?! Почему сразу не понял, или просто побоялся признать, что уже тогда тянуло?! С самой первой минуты, когда от этих слёз у самого внутри, как будто, что-то оборвалось. Когда что-то толкнуло следом пойти. Когда, как зачарованный, весь вечер смотрел на него и слушал, ещё не зная, что эта немного смущённая, грустная и завораживающая улыбка сниться будет - губы, которые, с тех пор, столько раз в мечтах своих целовал и от которых весь вечер сегодняшний не мог оторваться. “ Не могу не думать о тебе." — Уже около часа спустя прилетело первое сообщение, заставив подходящего к дому Дениса улыбнуться. "Так всё же почему тогда не признался? ” — Подрагивающими от волнения пальцами набрал он ответ. “ Честно? Со мной впервые такое. Просто нужно было время." - Высветилось следом. Достав ключи, Денис открыл калитку и зашёл во двор. Барон, как обычно, встретил его, радостно виляя хвостом и поскуливая. -Подожди! Сейчас… — Потрепав его за ухо, он включил во дворе свет и направился к дому. Телефон в кармане в который раз завибрировал, но некоторое время Денис был занят, насыпая и вынося псу еду, и только минут пять спустя, раздевшись и вымыв руки, снова вернулся к разговору. “ Когда мы встретимся?"— Артём задал этот вопрос ещё несколько минут назад и, показавшаяся странной, заминка почему-то заставила волноваться. “ Как скажешь ” — Нажав на отправку, Денис до боли закусил губу, когда его взгляд, уже привычно, скользнул по любимому лицу. Почему при одной мысли, что сейчас, в этот самый момент, Андрей всё видит, он чувствовал себя так, будто предаёт?! Почему, каждый раз думая об Артёме, он ощущал это?! Ведь, ещё какой-то час назад всё было замечательно. Он так радовался, что они снова встретились! А сейчас, оказавшись дома… "Тогда может завтра? “ "Ок" Помутневшие, расплывающиеся перед глазами родные черты. Подступивший к горлу болезненно-жгучий ком и дрогнувшие искривившиеся губы. Один и тот же, раз за разом, повторяющийся сценарий. Мне так тебя не хватает!!! “ Договорились. Я наберу, как только освобожусь" - Размазанные буквы на экране… Я так хочу к тебе !!! Отложив телефон и достав свитер Андрея, он, не раздеваясь, упал на кровать, уже не сдерживаясь, выплёскивая эту, в очередной раз, захлестнувшую с головой, никак не утихающую боль и дикую тоску по единственному, любимому, заменить которого не сможет никто и никогда, как маленький ребенок, судорожно захлёбываясь, снова и снова вжимаясь в ещё хранящую родной запах вещь, пока, в какой-то момент, не затих, так и уснув с ней в обнимку. Отправив последнее сообщение, Артём ещё некоторое время гипнотизировал взглядом тёмный экран. Казалось, всё это время они оба с нетерпением ждали возможности пообщаться, и то, как сухо и односложно отвечал Денис, было, по меньшей мере, странно. Вряд ли в это время он был чем-то настолько занят. Может, просто расстроен? К концу вечера, Артём, действительно, заметил перемены в его настроении. Радость от появления племянников, сменилась странным напряжением, как только в комнату вошла мать. Кроме короткого сухого приветствия они не сказали друг другу ни слова. Он видел, как, время от времени, Денис робко, как будто, с какой-то затаённой надеждой, поглядывал на неё, но та, казалось, просто, его не замечала. Возможно, после ухода гостей между ними, всё же, состоялся какой-то разговор. А может, он до сих пор был там, и поэтому… Настроение снова скатилось. Воткнув наушники, Артём уже привычно отгородился ноутом, то и дело продолжая поглядывать на уныло молчащий телефон, стараясь переключиться на мысли о завтрашней встрече. Куда они пойдут? Где можно спокойно, без лишних глаз, побыть вдвоём? Вряд ли Денис вот так, сходу, пригласит его к себе. И дело даже не в постели. Артём прекрасно понимал, насколько тяжело тому будет, вообще, начать всё заново, после стольких лет... Привыкнуть к другому человеку, который, к тому же, в отличии от бывшего, считай, его ровесник, и ещё неизвестно, является ли это плюсом, или, как раз, наоборот… Больше двадцати лет разницы! Пиздец! Как такое, вообще, возможно?! И при этом…Каким должен был быть тот человек, чтобы не только удержать рядом с собой совсем ещё мальчишку, но и даже туда сердце его с собой забрать?! Денис проснулся на рассвете, обнаружив себя лежащим поперек не расстеленной кровати, с влажной, покалывающей лицо родной вещью, которую не отпускал даже во сне. Открывать глаза не хотелось, и если бы он только мог, то, наверное, остался бы в таком положении навечно, обернувшись большими рукавами, уже привычно уткнувшись носом в пахнущую им рыхлую вязку, хотя бы так ощущая его присутствие и такое необходимое физическое тепло и близость. Окончание вчерашнего вечера, уже в который раз, вынуждало признать то, что, пока он продолжит оставаться здесь, в этом доме, подобные ситуации будут повторяться ещё бессчётное количество раз. Совершенно противоречивые чувства, по-прежнему, разрывали пополам. Прекрасно понимая, что Андрей был бы только рад, зная, что с его "любимым ребёнком" всё хорошо он, тем не менее, чувствовал вину, как будто, даже, мыслями о другом он предаёт саму память. Кое-как, заставив себя встать, Денис прошёл в ванную, лишь мельком глянув на так и оставшийся со вчера на столе телефон, и только минут пятнадцать спустя, приведя себя в порядок и поставив чайник, всё-таки, решился заглянуть в чат. Новых сообщений не было. Хотя, чего он ожидал?! Когда вместо того, чтобы нормально пообщаться, его, в очередной раз, накрыло. А вечером ещё свидание... И, вроде, радоваться бы, только... Как, вообще, всё будет, когда даже сам от себя не знаешь, чего ожидать?! Когда, вот так, как вчера… От выпитой, уже третьей по счету, чашки кофе выскакивало сердце. Хотя, неизвестно ещё, от чего больше… После вчерашней встречи думать ни о чём другом Артём уже, просто, не мог. Это было похоже на реальное помешательство, когда, пользуясь каждой свободной минутой, он заглядывал в телефон, в надежде найти там хотя бы какое-то, пусть даже совсем короткое сообщение, только огромным усилием воли сдерживаясь, чтобы не написать или не набрать самому, опасаясь, что такая настойчивость может попросту оттолкнуть. Да и что он мог рассказать?! Что волнуется, как малолетка? Что только к двум, наверное, уснуть смог, перелопатив кучу форумов, скурив почти пачку и все звёзды сосчитав, мечтая о нём? Что ждёт не дождётся вечера, когда на эти самые звезды уже вместе смотреть будут? А пока только утро. И не иначе, как сошедшее прямо с Олимпа, тело на кушетке, конечно же, и не подозревающее, как того штырит, когда расписывая его спину, ласкает взглядом эти мышцы, плавясь от желания, но...не его, а того, кто там, в собственных мыслях, сейчас. И хоть бы не выпасть из реальности настолько, чтобы поддаться искушению снять перчатку и провести подушечками пальцев по тёплой гладкой коже, представляя, как от этого прикосновения она покрывается мурашками, ощущая, как там, внизу, уже давно горячо и тесно… Реальный звездец, вот так, с нихера, считай, крышей двинуться! Пресловутый кризис среднего возраста, что ли, так кроет?! Благо, трудящийся по соседству, Богдан своей привычной болтовнёй обо всём и ни о чём конкретно, не давал окончательно забыться, то и дело возвращая с небес на землю и вынуждая, хотя бы отдаленно, присутствовать в здесь и сейчас. Артём освободился только к пяти и, как и обещал, сразу же набрал Дениса, договорившись, что будет ждать его здесь, в салоне, и уже потом они определятся со своими дальнейшими планами. Ещё час спустя, закончив со своей работой, Денис неспеша собрался и вышел из дома. Удивительно, но вопреки своим собственным ожиданиям, он почти не чувствовал даже вполне естественного для такого случая волнения. Так бурно выплеснувшиеся накануне эмоции принесли долгожданное ощущение опустошения и покоя. Нескончаемый городской шум, многообразие красок и звуков — резкий контраст с привычной застывшей тишиной, позволял вновь свободно дышать. И он дышал, медленно и глубоко, стараясь напитаться этим ощущением жизни, как можно дольше сохранить его в себе, чтобы хотя бы ближайшие несколько часов, ни о чём не думая, ничего загадывая, позволить себе просто плыть по течению. Дойдя до знакомой многоэтажки он на минуту остановился и, подняв глаза в синеющие сумерки неба, ещё раз прислушался к себе. На душе было, по-прежнему, спокойно. Как будто, тот, кто продолжал наблюдать за ним, ещё вчера обнял, утешил и… отпустил. Не навсегда. На время. Пока, однажды, они снова не встретятся, чтобы больше уже не расставаться. - Привет! — Открыв звякнувшую колокольчиками дверь, улыбнулся Денис. - Привет! Замёрз? — Протянул руки Артём, крепко сжав в ладонях его холодные пальцы. - Немного. - Зябко поёжился он, с интересом окидывая взглядом обстановку. - Сейчас отогреешься, здесь тепло. - Сам в одной футболке с коротким рукавом, Артём забрал и повесил на вешалку его куртку. - Офигеть! — Только теперь Денис впервые получил возможность целиком рассмотреть его забитые сплошным орнаментом руки. - Нравится?! — Расплылся он в широкой улыбке, демонстрируя начинающиеся от запястий и доходящие до предплечий, замысловатые узоры.— Кстати, если интересно, можешь посмотреть, как народ извращается. — Кивнул Артём на лежащий на журнальном столике большой альбом. - Прикольно! - Присев на диван и открыв альбом, усмехнулся Денис, глядя на фото набитой на животе обезьяны, с дыркой под хвостом на месте пупка. - Ну, да! Был такой кадр! Под полтинник уже чудаку! — Присаживаясь рядом, хмыкнул Артём, — А этот тебе как? — Пролистав чуть дальше, нашёл он стилизованный под глобус лысый череп с морями и континентами. — Вот что там в башке?! - Ну, сам же объяснял как-то? - Наверное. Это Богдана клиент был. - Ну, это классика... - Мужик с газонокосилкой на лысой проплешине. - И там ещё, в самом конце… Зацени! - Голова слона внизу живота с вполне реальным "хоботом". - Весёлая у тебя работа! — С интересом перелистывая страницу за страницей, не переставал улыбаться Денис. - Есть такое… Кстати, что на счёт ужина? Съездим куда-нибудь? Или можем сюда заказать. -Честно? Не хочу никуда. Если хочешь, давай, и правда, закажем. Ты там какие-то роллы нахваливал, кажется? - Ничосе! Запомнил! Тоже о них подумал. Если любишь острое, тебе понравятся… Набрав номер и оформив заказ, Артём подошёл к уже тёмному окну, закрыл жалюзи и запер изнутри двери. - Может, чай или кофе, пока? - Давай. — Отложив альбом и поднявшись, Денис прошёл вслед за ним во внутреннюю комнату, оглядывая скромную, по-домашнему, уютную обстановку маленькой кухни. Включив чайник, Артём сполоснул чашки и, достав из шкафчика пару коробочек с разным чаем, улыбнулся прижавшемуся виском к косяку двери, точно так же, с чуть заметной улыбкой наблюдающему за ним парню. Сейчас, в этом крошечном пространстве достаточно было сделать всего один шаг. Тогда, казалось, они, при первой же возможности бросились бы в объятия друг друга, а сейчас… Как два смущённых школьника стояли, глядя друг на друга и не решаясь… - Парк Горького? — Прислушался Денис к всё это время играющему тихим фоном музыкальному сборнику. -Тоже помнишь их? — Оживился Артём, взяв со стола пульт и слегка прибавив громкость на висящей на стене небольшой плазменной панели. — Девяносто второй год! Я только родился, а тебя ещё и в проекте не было! - Хороший альбом! Слушал одно время.— Слегка закивал головой Денис под знакомую мелодию. - Какая твоя любимая? - Да, много классных! "Stranger", например. Снова щёлкнув пультом, Артём пролистал плейлист и, отыскав нужное название, протянул руку, привлекая Дениса к себе. Пульс зашкаливал. От необычности и остроты ощущений сносило крышу. Близость прижавшегося к нему такого же, как у него самого, совсем не хрупкого тела. Непривычный, не похожий на женский, но, при этом, до одури вштыривающий аромат кожи. Чуть шершавая щека под подушечками пальцев… И, наконец, поцелуй. Почти невесомое касание губ. Улыбка. И снова касание, уже настоящее, мягкое, тёплое… По-другому. Все ощущения. Трогать, целовать такого же, как сам. Необычно. Улётно! Так волнующе остро! Кто бы сказал ему тогда, чуть больше года назад, когда они только открывались, что, в скором времени, этом самом помещении, он будет танцевать и целоваться с парнем! И точно в тему вспомнилось это почти пророческое Богдана: "Как встретишь…" Другой. Тактильную память не обмануть, не стереть... Отключить мысли. Не сравнивать. Просто приятно. Общаться. Касаться. Чувствовать. Обнаружить, что какая-то часть себя, оказывается, жива. Что, всё-таки, способен что-то, кроме боли, испытывать... Чайник давно закипел, а они так и продолжали стоять, обнявшись, слегка покачиваясь в такт, мягко и нежно соприкасаясь дыханием, время от времени, обмениваясь чуть слышным шёпотом и собирая с губ друг друга робкие улыбки. -Доставка. — Нехотя оторвавшись, Артём вытащил из кармана нарушивший их идиллию вибрирующий телефон и направился к двери. Облокотившись о край столешницы, Денис, казалось, всё ещё, находился в каком-то состоянии лёгкого транса, так что, когда минуту спустя, Артём с большой коробкой в руках снова появился на кухне, так и продолжал стоять, с застывшей на губах, задумчивой полуулыбкой. Они ели молча, время от времени просто обмениваясь понятными им обоим взглядами, как тогда, читая по глазам то, что, пока ещё, было трудно облечь в слова, чувствуя удивительную родственность душ в этой, так свойственной им обоим, немногословности. То самое, совершенно естественное, расслабленное ощущение физического и душевного комфорта, которое, бывает, обычно, только у по-настоящему близких людей. Уютная тишина. Понимание с полуслова, полувзгляда — именно то, чего всё это время так не хватало Артёму. Оказывается, возможно. Оказывается, все-таки, в человеке дело. -Твой идеал? — Кивнул Денис на украшающие стены салона постеры Кевина Крикмана*, когда закончив с ужином, они снова переместились в зал. - Что-то, вроде, того… - Улыбнулся Артём - Кстати, ты знал, что раньше он сто пятьдесят весил? - Офигеть! И не скажешь! — Продолжал Денис с интересом рассматривать полностью татуированного красавца, фото которого не раз попадались ему в инстаграме. - Ну, да. Потом серьёзно занялся собой. Спорт, диеты. За год сбросил половину. И вот так закрыл шрамы после удаления лишней кожи. Согласись, супер! — В очередной раз обласкав взглядом объект своего восхищения, с которым, наверное, даже будучи стопроцентным натуралом, не отказался бы в одной постели оказаться, он подошёл к Денису и, обняв его со спины, положил голову на плечо. — Никогда не думал, что скажу это парню, но… мы можем встречаться? -Ты же ещё даже не пробовал… Ну, в смысле… Вдруг не понравится? — Развернувшись в кольце его рук, Денис заглянул в такие же серьёзные, кажущиеся почти чёрными глаза. - Мне уже нравится. Ты нравишься. - А она как? - Никак. — Нахмурился Артём. — Теперь точно всё. К этому давно шло. - Тём… — Глубоко вдохнув, Денис на секунду смолк, собираясь с мыслями. — Давай честно. Я понимаю, жизнь продолжается. Но… У меня всё ещё бывают эти срывы. И я не знаю, когда это пройдёт, и пройдёт ли, вообще. Ты уверен, что я нужен тебе такой? - Ты любой мне нужен! — Осторожно коснувшись подбородка, Артём чуть поднял его голову, заставив посмотреть на себя. — Я так хотел найти тебя! Ещё тогда… — От внезапно накатившего ощущения пронзительной, почти болезненной нежности на секунду перехватило дыхание. Даже, всё это время, не перестающее пульсировать по венам желание казалось, в этот момент, не настолько острым. — Я очень хочу быть с тобой! — Тяжело сглотнув, он крепко прижал его к себе, чувствуя частые, гулкие удары собственного сердца. Такой. Первый и единственный, с которым, вот так, вдруг, и, похоже, уже безвозвратно. Как узнают о неизлечимом диагнозе, о котором обычно думают, что это с кем угодно, только не со мной. Сам того не осознающий, творящий с ним какие-то совершенно невероятные вещи! Ещё тогда, в самую первую встречу, глубоко отпечатавшись на сетчатке глаз, заставляя, вновь и вновь, видеть свой образ. Вместе с дыханием просачивающийся в кровь, постепенно заменяя собой кислород. С каждым прикосновением всё глубже проникая под кожу… Такой. Именно, такой. И другой не нужен. Молча уткнувшись в шею, Денис медленно поглаживал его по спине, снова и снова прислушиваясь к этому, пока ещё, непривычному ощущению не-Андрея, стараясь осознать и принять, что этот, другой, может стать его. Его новой реальностью. Началом новой жизни. Другой. Скорее всего, до конца не понимающий, на что подписывается. Наивно верящий, что ещё немного, и заживёт, затянется. Ни про кошмары ночные не знающий, ни про таблетки… А может, и правда, затянется, хотя бы до того, чтобы перестать этот обратный отсчёт вести — привычка, ещё с того самого дня, когда свои первые двадцать четыре часа после пережил, как мантру повторяя, что обещал… Двести двадцать восьмой день уже. И вроде, не так и плохо всё. И хорошо, даже. Пока не дома. Пока не накрывает. Вот так сидеть, обнявшись, в проникающем сквозь неплотно прикрытые жалюзи, свете уличных фонарей глядя друг на друга, в коротких перерывах между поцелуями о чём-то тихонько разговаривая и просто ощущая такую уютную близость друг друга. И просидеть бы так до утра, чтобы, хотя бы сегодня, этих снов не видеть… - О чём задумался? — Взяв его руку, Артём раскрыл его ладонь и, потершись шершавой щекой, прижался к ней губами. - Пора, наверное… — Достав мобилку, Денис глянул на часы. — Одиннадцать, почти. - Я подвезу тебя. — Поднявшись следом, он нащупал выключатель, щурясь от резко ударившего по глазам яркого света. - Не надо… Я сам. - Ты где-то снимаешь, или...? — Не удержался Артём, интуитивно уловив это показавшееся странным, секундное замешательство. - Нет. Он всё оставил мне. — Не поднимая глаз, тихо выдохнул Денис, взяв протянутую ему куртку. Только душу забрал… Мысленно закончил Артём, глядя куда-то в темноту окна. Он понимал, что легко не будет. Помнил и тот пугающе-пустой взгляд, и слёзы… Что чудес не бывает, и вряд ли тот по взмаху волшебной палочки сможет так быстро и легко отпустить прошлое. Но уже сейчас чётко и ясно осознавал — назад дороги нет. Этот парень нужен ему! Больше, чем он сам мог представить! Что, не смотря ни на что, хочет быть с ним, и только с ним. И сегодняшняя встреча уже окончательно убедила его в этом. -Барон! — Позвал Денис, удивившись, что тот, как обычно, не встречает его у ворот. Пес лежал в будке, перед так и не тронутой с утра миской и только тихо проскулил, когда, присев на корточки, он протянул к нему руку. -Ты чего, друг? — Потрогав его сухой горячий нос, он нахмурился, сразу сообразив, что тот заболел. Зайдя в дом, Денис, первым делом, нашёл лежащий на холодильнике блокнот, в котором Андрей, по старинке, записывал все нужные номера телефонов. Когда-то, лет пять назад, когда пес подхватил клеща, к ним домой приезжал знакомый ветеринар. Тогда, благодаря тому, что они вовремя кинулись, всё обошлось. Полистав исписанные родным почерком страницы, он оставил открытый блокнот на столе, чтобы завтра, прямо с утра, набрать, наполнил кастрюлю свежей водой и снова вышел на улицу. Пес продолжал лежать и только слабо лизнул его руку, когда поменяв в миске воду, Денис подставил её поближе и снова ободряюще погладил. - Потерпи немного, хорошо? Завтра вызову тебе Айболита. Тревога за здоровье питомца, отчасти, помогала ему не зацикливаться на собственных мыслях. И, хотя, в целом, вечер прошёл просто идеально, подумать, всё же, было о чём. Если Артём, и правда, настроен встречаться, то как, например, объяснить ему то, что он просто не сможет пригласить его к себе, не сможет привести в этот дом, их с Андреем дом, другого?! Где и как, вообще, всё это будет?! Ведь, если сегодня они ещё смогли ограничиться просто невинными поцелуями, то дальше…?! И, самое главное, где гарантия, что, разорвав нынешние отношения, Артём не захочет вернуться "на путь истинный" в дальнейшем? И хотя, Денис понимал, что, в отличии от него самого, тот, как выразилась Катя, "не на все сто", строить какие-то отношения, будучи одной из сторон треугольника он бы точно не смог. Телефон звонил уже дважды, но Артём сбрасывал, а на третий выключил, даже, не глядя. Он знал, что дома его ждёт вынос мозга, но, теперь уже точно последний. После сегодняшнего вечера в своём решении он уже не сомневался. До дома он добрался только к полуночи. Юля не спала, поджав ноги и, завернувшись в плед, сидела на диване, бездумно глядя в телефон. - Может, расскажешь, где ты был? — Босыми ногами прошлёпала она следом за ним в ванную. - На работе. — Спокойно и, формально, абсолютно честно ответил он, открыв кран в душе, и одновременно, стягивая футболку. - До двенадцати?! — Последовало вполне логичное "Не верю!", но он, кинув на неё равнодушно-усталый взгляд, молча закрыл дверь, в так бесившей её, свойственной ему манере, просто, игнорируя. Артём простоял под душем не меньше получаса, надеясь, что к тому времени, как он выйдет, она, всё-таки, благоразумно отправится спать, а уже завтра, на свежую голову, они, насколько это будет возможно, цивилизованно поговорят и разойдутся, наконец, как в море корабли. -Тём, у тебя кто-то есть? — Послышалось в темноте, как только он, обернутый полотенцем вокруг бедер, переступил порог спальни. - Спи. Завтра поговорим. — Откинул он одеяло, укладываясь на свою половину. - Думаешь, я смогу спокойно заснуть?! — Тут же вскинулась она. Тихо выругавшись, Артём схватил подушку и ушёл в зал. Несмотря на поздний час, заснуть никак не удавалось. Он вертелся с боку на бок, в очередной раз, чувствуя себя законченной скотиной. В самом деле, разве она виновата, в том, что какому-то парню, всего лишь, за час удалось то, чего у неё и за год не получилось?! Никто не виноват. Всё та же грёбаная химия. Элементарный набор, казалось бы, совершенно простых элементов — визуальный образ, голос, запах и ещё множество каких-то почти неуловимых нюансов, в одном случае рождали магический огонь, в другом — лишь короткую искру. Надо было разбегаться ещё тогда, как только почувствовал, что перегорело. А сейчас… Что он скажет? Как объяснит? Ладно. Чёрт с ней! Пусть думает, что хочет! Какая уже разница?! Наверное, даже, если бы она узнала правду, ему было бы фиолетово. Единственное что, а, вернее, кто его сейчас волновал — это Денис. Его Денис. Артём несколько раз повторил про себя эту мысль, стараясь уловить свои ощущения от того, что теперь он с парнем. И снова это всколыхнувшееся в душе тёплое и, одновременно, щемящее чувство при одной мысли о нём, говорящее красноречивее любых слов. То что этот человек того же пола, не парило от слова совсем. Грузить себя какими-то заморочками Артём не собирался. Так, что оставалось, как говорится, жить и радоваться. Криво усмехнувшись, по поводу "радости", он встал, натянул спортивки и вышел на балкон. Парень, всю свою сознательную жизнь любивший и, по факту, всё ещё, продолжающий любить другого. И что хочешь с этим, то и делай. Хочешь — радуйся! Хочешь — убейся! Как будто, есть выбор?! Как будто, эту, уже намертво въевшуюся в собственную душу, нежность, каким-то образом, вытравить можно?! А он, парень этот, по-прежнему, в том же доме с привидением живёт, спит в кровати той же… Десять из двадцати восьми! Ебать! Хотелось бы посмотреть на того мужика, кому досталось это, без преувеличения, Чудо Чудное, ещё и на херову тучу лет моложе! Ладно, дай Бог, завтра с Юлькой разобраться, и тогда уже можно подумать, как будет он эту опечаленную душу утешать… Утро в точности соответствовало настроению. Ещё со вечера затянутое тучами мрачное небо давило на невыспавшийся мозг свинцовой тяжестью. От непривычно неудобного дивана, казалось, одеревенели все мышцы. - Не понял, кофе нет, что ли? - Открыв шкафчик, Артём обернулся к следом появившейся на пороге кухни, закутанной в длинный махровый халат, такой же, хмурой девушке. - Закончился. Куплю сегодня.- Налив в чашку воды, она положила в рот таблетку цитромона. - Сам куплю.- Буркнул он, выбив из пачки сигарету, и, включив вытяжку, прикурил от плиты. - Фу! Нельзя, что ли, на балкон выйти?! - Поморщилась она, открывая окно. - Юль, присядь на минуточку. - Собравшись с духом, начал Артём и, подождав, пока та выполнит его просьбу, потянулся за стоящей на подоконнике пепельницей. - Нам лучше разъехаться. - Я была права, да? - Подняла она на него тяжелый, прожигающий насквозь, взгляд. - Не важно. - Не имея ни малейшего желания что-то придумывать, а, тем более, оправдываться, выдохнул он. - Не важно?! Какая же ты сволочь Грановский! - Вскочив, бросилась она на него. Зажав сигарету в зубах, некоторое время Артём пытался удерживать бьющееся в истерике, несмотря на свою хрупкость, на удивление, сильное существо, пока та не стала понемногу затихать. - Всё, Юль! Не надо… Так получилось! Прости! - Совершенно искренне попытался он извиниться, но, кажется, только ещё больше подлил масла в огонь. На пол с грохотом полетела сначала чашка, потом пепельница. Молча сцепив зубы, Артём снова схватил её за запястья, чувствуя, как и самого уже начинает потряхивать, думая о том, что надо позвонить Богдану и, либо, перенести назначенную на утро встречу, либо, отдать клиента ему. И, хотя, обычно, они такое не практиковали, изначально работая в разных стилях, и, по этому же принципу деля клиентов, но браться за инструмент, когда трясутся руки было бы не меньшим идиотизмом, чем если бы речь шла о хирурге. - Всё! Успокаивайся! - Из последних сил стараясь сохранить внешнюю невозмутимость, он, крепко обхватил её и прижал к себе. Давно выработанная с ней тактика непрошибаемого пофигизма всегда действовала безотказно. И пусть в такие моменты он был в её глазах отморозком, которому "плевать на её чувства", заканчивалось всё одинаково. Вскоре она успокаивалась, понимая, что попусту тратить нервы - только себе дороже. Потом они так же бурно "мирились", и на какое-то время снова наступало затишье. Но на этот раз, похоже, всё затягивалось. Буйная фаза сменилась слезами, а потом случилось то, чего он, уже точно, не ожидал, когда она, осторожно высвободившись, обняла его, прижавшись к груди, кусая губы и тихонько всхлипывая, как будто, всё ещё не веря в смысл сказанного, как будто, давая шанс передумать. - Тём, пожалуйста, не уходи! - Дернулась она следом, когда он, аккуратно убрав её руки и затушив под краном дотлевший окурок, направился в коридор. - Мне, вообще-то, ещё и работать надо. - Распихивая по карманам мобилку, бумажник и ключи, всё так же, отстранённо, проигнорировал он настоящий смысл её слов. - У тебя же не серьёзно с ней? - Застывшая в глазах отчаянная надежда пробивала даже самую крепкую броню, вынуждая на крайние меры. - Серьёзно, Юль. Легче?! - Отыграл он свою роль законченной скотины до самого конца, уже в дверях услышав вонзившееся в спину вполне справедливое: "Ненавижу!" Ему было искренне жаль её, но пусть лучше считает его сволочью, чем… По крайней, мере, это было честно. Даже не испытывая к ней каких-то особых чувств, он, всё равно, не смог бы изменять. Верность - то, что больше всего ценил он в отношениях. То, без чего они, эти отношения, по умолчанию, утратили бы всякий смысл. Только сейчас он в полной мере осознал, что, именно, настолько зацепило его в Денисе. Десять лет безграничной преданности! Будь Артём на месте того человека, он бесконечно уважал, ценил и любил бы его только за это! Так странно - проецировать свои чувства на чужое прошлое. И так ненормально, нездоро́во восхищаться этой любовью и верностью… другому. Крезанутый мазохизм! Осознавать, что всё, что осталось тебе - лишь фантомный отблеск, подобно тому, как свет от умершей звезды ещё какое-то время продолжает достигать земли. Но, даже, зная об этом, всё равно, снова и снова, искать это скрытое за серым туманом, отражение солнца в его глазах, даже мизерной части которого хватило бы, чтобы согреться. Чёрт! Неет! Уже спускаясь с крыльца, Денис всё понял. Опоздал. Наклонившись к будке, он, на всякий случай, потрогал уже окоченевшее тело. Слёз не было. Не было уже ничего. Закурив, Денис молча поднял глаза в затянутое тучами небо и, медленно выдохнув дым, снова опустил голову. Ещё вчера он обещал себе не думать. А сегодня… Всё! Стоп! Пока не началось всё заново! Дав себе пару минут на то, чтобы успокоиться, он слазил на чердак и нашёл там какой-то старый ковёр. - Будешь, как настоящий барон! - Тяжело вздохнул он, заворачивая пса, вспоминая услышанный когда-то от бабушки рассказ о цыганской традиции хоронить своих баронов с особыми почестями, устилая яму коврами. Выкопав под грушей за беседкой яму, он с трудом перенес туда большое, тяжелое тело алабая. Где-то здесь, как рассказывал Андрей, были похоронены ещё две собаки, которых Денис помнил ещё по детству. Огромный добряк, кавказец Дик и почему-то совсем немного прожившая, кажется, тоже овчарка, Герда. - Спи, друг! Не знаю, попадают ли собаки в рай, но ты был бы там точно… - Произнес он что-то вроде короткой прощальной речи и, закопав яму, положил на бугорок земли букетик пролесков. - Нихренасе! Это мне?! - В привычной манере их общения прикольнулся Артём, глядя на явившегося, около часа спустя, с огромным букетом роз, Богдана. - Конечно, тебе, мой сладкий! - Скорчив манерную гримасу, подыграл тот, демонстративно протягивая цветы, заставив их обоих поржать над явно офигевшим с этого спектакля брутальным мужиком, на груди которого Артём в это время старательно вырисовывал обвитый змеями череп. - У мамки юбилей сегодня. - Откашлявшись, обломал хохму бородач, в качестве временной вазы приспосабливая ведро. - Проезжал мимо, решил сразу, чтоб не кататься по сто раз… Так неожиданно подкинутая этой шуточной импровизацией, совершенно крезанутая, на первый взгляд, идея обозначилась на лице Артёма чуть заметной мечтательной улыбкой. А почему бы, собственно, и нет?! Интересно как Денис отреагирует? Дарил ли ему, хоть раз, цветы он? Какие лучше? Красные или белые…? - Тёмыч, бля! Ты где, вообще, летаешь?! - Подойдя ближе, Богдан пощёлкал пальцами, возвращая его в реальность, - Там завтра на девять у меня должна быть девчонка с нажопником мелким, возьмёшь себе? А то я это… после… ну, сам понимаешь… - Не боишься судьбу свою проебать? - В который раз, подколол Артём, зная его особую страсть к росписи именно этой части женского тела и всё ещё ищущего, по жизни, свой идеальный "холст". - Моя судьба уже давно в твоей постели спит. - Не остался тот в долгу, не удержавшись и всё же, съязвив по поводу так понравившейся ему тогда Юльки. -Уже нет. - Равнодушно хмыкнул Артём. - Так что у тебя есть шанс… - Ну, Ромео, рассказывай! — Без лишних предисловий начала, позвонившая прямо с утра, Катя. — Вы что, там, уже съехаться собрались? - Офигеть! Кать! С чего вдруг такие выводы?! — Слегка опешил Денис. - Ты, вообще, в курсе, что ради тебя он Юльку бросил?! Она звонила только что, вся в слезах, в соплях. - Что, прям, так и сказал, что ради меня? - Так и сказал, что с этой "другой" у него серьёзно всё. Подробности, естественно, не уточнял. - Ну, значит, так… - Пожал он плечами, усаживаясь за ноут, сам не ожидая, что Артём будет действовать так решительно. - Ни черта не пойму! Один говорит: "нет ничего", а у другого, оказывается, "серьезно"?! - Не унималась та. - Вы же не вчера познакомились?! - На новый год. Просто, в баре посидели, и всё. А у тебя, вообще, случайно встретились. - Обалдеть! Всё равно, ни фига не понятно! Ладно… Ты сам как? Ну, в смысле, теперь уже легче хоть немного? - Немного. - Закусив губу, умолк Денис, тупо уставившись в загрузившуюся на экране рабочую программу. - Ты же знаешь, это, вряд ли, пройдёт. - Знаю. - Вздохнула и тоже ненадолго замолкла она. - Просто постарайся не сидеть дома, ладно? Если хотите, вместе к нам приходите. - Хорошо, Кать. Спасибо! Отложив телефон, Денис ещё некоторое время сидел, уставившись в одну точку, стараясь переварить услышанное. "Серьёзно"?! Вот так, сходу, в омут с головой?! И это даже, несмотря на то, что Денис честно признался, что…?! По правде сказать, такая импульсивность слегка пугала. Возможно, потому, что сам он за долгие годы привык к совершенно противоположному. В их, с Андреем, собственном маленьком мире всегда царили стабильность и постоянство. Но, даже, несмотря на кажущееся однообразие, они не скучали, в свободное от учебы и работы время занимаясь какими-то совместными делами по дому, вечерами смотрели фильмы, или Андрей читал, а Денис просто сёрфил в интернете или играл… Конечно, были и полные страсти вечера-романтики, и вылазки на природу, на рыбалку или за грибами, и, даже, пара поездок на море. Да, много чего ещё… Но одно оставалось неизменным - абсолютная уверенность в том, что, что бы ни случилось, они всегда будут друг у друга. И, именно, это, так удивительно совпавшее у обоих стремление к надежности и постоянству, и было основным секретом этих, только на первый взгляд, казавшихся полнейшим мезальянсом, отношений. Сможет ли он привыкнуть к другому человеку? Будет ли чувствовать себя с ним так же спокойно и уверенно? И не заскучает ли тот рядом с ним? Все эти вопросы продолжали крутиться в голове, пока Денис, глубоко погруженный в свои мысли, неспеша шёл в направлении набережной. На этот раз Артём ждал его на том самом месте, где они впервые увиделись. Уже издали заметив приближающуюся в сумерках знакомую фигуру, он, в очередной раз, огляделся по сторонам. Бешено колотящееся сердце, с каждой минутой всё сильнее рвалось навстречу. Адреналин зашкаливал, когда он представлял глаза Дениса, а, заодно, и тех, кому предстоит прямо сейчас стать свидетелями этого шоу. Прохожих было немного и, пока, облокотившийся о перила моста и прячущий за спиной букет роз, парень почти не привлекал внимания. Последние несколько метров… Глаза в глаза. Улыбка. Шаг навстречу и … - Зашибись! Тём! Ты прикалываешься?! - Сам не зная, как реагировать, Денис ошеломлённо огляделся по сторонам и, поймав на себе едва сдерживаемую улыбку, проходящей мимо молодой женщины, всё-таки, заулыбался, качая головой и смущенно прикрывая глаза ладонью. Это того стоило! Увидеть эти ошарашенные, но, наконец-то, загоревшиеся живым блеском глаза! Эту растерянную, но такую искреннюю и желанную улыбку! И так хотелось прямо сейчас сгрести его в объятия, крепко прижать к своему взволнованно и счастливо трепыхающемуся сердцу, но для не адаптированных к подобным зрелищам зрителей, это, конечно, был бы уже явный перебор! - Почему одна другая? - Немного отойдя от первоначального шока, Денис не мог не обратить внимания на явно не случайно оказавшуюся в букете единственную белую розу. -Один. - С улыбкой поправил Артём, немного по-своему обыграв эту оригинальную, хотя и не претендующую на авторство идею. — Первый и единственный. - Ты просто… нереальный! Знаешь?! - Пойдем, нереальный мой, перекусим чего-то, а дальше видно будет… - Всё-таки, не удержался тот, обняв его за плечи и кивнув в сторону уже знакомого бара. - Кстати, сегодня ровно три месяца.- Улыбнулся Артём, занимая тот же столик, за которым они сидели в свою первую встречу. - Стоп! Первое апреля?! Капец ты приколист! - Покачав головой, усмехнулся Денис, ища взглядом, куда бы пристроить этот откровенно компрометирующий их букет. - А ты обломщик! - Кажется, не испытывая абсолютно никаких комплексов, Артём забрал и просто положил его на край стола. - Я от всего сердца, вообще-то… - Ладно. Я ж шучу! Спасибо! Главное теперь, так же, чистосердечно, не выхватить! - Улыбнулся тот, в очередной раз покосившись по сторонам. - Честно не представляю, какие ещё сюрпризы от тебя ожидать! - А чего бы ты хотел? - Расстегнул куртку и достал сигареты Артём, уже привычно залипнув на его губах. - Ну, это лучше показать. - Закусив губу, хитро прищурился Денис. - Ого! Даже так?! - От медленно скользнувших вверх-вниз по запотевшему бокалу пальцев Артёма резко повело. Подождав, пока подошедшая официантка выставит остальной их заказ и снова удалится, Артём закурил, по-прежнему, не сводя глаз с приятно удивившего его этим откровенным намёком парня. В тот раз они оба так и не решились проявить излишнюю инициативу. Сейчас же тот сам открыто заявлял о своих желаниях, и это не могло не радовать! - Давно хотел? - После недолгой паузы вернулся к начатой теме Денис. - Ну, в смысле, попробовать… - Даже не знаю. - Сделав глоток, Артём откинулся на диванчике, постепенно погружаясь в приятную расслабленность. - Не было и нет задачи, как ты говоришь, "попробовать". Просто, когда человек, реально, нравится, вполне логично хотеть и всего остального. - И что совсем пофиг девушка или парень? - Не совсем. Но, наверное, не принципиально. - Усмехнулся Артём, почему-то вспоминая их первую встречу, когда даже и представить не мог, что, спустя всего каких-то три месяца, в его жизни наступят такие перемены. - А как же семья, дети? Ты же, всё равно, захочешь когда-нибудь? - Всё же решился задать он этот, с самого начала давящий на подсознание, вопрос. - Тебя это, реально, беспокоит? - На секунду замерший на его лице, уже без тени улыбки, слегка удивлённый и, одновременно, внимательный взгляд. - Просто не хотелось бы начинать отношения, а потом... - Ну, в таком случае, мы улетим куда-нибудь, где, там, это разрешено, и кого-нибудь усыновим. - Угу... и свадьбу сыграем! - С таким же серьёзным лицом подыграл Денис, этому первоапрельскому стёбу. Хотя, чего он ожидал?! Каких слов и обещаний?! Такого, как Андрей больше не будет. Отношений таких. Тогда, толку заморачиваться?! Ладно. Время покажет... - Поживём, увидим… - Почти в точности озвучив его мысли, Артём с задумчивой полуулыбкой покрутил бокал, и, сделав очередной глоток, накрыл рукой его руку. Как и в тот раз, закрыв изнутри двери салона и не включая свет, сделать шаг навстречу. И тормоза срывает. Срывает крышу. От ощущения его. Накрыть губами губы и дышать. Им. Вместе с кислородом, вновь и вновь, пуская по артериям до сердца самого. Лоб, веки, нос, скулы и снова губы - каждый поцелуй, как печать. Стереть чужое. Оставить свою метку - тот самый, доставшийся от предков, древний инстинкт. Уткнуться в шею и замереть в том месте, где жилка бьётся. И снова через край... Хотеть. Любить. Ласкать. Не отпускать ни на секунду! Горячим языком по шершавой коже. Вылизывая, кусая и снова зацеловывая. Нетерпеливо рвать ремни, расстегивая джинсы, одновременно под грубую ткань ныряя, поглаживая сначала медленно, как будто, изучая, потом быстрее, твёрже, хватая губами вырывающиеся хриплые стоны. - Идём сюда! - Подтолкнув к дивану, Денис запрыгивает сверху и, освободив оба члена, обхватывает их одной рукой, продолжая ласкать уже вместе, свободной притянув за шею, не давая передохнуть, заставляя задыхаться от лишающих кислорода, голодных поцелуев, ощущая, как с каждым движением в крови всё больше вскипает возбуждение. Наконец, отпущенное на волю сумасшедшее желание, в сочетании с новизной ощущений, накрывает с головой, горячими волнами расходясь по телу, не позволяя медлить. Мой! Мой! Мой! В каждом ударе пульса. В голове шумит и плывёт. Под сомкнутыми веками полыхают яркие вспышки. Сердце бешено колотится, заходясь в приближающемся со скоростью торнадо экстазе. - Подожди чуть-чуть! - Чувствуя, что ещё немного, и обоих унесёт, Артём накрывает сверху его ладонь, сбавляя темп, но именно этот жаркий шёпот и рваное дыхание в ухо и становятся той последней каплей, когда, не выдержав, Денис впечатывается лбом в его плечо, сотрясаясь в сладких судорогах. Ещё пара движений, и он срывается следом, кончая бурно, до потемнения в глазах, сквозь сплошной гул в ушах отдаленно слыша собственный стон и ощущая мокрую пульсацию в ладони. - И как первые впечатления? - С трудом переводя дыхание, улыбается, сдувая прилипшую ко лбу прядку волос. - Честно?! Охуенно! - Чистой рукой притянув к себе, так же, тяжело дыша, Артём целует его в губы. - Пойдём отмываться? Конечно, то, что только что произошло нельзя назвать полноценным сексом, но даже сейчас эмоции просто зашкаливают! И уже сейчас хочется большего. С ним - вообще всего! Но в этих полевых условиях, без душа и постели, это, конечно же, делать не стоит. В ближайшее время он подготовится, подумает, как организовать всё красиво, и уже тогда… - Давай, может, по чаю? - Включив в кухне свет, Артём сполоснул руки и, отмотав бумажное полотенце, сделал шаг в сторону, пропуская Дениса к мойке. - Тоже сушняк? - Усмехнулся Денис, закатывая рукава и затирая пятна на расстёгнутых джинсах. - Есть немного. - Взяв со стола пустой чайник, Артём снова повернулся и… застыл. От впервые увиденных багровых точечных ожогов на внутренней стороне левого запястья внезапно перехватило дыхание. Он знал, что это. Однажды сталкивался с подобным у просившего скрыть следы собственного отчаяния клиента. Но одно дело совершенно чужой человек, и совсем другое… Словно почувствовав его взгляд, Денис резко обернулся, а в следующую секунду Артём провалился в уже знакомую чёрную пустоту. Осторожно взяв его руку, он прижался губами к едва зарубцевавшимся шрамам, на пару секунд зажмурившись от внезапно сдавившего грудь спазма. -Тём… не надо… - Кусая губы, прошептал Денис, растерянно глядя, как тот с каким-то болезненным трепетом целует эти оставленные сигаретами, уродливые отметины, не понимая причину такой странной реакции на то, что, по идее, должно вызывать только отвращение. Артём и сам не понимал. Только ещё крепче прижимал его к себе, в который раз задыхаясь, захлёбываясь этой отравляюще - горькой нежностью. Целовать, снова и снова впитывать в себя каждой клеткой. Этот капля за каплей просачивающийся в кровь медленный яд, с того самого момента, когда впервые почувствовал это изначально нездоровое, саморазрушающее влечение к тому, чьё сердце принадлежало и будет принадлежать тому единственному, кто не он. - День, честно, я не знаю, как помочь. Но я мог бы подарить тебе память. Любой рисунок, символ, который ты выберешь. Может быть, просто, ваши имена или инициалы. Хочешь? Только, пожалуйста, не мучай себя больше... Резко взметнувшийся взгляд. Растерянность, удивление. И что-то ещё, едва уловимое. Похожее на тот самый секундный сполох солнца, в следующее мгновение, снова за туманом скрывшееся. - Память, которая навсегда останется с тобой, но поможет жить дальше. Возможно, хотя бы, так тебе станет легче. Подушечкой пальца по запястью, тихонько лаская, одновременно, вырисовывая витиеватую вязь букв на том месте, где пульсирует сердце. Сердце, которое снова и снова к своему прижимать будет, даже с этим "А", которое не "А"ртём. Не важно. Лишь бы только жил! Лишь бы это солнце в глазах засияло снова! - Сейчас направо. - Поворот и выхваченные из темноты светом фар ухабы родного переулка. " Память, которая... поможет жить дальше." - Рассыпавшиеся на отдельные звуки слова, всё ещё продолжали звучать в сознании, постепенно складываясь воедино, тёплым и, одновременно, болезненным комком концентрируясь где-то в районе солнечного сплетения. " Ваши имена..." - Режущим диссонансом с этой нежностью в глазах. Отчаянной. Щемящей. Вопреки. Потому, что нельзя дарить розы тому, кто будет о шипы руки в кровь раздирать, ароматом этим задыхаясь, таким же, как тогда, когда любимые губы будили тёплым поцелуем и шептали " С днём рождения! ". Девять лет подряд. А на десятый, и тоже в августе, уже сам принёс их, пятьдесят две белые на свеже-чёрное... Нельзя хотеть быть с тем, кто только оболочка, как криокамера, в которой, окутанное парами жидкого азота, сердце заморожено для того, кто в вечности ждёт. Обнять. Прижаться молча, зажав в кулак исколотые пальцы. Поможешь?! Исполнить обещание. Хотя бы, просто, дальше жить... Дом с призраком. Храм, в котором по-прежнему живёт его Бог. Невесело усмехнувшись, уже в который раз, пришедшему в голову, граничащему с чёрнухой, сравнению, Артём проводил долгим взглядом скомкано попрощавшегося, скрывшегося за воротами парня и ещё долго курил, глядя на мелькающий в загоревшемся окне силуэт, со стойким параноидальным ощущением, что и того, другого, сейчас там увидит... Часа пол спустя, припарковавшись уже у собственного подъезда, он привычно поднял голову. Свет не горел. Поднимаясь на этаж, Артём очень надеялся, что найдёт квартиру пустой. Повторения утренней сцены его нервы бы точно не выдержали. Повернув ключ и шагнув в темноту прихожей, он выдохнул с облегчением. Юльки не было. В кухне на полу по-прежнему валялись осколки того, что недавно было чашкой и пепельницей. Распахнутые двери шкафа улыбались пустыми полками. Артём прошёлся по всей квартире, открывая настежь окна. Вернулся в спальню, одним рывком сдёрнул с кровати постельное. Наверное, если бы было возможно, он вычистил и вымел отсюда всё, вплоть до штукатурки. Нет, конечно переклеивать обои и покупать новую мебель было бы уже явным перебором. Ремонт был, вообщем-то, свежим и не самым дешевым. Но выкинуть, к чертям собачьим, всю эту, придающую уюта, “милую" хренатень, купить пару комплектов постельного, полотенца, убить день, чтобы всё привести в первозданный, ничем не напоминающий чьё-то здесь присутствие, вид — всё это нужно будет сделать ещё до того, как он впервые приведёт сюда Дениса. Была почти полночь, когда заварив крепкий чай, Артём сел рисовать. Точнее, пока, просто сел, задумчиво глядя на чистый лист и перекатывая между пальцами карандаш. Он столько раз набивал эти символы бесконечности и единения сердец, часто, в сочетании с именами или какими-то сакральными, для клиентов, надписями и датами, но всё это казалось до тошноты банальным. Конечно, он мог ошибаться, в своем собственном представлении чересчур идеализируя те отношения, но то, настолько глубокий эмоциональный отклик чувства парня вызывали в нём самом, рождало искреннее желание вложить в эту работу всю душу. Вопрос в том, как, именно, это передать? Каким в представлении Дениса был этот человек, фото которого, к слову, Артём так ни разу и не видел? Конечно, он не собирался писать икону, но, вполне возможно, имея перед глазами ещё и зрительный образ, ему было бы легче определиться с идеей. Ещё часа пол спустя, скомкав очередной неудачный набросок, он взял так и нетронутую, давно остывшую чашку, и вышел на балкон. "Напиши одно слово, которое ассоциируется у тебя с Андреем" - Несмотря на позднее время, всё же, отправил он сообщение и, щёлкнув зажигалкой, глубоко затянулся, глядя на усыпанное яркими звёздами ночное небо. "Вселенная" - Почти сразу высветилось на экране. Медленно выдохнув, Артём так и остался стоять неподвижно. Все остальные вопросы, которые он мог бы задать, больше не имели ни малейшего смысла. - Посмотри, я тут набросал несколько вариантов… - Ненадолго встретившись на следующий день в кафе, Артём протянул Денису файл с эскизами. - Только давай честно, как есть. Я могу ошибаться. Скажи, если видишь это иначе. - Офигенно! - Немного смущенно улыбнулся Денис, глядя на удивительно реалистичный рисунок закручивающейся в спираль галактики.- Честно, я думал, это что-то небольшое будет. Ну, как ты говорил, что-то, типа, инициалов, только… - Давай добавим их в виде созвездий, например. Можно просто ваши зодиаки, а можно в виде А и Д. Ты… 24 августа… Лев? - Уже Дева. - А он? - Водолей. - Ну, а в целом, нравится? Или ты, все-таки, попроще хотел бы? - Нет. Всё отлично! Просто… немного не ожидал, что ты настолько заморочишься. - Ладно, бери домой, смотри, думай. Только не спеши, ладно? - На секунду оглянувшись, Артём чуть сжал и погладил его пальцы. - Мне пора. У меня клиент через час, нужно ещё всё подготовить. Созвонимся вечером… - Тём! - Чуть задержав его руку, снова улыбнулся Денис. - Спасибо! Проводив его долгим взглядом, Денис ещё раз, пересмотрел эскизы. Из всех вариантов, именно, этот, с галактикой, нравился ему больше всего. Интересно, что бы сказал Андрей? Хотя, во всей этой ситуации, гораздо правильнее было бы, спросить, что чувствовал Артём? Когда захотел быть с ним, даже таким, неизлечимо больным, по сути? Когда целовал эти выжженные в моменты полной безысходности отметины, как будто, хотел забрать себе часть его боли? Когда Денис совершенно бездумно и, в каком-то смысле, даже, жестоко ответил на тот вопрос об ассоциациях, по факту, признав, что Андрей был и остается для него всем? Когда рисовал для него эту "память"? Что будет потом, когда однажды Артём устанет ждать выздоровления? И, наконец, контрольный, уже в собственный висок. Что сам он будет делать, если потеряет ещё и его?! Их следующая встреча состоялась только через пару дней. Для Дениса она должна была стать очередным сюрпризом, но, похоже, сюрприз ждал самого Артёма. - Зайдёшь? - Открыв калитку, робко пригласил Денис, когда тот, как и договаривались, заехал за ним в назначенное время. - Мне ещё, примерно, полчаса надо, по работе кое-что доделать… - Уверен? В смысле, не помешаю? - Задал он совершенно дурацкий вопрос, только чтобы скрыть, не менее идиотское, в данной ситуации, волнение, как будто, этим неожиданным, но, на самом деле, втайне значимым для самого Артёма, приглашением тот позволил ему прикоснуться к чему-то очень личному. - Кофе…? - Открыв кухонный шкафчик, Денис замер, когда Артём остановился в паре шагов от него, точно так же, затаив дыхание, глядя на фото. Бешено колотящееся сердце и вся жизнь, кажется, в одно это мгновение уместившаяся… Познакомься. Вот он. Тот, кто теперь со мной. Наверное, если бы Денис произнес это вслух, его, уже точно, можно было отправить в дурку. Ему всё ещё не верилось, что он смог. Что нашёл в себе силы решиться перекинуть, наконец, этот, пока ещё, шаткий мостик между прошлым и будущим. И оставалось только надеяться, что эта отчаянная попытка сделать по нему свой первый шаг не закончится очередным срывом в пропасть. - Он же на СТО работал? - Донесшийся, как через слой бетона, голос, и ещё секунда на то, чтобы осознать. - Ты знал его?! Вцепившиеся в столешницу побелевшие пальцы, как будто, с минуту на минуту, муж вернётся, а тут любовник, да ещё и знакомый, по ходу… - Мир тесен. - Покачав головой, чуть заметно усмехнулся Артём, чувствуя, как у самого, какого-то черта, во рту пересохло. - Я покурю пойду… Щелчок зажигалки. И руки дрожат. Пиздец! И вот с какого бы?! Ну, знал, и что?! Мужик, как мужик. Обычный самый. Толковый, кстати, мастер. За сорокет, крепкого сложения, по памяти, карие глаза, пробивающаяся по вискам седина, рабочий комбинезон, грубые руки в мазуте… Хотя чего он ожидал?! Как представлял себе того, кого можно было со Вселенной сравнить?! Нет, Артём не был в шоке. Он был в ахуе. Его когнитивный диссонанс зашкаливал, когда, он снова и снова пытался представить их вместе. Даже не в постели. Просто по жизни. День за днём, год за годом. Восемнадцать и сорок два. Двадцать четыре и сорок восемь. Двадцать восемь и… Ебануться! В чём фишка?! Сказать бы, что мальчишке отец был нужен? Так, вроде ж, в полной семье рос… Такой охуенный любовник? При мысли об этом где-то внутри неприятно кольнуло. Наверное, лучше бы не видел, не знал… А там, дома, всё ещё ждало вино, и постель, и заботливо положенные на сушилку, нагретые для любимого вечного ледышки полотенца… Понравится ли? Будет ли Артём, так же, хорош или, в этом случае, "старый конь" - это бесспорное преимущество? Последняя затяжка и снова в дом. Аромат свежесваренного кофе. Оставленная для него на столе чашка. Денька, такой непривычно серьёзный, со скоростью света порхающий пальцами по клавиатуре. - Минут пять ещё, подождёшь? Там печенье, бери… И пять лет подожду, только… В который раз, невольно цепляющийся за фото взгляд. Счастливые… В смежной с кухней комнате спальня. Широкая аккуратно застеленная кровать. Святое Святых. Алтарь. И ощущения, реально, как в храме, разве что, ладаном не пахнет. Такая же тишина, и "икона" в рамочке, и застывшее на неподвижных стрелках часов время. Стоило ли удивляться, что парень никак из депресняка не выкарабкается?! Отложив, наконец, ноут Денис поднялся из-за стола, растирая болезненно давящие виски. Так странно, но солнце не сошло с орбиты. Андрей всё так же улыбался, теперь, уже, на них двоих глядя. Но что-то, всё же, изменилось. Там, глубоко внутри. Обрушилось. Раскрошилось. Рассыпалось. Не выдержав собственной тяжести, сломалось. И всё, что ему сейчас хотелось - бежать. Далеко и без оглядки. И больше никогда не возвращаться на эти руины. - Собирайся, поехали… - Сделав шаг навстречу, Артём мягко притянул его к себе и тут же отпустил, когда тот, дёрнулся, как от тока, а в следующую секунду, как будто, опомнившись, обнял, уже сам, тяжело сглотнув и молча вжавшись в шею. И ни обнять снова, ни отстраниться. Только слушать глухие, тяжёлые удары собственного сердца, в этот момент особенно остро ощущая это, кажущееся абсолютно реальным, чужое присутствие. Хотя, чужой здесь, именно, он. Как вор, проникший в дом, чтобы чьё-то сокровище украсть. А Сокровище это, как будто, нарочно ко греху подталкивало, прижимаясь ещё крепче, прося ни то прощения, ни то спасения. Вот так, без слов, как ребёнок, который уверен, что его, всё равно, поймут. Ребёнок, по факту, уже дважды осиротевший, так доверчиво льнущий, ищущий утешения у того, кто, при всём желании, не отец. А нужен, всё-таки, он. Отец. И даже не родной, а тот, кто вся Вселенная. И повалить бы его на эту самую кровать, и отлюбить до потери памяти. Клин клином выбить… Только нельзя. Потому что, реально же, вскроется потом, не переживёт святотатства. Тогда, просто, хватай и беги! Спрячь и не отдавай! Вопрос в том, захочет ли быть украденным? Или, как Хатико, один хрен, снова и снова возвращаться будет? - Ну, что? Определился уже, что хочешь? - Уже в машине вернулся Артём к их последнему разговору. -.Определился. Только… Скажи честно, тебе это, правда, нормально? В том смысле, что… - Я бы не предложил, если бы ненормально. - Это же не за раз будет? - Нет, конечно. Площадь не маленькая. Будем потихоньку делать. Так что, если готов, можем с недели начать… И снова молчание. Не напрягающее. Просто дорога, и что-то негромкое из колонок фоном растрёпанных мыслей. Об одном и том же, но, как бы, с разных полюсов, под углами разными, но в конечной точке, всё же, пересекаясь, где-то там, в межзвёздном пространстве, на границе миров… Краем глаза Артём наблюдал, как Денис, отвернувшись к окну, непроизвольно царапал пальцем о палец, цепляя заусенец, а потом, в какой-то момент, резко вздрогнул, как будто, проснувшись, туман в глазах рассеялся и, положив руку ему на колено, чуть заметно улыбнулся. - Приехали! - На пару секунд накрыв её своей ладонью, Артём свернул во дворы стоящих в ряд многоэтажек, паркуясь на своём обычном месте перед подъездом. Внезапно стукнувшую идею прикольнуться, подхватить "невесту" на руки и, как, там, положено, через порог перенести, обломали так некстати появившиеся на лестничной клетке соседи. Он и сам не понимал, откуда в нём вся эта ванильная хрень, которой даже с девчонками не страдал никогда, а на нём, вот так, переклинило! Захлопнуть бы дверь и больше не отпустить. Как на востоке девушек выкрадают, привозят в свой дом, и с концами…Только, не девушка, и не восток. А вместо этого пялящиеся в спину соседи, которые, благодаря картонным стенам, уже сегодня будут в курсе. И так же, как у Денькиного отца, неизбежный инфаркт у мечтающей о внуках матери, ещё не знающей, что, скорее всего, уже никогда их не дождётся… И трижды бы по хер на всё это, если только, каждое утро просыпаясь, улыбку эту, глаза эти видеть! Спешить домой, зная, что он ждёт, день за днём, год за годом, с такой же верностью, как… - Прикольно! - Разувшись, осмотрелся Денис, изучая обстановку небольшой, но светлой, оформленной в икеевском стиле, квартиры. - Чего улыбаешься? Просто, рад, что тебе нравится твой новый дом. - Просто, рад, что ты здесь. Убрав их куртки в раздвижной шкаф, Артём взял его за руку, увлекая за собой на кухню, где уже ждал красиво накрытый стол. - И какой, на этот раз, праздник? - Разворачиваясь под мягко опустившимися сзади, чуть сжавшими плечи, ладонями, улыбнулся Денис. - Какой хочешь. Придумай сам. - Глаза в глаза и нежно поглаживающие затылок пальцы. - Поужинаем или сразу в душ? Коснувшееся губ дыхание и медленный, глубокий поцелуй вместо ответа. Приятно растекающийся по чувствительной коже, тёплый водопад. Побольше густого ароматного геля в ладони и по спине, начиная от плеч, и вниз, поглаживая, очерчивая всё ещё тактильно непривычный чёткий рельеф мышц. Наслаждаться впервые, вот так, полностью, всеми своими рецепторами ощущая и впитывая... Вынырнувший из горячей глубины рта язык, переходящий на шею, вылизывающий ключицы, цепляющий и дразнящий маленькие напряженные соски, цепочкой поцелуев соскальзывая ниже по кубикам преса. Вплетающиеся в волосы пальцы, мягко притягивающие, когда Артём, присев, впервые пробует на вкус, обхватывая губами, вбирая в себя, заставляя Дениса стонать и толкаться навстречу. Ладонь сама тянется вниз, скользя по члену в такт уже более смелым и глубоким движениям рта. Смывающая невольно выступающие слёзы, вода по щекам. Пульс зашкаливает. Но хочется большего. Цель намечена, и в какой-то момент рука опускается дальше, начиная потихоньку растягивать, готовить, добавляя в этот убойный коктейль ощущений ещё один ингредиент, вынуждающий уже самого стонать, вот так, с членом во рту и парой пальцев в себе - зрелище, при виде которого Дениса в ту же секунду уносит. Отстраняется резко, но, всё равно, не успевает, потому, что Артём не отпускает, крепко удерживая свободной рукой, не отрываясь глядя в глаза и пошло слизывая с чувствительной до предела головки следы его удовольствия, заставляя шипеть, а потом, немного придя в себя, впечатать в стену этого звезданутого недонатурала, от которого, точно, не ожидал ничего подобного. - Давно так играешься? - Частое, тяжелое дыхание в ухо и крепко сжавшая готовый взорваться член рука. - Вставляет, да? - Довольная улыбка.-Ты же хочешь так? Сверху? - Скользнувший по скуле горячий язык и жаркий шепот, от которого Дениса снова выгинает. - Уверен? - Трётся. Хочет. И никак отпустить не может, кажется, прямо здесь и сейчас готовый… - Уверен. Идём! За руку, и на сушу, мгновенно покрываясь мурашками, закутывая в развернутое для него тёплое полотенце, всё-таки, не отказавшись от дурной затеи на руках потаскать. И по фиг, что эта пушинка весит, примерно, столько же. И "невестой", на данный момент, вроде как, сам быть вызвался. Хотя, там уже немного другая идейная подоплёка… - Не гони! Спину сорвёшь, романтик, хренов! - Цепляющиеся за шею руки, когда Артём немного неуклюже, но, все-таки, подхватывает… Бегом под одеяло. В комнате прохладно. Греться друг об друга на хрустящих новых простынях. Лицом к лицу. Кожа к коже. Одно на двоих дыхание в поцелуе. Не дающее медлить возбуждение заставляет нетерпеливо ёрзать под накрывающим до одури желанным телом. Не в силах больше терпеть, на секунду оторваться, чтобы дотянуться до смазки. Аккуратное, очень медленное проникновение. Глаза в глаза, внимательно считывая каждую эмоцию. Всё-таки, больновато, хотя и не критично. Не зря, ведь, готовился, старательно "репетировал" накануне… Совершенно новое ощущение заполненности. Им. С другим бы точно не решился. Всё та же химия. Ловить кайф от запаха кожи, от этих хриплых стонов, чувствовать его всего, зная, что в этот момент он не будет сравнивать, потому что с тем, с другим, так точно не было… - Больно? - Прижавшиеся к виску тёплые губы. - Нормально. - Ладонями по влажной спине, ещё крепче прижимая. - Сам как? - Непривычно...прикольно... - Плавные, неторопливые движения, снова чуть приподнявшись на локтях, не отрывая глаз. - Такой тесный... - Тяжело сглатывая, сведя брови. - И горячий... Выносящий остатки мозга прерывистый шёпот. Подушечками пальцев по чуть приоткрытым губам, которые Денис тут же ловит и облизывает, заставляя распадаться на атомы. И точно так же его руку перехватить, беря в рот, обсасывая каждый палец, целуя раскрытую ладонь и дальше, вверх, от запястья до сгиба локтя, и обратно, снова и снова на месте ожогов замирая. Ласкать губами бесконечно нежно, зацеловывая, зализывая. Мой! Теперь мой! Иллюзия. Самообман. Не важно. Только позволь! Быть с тобой, любить тебя позволь! - Ещё! - Раскрываясь навстречу, крепко обхватив ногами бедра, ещё глубже... - Хочу чувствовать тебя полностью! Ощущение пространства искажается, подчиняясь постепенно нарастающему ритму. - Да… так… А дальше уже почти бессвязно, задыхаясь, сквозь сумасшедшую пульсацию в висках успевая выхватить момент, когда Денис замирает с расширенными во всю радужку зрачками. И в эту секунду, просунув руку вниз, сделать пару движений, со стоном выгнувшись, на одной волне подхватывая его за собой. Потихоньку возвращаться в реальность, покрывая поцелуями любимое лицо, вдыхая аромат разгорячённой, влажной кожи, чувствуя, как рвётся навстречу другому собственное сердце. Открой! Впусти! Останься! - Останься! - ? - На совсем останься. - Ты серьёзно?! - Серьёзно. - Уже знакомый, перехвативший горло спазм и жгучая влага, там, за крепко сомкнутыми ресницами. Всё тот же дикий коктейль нежности и боли, и весь тот пиздец, который душу рвёт на части, при мысли, что опять уйдёт. Туда. К нему. И снова калечить себя будет... - Я не отнимаю вас друг у друга. Просто, будь со мной, пока... Предательски дрогнувший голос. Сам не веря, что вслух это произнес, глядя в эти растерянно-ошарашенные, наполняющиеся влагой глаза, в которых... то самое, так неожиданно вспыхнувшее, солнце! Под одеяло с головой, как будто, кто-то может видеть, как там, в темноте, два вжавшихся друг в друга, больных… Пока, хотя бы, пока, в этом мгновении до вечности, которое жизнью зовётся... Целуя мокрые ресницы, свои такие же подставляя, до исступления, до какой-то сумасшедшей эйфории захлёбываясь в поцелуях, переворачиваясь и подминая уже под себя, снова в одно целое сливаясь, умирая и воскресая в нём, любимом парне со Вселенной в сердце… P.S. 1 Привет! Прости, что тогда так и не вернулся. Я за вещами. Ты же и сам всё понял, да? Что я не смог бы так дальше… Приходить от него и в нашу кровать ложиться. Не смог, здесь, без тебя. Когда-нибудь мы снова встретимся и будем вместе. Уже навсегда. Я люблю тебя! И всегда любить буду. Просто, подожди меня! P.S. 2 - С днём рождения, солнце! - ?! - Открой! - Охренеть! Тём! Ты шутишь?! - Я узнавал. Там всё не так сложно. Подаём онлайн заявление, нотариально заверенные переводы наших документов, и через три недели… - Ты… просто взрыв мозга!!! - Так ты согласен? - А подумать я могу? -Только, не ещё пять лет, ладно? - Хорошо. - Это, типа, "да"?! - О, чёрт! Я, всё-таки, сказал это?! - В богатстве и бедности, болезни и здравии, пока... .