Искра Жизни. Кристальный Эльф

Веки медленно приоткрыли туманные красные глаза. Разум находился в дремлющем состоянии, не осмысляя, не осознавая. Образ перед собой – одно полотно широкого крыла, утыкающегося в стену и поверхность, на которой он лежал. Ленивой мыслью конечность повиновенно сложилась за спиной и парой когтей привычно вцепилась в надплечье. Общая слабость тела раздражала и в то же время призывала продолжить сон – неприятное ощущение. Необходимо бороться даже с таким проявлением своего естества. Первым более вдумчивым движением стало упор ладоней в стену и отталкивание от неё из всех малых сил. За одним движением тепло от напряжения разошлось по всем остальным мышцам и связкам стремительным оползнем, отяжеляя каждую клеточку одну за другой. Стиснулись челюсти, затрепетали крылья, выгнулся длинный хвост, сжались когтистые пальцы на стопах. Жизнь заклокотала в Искре, одаривая разум желанием осознать. Осознать. Рогатая голова приподнялась, отрываясь от плотной подушки. Заскрипели и защёлкали затёкшие части тела, отвлекая сосредоточение на деталях незнакомого окружения. Новый вдох привёл гаргулью в чувства окончательно. Собравшись с мыслями, Мегатрон вспомнил, где, когда и как потерял сознание. И эти воспоминания никак не сочеталось с серой комнатушкой, платформой и медицинской аппаратурой у изголовья. Новые причуды Блажи? Нет, это была определённо не она. В любом из подсознательных миров гарг оставался материалистом, применяя свой истинный облик и на подсознательном уровне. А то, чем он являлся сейчас… Глаза метнулись по углам комнаты и нашли искомое – зеркальный цветок. Содрав с головы регистры, крылан соскользнул с платформы, почти мгновенно приспосабливаясь к значительным изменениям в теле, не теряя равновесия. Сорвав холографирующее растение с подпитки, Мегатрон принялся вглядываться в своё отражение. Прежнее лицо без шрамов, рога обмельчали и истончились, как и всё прежнее каменное покрытие, которое раньше было сродни крепкому металлу. Опять юникроновщина какая-то. Ладно, шарк с ним, где Орион? Искра архивариуса не покинула бы его, в этом гаргулья была абсолютно уверена. Шум за дверью. Точно, тут есть дверь. Совершенно обыкновенная, не металлическая, без обвесов и замков. Не карцер. И голос… такой смутно знакомый, но совершенно не разборчивый. Неизвестность начала злить. Откинув цветок на подушку, гарг почти хищнически подкрался к закрытому проёму. Вслед за ослепляющим светом соседнего помещения пришла жгучая боль от острого импульса прямо в лоб. Когти скрежетнули об дерево дверного косяка, в то время как свободная рука грубо продрала глаза. Что-то ещё упало ему на ногу, скользнув краем по колену. Кажется, это простая книга. Которую в него кто-то метко бросил. Скалясь, Мегатрон поднял взгляд на нападавшего. Рэтчет. Не седее прежнего, как всегда в халате и с очень смешным выражением лица. Только вторая рука его как-то странно сгибалась в районе груди. Искра дала мощный импульс, простреливая током весь позвоночник и мозг. Автосаитский медик держал спарка. Завёрнутый в пелёнки, бледноликий Искрёнок спал. Глаз неприятно защипало – из-под лопнувшей на лбу кожи потекла кровь. Всего-то из-за какой-то книжонки?.. Медсаит приосанился, меняя вид испуганного студента на более привычный строгий и сосредоточенный лад, хотя в бирюзовых глазах ещё плясал обескураженный огонь, готовый вылиться в магический жест. Оба центура в комнате понимали, что в нападении не было смысла, даже будь медик без малой Искры. Однако, её наличие именно у Мегатрона вызывало смешанные чувства. Странный живой щит автосаиты выбрали, чтобы остановить возможный побег. Кровь перестала идти, а её остатки быстро засохли на шершавом лице. Молчание и бездействие затягивалось. Глубоко вздохнув и опустив взгляд к спарку, Рэтчет решил начать диалог первым. - Родимус скучал по тебе. Гарг Искренне опешил. Это имя не принадлежало ни одному известному на памяти центура кроме того единственного, что обитал в наивных фантазиях из прошлого о светлом будущем. Именно так хотели назвать своего первенца Орион и Мегатронус. Рогатая голова сама собой опустилась вниз, дабы посмотреть на живот. Ели заметные, но рубцы на носительской линии имелись. Не-ет, быть не может, это самая низкая провокация, которую только можно было придумать! Достали какого-то эльфийского отпрыска, исполосовали, залезли в память, вычленили столь сокровенное..! Ощутив нарастающее возмущение аур, рыжик недовольно застрекотал, вытягивая из-под пелёнок ручки вверх и, бухнув их вниз уже снаружи, открыл глаза. Ясно-голубые, почти ледяно-прозрачные. И они посмотрели на того, кто обычно спал, ворчал, и с кем хотелось быть всё время, а не давали. Кроха запищала, потянувшись упрямо всем телом к создателю, а он не смог сдержать себя от того, чтобы отпрянуть, вжимаясь спиной в стену. Не укладывалось в голове, как это произошло. Но что было самым отягощающим – Искра внимала зову, тянулась в ответ. Выходит, это не фикция, а Орион в самом деле… - Он всегда будет с нами, - интуитивно продолжил внутренние метания Мегатрона медсаит. – В тебе и в нём, - поправляя положение Искрёнка, временный опекун подошёл к двухметровой скале и намекающее протянул ей свёрток. Крепче встав на ноги, крылан принял родную Искру, опасаясь как-либо ещё с ней взаимодействовать, но активность маленького метиса пришлось хоть как-то укротить, просто положив пальцы поверх головы мелочи свободной клеткой. Крохотные пальцы крепко вцепились в одну из живых решёток, не желая больше отпускать. - Как вы узнали имя? – несколько уязвлёно вопросил Мегатрон не без присущего ему тонального рычания. - Орион сказал мне, перед тем, как Слиться с твой Искрой окончательно, - сложил руки за спину Рэтчет, не переставая отмечать состояние гаргульи. – Тогда же мы тебя и забрали с той планеты и перенесли сюда. О том, что ты на Центаврии никто кроме приближённых не знает. О положении и подавно. Ответ немного гарга успокоил. Всё-таки, воспоминания последних месяцев он хотел бы держать исключительно при себе. - Мир наступил, я так смотрю… - кривые цветы на стене не могли не привлечь внимание. - Тринадцать месяцев и девятнадцать дней, - кивнул медсаит. – Стараемся держать всех под контролем, ибо многие считают, что раз нет Войны, то наступила полная свобода, а мы кого-то работать заставляем. За ребёнком следи. Крылан встрепенулся, обратив взор обратно к рукам. Родимус протиснулся меж слабых пальцев и припал к нагрудной каменной пластине родителя, силясь как-то её ощупать. Крылья… у Искрёнка были крылья. И очень недлинный хвост, что скорее был рудиментом от гибридизации. Скрат сомнения ссохся окончательно – эта малая Искра от него, Мегатрона. Сознание разрывалось напополам вполне ощутимо: дела целой цивилизации его никогда не отпустят и дар Ориона, который не хотелось отпускать из рук никогда. Если жизнь без первой половины он успел ощутить и был готов функционировать без неё, то после неизведанного прилива носительских чувств по отношению к спарку… до чего же умопомрачительно! Наблюдать за таким Повелителем Разрушений оказалось довольно… спокойно? У Рэтчета не возникало желания ни поддеть врага народа, ни наоборот посочувствовать, например. Было лишь ощущение данности, которая произошла бы в любом случае. И всё же контраст с воином и стратегом, готовым целые отряды обезглавить в одиночку, был очевиден, когда гаргулья осторожно укладывала непослушные крылья своего чада, чтобы затем ладонью аккуратно прижать к самой Искре. Отрадно наблюдать, как и сам спарк ластился к Дани, не ощущая от него никакой угрозы. Тихий высокий вой заставил вздрогнуть обоих взрослых и обратить взгляд в его сторону. Во второй колыбели беспокойно ворочался ещё один Искрёнок. - Окстись, - фыркнул Рэтчет на изумлённый взгляд гаргульи, поднимая на руки воющего майчонка. – Не ты один такой везучий. Смуглый спарк затих на некоторое время, однако поняв, кто его взял, снова заартачился и начал подвывать. Медсаит лишь терпеливо вздохнул и начал большим пальцем круговыми движениями оглаживать лоб маленького, как обычно Нокаут делал. Убаюкивающий манёвр и на этот раз сработал, хоть желтоглазый и продолжал нервничать внутри себя. Всё-таки не самые любимые руки его держали, а Родимуса уволокло что-то большое и страшное. Представить, чей майчонок оказалось делом элементарным. Рядом с Мегатроном совсем чужого спарка не поселили бы. - Как зовут? – поинтересовался гарг, чьи поджилки холодели от такой.. милой беседы. - Вайлдбрейк, - честно ответил автосаит. – Разница в извлечении шесть дней, поэтому решили не расселять далеко. Да и полезно молодым Искрам ощущать такие же лёгкие энергетики сверстников. Они почти пять месяцев вместе. Целый год, проведённый в бессознательном состоянии – большое поле для воздействия на главного врага цивилизации. И ведь ничего с ним не сделали, вроде бы. Преображение в себя прежнего определённо светлое вмешательство. Только из Искры, имеющей достаточно долгий контакт с Юникроновой кровью и самим Богом непосредственно, Тёмный энергон до конца не вычистишь – Мегатрон ощущал эту крупицу, которая с радостью разольётся по всему существу, стоит только хозяину захотеть… и не было ли такой же частицы у Родимуса? Впрочем, если Рэтчет не сказал сразу, то, может, обошлось. И его сохранность как индивида, которому позволили проснуться, могла быть заслугой Старскрима с Саундвейвом. Хоть первый и улетел сразу после довольно грубого расставания, но вряд ли бы надолго отстал от заново развивающегося Мира. А второй мог спокойно продолжать работать с автосаитами, зная, что Лорд жив и функционален. Пожалуй, это были счастливые размышления, за которыми крылан не заметил, как начал ходить по комнате, игнорируя пристальный взгляд медика. Только рана на лбу от книжки неприятно щипала…

>ХЛОП<

- Какого хера?! – выпалил ворвавшийся в детскую Нокаут с чернеющими глазами. Разодравший нечаянно только заживающую царапину Мегатрон, да ещё и с ощутимо испугавшимся спарком у Искры, резко развернулся к недоброжелателю и только начал рычать, как его осадили одними лишь мощными родительскими полями. - Стой-сиди! – отмахнулся от гаргульи одетый как на парад миниатюрный ихтиоморф, от чего крылан оступился и рухнул на старое кресло, что оказалось позади. – А ты..! – обернулся к Рэтчету медион. – Брейк в истерике, приборы визжат в безмолвии и даже Магнусу не написал? Это из комы вышло! Это ответственностью называется у вас, да?! Вайлдбрейк успокоился, в то время как Родимус принял эстафету на тихий испуганный вой. Рэтчет глубоко вздохнул и не глядя передал спарка Нокауту, чтобы затем скрыться в соседней комнате и снять последние данные приборов для Главнокомандующего. Оставшись один и со стремительно охладевающей Искрой, до ихтио дошло, на кого он ещё успел поднять голос. И Родимуса в кроватке не обнаружилось. Остроконечные белые уши опустились и медион неспешно перевёл взгляд на мрачного Мегатрона, у которого по лицу эффектно стекала кровь. От мысли, что он в порыве успел ударить Лорда, всё внутри заледенело. - Это от книги, - решил успокоить недавнего подчинённого гарг с ещё недовольным выражением всей физиономии, ибо такого поведения в свою сторону от медика он явно не ожидал, как и своей слабости. - П-подождите, - одним осторожным жестом остановил желание гаргульи подняться Нокаут. – Я Вам сейчас всё обработаю.. - По-моему, раболепие сейчас не к месту, - отметил уже успокаивающийся крылан, в целом от помощи не отказываясь, и откинулся на кресло полностью. Нокаут кивнул, после начав укутывать своё чадо в складки мундира, где маленькие пальцы крепко схватились за ткань, позволяя орудовать родителю обеими руками. Аптечка, дезинфектор, вата, пластырь. Медион подошёл к гаргулье, отмечая то, как теперь на него недовольно смотрит Родимус. Это вызвало немного нервную улыбку, ибо общий будоражащий фон ещё не спал. - С собрания сбежал? – поинтересовался негромко крылан, снова укрывая рыжика своей широкой ладонью. - Вроде того, - собрался с мыслями аловласый, приступив к умыванию от крови расслабившегося базальтового лица. – Тут на днях Церковь прилетает, хочет Каон занять. Думаем, что делать. Мегатрон слегка поморщился: дела мировые. - А зачем тебе там присутствовать? – не понял логики гарг. – Ты лекарь, спарк появился. - Я, - медион горделиво выпрямился. – Глас Народа Десептионского, ибо они не желают видеть никого кроме меня в роли передающего их Мысли. Вот так. Пройдясь дезинфектором в последний раз, ихтиоморф залепил царапину пластырем. - Интересно, - хмыкнул Мегатрон. - Ну вот, и незачем так орать было, - заворчал вышедший из «спальни» с показаниями Рэтчет. – Нормально же общаемся. - Ты меня чуть не убил, - отметил серьёзно Мегатрон, таки поднимаясь с кресла. - Рефлекс, - парировал автосаит и помахал оторванным зеркальным цветком. – Нокаут, остаёшься за старшего. У вас теперь так много общих тем для разговора… - Вали уже, - шикнул обижено Нокаут.