По ту сторону нарисованного счастья

Ризли слонялся по дому, не зная, чем себя занять, чтобы не думать о Нёвиллете. Всё валилось из рук, и всё напоминало ему о нём. Он попытался порисовать, но с рисунков на него снова и снова печально смотрел белый дракон, он попытался прибраться в квартире, но повсюду стояли эти чёртовы розы. Когда он протирал журнальный столик, он обнаружил открытку от вчерашнего букета со словами “Я тебя люблю”. Он отшвырнул её в сторону и, бормоча под нос ругательства, убрался в свою комнату, громко шаркая тапками по паркету. Он уселся на диван и прикрыл глаза. В воображении тут же возник знакомый образ. Ризли схватил подушку, уткнулся в неё лицом и… заревел. Из приоткрытого окна дунул холодный осенний ветер, сперва коснувшись его непослушных волос, а затем сорвав покрывало со стоявшего на мольберте мудборда, открывая множество фотографий. Ризли оторвал лицо от намокшей подушки и уставился мудборд. Он медленно подошел и снял сперва одно фото, затем другое, затем следующее. Океанариум, совместные прогулки, выставки, пикник, Йенский мост, Эйфелева башня. В каждом из этих мест они были счастливы. Он шумно выдохнул и достал из кармана телефон. “Привет, где сейчас Нёвиллет?” - набрал он сообщение Шарлотте. “Привет. На пути в аэропорт.” “Куда он улетает? Когда рейс?” “В Токио. Рейс на 17.15. Если хочешь попрощаться, поторопись. Он подписал долгосрочный контракт и вернётся очень нескоро.” “Шарлотта, спасибо!” “Беги скорее! Я буду держать за тебя кулачки!” Ризли посмотрел на часы, до вылета оставался примерно час. Но он должен сделать всё, чтобы успеть. – Все еще грустишь? – подошедшая Моник протянула брату стакан горячего кофе. Нёвиллет отпил немного и покачал головой. – Я хотел бы надеяться, что он придет и остановит меня…Но это все лишь глупые фантазии. Откуда бы ему вообще знать, что я улетаю? Моник присела рядом и погладила брата по спине. Уже через несколько минут объявили о начале посадки на рейс. – Нам пора. Он не придёт. Сказав это, девушка встала и направилась к выходу на посадку. Нёвиллет бросил взгляд поверх толпы, всё ещё не теряя надежды различить среди кучи народа знакомый силуэт, но так ничего и не увидев, он повернулся и пошёл вслед за сестрой. Ризли ворвался в аэропорт за 15 минут до вылета. Ему пришлось задержаться на входе, потому что он долго не мог пройти рамку металлоискателя, постоянно забывая что-то выложить: ключи, смартфон, ремень с пряжкой. Когда он, наконец, попал внутрь, времени совсем не оставалось. Он быстро выяснил, из которого терминала идёт посадка и сразу помчался туда. Но всё равно опоздал. В панорамное окно он увидел, как по трапу в самолёт поднимаются Нёвиллет и Моник. Он совсем потерял голову и попытался прорваться через охрану. Но ему тут же заломили руки и уложили лицом в пол. Всю ночь Ризли провёл в камере. А утром к нему пришла Клоринда. – Решил вспомнить молодость, Ризли? Парень ничего не ответил, он молча лежал на нарах и пялился в стену. Клоринда покачала головой и продолжила: – Ну что молчишь, стыдно? Ответа не последовало. Ризли лишь сильнее втянул голову в плечи. Клоринда вздохнула: – Давай, собирайся на выход. Твоя сестра очень переживает. Парень слез с нар, не поднимая глаз, поблагодарил Клоринду и вышел из камеры. Она проводила его до выхода. Когда Ризли вышел на улицу, он увидел как падает первый снег… Он поднял лицо к небу, на его ресницы осело несколько снежинок. Они быстро таяли и превращались в воду, смешиваясь с его слезами. – Какой же я дурак, - сказал он шепотом. Он позвонил Кристин и попросил его забрать. Девушка приехала довольно быстро. Она привезла ему его любимую тёплую куртку с меховым воротником и шарф красного цвета. Наматывая на брата шарф, она заметила, что тот не может сдержать слёз. – Ты чего ревешь? Кристин достала платок и принялась вытирать его слёзы. Он начал рыдать в голос. – Ну чего ты, тише… Она неловко обняла брата. – Я… я потерял его навсегда… Почему я такой дурак? Я не хочу отдавать его другим! Кристин вздохнула, потому что её брат и правда иногда был не очень умным. – Почему навсегда, глупышка? Мы закажем тебе билет, и ты полетишь к нему. Ризли недоумённо уставился на сестру. – Б-билет? - он постепенно успокаивался. – Ну да, билет до Токио. Сейчас мы позвоним Шарлотте или Моник и выясним, где он остановился. А пока поехали домой собирать твои вещи. Уже через три дня Ризли был в Токио. Не успел он добраться до отеля и отчитаться об этом сестре, ему тут же позвонила Моник. – Здравствуй, Ризли. – Мадам Моник? В трубке помолчали. – Верно. Сперва я хотела бы извиниться… – Мадам, не стоит. Я вовсе не держу на вас обиды. – Хорошо. Мне написала Кристин. Она сказала, что ты прилетел в Токио, чтобы встретиться с моим братом, это правда? – Да, я приехал, чтобы поговорить с ним. Вы можете мне с этим помочь? – Разумеется, за этим я и звоню. Через пару дней будет небольшая ярмарка, он участвует в мероприятии. Как только будет известно точное время, я тебе сообщу. – Спасибо вам! Могу я попросить не говорить Нёвиллету, что я приехал? В трубке послышался лёгкий смешок. – Договорились, мне даже самой интересно посмотреть на его реакцию! На следующий день Моника прислала подробности. Ризли очень волновался и боялся, что после стольких его отказов, Нёвиллет не захочет с ним разговаривать. Он заранее прибыл в указанное место. Эта азиатская улочка с едой напомнила ему их первое свидание. От воспоминаний защемило в сердце, и он изо всех сил сжал и разжал кулаки, чтобы прийти в себя. Он бродил по ярмарке около часа, постоянно оглядываясь и ища глазами Нёвиллета. Вдруг повалил снег. Ризли вскоре нашел лавку с зонтиками и купил один. Нёвиллета всё ещё нигде не было видно. Он уже начал думать, что он что-то перепутал или не так прочитал, но внезапно увидел выкатившуюся из-за поворота толпу людей и несколько фотографов, и Ризли сразу понял - ОН там. Ризли подошел ближе и увидел, как Нёвиллет улыбается и раздаёт автографы. Он достал телефон и набрал номер Нёвиллета, послышались гудки. Даже с расстояния Ризли увидел удивленное лицо мужчины. Тот извинился перед фанатами, отошел в сторону и взял трубку. – Ризли? Почему ты… Что-то случилось? – Я просто вспомнил… Что ты не сильно любишь снегопад, вот и решил узнать как ты? Нёвиллет молчал. Ризли подходил всё ближе. Фанаты нетерпеливо ворчали, скорее ожидая получить то, зачем пришли. – Ты помнишь… Если тебе и правда интересно, то тут немного холодно. Ризли не ответил. Нёвиллет подумал, что связь оборвалась и посмотрел на телефон. Но всё было в порядке. Он тихо сказал в трубку: – Я очень скучаю по тебе. По времени, когда мы были вместе… Прошу, вернись ко мне… – Хорошо, месье Нёвиллет, - послышалось прямо возле его уха. Нёвиллет удивленно повернул голову. Улыбаясь, рядом стоял Ризли. Он закрыл Нёвиллета зонтиком от толпы и шепнул ему на ухо: – Прости, что так долго, Нёвиллет. Сердце мужчины готово было выпрыгнуть из груди, он выронил телефон, обеими руками вцепился в куртку Ризли и притянул его к себе. Тот, чуть не выронив зонт, еле удержался на ногах. – Я больше не отпущу тебя, слышишь? – Эй, Нёвиллет, люди смотрят. Твоя репутация… – Пусть смотрят, мне всё равно. Для меня ты важнее любой репутации! Фотографы уже вовсю делали снимки, фанаты стояли и хлопали глазами, послышался радостный детский смех. Но Нёвиллета ничего из этого не заботило. Он гладил Ризли по щеке, с нежностью глядя в любимые голубые глаза. – Прости меня, я был таким придурком, - вздохнул Ризли. - Я осознал, насколько ты мне дорог, только когда думал, что потерял тебя. – Это такое признание? Парень помотал головой и улыбнулся. Он положил голову на плечо мужчины и сказал: — Я люблю тебя, Нёвиллет. Твоя отстранённость многим не нравится, но меня она завораживает. Твоя холодность многих пугает, но мне хочется согревать твое сердце дни и ночи напролёт. Ты слишком серьёзен, когда дело касается работы или меня, но в этом весь ты! Ты тот, кто заставляет меня краснеть, биться моё сердце чаще… Я люблю всё в тебе! И всего тебя полностью без остатка… Очень люблю! Люди, ставшие невольными свидетелями этого признания, затихли в ожидании ответа. – Мне кажется, я разлюбил тебя, Ризли, - будничным тоном ответил Нёвиллет. Толпа ахнула. Парень поднял голову и в растерянности уставился на мужчину. Тот с каменным лицом смотрел на него немного сверху вниз, но через несколько секунд не выдержал и, тихо посмеявшись, пояснил: – Я пошутил. Ризли поджал губы и несильно стукнул его кулаком в бок. Нёвиллет слегка покачнулся, но не повёл и бровью, а затем сказал: – Я тоже очень сильно тебя люблю, больше не оставляй меня одного… – Обещаю, - тихо сказал Ризли и потянулся к его лицу рукой. - Могу ли я тебя… – Я бы этого хотел, - кивнул Нёвиллет. Ризли нежно касается бледной щеки своего возлюбленного, чувствуя его тепло и волнение. Его губы магнетически притягательны, и он не может устоять перед желанием их поцеловать. Ярко красный зонтик позабыт на снегу. Перед ним только он - мужчина, которого он так страстно любит. Их поцелуй азартен, наполнен любовью и эмоциями. Под прицелом камер и аплодисментов они целуются так, будто весь мир в тот момент исчез, оставив только их двоих. Они не боятся ничего, ни взглядов, ни осуждений. Перед ними только любовь и страсть, которая их объединяет. Их сердца бьются в унисон, подогревая их пламя. Они не помнят ни о чём, они наслаждаются этим моментом. В их объятиях есть все - возбуждение, любовь, нежность и жажда друг друга.