Улыбнись

В этот день шёл мелкий дождь, насыщая воздух приятной влагой. Бегуны уже несколько часов назад ушли в лабиринт. Остальные же ребята, не желая лишний раз промокать, сидели под хлипкими крышами своих домов, слушая монотонный стук капель о доски и натянутые полотна. Из Глейда сегодня, казалось, вытянули все краски. Царила какая-то особая мрачная атмосфера. Парни, собравшиеся в одном домике, болтали о какой-то бытовухе, плавно переходя к теме скорого прибытии новичка. Это событие всегда было большим праздником. Новый человек, новый друг, новая надежда на освобождение из ненавистных стен лабиринта. На удивление, Ньют не учавствовал в их разговоре, вглядываясь то ли в сами стены лабиринта, то ли смотря сквозь них прямиком на желанную свободу. Почти сразу как он появился здесь, всегда помогал новичкам адаптироваться в новой среде, становясь для них первым другом. Это не удивительно, ведь парень хорошо помнит свой первый незабываемо тяжёлый день в Глейде. Новичкам Ньют хотел дать то, в чём сам так сильно нуждался в первое время, поддержку и внимание. Именно поэтому ещё больнее было узнавать, что кто-то не вернулся из лабиринта живым. Каждый новичок в глазах Ньюта становился напоминанием о погибших друзьях, причиняя жгучую боль в груди. "Если б я только мог как-то помочь им, сделал бы всё что в моих силах. Но в лабиринте от меня пользы мало, больная нога подводит и я буду только мешать" К всеобщему удивлению и конечно радости дождь начал утихать, даже солнце пробилось сквозь тучи, чтобы одарить ребят своим теплом и светом. Резкая смена погоды приятно отразилась на настроение глейдеров. Некоторые начали выходить из под крыш и заниматься каждый своим делом. Ньют бы всё так же оставался погружён в свои размышления, если не громкий звук, разнёсшийся по всей округе. Это был лифт. Не выжидая лишней секунды парни помчались к тому месту, где появлялись новички. Чак весело хихикал, немного отставая от остальных, Галли же бежал впереди, чтобы первым оценить новоприбывшего. Все ждали от лифта радостной вести, надеялись, что всё переменится в лучшую сторону. Всегда надеялись на это. Сегодняшний день принёс им Томаса — человека способного наконец изменить их жизнь, помочь выбраться из лабиринта. •°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•°•° Прошло пару дней с появления новичка в Глейде, но все уже хорошо знали его имя. За тот недолгий срок, что Томас пробыл здесь, он успел сделать то, что не могли другие ребята несколько лет, чем и привлёк к себе такое внимание. Некоторые пугались грядущим изменениям, но подавляющее большенство всё же восхищалось его успехами. Том обзавёлся несколькими хорошими друзьями: Чаком, который своим позитивным настроем и наивной улыбкой всегда радовал Томаса; Алби, который был отличным собеседником, а так же помогал в познании этого нового мира за стенами лабиринта; Минхо, с которым они прошли не мало страшных испытаний и готовились встретиться с новыми; и, конечно же, Ньютом, который всегда был рядом, поддерживал в трудную минуту, мог разделить любую, даже мелкую, радость, Том ценил это и каждый раз был рад компании белокурого друга. Сегодня Минхо решил подробнее изучить дальнюю секцию лабиринта, куда парни забегали редко. Помощь Томаса в этом случае, как решил сам глава бегунов, была не нужна. Пришло время собирать урожай кукурузы, и часть глейдеров уже засела в её обширной плантации. Солнечная погода не смущала ребят, тень от листьев дарила приятный холодок, и процесс не доставлял особых неудобств. Томас проводил бегунов в лабиринт и застыл у высоких ворот. Безусловно, они манили парня, завораживая своей таинственностью. Нередко Том ловил себя на мысли, что его каким-то неведомым образом тянет в лабиринт, что бетонные стены готовят свои испытания специально для него. Через мгновение из этого состоянии бегуна вытянул оклик. — Томми — это был Ньют. — Ты долго ещё прохлаждаться собираешься? Кукуруза сама себя не соберёт. Брюнет опомнился и обернулся к другу. Он совсем позабыл о сегодняшнем сборе урожая. Может поэтому Минхо и оставил его в Глейде? В любом случае, как сказал Алби: "бездельникам здесь не место". Нужно приносить пользу и идти работать. — Да, я уже иду, просто задумался немного. — Снова лабиринт? Ты, я смотрю, уже помешался на нём . Оглянись, Глейду тоже нужно твоё внимание. Есть же здесь что-то хорошее? Ньют сам не верил своим же словам. Что может быть хорошего в Глейде? Но наверняка здесь лучше, чем в опасных стенах лабиринта. В последнее время блондин неоднократно ловил себя на мысли, что ему становится действительно лучше, когда рядом есть Томас. Именно это и стало причиной регулярных убеждений Минхо отставить Томаса в Глейде. Азиат, безусловно, недоумевал от таких странных просьб, но изредка всё же шёл на уступки, как, например, сегодня. Блондину казалось, что сбор урожая сможет стать веселее и приятнее с Томасом, но Минхо он сказал лишь о повышении продуктивности. — Я просто чувствую, как лабиринт зовёт меня. Не могу перестать думать, что именно сегодня я мог найти новую зацепку. Последний раз окинув холодные стены серьёзным взглядом, парни всё же двинулись к полю. Ньют выдал Томасу плетённую корзину и указал на его зону работы. Кукурузная плантация была достаточно большой, чтобы прокормить всех обитателей Глейда, но, на удивление, не многие вышли сегодня в поле. Кроме Томаса и Ньюта было всего несколько ребят, чьи голоса изредко слышались на расстоянии нескольких метров. Повисла звенящая тишина. Лишь шелест листьев напоминал о звучности окружения. — Тебе снятся здесь какие-то сны? — вдруг произнес Томас, неспеша собирая кукурузные початки в корзину. Бегуна это вопрос давно беспокоил, но задать его он никак не решался. Эти сны казались ему значимыми, заставляли думать, переживать, и в целом не давали покоя. Брюнет ещё ни у кого не решался спросить про сны, и свои не упоминал, но Ньюту, как ему казалось, можно довериться. Как-то так сложилось, что парни стали самыми близкими друг другу людьми. Ньют и Томас проводили много времени вместе и даже когда брюнет бегал в лабиринт, вечером всё равно приходил пообщаться с лучшим другом, обсудить прошедший день и поделиться размышлениями. — Сны? — удивился Ньют, оторвавшись от сбора кукурузы. — Да, мне снятся сны. Наши повседневные дела в основном. "В основном" парень произнёс с какой-то особой интонацией и снова продолжил работать. Это не могло скрыться от Томаса, вынуждая задаться следующим вопросом. Что может недоговаривать друг? — А этой ночью что снилось? — Вечерний костёр, где Галли снова устроил сражение, пытаясь доказать всем свою силу, но, представляешь, проиграл Чаку. Надо было видеть его лицо. Ньют тихо усмехнулся, но больше не отвлекался от работы, быстро продвигаясь вперёд по грядке. Томас немного отставал от него, но усердно пытался придерживаться того темпа, что и Ньют. — Буд-то нам в жизни его выходок не хватает. А ещё что-то необычное снится? Томас усердно пытался узнать о чём Ньют так не желает говорить, чего именно избегает в этой теме. Брюнет хотел, чтобы между ними не было секретов, быть хоть в ком-то наверняка уверенным. Ньют сразу понял намёк Томаса. Видимо что бы подготовиться и решиться рассказать то о чём умалчивал, он спросил: — А тебе что снится? — На самом деле много чего. Может странно, но каждую ночь я вижу какие-то размытые моменты из прошлого за пределами лабиринта и часто снится образ девушки. Она что-то говорит мне, но я не могу толком разобрать слов. Этой ночью во сне видел звёздное небо на котором я искал какое-то определённое созвездия. Не знаю для каких целей, но это было действительно интересно. Таким образом я могу узнать что-то новое или вернее сказать, забытое. Думаю не зря мне показывают всё это, возможно оно поможет мне в будущем. — сделав небольшую паузу, Томас продолжил — Так что на счёт тебя? — А я каждую ночь, помимо бытовых, вижу один и тот же сон. В нём происходит не много событий, но эмоции оставляет всё такие же ужасные. Я вижу день, когда сломал ногу. Именно тот момент падение с высоты, со стены лабиринта. Каждую ночь приходится переживать тот страх снова и снова. Я пытаюсь схватиться за что-то, но безнадёжно оказываюсь на земле. Подробности о том, как он попал на стену и с какой целью, всё же остались в тайне. Томас был удивлён такому неожиданному рассказу Ньюта. Хоть он и знал о его травме, но почему-то никогда не интересовался историей её возникновения. Всё же оставался вопрос. Из-за чего он сорвался вниз? Томас видел, что Ньюту нелегко даётся эта история и решил не расспрашивать парня об этом лишний раз. Если захочет, сам расскажет. — Это ужасно. Пусть тебе лучше снится, как Чак побеждает Галли в безобидный боях. Раздался короткий смешок, а после Ньют обернулся к Томасу. Его золотые волосы в солнечном свете сияли особенно ярко, небрежно падая на карие глаза, только больше подчёркивая милую улыбку. Томас словил себя на мысли, что ему тоже хочется улыбнуться, гладя на друга, что он не может отвести взгляд и просто желает сохранить этот момент где-то в своём сознании, чтобы спустя много лет вернуться в это мгновение и улыбнуться. Не подвергалось сомнениям, что в солнечных лучах лицо друга становится только более очаровательным и добрым. Ньют бросил последний собранный початок в корзину, которая была уже почти полная и облакатился на неё, глядя на Томаса. Он буд-то тоже почувствовал этот странный приятный момент, нежелание отводить взгляд и просто спокойствие. — А расскажи ещё что-нибудь про свои сны. — сказал Ньют. — Иногда я вижу точное повторение вчерашнего дня. Кажется это лабиринт даёт мне второй шанс, заметить то, чего не разглядел сразу. Лицо Ньюта помрачнело. Он уже давно замечал, что друг просто помешан на лабиринте. Очевидно, все глейдеры хотят выбраться из этого страшного места, но в Томе эта идея буд-то была возведена в абсолют. Ньют подмечал, как Томас устаёт после регулярных походов в лабиринт почти каждый день, как он изматывает себя, чтобы найти выход. Это сильно беспокоило и блондин старался делать всё, что в его силах, чтобы дать Томасу немного отдохнуть. К сожалению, даже оставаясь в Глейде, мысли бегуна были где-то в глубине бетонных стен. Других вариантов не оставалось, нужно поговорить с ним об этом на прямую. — Слушай, ты правда переусердствуешь в этом. — начал Ньют подходя ближе к Томасу. — Сколько дней подряд ты бегал в лабиринт? А сколько ночей проводил за его макетом? Я вижу, ты стараешься помочь всем, но что будет если из-за этого ты пострадаешь? Пойми, отдых действительно важен. Если ты остаёшься в Глейде, будь добр проведи время мысленно здесь, а не в лабиринте. Сам увидишь, давая себе расслабиться, сможешь сделать больше в последствии. Просто постарайся, я тебя очень прошу, Томас. Блондин встал напротив, устремив свой серьёзный взгляд на глаза друга. Ньют не хотел, чтобы его слова прозвучали как пустая натация, он желал действительно донести до Томаса свою мысль. Не теряя самообладания, он смотрел в глубокие, как бездна, чёрные глаза. Они всегда казались сильным магнитом для Ньюта. Томас был немного поражён резкому высказыванию другу, но брюнет знал ответ. — Я хочу помочь найти выход за которым будет другая жизнь, где не надо бояться гриверов и неизвестности. Меня не покидает беспокойство, что ребята не поверят мне. Слышал, какие Галли распускает слухи? Он настраивает всех против меня и сейчас, как никогда, нужно показать, что я могу, что я полезен. — О, Томми, — Ньют выдохнул, он хотел подойти ближе, обнять, но не мог решиться, ведь неизвестно, что подумает Томас. — Ты думаешь кто-то послушает пустую болтовню Галли? Мы все доверяем тебе. Никто не заходил так далеко, как ты, все видят твои способности и будут готовы пойти за тобой, потому что верят в тебя. — Но а если Галли прав? Томас отвёл взгляд, смотря куда-то в кукурузные кусты. — Слушай, я верю тебе и не сомневаюсь, что ты всё сможешь. Вот увидишь! Через какое-то время, когда мы будем на свободе, ты вспомнишь мои слова. — Ньют положил ладонь Томасу на плечо. — Я тебя точно не брошу. Неожиданное прикосновение снова привлекло внимание Тома, вынуждая обернуться. Ньют вдруг понял, что его слова звучат немного странно и быстро добавил так, что Томас не обратил внимание: — Минхо, Чак и многие другие. Мы тебя не бросим. В подтверждение этому блондин мило улыбнулся и притянул друга к себе, чтобы всё же заключить в лёгкие объятья и похлопать по спине в знак поддержки. Было как-то особенно приятно чувствовать его рядом. Для Ньюта сейчас стало важнее всего успокоить Томаса, остальное же ушло на второй план. И почему он раньше не догадался поговорить с брюнетом на эту тему? Они и правда доверяли друг другу и оба чувствовали это. Из кустов послышались шаги, вынуждая экстренно отстраниться. Показалось лицо одного из глейдеров, и оно было на удивление недовольным. — Вы всё ещё тут? Я то думал быстрее работа идёт. Поторопитесь, чтобы успеть к вечеру. — сказал парень и покинул ребят. Сразу после этого работа начала продвигаться быстрее. Ньют и Томас почти не болтали, изредка перекидываясь короткими фразами. Полная концентрация давала свои плоды. Совсем скоро весь урожай был собран, и ребята, наконец, смогли отдохнуть, как обычно, собравшись у костра всем своим немалым коллективом. Как и всегда в центре горело пламя, вокруг, разбившись по компаниям, общались ребята, а Галли снова устраивал свои сражения. Ньют сидел один, выпивая обжигающую настойку Галли, и смотрел за происходящим вокруг. Сегодня он был особенно тихим, отстранённым от всех, что совсем на него не похоже. Обычно Ньют активно участвует в всяческих коллективных обсуждениях. Сейчас же он сидел один и обводил взяглядом знакомых ему ребят. Все они стали ему как родные за то время, что они знакомы, но кого-то будто не хватало, что делало вечер более скучным в его глазах. Тут из темноты вышел Томас. К нему сразу подошли несколько глейдеров, завлекая в свою беседу. Невольно Ньют улыбнулся, стоило парню появиться в его поле зрения. Наблюдая за ним из далека, его образ немного размывался в жаре костра и в этом свете казался более загадочным. Блондин ловил себя на мысли, что Томас точно выделяется среди остальных, что ему становится тепло на душе, когда он есть. Хочется просто оставаться с ним рядом, слушать его рассказы и ни о чём не думать. Это, как лекарство, помогало справиться с переживаниями и неприязнью к лабиринту. Но всё больше осознавая свои мысли, Ньют начинал стесняться их, боясь, что только он это чувствует. "Я вообще не должен об этом думать, ведь это всё просто глупость". Но не думать он не мог. К тому же сейчас, когда Томас стоит у костра, бегун продолжает не замечать его. Это в какой-то мере обижало Ньюта, но блондин держал себя в руках. Как никак сидел он далеко и скорее всего в темноте сложно разглядеть хоть что-то. Да и к тому же Ньют сам должен подойти. Было бы странно, если Томас обошёл всех, чтобы поздороваться принципиально с Ньютом. И как только парень хотел встать с земли, услышал своё имя: — Ньют, вот ты где, а я тебя ищу. — Томас приземлился рядом с другом. — Ну вот, как видишь, я здесь. Ньют продолжал искренне улыбаться, предвкушая, что сегодняшний вечер пройдёт прекрасно. Облокотившись поудобнее на бревно, блондин начал искренне и с большим удовольствием болтать о всяких мелочах, пока Томас внимательно слушал его. У костра гдейдеры кричали в поддержку своих фаворитов, сражавшихся с Галли, но сегодня Ньют и Томас не присоединятся к ним. У ребят нашлась новая тема, которую так срочно нужно обсудить. За бревном в личном уголке царила своя особая, неповторимая атмосфера.